***
Кожа покрылась мурашками, после первого шага в свою новую комнату. Она была холодная, невзрачная- единственное на что хватило ранее скопленных денег. Стоя в дверном проёме, я держал в руках остатки своей прошлой жизни, которые помещались в одну лишь коробку. И вот сейчас я должен сделать шаг- шаг в новую жизнь, в нового себя. Я должен стать тем самым настоящим дружелюбным соседом Человеком-Пауком. Но чёрт! Мне правда страшно… Я боюсь проколоться. -Эй, парень, комнату брать будешь? Если да, то оплачивай сейчас месяц вперёд,- заросший мужчина в одежде непервой свежести вальяжно почесывал низ выпирающего живота. Он явно был утомлён моим долгим бездействием. -Да, конечно, простите, - ответил я, потянувшись в карман и вытаскивая пару купюр. На дне остались лишь жалкие несколько центов. - Сколько? -Этого будет достаточно, - сказал мистер Диткович, вырвав из рук все деньги. -В объявление написано 20 долларов…- я не успел выразить возмущение, как он меня заткнул. -Где ты видел квартиру за 20 баксов? Ты не в каком-то Браунсвилле парень, радуйся тому, что есть. И да, задержишь оплату в следующем месяце, увидишь свои жалкие пожитки за дверью, - захлопнув за собой дверь, мужчина оставил шлейф перегара. -Это были последние деньги, - сказал я всё ещё будучи повёрнутый лицом к закрытой двери, а затем тяжело вздохнул. Занеся вовнутрь ещё пару коробок, я вновь осмотрел свой новый дом, который, надеюсь, не станет пристанищем всего на месяц,- надо найти работу,- вновь пронеслись мысли в слух. Поставив коробку на край стола, я подошёл к окну и поднял вверх ставню. Холодный зимний воздух ударил мне в лицо и понизил температуру в комнате ещё на несколько градусов. Всё будто давило на мою голову, мешая продумать следующий шаг, действие, да просто уложить в голове тот факт, что я -никто… Мне очень плохо, и лишь ледяной ветер помогал чувствовать себя спокойней. Он будто уносил все проблем куда-то далеко, и пусть это звучит слишком сентиментально. Повсюду был слышен голос Нью-Йорка: вой сирен, сигналы машин и рождественская музыка на соседней улице. На окнах квартир уже висели гирлянды, а на пешеходном переходе Санта Клаус раздавал листовки. Спешащие кругом люди, пребывающие в небытии о подробностях недавних событий, совершенно не подозревали, что вселенная в очередной раз подверглась опасности. Это первое моё Рождество в одиночестве. Признаться, чувства очень смешанные. Когда-то этот праздник сводился на одной тёти Мэй, а потом близких мне людей становилось всё больше и больше, пока я не потерял абсолютно всё… …Боже, ребята, если бы вы были со мной… «Во всём, что произошло, моя вина. Я знал риски, но вновь доверился. За последние несколько месяцев я частенько занимался самобичеванием, несмотря на наставление Мэй быть сильным и не сомневаться в своих поступках, но это слишком по-детски не признавать собственных ошибок! «Огромная сила - это большая ответственность» твердили мне все, да вот только никто так и не истолковал это выражение правильно! Я подверг опасности своих близких, а это первый показатель того, что я оплошал и пренебрёг этим наставлениями». Очередной холодный порыв хлестанул по моим щекам, которые уже успели приобрести розоватый оттенок. Я сделав глубокий вдох и выдох. Воздух подхватил завитки пара изо рта и быстро развил их по воздуху (в этом году погода подстать Рождеству). Оттолкнувшись руками от подоконника, я оказался в комнате, чувствуя, наконец, себя «новым» и перерожденным. Закрытая створка чуть заглушила звуки города, но плохая звукоизоляция не давала забыть о соседях и о шумном Нью-Йорке. Я раскладывал вещи медленно, будто в трансе- абсолютная противоположность тому, как я их собирал. Побывав на руинах квартиры Хэппи, я схватил всё, что смог разглядеть до приезда ФБР и Ника Фьюри собственной персоной. Затем отправился домой, где прожил около месяца до тех пор,пока квартиру не опечатали. И вот я здесь, снимаю комнату за 40 долларов и обдумываю свой следующий шаг. Впервые за очень долгое время завтрашний день казался мне… возможным.***
Я приземлился за углом подсобного здания кофейни. Маска- единственное что осталось от костюма, неуклюже болталась на голове и была единственным ныне доступным средством конфиденциальности. Сняв её, я сразу же почувствовал запах кофе и свежей выпечки, на который я не обращал внимания весь прошлый год, вернее с тех пор, как ЭмДжей начала здесь работать. Сейчас же я понял, что этих ароматов мне очень не хватало, ведь они были какими-то родными и служили напоминанием о тех временах, когда я и Нед обсуждали за столиком школьные проекты или же поступление в колледж. Пройдя к главной улице, я подметил, что витрины уже все украшены к Рождеству, а в вырезанной надписи «Merry Christmas» был чётко виден почерк ЭмДжей… моей ЭмДжей… На каждом окне висело по праздничному венку, в то время как по низу была разбросана вата, имитирующая снег. Я почувствовал приступ эйфории, который затронул даже кончики пальцев, от чего я нервно потёр руки, а затем взялся за ручку двери. «К чёрту тревогу, я, вскрывая конверты, так не волновался», - слова крутились в голове как на репите. «Привет, ЭмДжей! Я обещал, что мы увидимся, но ты меня не помнишь…» Что за чушь? Выглядит как снег на голову. Я отвергал приветствие за приветствием, пока подходил к кассе. Она была пуста, поэтому я нажал на звонок, стоящий напротив.Эхо разнеслось по помещению. За дверцей, ведущей в кухню, послышались шаги. Одновременно с тем, как моё сердце застучало так сильно, что его удары отзывались в ушах, в холле показалась девушка со светлыми волосами, собранными в высокий хвост. -Здравствуйте, что будете брать? Вот эти пончики у нас только из духовки, поэтому…, - начала она, но я её оборвал, сам пребывая в смятении. -Простите, а Эм… Мишель Джонсон здесь работает? - я был очень напряжен, кажется вот-вот вновь решится моя судьба. Неужели я опять её потерял… -А кто её спрашивает? -Я Питер… мы учились раньше вместе, но боюсь она меня не помнит, это было давно…- и премии «Неподготовленность года» удостаивается Питер Паркер, он же Человек-паук, и он же человек, который после своих косяков вынужден придумывать всё на ходу. -У неё сменился график, в связи с тем, что она поступила в колледж. Её смена завтра. «Колледж». Слово заело в голове, ведь я был безумно рад за них, они не лишились своей мечты из-за… -… Так что вы будете брать,- спросила девушка, не дождавшись от меня ответа. -Что? А! Раз вы говорите, что её смена завтра, я зайду позже, - сказал я, после чего ещё пару секунд таращился на продавца и, выставив себя полным дураком, поспешил удалиться. Я шёл вдоль улицы, погруженный в свои мысли, обдумывая в голове, что можно было бы сказать и отвечая себе на вопросы «А что если?». И пускай я смотрел на дорогу, концентрация на посторонних вещах подвела мою координацию. Хватаясь за последнюю попытку поймать баланс, я не справился и упал на спину - «вот тебе и паучья чуйка», - подумала я, улыбнувшись, несмотря на боль. Быстро оклемавшись, я ухватился за выступ соседней витрины и поднялся. Это был спорт-бар. Через панорамное окно было видно, что людей практически нет, поэтому официанты неспешно протирают столы, а бармен полирует стаканы. Основной наплыв посетителей планируется к вечеру, к началу футбольного матча, а пока телевизор транслировал новости. Я задержался у окна, почёсывая затылок и наблюдая за тем,как The Daily Bugle рассказывает об автокатастрофе в центре Нью-Йорка, прикладывая при этом видео с места происшествия, до тех пор, пока на экране не показались мои фотографии, вернее меня в костюме паука. Я зашёл в заведение, оставив после себя звон колокольчика. Работникам не было до меня никакого дела- каждый занималась своими делами, поэтому я спокойно остановился возле входа. «Человек-паук. Кумир миллионов. Залёг на дно, как последний трус, скрывающий свою личность под маской, или просто ищет подходящий случай вновь выйти в свет? Напомню, нашего всеми любимейшего борца за справедливость не видно уже больше двух месяцев после инцидента у статуи Свободы. Неужели он отошёл от дел, как и все Мстители, оставив наш город вновь беззащитным? Я, Джей Джона Джеймсон, и программа The Daily Bugle будем оповещать вас первыми о всех новостях, связанных с Человеком-пауком, оставайтесь с нами!» - закончил свою передачу ведущий, после чего началась реклама. Я дал себе фору, позволил себе расслабиться, «устаканить» собственную жизнь, но чувство, что я не пользуюсь данной мне силой, начало вновь досаждать. Если так дальше пойдет, мысли, что я виновен в том, что не предотвратил, поглотят меня окончательно…После этого, я отправился домой, рисуя у себя в голове эскиз нового костюма.