И в этот раз, тоже.
12 мая 2022 г., 03:33
Клац!
— Осторожнее, мой дорогой.
Джекилл легко засмеялся и отодвинулся от Аттерсона, легко снимая с носа и так вечно сползающие очки.
— Прости меня. Я совсем забыл.
— Ничего страшного. Мне будет совсем несложно вас простить, если вы все-таки меня поцелуете, Гарри.
Тот кивнул, смущенный личной формой своего имени, и мягко подался вперёд, припадая к чужим губам с тихим восторженным вдохом. Его дрожащие руки заключили лицо Аттерсона в объятия и притянули к себе, держа за щеки аккуратно, как держат бесценное сокровище. Он нежно и торопливо поцеловал его, робея не по годам, а потом прижался лбом ко лбу, нехотя отодвинувшись.
Оба краснели. На них были пиджаки и галстуки, ослабленные от любовного тепла и подрагивающих пальцев. Мягкая ткань шелестела, когда они обнимали тела друг друга и прижмались настолько близко. У Аттерсона в краях глаз засветились счастливые морщинки.
— Вы такой чудесный, Джон. Вы золото. Скажите, за какие заслуги мне вас послал Всевышний?
Аттерсон тихо засмеялся, с небольшой хрипотцой, свойственной возрасту, и отрицательно закачал головой, как только позволили чужие руки.
— Генри, что же вы такое говорите? Мой мальчик, вы совсем смущаете меня.
Они были давно уже не мальчиками, но то чудесное прозвище осталось между ними, словно подарок юношеской любви. Вокруг, в саду, пели весеннние птицы.
— Может, мне приятно вас смущать?
— Гарри… Я краснею из-за тебя.
— Ну и пусть. У тебя такой миловидный румянец. К тому же...
Джон накрыл его губы своими, не позволяя продолжить, и занял Генри ещё одним поцелуем, оказавшимся значительно длиннее и интимнее, от чего у адвоката голова совсем пошла кругом.
— ...Я ведь не закончил, любимый.
Аттерсон почувствовал, что вот-вот закашляется. Как славно звучало это слово из уст Джекилла.
— Вы меня в могилу сведете, Генри.
— Исключено.
— Сердце откажет.
— Оно принадлежит мне. Я попрошу его пожить для меня еще тройку десятков лет, а то и больше… Шепотом.
