Хочу домой

      Она хотела свой дом, куда бы могла всегда вернуться, где бы её ждали и искренне любили только за то, какая она есть. Настоящая. Он же… а что он? Хотел её — такую смешную в своей уверенности и юную, словно первая влюблённость. Она и была Первой. Только не его, а он её любовью. Селена так отчаянно верила, что Деймон — тот единственно–верный и самый надежный в её жизни выбор. Держалась за него, не желала потерять также, как когда-то уже теряла дорогих и родных людей. Поставила на кон всю себя без остатка, а что он?        Он осудил, не захотел связывать с ней дальнейшую жизнь. Побоялся, но чего? Ответственности? Возможно. Её всепоглощающей любви? Сейчас так не кажется, хотя, скорее всего, когда-то она действительно любила, только потом её чувства переросли в тянущую на дно зависимость. Желание обладать и страх ухода. Неопытность… его? Нет! Селена видела в Деймоне несравнимый идеал, к которому рьяно стремилась, почти боготворила. Он же видел в ней недостатки, изъяны, обиженную девочку и не понимал или же не хотел понять. Почему она стала такой, было известно, но помогать, поднимать её из пучин внутренних проблем не было его первоочередной задачей. Всегда легче бросить парочку фраз, как он безмерно обеспокоен её состояниям и… все?       Слова, слова, слова… Деймон старше только по прожитым на земле годам, но не мудр, что на самом деле было важно в партнере Селене. Опытный и авторитетный наставник для совсем юной девушки её возраста, для той, что так долго была одна против целого мира. Но мужчина, которого Селена выбрала лишь по своей наивности, не смог оказать ту поддержку и подтолкнуть девушку к саморазвитию, самопознанию, да хотя бы к психологу, наконец! Его бездействие повлекло за собой её саморазрушение. А расставание в дальнейшем — к желанию умереть. Так разве поступает любящий человек?       Во время беседы Селена неосознанно пилила взглядом мужчину, хотя мысленно ненавидела себя за это и за те эмоции, что он пробуждал в ней лишь своим присутствием снова и снова. Чтобы отвлечься, в минуту паузы, она решила вспоминать всё то, что было между ними когда-то давно, так давно, что будто и не с ними вовсе.       Их разговоры по душам, ссоры, страстные примирения… и опять ссоры. Куча вопросов до сих пор таилась где-то в глубинах незалеченного до конца сердца и, если бы не разум за штурвалом, они могли ненароком вырваться прямо в самодовольное лицо Деймона.       Он растоптал её чувства, разбил, бросил, в общем случилось всё то, чего она больше всего боялась — потерять его. От этого потерялась сама, однако смогла найти в себе силы собраться из осколков и построить, хоть не свою первоначальную мечту в виде дома, но маленькую империю, чтоб иметь возможность всегда, жаль, что не буквально, выйти из любой ситуации.       «Строишь мост» — равно проходишь через все трудности на пути. Вот и сейчас Селена мысленно стала выстраивать мостик через фигуру, сидящую напротив неё. На удивление ей и взаправду полегчало от данной практики.       Деймон молчал, думая, как бы лучше нанести ответный удар королеве драяд, а потом усмехнулся:       — Да, вы правы. Я готов дать вам ещё один шанс. Мы поможем вам.       Напряжение неожиданно спало, молнии перестали метаться.       «Я что, переиграла его? Наконец-то я смогла утереть нос Деймону!» — подумала Селена и в честь своей маленькой победы даже позволила себе улыбку, тем временем отвечая ему:       — Спасибо. — больше она говорить не хотела, да этого и не требовалось.       «Дело сделано».       Деймон усмехнулся в ответ, посмотрел на алое пламя камина. Теперь Селена не пыталась убить взглядом оппонента, а, возможно, даже наоборот. Осознанно посмотрела на него со стороны той Селены, которая раньше любила его. Любила — не любит. И призналась сама себе в чём-то важном для неё в данный момент:       «Я думала, что ненавижу тебя, но это не так. Всё-таки нет… Много воды утекло. Я переросла эту боль, а рана саднила лишь по привычке».       Деймон вдруг перевёл на неё взгляд, удивился чему-то, что было отражено на её лице. Он ничего не сказал. Отвернулся, чтобы не отвлекать её от мыслей. А она продолжала рассуждать:       «Нет ненависти. Я стала той, кем стала, отчасти благодаря тебе». Если бы не он, то кем бы и где бы она сейчас была? Работала ли, будучи успешной бизнес–леди или же стала бы послушной женой и матерью таких же недоступных детей, какой была она сама? Селена ни разу не давала возможности себе подумать о том, что были и положительные исходы от трудного расставания. Такая простая истина обескураживала.       Сидеть дальше в компании бывшего, хоть теперь уже и не столь неприятного, Селена не видела смысла, потому позволила себе подать голос, разрушая тишину, но Деймон ждал этого момента:       — Не торопитесь, Ваше Величество, — прервал намерение заговорить король, — Я хотел бы поднять ещё один вопрос.       Словно подслушивая их или же всё так и было подстроено изначально, раздался стук в дверь.       Деймон разрешил войти. Селена молчала, выжидая. С каждой секундой внутри что-то сжималось от предвкушения неожиданного вопроса, озвучить который по какой-то причине сейчас Деймон не мог. Селена чувствовала себя нашкодившим ребёнком, которого сейчас отчитают родители. Роб остановился позади короля. Глядя в затылок правителя, он сказал:       — Армия готова.       — Хорошо, — ответил король совершенно будничным тоном, не столь заинтересованным, и добавил, — Ваше Величество, прежде чем мы вернёмся в Долину, у меня есть к вам один важный вопрос.       Он практически повторил сказанное ранее, оттягивал момент или же смаковал его. Селене показалось второе. На лице Роба мелькнула какая-то догадка. Он выпрямился, почти испепеляя взглядом Деймона. Селена кивнула и с некоторым подозрением сказала:       — Слушаю. — Хоть деловой тон голоса пропал, девушка постаралась вернуть уверенность в образ королевы.       — Как я уже говорил, Альтегроу не хочет войны, как и Долина.       «Начало вполне воодушевляющее». — Пронеслось в голове Селены.       — Последние события доказали, что нам нужно держаться вместе.       «Жаль, что для этого мне пришлось увидеть ужасы войны, терпеть довольный вид короля во время всей аудиенции, когда я чуть ли не унижаюсь перед ним, и, почти забыла, путешествовать с каргой Жозефиной. А тебе, Деймон, пришлось лишь вернуться домой. Столько у тебя событий произошло! Как ты с этим справляешься, ума не приложу». — С откровенным сарказмом мысленно ворчала уже Селена, пока тот проговаривал заранее подготовленную речь. Она не решилась прерывать короля, дабы тот впоследствии не передумал помогать драядам, хотя уж очень хотелось.       Деймон взял её руку и накрыл её своей. В глазах Селены застыл немой вопрос.       «Надеюсь это не…»       — Лилит, ты выйдешь за меня?       »…т! НЕТНЕТНЕТ!»       Фраза Деймона, как колокол, отражалась и дублировалась в голове девушки. Только привыкнув к ней, как в следующее мгновение обрушилась тишина, не менее звенящая и более пугающая. Селена сначала даже не поняла: она всё ещё находится в вакууме своего сознания или же все молчат, выжидая. Поленья в камине затрещали громче, будто кости хрустят под ногами.       Где-то в глубине души Селена догадывалась, что подобный исход возможен, но надеялась его каким-то чудом избежать.       Ирония Таролога так горька на вкус. Он точечно бьёт, в самое сердце, и потому очень сложно сохранять невозмутимость. Когда-то же Селена мечтала и надеялась услышать эти заветные слова из уст тогда ещё любимого человека. А сейчас бы предпочла никогда не встретиться с ним вновь.       «Почти… ты почти смог, Таролог. Но он не сможет больше меня ранить, не сегодня».       Селена скользнула взглядом чуть выше короля и удивилась. Роб застыл с непонятной гримасой на лице. Читалось точно только то, что радости от прозвучавшего предложения он не испытывал. Из двоих метался лишь главнокомандующий, второй же источал максимальную уверенность в своём решении.       «Союз с Деймоном наладит отношения между странами, но кто знает, к чему это приведёт в дальнейшем?». Деймон подался вперёд, пронзительно посмотрел на Селену. Огонь отражался в его глазах вместе с ней, сидящей в кресле. От того казалось, словно она горела на костре.       — Я понимаю, вопрос неожиданный, — продолжил Деймон, дабы скорее разорвать молчание.       — Не является ли ваше предложение ценой за помощь? «Во всяком случае всегда лучше перестраховаться, сделка требует точности».       — Боитесь, что если откажитесь, то откажусь и я?       Секунда многозначительного безмолвия: его прищур, и её беспристрастная «маска».       — Нет. «Испытывает… пытается. Не выйдет».       У вас будет время подумать. Жду вашего ответа после того, как разделаемся с Дикарями.       Она ждала окончания этой беседы, будто пытки. Набрав побольше воздуха в лёгкие, Селена поднялась, невзначай взялась за спинку кресла, чтобы не упасть из-за дрожи в ногах, но умело скрыла своё волнение.       — Хорошо, — выдохнула королева, — я взвешу всё и сообщу. Спокойной ночи.       — Добрых снов, — ответил король.       Перед самой дверью она краем глаза глянула в сторону Деймона. На его лице, как она и предположила, красовалась красноречивая полуулыбка. Больше не было сил оставаться в одном помещении с ним, Селена стремительно покинула гнетущую комнату. Не заметив как, королева дошла до своих здешних покоев. На негнущихся ногах влетела туда и закрыла за собой дверь, словно за ней гнался голодный Дикарь. Ни с кем не хотелось видеться и говорить. Ресурсы были на нуле. Усталость за последние дни брала своё. Голова разрывалась от событий. Селена медленно подняла глаза с закрытой щеколды на двери и лишь сейчас поняла, что сердце ушло в горло и стучало даже в висках.       «Вдох-выдох… И снова вдох».       Селена выругалась себе под нос, потерла височные доли. Состояние постепенно стабилизировалось. С возрастом она научилась успокаиваться и приходить к рассудку, обходя стресс стальной закалкой, но иногда приходится себя собственноручно вытаскивать из цепких лап паники. Мюнхгаузен, не иначе. Да и кто, если не она, спасёт её? Хотя в мирах Таролога она только и делает, что спасает себя, возможно ещё и других заодно.       Девушка села на грубую ткань постели, продолжая шумно дышать. Разум прояснился, а паника совсем отступила.       «Молодец, так держать».       Она сама себе поддержка. Всегда была и так будет. Так проще. Так надёжнее.       Вскинув голову к потолку, Селена упала спиной на кровать. Закрыла глаза, чтоб послушать биение сердца. Удар, вот ещё один и…       — Моя милая Лилит… Она открыла веки, ведь кто-то к ней обратился. Не кто-то, а:       — Мой дорогой Лиам, — вслух произнесла Селена, но так интимно, будто он находился рядом.       Поток воспоминаний с драядским принцем смыл остатки тревожности от встречи с Деймоном. Смотря в тёмный потолок, девушка протянула руку вверх и пальцем стала рисовать в воображении утончённые очертания лица мужчины. Это было медитативно. Дойдя до его губ она остановилась, насколько возможно нежно коснулась своих, словно оставляя на себе его мимолётный поцелуй. Максимально нежно, как мог только Лиам. Она засмеялась, как девчонка. Это было так неожиданно, но столь естественно, что Селена решила не останавливаться. Тот груз, который на неё навалился с предстоящим решением, ненадолго спал.       «Всё же я не одна, у меня здесь появились… друзья?».       Селена повернулась на бок и уставилась в окно. Занавески статично свисали с карниза, ставни окон были закрыты. Хотелось отпереть, впустить свежий прохладный воздух в комнату, но, вспомнив где она находится, идея отпала. Промышленность, заводы, дым.       «Хочу домой…».       Домой? В Долину? В реальность ли? Все спуталось, смешалось, размылось. Но одно она знала точно:       «К нему… Хочу к Лиаму».       Такие разные мужчины. Деймон и Лиам. И сейчас Селена поняла, почему её тянет к белокурому принцу.       «Он ждёт меня, любит, принимает со всеми недостатками и не пытается изменить, а Деймон… нет. Всё так просто».       Она улыбнулась самой грустной улыбкой, какая бывает от сожаления, после принятия своей ошибки. Но тут же Селена привстала на руках с постели.       «Я устала злиться на него, ненавидеть. Устала жалеть себя и своё сердце. Нужно подумать хладнокровно. Как мне стоит поступить? Стоит ли мне выйти за Деймона? Ради мира, ради Долины?».       Ответ на вопрос пришёл сам, без долгой мучительной борьбы между фактами, какая бывает обычно у Селены в ходе разработки окончательного плана действий.       «Я никогда не жертвовала собой ради других. Но, может, именно этого и ждёт от меня Таролог? Чтобы я спасла Долину от войны?».       Она пыталась свыкнуться с тем, что её ожидает. Принять последствия своего выбора. Селена развернулась и снова упала в объятья кровати. Хотелось поскорее закончить этот день.       «Прости меня, Лиам, так будет нужно». Она так и уснула, прижимая подушку к своей груди.