Сны или птица счастья.

Воздух. Как помочь ангелу? В последующие дни Дин набрасывался на еду, как голодный вампир на свою жертву. Он стал есть в три раза больше, чем обычно, и это стало благоприятно сказываться на его состоянии - впалые щеки порозовели, прошла дрожь в руках и ногах, он стал улыбаться. Когда Винчестер в очередной раз дотрагивался до шрама, его больше не качало и он даже не бледнел. Дин вспомнил, что у него есть Импала и занялся ее качественным осмотром. Припахал к ее уборке Сэма - сам все время держался рукой за шрам - и когда вымотанный Сэм уже готов был убить его сам, остался доволен результатом, предложил младшему выпить по пиву, много шутил и смеялся. Сэм был счастлив. Глаза брата приобретали привычный цвет. "Такими темпами мы скоро вернемся к охоте", - думал Сэм. Скоро он сможет переключить брата в рабочий режим, они смогут вернутся в Импалу, к дороге, к пресловутым барам и другим доступным радостям жизни. Наконец-то! Все вернется в знакомое русло, без этих непонятных и пугающих смертельных игр с высшими силами. Потертая кожанка, запах виски и олдспайса, фальшивое напевание песен "Металлики", плоские шуточки, азарт охоты. Дин... он такой Дин... Сэм ждал этого, верил в это маленькое чудо. Каждое утро Сэм с Бобби устраивали ему допрос с пристрастием о просмотренных снах, и Дин мог только сказать, что видит одно и тоже - с его помощью Кастиэль справляется. И Дин был счастлив - его брат, наконец, узнал хотя бы часть правды, поверил ему и стал помогать. У пернатого недоразумения тоже было все относительно хорошо: они вдвоем противостояли пыткам - о большем сейчас Дин и мечтать не мог. "Я смогу, Кас. Я помогу тебе, - обещал Дин, глядя на небо. - Ты найдешь Отца, и Он поможет тебе, Он исцелит. Ты сможешь, Кас. Пока хватает сил, я буду помогать тебе." А потом страх. Ехидный страх развернул перед ним живописную картину: силы Дина иссякли и вот Кас совсем один. В тщетных попытках найти Отца, который то ли жив, то ли мертв, то ли есть, то ли нет. Ангел один против огромного воинства. И снова поднимая голову к небу молился еще яростнее: "Проклятье! Да появись ТЫ, наконец! Я... не смогу долго. Мы... не сможем долго. Где же ТЫ? Чертов Всех и Всего Создатель?" К концу недели Сэм заметил, что Бобби мрачнеет все больше и больше. Когда старый охотник смотрел на Дина, то начинал только сокрушенно мотать головой и бормотать невнятно проклятия в адрес Рая, Ада, ангелов, демонов и лично Кастиэля. Он все чаще издалека подсматривал за старшим Винчестером и, насмотревшись на тщедушную измученную фигуру, ругаясь уже почти в голос, уходил чинить что-то в гараже, запрещая Сэму ходить за собой. В очередной раз застав Бобби за мрачным созерцанием сидящего на ступеньках веранды Винчестера, Сэм, улыбаясь, непонимающе спросил: - Что, Бобби? Ведь все хорошо, посмотри на него, он поправляется! - и Сэм улыбнулся еще шире. - Ты что, идиот! - грубо рыкнул Сингер, снова выдавая витиеватую тираду о тупости младшего Винчестера. – Ладно, он привороженный, со своей супер-мега-миссией по спасению очередной заблудшей души, но ты! Ты ничего не понимаешь?! Сэм ошарашенно смотрел на старого охотника, действительно ничего не понимая. - Сейчас между Кастиэлем с Дином и ангелами патовая ситуация, - чеканя каждое слово, шепотом ругался Бобби. - Как ты думаешь, кто первым нанесет удар?! - Бобби глубоко вздохнул, чтобы успокоиться. - Боюсь, что не Кас, - с болью в голосе сказал он. - И что тогда будет с Дином? - выдохнул он прямо в помертвевшее лицо Сэма. Картинка, нарисованная радужным сознанием Сэма, рухнула. Не будет дороги, Импалы, отелей, охоты. Дин... Дин рвущийся на куски от боли, кричащий и проклинающий всех и вся. Он будет зажимать свой шрам на плече и отдавать силы пока они есть. А потом? Что будет потом, когда сил не останется? ДИН! Сэм посмотрел на брата. Тот сидел на крыльце и смотрел на искрящееся в солнечных лучах небо. Старший брат казался таким умиротворенным и отдохнувшим, что можно было запросто обмануться. Дин продолжал отдавать свою жизнь, свою силу без сожаления. Сэму стало страшно, как никогда. Брат не просто погибал - он таял в сиянии неба. **** Ложное спокойствие продержалось еще несколько дней. Дин чувствовал себя превосходно. Даже стал тренироваться по утрам. Но Сэм замечал, что вес он так и не стал набирать - все та же худоба. "Он ест за двоих", - озарение - почти откровение - и Сэм чертыхнулся, в бессилии сжимая кулаки. Сон начался сразу, как только Дин коснулся головой подушки. - Как ты хорошо устроился, Кастиэль! - ворковал Захария, с интересом рассматривая двухцветное сияние. - У тебя оказывается есть личная батарейка! Кас даже не поднял голову - то ли сил не было, то ли не хотел поддаваться на провокации своего мучителя. - Игнорируешь?! - прошипел Захария, схватив Каса за волосы, и развернул лицом к себе. - Как ты думаешь, Кастиэль? - продолжил он елейным голосом. - Как чувствует сейчас себя твой человечек? Кастиэль побледнел. В глазах появился испуг. Дин понял, что ангел еще ни разу не задавался этим вопросом. - Даааа, вижу, ты действительно не задумывался над этим. Пользуешься, не благодаришь, считаешь, что так и должно быть, - подначивал он ангела. - Может он заболел? Столько тебе отдавать! И как только догадался? Боюсь, надо его навестить. - НЕ СМЕЙ ТРОГАТЬ ЕГО! - забился на цепях Кастиэль. - Ой, ой, ой, какие мы страшные! - осклабился Захария. - Но извини, ты нужен мне, а он нет. Я навещу его сегодня, а может и завтра. Ты подумай над этим, мой заблудший брат. Кас затрясся, пытаясь вырваться из своих оков. - Так что ему передать от тебя? Наверное, последнее «прости»? - хохотнул Захария. - Не-е-е-ет!!! - взвыл ангел. С этим же "нет!" проснулся и Дин. Сэм уже сидел около брата и молча требовал все рассказать. Дин поджал губы и уперся своим новым, полным решимости, взглядом в лицо сидящего. Сэм до боли сжал кулаки, но заставил себя непреклонным голосом заявить Дину, что привяжет его к кровати, если тот ему ничего не расскажет. - Пойдем пить кофе, - простонал старший и, привычным уже жестом, вцепился в свое плечо. - Буди Бобби, есть разговор. После продолжительного совещания, в котором Дин практически не принимал участия, было решено изобразить по всему дому кучу возвратных знаков для ангелов, чтобы хоть на какое-то время оттянуть неизбежное. Противопоставить божьим воинам было нечего. Дин мгновенно вернулся к своему старому состоянию: замкнулся в себе и ни на что не реагировал. Даже угроза Сэма привязать его не возымела должного эффекта. Дин просто встал, посмотрел на Сэма пустым взглядом и ушел в свою комнату, лег на кровать и свернулся калачиком. Из под пальцев все так же струился свет. Огонь и кровь... Огонь и кровь... Сэм переселился в комнату брата. Вернее, старший об этом даже не догадывался. Как только Дин засыпал, Сэм приходил в его комнату и пристраивался около двери на стуле - так, на всякий случай. И уходил рано утром. Младший мог точно определить, когда тот проснется. В последующие ночи Дин видел один и тот же сон. Вернее было бы сказать, что один сон растянулся на все эти ночи: его ангел просил человека отказаться от него, что дружба того не стоит, и, вообще, с ним - с ангелом - все кончено было уже давно. И что у Дина вся жизнь впереди, и все у него будет хорошо. Это бесконечное «прости» изматывало Винчестера больше, чем осознание того, что Кас его не лю... «Ну и пусть, - успевал думать Дин. - Но ты не изменишься - я не позволю. Я чувствую, что ты хочешь остаться таким, какой ты есть сейчас. Я помогу тебе. И ты прости меня. Прости, что не сказал, что я тебя... Прости.» В этих взаимных извинениях и прошли эти ночи. В очередную ночь свечение на руке Каса пропало. Ангел забился в истерике и, проклиная Захарию, молил своего Бога о помощи, о спасении «своего» человека. К концу сна ангел вырубился, не справившись с уничтожающим его столпом света. Не сумев скрыть от брата и Бобби правду, Дин стал дожидаться неизбежного.