Разные взгляды

      Михаил Юрьевич считал, что будучи секретарём судьи, женщина должна приносить в помещение хотя бы некоторое подобие порядка, создающего впечатление уюта и комфорта.       Алина так не считала.       Михаил Юрьевич считал, что, засмотревшись на симпатичную девушку при первом знакомстве, можно и дальше испепелять её взглядом, не обращая ни малейшего внимания на то, что, возможно, ей некомфортно.       Алина считала, что игнорировать просьбу начальства явиться к нему в кабинет — это нормально. И не отвечать на телефонные звонки судьи, руководствуясь тем, что якобы не слышала — тоже.       Михаил Юрьевич считал, что выискивать свою новую секретаршу по всему суду — прекрасное занятие для мужчины (если бы не десятки заседаний в производстве), а зажать её потом в углу, пресекая любые попытки к бегству, только в радость, и это, наверняка, по душе новой сотруднице.       Алина считала дозволенным и абсолютно правильным взять и ударить в одно место человека, пусть и судью, что домогается средь бела дня.       Михаил Юрьевич считал, что заправить выбившийся локон девушки за ухо — совсем не домогательство, и такой суровый нрав просто не может быть у представительницы женского пола.       Алина считала, что четырёх часов сна в день — недостаточно, и в том, чтобы прийти на работу на часик попозже — ничего такого.       Михаил Юрьевич считал, что дожидаться свою помощницу, которая едва устроилась в суд, — невиданная снисходительность для последней, и то, что она смеет не прийти вовремя, вынуждает Романова задуматься о применении выговора, который он с наибольшей вероятностью ей влепит.       Алина считала, что если дело не в том порядке подшито, а опись не так составлена, виновата вовсе не она, а секретарь суда, который из-за своей вредности, не хочет принимать дело для дальнейшего исполнения.       Михаил Юрьевич считал, что судье нечем заняться, кроме как сидеть в кабинете и, обзаведясь иголкой с ниткой, перешивать дело, вместо того, чтобы заниматься своими обязанностями.       Алина считала, что если в суде нет хотя бы одного кофейного автомата, то в нём явно все вымерли и не стоит в нём даже работать.       Михаил Юрьевич считал, что если пить кофе каждый день, это негативно скажется на нервной системе и приведёт к нарушению сна.       Алина считала, что судьям, в каком бы суде они не работали, лезть с нравоучениями в судьбы своих подчинённых, не стоит.       Михаил Юрьевич так не считал.       Но в одном вопросе и Романов и Алина проявляли удивительное единодушие: с внутренней стороны кабинет в рабочее время просто необходимо запирать на ключ.