Возможно, всё куда лучше, чем кажется.

Рюгюджи. Его голова была забита странными, дурацкими мыслями. Это больше напоминает интрижку на пару недель, ну или месяцев, – если повезёт. Рюгюджи никогда не отрицал, что ему нравятся и парни и девушки, скорее, спокойно признавался в том, что он Би. Однако такого нахального отношения к себе ни от парней, ни девушек ещё ни разу не видел. "Ханма – ветреный парень." Кен смирился с этой мыслью ещё месяц назад, когда он только пришёл к нему домой. Даже сам парень признавал это ни раз и ни два. Они пару раз пили вместе, когда Шуджи сам звал его и лишь однажды, – потому что сам Рюгюджи захотел. Их встречи могли быть и в ближайшей библиотеке, и в кафе, где Дракен иногда брал смены, – когда рабочих рук не хватало. В основном они разговаривали только об уроках и назначали встречи, но потом, ближе к концу, Ханма тянул Рюгуджи к себе, оправдываясь: «слишком много учёбы может повредить мозгам. давай отдохнём». И он был не против, потому что состоял в свободных отношениях и для него это вполне..ну, нормально, понимаете? Пусть Ханма и не говорил ничего о том, что это «свободные отношения», пусть даже если и пользовался Дракеном, он был не против. Ему это даже нравилось. Он впервые позволил Шуджи поцеловать себя по-настоящему только спустя двух недель их знакомства. Спустя ещё пару дней впервые перебрался к нему на колени и повалил на кровать. Они целовались долго, их руки блуждали по делам друг друга и никто из них не был против «этого». Однако они ни разу не затрагивали данную тему, хотя, наверное, стоило бы. Или нет? Рюгуджи не знает. Он знает лишь, что ему нравится разговаривать с Шуджи, целоваться с ним, обниматься, помогать и просто быть рядом. Кен понимает, что, в каком-то смысле надеяться на «продолжение» очень глупо, ведь родители Шуджи настаивают на том, чтобы тот поступил на юридический за границей и стал хорошим адвокатом. Мать судья, отец прокурор и сын адвокат, – это звучит как не очень смешной анекдот. Смешнее только то, что он продолжает думать об этом, пока Ханма стоит на четвереньках между его ног и отсасывает. Как выяснилось пару дней назад, Шуджи до него даже не был геем и не интересовался парнями, но решил «поэкспериментировать». Рюгуджи не имел ничего против всего этого, пока делал медленные, глубокие толчки в горячий рот. Его член приятно упирался Ханме куда-то в глотку, когда тот расслаблял горло и позволял органу проникнуть настолько глубоко. Кен не сильно сжимал волосы брюнета, локтем упираясь в кровать и смотря на Шуджи затуманенным взглядом. Его бедра двигались верх-вниз, пока он не кончил в рот парню с низким горловым звуком, откидываясь назад на кровать. Шуджи глотает всё и облизывается, собирая языком остатки с головки и глубоко дыша, опускается рядом. – Ну как? – Практика тебе действительно помогла, – хрипло смеётся парень, закрывая глаза. – Ну, а я тебе что говорил? – Ухмыляется Ханма, нависая над тем и утыкается носом в шею. – Действительно. Говорит тот, хватая парня за волосы и мягко целуя. Плевать, что он чувствует вкус своей спермы на его языке. С Шуджи ему целоваться приятно, поэтому похуй.