Последнее желание

В огромном зале для пиршеств всё поражало своим великолепием и пышностью: длинные столы, заставленные дорогой посудой и разнообразными яствами, большие люстры с сотнями свечей, гобелены и картины в золотых рамах на стенах и, конечно, шикарные платья и костюмы, в которые облачились все присутствующие. Королева Изабель была в длинном вишнёвом туалете из плотной гладкой ткани, которое прекрасно смотрелось на смуглой коже и подчёркивало все прелести фигуры. Драгоценных камней и украшений было немного, но они идеально дополняли образ: колье из чистых рубинов, несколько королевских перстней и алмазная заколка в пышной причёске. Четверо её мужей, как и подобает приближенным королевы, были в одинаковых парадных костюмах, но без оружия, что немного огорчало их. Джамиль и Гариб, самые молодые и темпераментные, пытались пронести с собой несколько кинжалов, но были остановлены добросовестно выполняющими свою работу стражниками, поэтому эти двое выглядели мрачнее остальных. Нафиса остановила свой выбор на скромном, но изящном платье фиолетового цвета, которое дополнялось накидкой и неизменной вуалью, прикрывавшей лицо девушки. Ловко прислуживая своей госпоже, практически предугадывая её желания, она одновременно успевала кидать загадочные взгляды на других дворцовых слуг и дружеские, ободряющие Мерлину. Бедный маг, которого Артур всеми правдами и неправдами уговорил надеть тот самый красный костюм камелотского слуги, стоял чуть позади короля и проклинал его и себя за согласие последними словами. В этой дурацкой шляпе было невыносимо жарко, перья мешали, щекоча лицо, а само одеяние было уже маловато. Мерлин пыхтел, краснея, как помидор, и пытался отвлечься от ощущений, размышляя от том, что бы значили эти мимолётные, но пристальные взгляды королевы, которые она частенько кидала на него, когда Артур не видел, улыбки, подмигивания… Нет, смысл их понятен – королева флиртовала с Мерлином, но вот почему? У них на востоке так принято? Это в порядке вещей – высшим чинам заигрывать со слугами, в их глазах - низшим светом? Вопросов хватало, а вот ответить на них маг пока затруднялся, давая себе невнятные обещания не поддаваться, но и и не подавать виду, что не заинтересован. А то мало ли что. Не прибавляла хорошего настроения и та мысль, что Артур с ним почти не разговаривал за ужином, лишь бросив пару фраз в самом начале. Раньше на торжественных приёмах король всегда находил время обсудить что-то, спросить мнения о происходящем, а сейчас будто не замечал своего друга, устремив всё своё внимание на королеву. Она будто приворожила мужчину, заставляя смотреть только на неё и не замечать ничего вокруг, что совсем не нравилось Мерлину. Но как он ни напрягался, пытаясь засечь какую-то магию, ничего не выходило. Никто в этом зале не пользовался волшебством. Но мага всё равно напрягало поведение Артура - не мог же он просто так взять и полностью абстрагироваться от всех, кроме королевы? Нет, это на него не похоже. Эмрис пытался подавать знаки Гаюсу, чтобы он присмотрелся к поведению Артура и королевы, но лекарь лишь отрицательно качал головой, словно говоря: «Нет, ты зря волнуешься, успокойся» и продолжал беседовать с какой-то миловидной дамой средних лет, сидевшей рядом за столом. И Мерлину ничего не оставалось, кроме как переглядываться с Нафисой и проклинать свой костюм вместе с поведением Артура, но вдруг какой-то слуга громко объявил о том, что сейчас начнётся представление, которое покажут трое шутов. Все присутствующие мгновенно приободрились и принялись обсуждать предстоящее действо, ведь паяцев редко приглашали во время правления Утера, он им не доверял. Несколько минут ушло на приготовление декораций, и вот в зал вбежали трое разукрашенных молодых людей, одетых в цветастые сюртуки и смешные шляпы с бубенчиками. Коротко представившись и поклонившись публике, они начали своё выступление. Шутки, фокусы, изумительные акробатические номера, фаершоу, шпагоглотание и прочие трюки, ловко проделываемые артистами, так увлекли королеву, что теперь уже она, не отрываясь, смотрела спектакль, аплодируя и восхищаясь вместе со всеми. Артур, будто очнувшись, обвёл своим внимательным взглядом всех присутствующих и остановил взгляд на Мерлине. Весь его несчастный вид и колоритный костюм вызвали у короля умиление и… какую-то нежность. Король сам удивился своей сентиментальности, раньше подобные чувства в нём вызывал лишь один человек... Справившись с собой, он подозвал мага. Тот, выдавив подобие улыбки, наклонился к королю, чтобы услышать его тихий вопрос. — Мерлин, почему ты такой кислый? Тебе не нравится вечер? — Что Вы, сир, всё чудесно. Мне очень нравится. — Брось, я же вижу, что что-то не так. — Почему-то всё время до этого, пока Вы разговаривали с королевой Изабель, Вы не обращали на это внимания, — быстро сказав это, юноша, вдруг испугавшись дерзости произнесённых слов, замер в ожидании резкого ответа, который бы поставил зарвавшегося слугу на место. Но, к его огромному удивлению, этого не последовало. Артур лишь мягко рассмеялся и понимающе протянул: — Оу, так вот в чём причина. А я-то думал, что ты обиделся из-за этого костюма. — Это тоже. Он ужасно неудобный! — Ты же понимаешь, что это – первый праздничный ужин с нашими гостями, я должен был хоть немного познакомить их с традициями Камелота. К тому же, ты сам в конце концов согласился. Или я неправ? — Прав… — Во-от. А насчёт королевы Изабель – я должен был её очаровать, понравиться, чтобы она себя чувствовала желанной гостьей и потом была сговорчивей за столом переговоров. — Ещё кто кого очаровывал, — Эмрис, видимо услышал только первые несколько слов. — Мерлин, если бы я тебя не знал, то подумал бы, что ты ревнуешь. — Неправда, я просто беспокоюсь о тебе. — Это я уже понял. В общем, я тебе признателен за сегодняшнюю помощь и в качестве благодарности можешь взять на кухне ужин для себя и Гаюса из праздничного меню. Уверен, там осталось ещё много нетронутого. Например, жаркое со специями или копчёный суп с рёбрышками… Артур знал, как подкупить мага - названные блюда были его любимыми. Лакомиться часто подобными изысками не получалось, так как Гаюс такого готовить не умел, да и продукты были дорогими, поэтому возможность взять еду с королевской кухни очень радовала Мерлина. Улыбнувшись своему королю, он поправил ему воротник парадной красной куртки и всё-таки немного воспрял духом. Скоро мага ожидает роскошный ночной ужин в компании Гаюса, а Артур наконец обратил на него внимание, это-таки поводы для радости! Костюм уже не казался таким неудобным, а перья на шляпе не так лезли в лицо. Мерлин начал с интересом наблюдать за спектаклем, восторгаясь мастерством актёров, аплодировать со всеми и одобрительными криками подбадривать их. Казалось, стереть счастливую улыбку с лица Эмриса теперь не сможет ничто. Шоу закончилось через две трети часа, оставив после себя приятные воспоминания у всех присутствующих. Раскланявшись, усталые актёры покинули зал, а гости ждали прощальных слов Артура, чтобы после них тоже церемонно отправиться на покой. — Не буду обременять вас длинными речами, скажу только, что для меня было большим удовольствием принимать всех вас у себя на празднике в честь приезда дорогих гостей с востока. Королева Изабель, Нафиса, и Вы, уважаемые господа Саам, Джамиль, Гариб и Надир, смею спросить, понравился ли Вам сегодняшний вечер? — Ваше Величество, смею заверить Вас, что нам очень понравилось. Всё было на высшем уровне. Прошу нас извинить, но мы вынуждены покинуть Вас, ведь мы устали и хотели бы отправиться на отдых. Впереди у нас достаточно времени, чтобы обсудить все интересующие вопросы. — Позвольте, я Вас провожу. — Как вам будет угодно. Королева и её свита встают из-за стола, направляясь к выходу из зала. Артур, галантно пропуская их в первыми, выходит следом, а за ним уже начинают подтягиваться остальные. Мерлин выходит последним, мечтая поскорее добраться до кухни, набрать там всего, что душа пожелает, и добраться до своих комнат незамеченным. А то встреченный по пути вечноголодный Гавейн может основательно облегчить ношу мага, прихватизировав половину. И хоть рыцарь присутствовал на ужине, недооценивать его нельзя. Дойдя до кухни, где, к радости мага, никого не было, Эмрис схватил вместительную корзину и, трезво рассудив, что марать руки незачем, пустил в ход свой телекинез. Следуя приказанию магии, плескавшейся золотом в глазах юноши, еда взлетала в воздух и, плавно планируя, опускалась в корзину. Набрав себе такое количество вкуснятины, что, кажется, им с Гаюсом этого хватило бы на несколько дней, Мерлин уже повернулся к выходу, как столкнулся взглядом с Нафисой, которая, неизвестно откуда появившись, наблюдала за ним, прислонившись к дверному косяку. Второй раз за день счастливая случайность не позволила магу выронить всё из рук, хотя тому очень хотелось кинуть всё и закричать, как девчонка, которую застукали занимающейся неприличным делом, испугавшись разоблачения. Справившись с приступом страха, Мерлин, вцепившись в корзину, не придумал ничего лучше, как, запинаясь, спросить: «А что ты здесь делаешь?» На что девушка спокойно ответила: «Королева попросила принести ей немного вина, чтобы расслабиться перед сном. Мерлин, не пугайся так, кроме меня, никто больше не видел твоей магии, но я всё же посоветовала бы тебе быть с ней поосторожней. — подхватив кувшинчик с искомым напитком, Нафиса направилась к дверям, но, помедлив, обернулась ко всё ещё стоящему в той же позе магу, — И с моей королевой тоже. Не подпускай её близко к себе». Словно испугавшись, что её мог кто-то услышать, девушка быстро, почти бегом, направилась обратно в покои своей госпожи, оставив Мерлина со слегка ошарашенным лицом. Поняв, что догнать девушку и потребовать объяснений сегодня уже не получится, маг заторопился к себе, ведь перед сном ещё надо было успеть зайти к Артуру. Застав Гаюса за чтением очередного научного труда какого-то великого знахаря, Эмрис поставил перед ним корзину, бросил в угол ненавистную шляпу и убежал, даже не дав возможности лекарю спросить, что сделать с принесённым. Пока старик принюхивался к содержимому плетёнки, Мерлин, добежав до королевских покоев и немного отдышавшись, постучался. Услышав привычное: «Войдите!», толкнул массивные двери и зашёл в комнату. Артур, бросив снятую куртку на кровать, сидел за своим столом, закинув на него ноги, и явно ждал появления Мерлина. Попросив слугу приготовить себя ко сну, король просто расслабленно сидел и наблюдал за движениями мага, который сначала перестелил кровать, сложил разбросанные вещи, а потом принялся раздевать своего господина. С лица Артура не сходила широкая улыбка, которую юноша поначалу даже не заметил, увлёкшись мыслями о странных словах Нафисы. Когда Пендрагон улёгся в кровать, перед этим поблагодарив Мерлина и пожелав ему спокойной ночи, что бывает редко, Эмрис поднял на него осмысленный взгляд и прямо-таки расцвёл ответной улыбкой, про себя подмечая, что где-то уже видел такого Артура, но это было давно... Задув все свечи, маг тихонько прикрыл за собой двери, обещая себе подумать об этом потом, когда наконец-то поужинает и обсудит с Гаюсом всё, что беспокоило в последнее время.