Темные Мародеры

Зайдя в гостиную, Лили Эванс хотела попрощаться с Римусом и Джеймсом до завтра, но тут Джеймс спросил: — Лили, не против если я зайду через десять минут? Гриффиндорка была удивлена предложением Джеймса. С одной стороны, ей хотелось что бы кто-то побыл рядом, с другой, предлагал ей это Поттер, из-за которого она и оказалась в такой ситуации. В конце концов ей так же хотелось посмотреть как Джеймс пробирается регулярно в спальню. — Ладно, заходи, — Дала ответ Лили, поднимаясь по каменной лестнице. Когда она это сделала, Джеймс стал пританцовывать и напевать. Римус же смотрел на друга с непониманием, только что он узнал, что его лучший друг лежит под проклятием, девушку в которую он влюблен изнасиловали, Регулуса выгнали из Хогвартса, а он танцует! — Джеймс... — позвал его Люпин, — Надеюсь, ты не будешь мстить Яксли? Тот перестал танцевать, сделав серьезное лицо ответил: — Лунатик, он всего лишь чуть не убил Сириуса, надругался над Лили, так что да, мстить я не буду... Я его просто убью. — Как? Джеймс так нельзя! — Луни, не будь занудой! — отозвался Поттер и превратившись в оленя начал подниматься по лестнице, благо была ночь, так что видеть его никто не мог. Олень тихо поднимался, боясь своими большими рогами задеть потолок и перебудить всю башню. Наконец, вот она, заветная дверь, и, как по волшебству, перед дверью встал Джеймс Поттер, который махнул Люпину и скрылся за ней. Римус смотря на эту картину хмыкнул и достал сигарету. Он попытался ее поджечь, но зажигалка опять не работала: — Аберфорт, скотина, сломанную продал, — проворчал парень. Он поднимался спальню мальчиков, надеясь, что Питер еще не спит и даст ему прикурить. Римуса не покидала мысль, что Джеймс может наделать глупостей, он прекрасно знал, что кроме грабежей его приятели, иногда убивают и притом старательно приукрашивают свои действия. Но сейчас Поттер был серьезен, как никогда. Если вдруг Яксли убьют, то все подозрения падут на Джеймса и Римуса, ведь они знают о его грязном белье. Застряв в своих мыслях, Люпин не заметил как открыл дверь. Питер в комнате был и не один. На его кровати красовалась девушка, она была полностью обнаженной. Питер и она так были увлечены процессом, что не заметили, как оборотень вошел. Ему пришлось кашлянуть. — Ой! — крикнула девушка, и Римус к своему стыду узнал ее. Мари Мордер — девушка Сириуса, — Привет Римус — пролепетала она, пытаясь прикрыться одеялом. — Вы же понимаете, что Сириус вас обоих уничтожит, как выпишется? — спросил Римус. — Нет, Римус! Я готовила Сириусу сюрприз! — Хороший сюрприз... — пробурчал Римус. — Тут был Питер, ну и все как-то завертелось, закрутилось... — Мари, родная, Сириус если он выживет, будет плевать на причины, ему важен результат, а он на лицо... — Ты же ему не расскажешь? — подал голос Хвост. — Нет, не расскажу, не хочу что бы он сел в Азкабан из-за вас, но Мари бросит Сириуса, либо же я все расскажу сам. — Что с ним? — спросила Мари. — Тебе же на него наплевать? Не так ли? — произнес Люпин и вышел. Когда дверь за ним закрылась, Питер спросил: — Продолжим? Мари в ответ улыбнулась и стянула с себя одеяло.

***

Люпин шел по коридору, в надежде выбраться в Хогсмид и как следует выпить. Путь к горгулье был не сложным и наконец оказавшись в проходе, Люпин побежал, таким сильным было его желание. Выбежав из "Сладкого Королевства" староста побежал в "Кабанью голову". В самом баре людей было немного, и заказав выпить, Римус спросил у бармена: — Аберфорт, вот зачем ты мне продал старую зажигалку? Она уже умерла, спустя буквально неделю. — Много куришь, Люпин, я тебе новую продал! — Нет, мать твою, старую! — Эй, Римус спокойно, — неожиданно произнес знакомый голос. — Хагрид, только тебя не хватало, садись выпьем! — предложил Люпин. — Выпить — дело хорошее, — согласился лесничий, — Где же остальные? — Сириус в Больничном крыле, Джеймс с Эванс, а Питер... Тоже с девушкой. — Джеймс с Эванс? — не поверил Аберфорт, который уже не первый год от охотника слышал про загадочную Эванс. Оборотень в ответ улыбнулся. — Ну так... — поднял стакан бармен, — За Джеймса Поттера, который добился своего! — За Джеймса Поттера! — поднял кружку Хагрид. Римус, в знак солидарности, сделал тоже самое. — Что б он сдох, собака! — прокричал чей-то голос. Римус его сразу узнал, это был Эйвери. — Что, Люпин? — посмотрел на него слизиринец, — Думаешь, что вам вечно всё с рук будет сходить? Скоро Темный Лорд придет к власти... — Вон из моего заведения! — прокричал Аберфорт. — Нет, погоди, пусть говорит, — остановил его Римус. Хотя ему казалось, что Эйвери уже ничего не скажет и ретируется. Так и произошло. Римус мог смело сказать, что ночь в пабе без окон, он провел хорошо. Хагрид и Аберфорт выпившими знали много веселых историй. Под конец Римус заснул прямо у стойки. — Давай его ко мне, — предложил Аберфорт. Хагрид понес спящего Люпина на второй этаж "Кабаньей головы". За дверью паба Люпина ждал Эйвери, намереваясь отомстить, в конце концов, когда луна пошла на убыль, тот плюнул и пошел в замок.

***

Джеймс зашел в спальню Лили. Зайдя туда, он огляделся, она была явно меньше их, кроватей там стояло три, две были заправлены, на одной виднелся уже небольшой слой пыли. На ней должна была спать ловец команды "Грифиндор" Марлин Маккинон. Видимо она проводила все время в спальне своего парня с Когтеврана. На второй кровате обычно проводила время Алиса Смит, но видимо сейчас она как-то сбежала в Лондон к Френку Долгопупсу. — Алиса у Френка? — спросил осторожно Джеймс. Лили в ответ кивнула, не сводя с Джеймса взгляд. Тот аккуратно сел на кровать к девушке и начал смотрел в ее глаза и вдруг он неожиданно сказал: — Я клянусь, Яксли поплатится, и Эйвери тоже. — Джеймс... — Я знаю, ты слишком добра к таким уродам... — Это из-за тебя! — закончила Лили, — Ты что-то сделал Яксли и он в ответ... — Лили зашмыгала носом. Джеймс смотрел на нее удивленными глазами. Он вспомнил про ту глупую шалость Сириуса, на которую видимо Яксли сильно обиделся. — Лили, это не я. Это Сириус ему сделал, я и подумал, что Бродяга вступил с ним в дуэль из-за того случая. Знаешь, я думаю вся школа знает, что ты мне нравишься... — Естественно! — сквозь слезы сказала Лили, — Кто-то же перед Хогвартсом год назад написал "Лили Эванс, я люблю тебя"! Джеймс улыбнулся, вспоминая тот вечер: — Да, начало шестого курса... Лили, ты мне правда нравишься. — Я боюсь, и ты мне Поттер... По крайне мере мне так кажется... Джеймс готов был запустить салют прямо в спальне и кричать от радости. — Джеймс, мы разные, мы не можем быть вместе! — Лили! — встал на колени Джеймс, — Давай так, мы сходим в Хогсмид, а там решим. Предложение Джеймса звучало заманчиво. Но Лили прекрасно понимала, пойти в Хогсмид, почти точно означало принять их отношения. — Ладно, Потт...Джеймс, но давай без Хогсмида! Почти всю ночь они проболтали, совершенно забыв про сон. Джеймс старался не курить, но сдерживаться он не мог, а потому стоял у окна, когда Лили подошла к нему и обняла, произнеся: — Смотри, сегодня полнолуние... Луна такая... — Твою мать, Лили, сегодня полнолуние! — прокричал Джеймс, — Лунатик... Поттер выбежал из спальни, громко матерясь. В голове было одно: "Лишь бы шторы были задернуты, лишь бы они были задернуты". Джеймс, проклиная всё на свете ворвался в спальню. Первый взгляд на кровать Люпина — пусто. Второй на кровать Питера. Там был кто-то еще. Поттеру было интересно кто там с ним, но сейчас не до этого. Надо было выяснить где Римус. Поттер достал карту из своей тумбочки прошептал: — Замышляю шалость и только шалость! Карта открылась, но Люпина на ней не было. "Значит'' — думал Джеймс — "Сейчас где-то по Хогсмиду гуляет оборотень, который кого-нибудь укусит и... Нет! Об этом страшно думать! Римус не такой он умеет себя держать". Недолго думая Джеймс решил отправиться в Хогсмид, чтобы отыскать Люпина. Вот он уже в образе оленя бегал по улицам деревни и выискивал волка. Луна уже пошла на убыль, когда он заметил одинокую фигуру — Эйвери. В голове всплыли картинки: Эйвери, который хотел отправить Сириуса в Азкабан, Эйвери, который знал про изнасилование Лили. Поттер превратился в человека и заклинание само сорвалось с губ: — Сектумсепра! Слизеринец упал в судорогах, его мантия налилась кровью, он начинал ей кашлять. Джеймс подошел к поверженному врагу и ударил его ногой в голову и прошептал: — Сдохни, мразь. Эйвери снова забился в судорогах, кровь растекалась по земле. Джеймс превратился в оленя и побежал в сторону замка.