второй шанс для нас

- то есть, ты считаешь, что лучше отец чем я? анастасиус поднял глаза, до этого пристально изучая бумаги, которые раздобыл роджер. везде говорилось, что видели девочку похожего описания на дженнет, но всё приводило в ещё больший тупик, от чего анастасиус бесился с каждой строчкой, но старался сохранить хладнокровие. стоящий в дверном проёме клод явно не был антистрессом в своей привычной занавеске, которые бесили брюнета каждый раз. младший брат, словно понимая это, спокойно поправил ткань на плече и пристально смотрел на анастасиуса. мужчина гордо выпрямился, закатывая рукава рубашки, краем глаза замечая за спиной императора черноволосого мага, от чего ухмыльнулся. - пошёл жаловаться воспитателю? что за детский сад. грубая колкость со стороны бывшего императора никак не задела лукаса, тот в ответ лишь закатил глаза и громко фыркнул. клод молча прошёл в кабинет и всё также смотрел на брата, который скрестил руки на груди и не собирался уступать в этих глупых гляделках. - по крайней мере, я полюбил свою дочь не потому что её мать вернулась аж с того света, видя моё ужасное отношение к ней,- клод на секунду застывает, а анастасиус чувствует какое-то садисткое удовольствие от того, что ударил туда куда надо. он считал, что перерос эти детские игры, но приятно было взять вверх. - да, я в курсе подобных вещей. тот ублюдок мог залезть куда угодно, как не прискорбно. - не смей.. - не сметь что?- именно поэтому анастасиус не хотел расслабляться, ведь понимал, что даст волю тем мелким чувствам, которые оказывается так велики. - не сметь так говорить о твоих отношениях с дочерью или не сметь упоминать твою женщину. - я сказал, "заткнись". император на удивление довольно быстро оказался с ним лицом к лицу, но анастасиус не опустил голову и всё также смотрел свысока, хотя и понимал, что этого делать не стоит. его могут в любую секунду вернуть на висилицу, его дочь так и останется непрнятно где непонятно у кого, но чем чёрт не шутит, ему нравилось бить по самому больному. - всё-таки женщина важнее. - не тебе мне говорить об отцовстве, - клод слегка улыбается, но это происходит всего на пару секунд, - ты зачал дочь исключительно ради эксперимента и никогда не любил её. - но я всегда заботился о ней. ухмылка на лице анастасиуса бесит до скрежета, но клод не реагирует, всем естеством ощущая что если поддастся, то обязательно проиграет. он словно снова почувствовал себя маленьким ребёнком, которого отчитывает старший брат и это было по-настоящему ужасное чувство ностальгии. - она появилась только ради эксперимента, но я всегда заботился о ней, обеспечивал, оберегал, был с ней, когда она едва могла переворачиваться на другой бок. моя родилась в злости и ненависти, и всё же я всегда защищал её, я стал ей другом, я стал тем кому она всегда доверяла. а твоя дочь родилась от любви и где же ты был, клод? где был ты, когда родился ребёнок, в котором твоя женщина души не чаяла? - я не виноват, - злобно в ответ прорычал блондин, его голубые глаза полыхали похлеще, чем в своё время глаза аэтернитаса,- я любил ди.. - твоя одержимость не оправдание всему, что ты делал, - брюнет оставил бумаги, которые до этого просматривал, на столе и, больше не глядя на брата, прошёл мимо,- я не ангел, но и ты не святой. не думай, что если обратил внимание на свою дочурку, то в один миг стал прекрасным отцом и человеком. анастасиус спокойно прошёл мимо мага и вышел из кабинета роджера, оставляя двух могущественных людей империи наедине с гневом и чувством некого поражения.

***

дженнет сжимает белую сорочку, которую на неё надели пока она лежала без сознания, и старается не плакать. пока эти люди экспериментировали над ней, она ни разу не всхлипнула. слёзы текли против её воли, боль была настолько адской, что из горла вырывались истошные крики, а их взгляды пугали больше, чем нападение императора на неё. прошёл чертов месяц с тех пор, как она тут оказалась и она может смело заявить, что это было самое худшее время, какое только могло быть. единственным утешением во всём этом был лишь тер, который помогал ей промыть раны водой, которую приносил стражник и оставлял рядом с клеткой. дженнет несколько раз умоляла этого мужчину выпустить их, но тот никак не реагировал, лишь молча смотрел на неё своими стеклянными глаза, от которых холодок прошёлся по спине, заставляя съежиться. - сегодня они ничего не сделали. голос тера был тихим и успокаивающим. он подошёл поближе и сел рядом, поэтому дженнет тут же уронила голову ему на плечо, заставляя что-то внутри парня опасно сжаться, но он тут же подавил это. он и раньше стал замечать, что чем чаще он проводит время с дженнет, тем противоречивее становится. словно внутри сидел демон и пытался уговорить его поглотить девушку , но другая его часть не позволяла лишний раз коснуться девушки. он итак с трудом терпит нападки этих психов на неё, ощущая каждый раз гнев бурлящий в нём стоит охранникам подойти к их камере. - тер, - шатенка говорит так тихо, что он вынужден слегка наклонить голову ближе к ней, чтобы услышать. - я хочу к папе. - ты уже большая, чтобы хотеть к папе на ручки, - парень слегка смеётся и дженнет подхватывает его смех, чувствуя как горло болит после криков. - я тоже так думала, - девушка тяжело выдыхает и ложится на спину, поэтому тер ложится рядом, взяв её за руку, но дженнет словно не чувствует этого, поглощённая своими мыслями. - но теперь я так сильно скучаю по нему. тер, до этого пристально смотрящий на дженнет, с внутренним смехом осознает, что та засыпает, ведь её голос становился всё тише, а дыхание ровнее, позволяя её нежным чертам лица расслабиться. однако смешок быстро сменивается на лёгкую раздражительность. осознание, что эта девчушка сейчас думает о ком-то другом, когда он единственный защищает её и заботится, действительно раздражало. приподнявшись на локтях, парень слегка навис над шатенкой, которая спокойно посапывала, и провёл пальцами по её челке, убирая с глаз. - я не знаю почему, но я уже не могу отказаться от тебя, дженнет, поэтому тебе лучше выжить в этом аду и мы уйдём от сюда, я тебе обещаю. только ты и я. его фиалковые глаза на секунду блестнули, словно драгоценные камни, а мана до этого едва ощутимая, начала покрывать их кроваво-черной оболочкой.

***

- показатели образца 47 становятся всё лучше и лучше с тех пор как мы получили сосуд. щуплый старичок поправляет свои очки и выглядит таким воодушевленным, что мужчина в мантии поднимает голову, до этого о чём-то перешептываясь со своими соратниками. они все переглядываются между собой и один из них снимает капюшон мантии, смотря на доктора недоверчивым взглядом. длинные каштановые волосы были уложены в низкий хвост, а аккуратные, но острые черты лица выдавали в нём аристократа, поэтому старичок слегка поклонился, словно на животном инстинкте понимая, что нужно поклониться. он тут же положил бумаги перед ним и после тщательного прочтения, шатен встал со своего места и подошёл к мужчине во главе стола, шепча что-то тому на ухо. - почему только его? - я не могу сказать точно, но он всегда был более способным, чем остальные образцы, - доктор подошёл к столу и положил ещё пару документов на середину.- его запас маны значительно увеличился, регенерация стала быстрее и жизненные показатели лучше с каждым днём. - к чему нам сорок седьмой, если у нас есть истинный сосуд? недовольный голос выдывал в одном из них женщину, на что доктор недовольно сморщил нос, однако ничего не сказал. никто ничего не мог ответить, поскольку и сами не знали зачем до сих пор держат при себе остальные образцы , которым также дали сокращения от имени императора аэтернитаса. - что насчёт образца 24 - этаса? - он умер прошлой ночью. тяжёлый вздох заставил всех ощутить это напряжение, которое словно сжало воздух вокруг. каждый в комнате знал, что их глава возлагал большие надежды на этот образец, поскольку его разум был достаточно слаб и манипулировать им было в разы легче, чем другими. мужчина во главе поманил стоящего рядом шатена и тот тут же наклонился, молча выслушивая. выпрямившись и смотря на всех в зале, абсолютно спокойно произнёс: - от образцов пока избавляться не будем, пристально следите за всеми, особенно за сорок седьмым. никогда не знаешь кто именно будет достоин носить полное имя великого аэтернитаса де эльджео обелия.