Гиперопека

Илья мало что помнил, даже почти не помнил того, как "задушил" на стриме Саню, как потом отчитывал его, Илья помнил лишь что стрим был весëлый, но, закончившись, он оставил какой-то мерзкий осадок после себя, а потом и вовсе наступила пустота. Наверное это из-за неприятного инцидента с Сашей, который изрядно помотал нервы ребятам, особенно Илье. В попытке заглушить чувство опустошения, Илья прибегнул к уже знакомому методу - алкоголю. Выпил он достаточно много, достаточно для того, чтобы не помнить, как уже протрезвевший Денис тащил его по питерским дворам, вдоль серых улиц, чуть ли не на своëм горбу, держа за подмышки и помогая перешагивать как назло скользкие ступеньки. Очнулся Илья уже в комнате Дена, он лежал на кровати слева, а чуть поодаль расположились Муха и Саня, заметив их и поняв, что все в сборе, Илья выдохнул и расслабился. Это значит, что ему не придëтся переживать о том, что кто-то где-то потерялся, кого-то надо искать, обзванивать людей. Можно зачиллиться на пару часов так точно. Он встал, чутьпошатываясь из стороны в сторону, голова болела, но терпимо. А вот во рту было сухо, как в сахаре, горло саднило и стягивали, видимо, из-за караоке. Илья умылся, выпил воды и вышел на улицу, яркий рассвет больно ослепил глаза, одновременно с этим поражая романтичную и тонкую душевную организацию Ильи своей красотой. Тëплый ветер защекотал лицо, огладил скулы и щëки своим нежным шопотом. С каждым вдохом весеннего питерского воздуха Илья становился спокойнее, размереннее. Этот медленный город мог быть жестоким, особенно своей погодой, но он всë прощал Илье, любые промахи. В частности, и что он больше всего ценил, Питер прощал его неспешную, размеренную и даже бесцельную жизнь, без стремлений и амбиций, как бы говоря, что спешить некуда, что всë ещë впереди. И Илья верил в это. Ему хотелось думать, что так и есть. И сразу становилось легче на душе, а все проблемы оставались где-то далеко, не здесь. Сзади послышались знакомые шаги. — Доброе утро, Мамочка-Илья. — Сиплым, немного больным голосом произнëс Денис. — Доброе. — Ты как, Илюх? — Заебись, где наша не пропадала. — И то верно. — Кивая, согласился Денис. — А голова болит? Таблетку дать? — Не, всë в норме. — Точно? — Да. — на какое-то время повисла тишина. Илья пошарил по карманам и выудил из одного Чапман Мухана, там же была зажигалка. Он закурил, неспешно затягивая никотин, устремляя взгляд вдаль. — Хочешь кушать, Илюх? Можем сходить, если хочешь. — Бля, Дэн, чë ж тебе на месте не сидится? К тому же, в 7 утра вряд-ли что-то открыто. Лучше посмотри какой рассвет красивый. Такой же красивый, как ты. — Денис усмехнулся, но всë же чуть порозовел. — Ну, можно просто в магаз зайти. Кстати, тебе не холодно? — Илья коротко рассмеялся. — Не-а, не холодно. — Денис окинул друга скептическим взглядом, изогнул бровь, чуть помолчал, и наконец произнëс. — Ну смотри. А, кстати. Саню я ещë немного отчитал. Ну так, для профилактики. Теперь мелкий точно не будет уходить без предупреждения. — Мелкий? — Илья улыбнулся уголком губ. — Он старше тебя, друг. — Да не важно. Кстати, Илюха, я же должен тебе ещë деньги за караоке. Я тебе переведу обязательно. — Наконец Илья не выдержал. — Блять, Дэн. Теперь ты роль мамочки играешь? Не надо обо мне переживать, Дэн. Ты же знаешь, я в этом не нуждаюсь. Это я о вас должен заботиться. Тем более о тебе, потому что ты мелкий. — И хотя Илья пытался вложить в свои слова максимум уверенности и цинизма, всë же ему до дрожи в коленках и мурашек вдоль позвоночника нравилась забота Дениса. Иногда Илье просто хотелось, чтобы кто-то взял ответственность за него на себя, желательно большой, важный дядечка, и это было странное желание, желание, которое Илья всячески глушил в себе, считал глупым, пытался искоренить. Да и откуда этому желанию было взяться, если у Ильи не было проблем с отцом? — Ты же знаешь, я так не могу. Я всегда буду переживать за тебя. — Почему? Почему, Ден? — Илья потушил сигарету и повернулся к Денису, заглянув в океан глаз своим самым серьёзные взглядом, насупив брови, Илья словно пытался что-то прочитать в чужих зрачках. Его больше не волновал рассвет, только то, что скажет Дрейк. — Блять. А ты типа не знаешь почему. — Не знаю. Просвети. — Сука. В мазейке я актив, а значит я должен заботиться. Точка. — «Блять, что я несу?» мысленно прокручивал в голове Денис, Илья тоже стоял пару секунд со сложным лицом, но потом прыснул и заулыбался. — Вот это хорошая шутка была. Ты - актив? Ещë чë расскажешь? Не смеши меня. Я Во-первых старше, во-вторых опытнее, и это не у меня смазливое ебало как у Чонгука из битиэс. — Илья ещë шире растянулся в улыбке, хохотнув, и стал походить на чеширского кота, а Денис выдохнул с облегчением, слава богу Илья был лëгок на подъëм и не из тех людей, кто заклеймит идиотом из-за всего одной сказанной чепухи, и уж точно не прекратит общение. — А если серьëзно, Дэн? Почему ты так хочешь заботиться обо мне? — Илье было сложно подбирать слова, они путались, мешались, не соединялись в предложения, а голос предательски дрожал и скокал в тональности, выдавая Илью с потрохами. — Потому что ты мне дорог. Я не хочу, чтобы только ты был сильным и ответственным, играл роль взрослого. Я же вижу, как ты ненавидишь это. Прошу, будь честен со мной. Ты можешь быть "мамой" иногда, но это не значит, что тебе не нужна "мама". Позволь взять ответственность нам, Сане, Мухану... В конце концов мне. Позволь позаботиться о тебе. — Хриплым голосом, тараторя и сбиваясь с мысли выпалил Денис, а затем, смущëнный свей же речью, принялся со всей внимательностью разглядывать асфальт. Илья не нашëл, что ответить. Ему впервые говорили такие слова. Девушки признавались ему в любви не единожды, но чего-то такого же личного ему никогда не говорили, и ни от одного признания в жизни сердце не заходилось так часто, как после слов Дениса. Тепло разлилось в груди и где-то под лопаткой, под ложечкой засосало, а уши Ильи еле заметно зарделись. Тишина была оглушающей, но Илья не был ею смущëн, в его голове проносились сотни мыслей, а сердце набатом билось и гудело в ушах. — Я... Я даже не знаю, что сказать. Мне такого никто не говорил... Даже не знаю, получится ли у меня довериться, как ты просишь?... — Илья потупил взгляд, неопределëнно взмахнул рукой, а Денис, в свою очередь, преодолел расстояние между ними одним шагом, заключая Илью в объятия, утыкая нос в чëрную макушку, прижимая лицо Ильи в свою шею, иначе из-за их разницы в росте просто было невозможно. Денис наслаждался, вдыхая кокосовый запах его кондиционера. — Илья, Илюша, какой же ты дурень. Конечно получится. Со мной уж точно. Предоставь это мне, я не подведу, обещаю, я... Я люблю тебя. Я сделаю тебя счастливым. — Денис крепко-крепко сжимал Илью а тисках, как бы доказывая всю серьëзность своих слов и намерений. Илья не верил своим ушам, он сразу понял, в каком смысле Ден его «любит», но самое пугающее было не это, а то, что Илья, кажется, чувствовал в груди нечто похожее, только его чувство было куда сильнее и даже разрушительнее. Потому, когда Денис наклонился к Илье, сложив свой позвоночник в три погибели, и потянулся за поцелуем, Илья не стал возражать, наоборот, - он подставлял свои сухие губы под Денисины, мягкие и пухлые, почти женские, он разрешал исследовать и вылизывать свой рот чужому, шершавему языку. Денис одной рукой держал Илью за затылок, дабы проникать глубже в жаркий, безумно влажный и желанный рот, а другой держал руку Ильи, переплетая ладони в замок. Илья отвечал на поцелуи не менее страстно, перехватывая инициативу, переплетая их языки, толкаясь глубже в Денисин рот, посасывая верхнюю губу, прикусывая нижнюю. Они стукались зубами, поцелуй был сладким-сладким, но очень долгим, отчего слюны были слишком много, парни не успевали глотать еë, и она ниточкой тянулась между ртами парней, ниспадала на подбородок старшего. Илья держал Дениса за талию, А тот в свою очередь чуть ли не наваливался на Илью, при этом сгорбившись для удобства партнëра. Когда поцелуи стали мелкие, очень нежные и аккуратные, обрывистые, - в уголок губ, в щëки, короткие в нос, потом мазнули по шее, оставляя мокрый след на кадыке, а худые, холодные и крайне нахальные руки младшего полезли под толстовку, задирая ткань и оглаживая бледную кожу, тогда Илья забил тревогу. Он был не против близости с другом, а точнее, теперь уже с любимым человеком, но одно лишь не давало Илье покоя. Он выбрался из Денисиных объятий, ловко вывернувшись, отошëл чуть в сторону и посмотрел на друга недоверчиво. — Любишь... В каком плане - любишь? Как друга, или?.. — Старший многозначительно повëл бровью. — Блять, Илья, мне кажется очевидно, как я тебя люблю. Спойлер, не как друга. Как нечто большее. Я понимаю, для тебя это, наверное, странно, может, даже пугает, но я не прошу от тебя... — Нет. Не пугает. — Прервал Дениса Илья. — Меня это не пугает. Иначе я бы не стал отвечать не поцелуй. Хотя мы и так целовались до этого на стримхате, но... Короче, не важно. Я... Я, кажется, это взаимно. Но свою гейскую натуру я буду обдумывать, рефлексировать и отмечать потом. Сейчас... Скажи, Ден, а что с Ариной?— С замиранием сердца Илья ждал ответ на этот вопрос. Он не хотел быть ни сволочью, ни разлучником, а меньше всего хотел быть третьим лишним. — Арина?.. А, Арина, ну конечно! Как бы тебе так сказать... — Говори как есть. — Ну, мы расстались. Ещë неделю назад, до твоего приезда. Я уже тогда тебя... Ну, ты понял. Я решил не врать ей и сказать правду. Если тебе интересно, мы остались друзьями. — У Ильи буквально упал камень с плеч, даже не камень, большой такой булыжник. Денис вновь сократил расстояние, прижался виском у чужому виску, ласково погладил скулу и щëку Ильи, А затем короткие волосы. — Ты переживал из-за Арины? — Да мне вобще... — Денис не дал договорить, быстро и почти невесомо целуя старшего в приоткрытые губы. — По лицу было видно, как ты переживал. У тебя даже венка на лбу надулась. Это смешно. Кстати, я же просил не врать мне. Кого-то ждëт наказание. — Гортанным, очень низким и эротичным голосом сказал Денис Илье прямо на ухо, обдавая горячим дыханием, заставляя сердце Ильи вновь плясать хоровод. — Кринж, Ден, кринж. И я не буду твои извращения выполнять. Ты мелкий пиздюк ещë. — серьëзно говорил парень, но сам едва ли верил в эти слова, а покрасневшее лицо не делало его убедительным. Денис вновь взял его за руку, переплетая пальцы в замок. — Кстати, Илья, ты ведь нихуя не мало весишь. Я тебя бухого еле донëс до парадной. А я под конец тебя именно нëс, ты был фул неадекватный, даже разговаривать не мог, не то, что стоять. Но ты бы меня даже на сантиметр от земли поднять не смог. Это получается, я всë таки актив? — Илья хотел было возразить, но слишком устал, да и это было бессмысленно, они ещë успеют наспориться, кто кого, по каким дням и в каких позах будет иметь. — Пошли уже спать, горе-актив.