Я никогда не смогу тебе отказать

– Стив! – выкрикнула Нат, когда увидела, что я открыл дверь. – Что ты делаешь? Я потянул ее к противоположной стороне пустого коридора, двумя дверями дальше, и втолкнул в другую спальню, после чего вошел сам и закрыл дверь. – А вот с этой постелью ты знакома лучше, – напомнил я, указав на кровать Брюса. – Залезай. Наташа повернулась ко мне лицом и сжала кулаки. Она тяжело дышала, совершенно потеряв самообладание, и покачала головой. В ее глазах блестели слезы. Зачем я это делаю? Я мог бы сказать, как сильно ее желал, как сильно нуждался в ней, как спустя почти неделю по-прежнему ощущал ее вкус на языке. Она могла бы сейчас лежать подо мной, в моей кровати, я мог бы погружаться в нее, слушать ее частые вздохи. Забыться с ней под простынями и чувствовать ее до конца ночи. – Стив, – взмолилась она дрожащим голосом. – Почему ты так поступаешь? После всего, через что мне пришлось пройти. Почему ты пытаешься сделать мне еще больнее? – Ты сдаешься? Ее лицо исказилось гримасой, она опустила голову, ее тело задрожало от рыданий. – Ты больной, Стив. Ты просто больной. Я стиснул зубы, приблизившись к ней. – В прошлом году, когда я узнал, что ты встречаешься с Брюсом, мне стало противно. Я ненавидел тебя, но вас, как пару, возненавидел еще больше. Я хотел прийти сюда и увидеть тебя в его постели, увидеть, как бы ты выглядела… – Почему? – перебила меня Наташа. Глядя ей в глаза, я осознавал, что сам с трудом понимал ответ на этот вопрос. Даже тогда я всегда ощущал злость. Злился на Брюса из-за того, что он выхватил Нат из моих рук. Злился из-за того, что их с Брюсом всегда сводили вместе. А потом я разозлился на нее за то, что она меня предала. То есть, мне казалось, что предала. Но по какой-то причине эта злость не сломила меня. Она сделала меня независимым, непокорным.А подвергая себя пытке, например, представляя Нат здесь, с ним, я держал себя на взводе, подпитывал свою ярость. Мне это нравилось, потому что мне нравилось быть самим собой. Это делало меня сильным. Изменился бы я, если бы поддался ей? – Мне нравится мучить себя, – сказал я Нат. – Мне это нужно. А сейчас раздевайся и ложись в его кровать. – Стив, – выдохнула она, пытаясь остановить меня. Однако я был непоколебим. Грудь Наташи резко поднялась и опустилась, но затем выражение ее лица стало спокойным, она расправила плечи и посмотрела на меня. Ее рот искривился, но с неизменной храбростью во взгляде Нат сорвала с себя одежду и стянула трусики, переступила через них и подошла к кровати. Мое сердце забилось быстрее; я сложил руки на груди, стараясь держаться сурово. Ее длинные рыжие волосы ниспадали на спину. Она подняла одеяло, легла на кровать и накрыла себя темно-зеленой простыней до талии, оставив грудь обнаженной. Она положила одну руку под голову, а вторую на живот и посмотрела на меня, дразня своими огромными изумрудными глазами. Она казалась такой мягкой, теплой, идеальной. Он видел ее такой. Он лежал рядом с ней. Чувство горечи охватило меня. Не из-за того, что я видел перед собой, а из-за того, что она вообще не должна была достаться ему. Я мог получить Нат – быть у нее первым и единственным, – но я отпустил ее год назад. Если бы я этого не сделал, она бы никогда даже не взглянула на него. Черт, да что со мной такое? Неужели могущество, которое я чувствовал, когда притворялся, будто ее не существует, было сильнее того блаженства, когда Нат оказывалась в моих объятиях? Нет. Ни на йоту. Нат склонила голову набок; ее глаза наполнились слезами. – Я в его постели, – отметила она. – Ты что-нибудь предпримешь на этот раз? Я могу простонать его имя или… может, рассказать тебе про те четыре раза за несколько месяцев наших отношений, когда я позволила ему взять себя, и как упорно я старалась не представлять тебя на его месте. Слезы, сверкавшие в ее глазах, пролились на виски, скатились в волосы. – Может, ты предпочтешь более наглядную демонстрацию? – спросила она. Нат села, притянула к себе подушку и оседлала ее. Она начала двигаться так, будто под ней был Брюс, запрокинула голову назад и застонала. Ее красивая округлая попка прижималась к ткани, спина выгнулась, когда темп ускорился, а роскошные волосы, струившиеся по спине, раскачивались из стороны в сторону. Острая боль пронзила мою грудь; я сжал кулаки. – Таша, – пробормотал я с таким чувством, будто потерял ее. Но она вдруг застонала и прошептала: – Стив. Я прищурился и подошел ближе к кровати, чтобы увидеть ее лицо. Ее глаза были закрыты; Таша тяжело выдохнула, и на ее лице появилась едва уловимая улыбка, пока она скакала на подушке. – Стив… Нат двигалась все быстрее, прижималась сильнее, ее живот плавно изгибался, полные груди раскачивались в такт движениям. Она застонала, трахая подушку все жестче, ее лицо напряглось, словно от боли. – О боже. Ох, черт. Брюс был забыт. Его не было в комнате. Она моя. Я расстегнул ремень, снял джинсы, бросил их на пол и опустился на кровать, встав на колени позади нее. Я сбился со счета, забыл, чей сейчас ход, и в какую игру мы вообще играем. Мы хотим то, что хотим. Обхватив ее горло ладонью, я притянул Нат к себе. Она уронила голову мне на плечо. Мой член стоял прямо и терся о ее задницу. – Что ты со мной делаешь? – спросил я, на самом деле не ожидая ответа. Нат терзала меня, но мне, похоже, было плевать на это. Я просто хотел сгореть. Опустив руку к ее киске, я погрузил в нее два пальца, начал вводить их внутрь и выводить, распределяя ее влагу вокруг клитора. Нат застонала, повернула ко мне голову, подняла руку и обхватила мой затылок. – Я не такая уж стойкая, Стив, – прошептала она. – Я могу играть, я могу позволить тебе трахнуть меня в постели моего бывшего или на его столе, использовать меня как вещь, чтобы отомстить ему, но в итоге… – она помолчала, а потом договорила: – В итоге я все еще здесь, Стив. Я здесь. По-прежнему есть только ты и я. Нат тяжело выдохнула. Ее дыхание коснулось моей кожи. Я опустил голову, уступив ей. Обхватив обеими руками, я крепко прижал ее теплое тело к себе и уткнулся лицом ей в шею. Я никогда не смогу ее отпустить. – Только ты и я, – повторила она. – Пообещай мне, – потребовал я, почти касаясь шелковистой кожи ее шеи. Только пообещай мне что? Чего я хотел от нее? Пообещай, что никогда не бросишь меня? Пообещай, что принадлежишь мне? Пообещай, что ты моя? Я поднял голову и поцеловал ее глубоко и быстро. Едва ощутил ее вкус, как поток наслаждения хлынул прямо в член.Отстранившись, я тяжело дышал напротив ее губ. – Пообещай, что никогда не скажешь мне «нет». Пообещай, что никогда не будешь сдерживаться со мной. Она поймала мою нижнюю губу зубами, втянула ее себе в рот и поцеловала меня. – Я никогда не скажу «нет», – ответила Нат, а потом добавила, и я по голосу понял, что она улыбнулась, – пока ты будешь заставлять меня кричать «да». Я застонал, заставил ее опуститься на четвереньки, схватил за бедра и рывком притянул к себе. Она с готовностью раздвинула ноги для меня. – Значит, только до тех пор, пока я буду тебе нужен? – поинтересовался я игриво, взял свой член в руку и провел головкой вверх и вниз по ее теплой киске. – Лишь до тех пор, пока ты нуждаешься в этом? Найдя вход в ее влажное жаркое лоно, я ввел головку и сразу же вышел из нее. Нат содрогнулась. – Стив, – застонала она, оглянувшись на меня. Я вновь ввел лишь головку члена. Ее горячая киска так туго сжала меня, что я захотел погрузиться в нее одним резким толчком. – Ты никогда мне не откажешь. Сама ведь знаешь.Опять отпрянув назад, я услышал, как она раздосадованно хныкнула. – Стив! – Нат ударила кулаком по одеялу, после чего резко выпрямилась, развернулась и толкнула меня на кровать. Я ударился спиной о деревянное изножье. Мое сердце гулко громыхало в груди, пока я наблюдал, как Нат подползла ко мне и забралась сверху, словно обезумевшая маленькая хищница. Она оседлала мою талию. Я схватил ее за бедра и злорадно улыбнулся, когда Таша одну руку положила мне на плечо и впилась ногтями в кожу, а второй направила мой член в себя. Она опустилась на меня. Я проскользнул внутрь, сжал ее задницу и притянул ее к себе, чтобы поймать ртом ее сосок, лизнул сморщенную плоть. Мне хотелось укусить ее. Она была так чертовски хороша на вкус. Ухватившись за изножье кровати одной рукой и за мое плечо другой, она качнула бедрами, запрокинула голову назад, застонала и начала трахать меня. – Вот так. – Я сжал ее ягодицы, снова и снова притягивая ее к себе. – Вот так, детка. Для этого ты была создана. Для меня. Я зарычал. Мой гребаный член стал таким твердым, и все из-за нее. Обхватив одну грудь рукой, я накрыл ее ртом и продолжил играть с соском, облизывая, покусывая, пока Нат все быстрее двигалась, с таким упоением объезжая меня. – Ах! – выкрикнула она. Затем она прильнула ко мне, прижалась к моей груди своей и поцеловала меня. Моя кожа вспыхнула, едва я ощутил ее дыхание. Господи, я впал в зависимость от нее. – Не ищи никого другого, чтобы получить это, – прорычал я едва слышно, снова ее поцеловав. – Стив, – тихо выдохнула она. – Я никогда не хотела никого, кроме тебя. Разве ты не видишь? Нат подалась назад и выпрямилась. Она закрыла глаза, ее кожа буквально сияла, а ее груди подпрыгивали в такт нашим движениям прямо передо мной. Волосы водопадом рассыпались по ее плечам и спине, обнажив шрам. Протянув руку, я провел большим пальцем по всей его длине. – Такая красивая, – прошептал я. Она судорожно вздохнула, двигаясь все быстрее и быстрее, и застонала: – О боже. Поток жара хлынул в мой член. Напрягшись, я зажмурился. – Господи, – прорычал я. – Детка, тебе лучше сбавить темп или приготовиться кончить. – Я кончаю, – выдохнула Нат. – Я кончаю. Она начала опускаться на меня еще быстрее и резче. Ее шея покрылась бисеринками пота. Вдруг Нат замерла и впилась ногтями мне в плечо. – О, боже мой! – закричала она, содрогаясь и прижимаясь ко мне. Я застонал, продолжая совершать резкие толчки бедрами вверх, и излился в нее. Мой пресс и все остальные мышцы напряглись и горели. Нат упала на меня, уткнулась губами в мою шею, и в течение нескольких секунд мы просто дышали. Наши груди ритмично поднимались и опускались вместе. Я хотел остаться здесь навсегда. Нат. Маленький Монстр. – Я не прощаю тебя за то, что ты сделал со мной, – прошептала она. Ее голос все еще дрожал после оргазма. – Но ты прав. Вряд ли я когда-нибудь смогу отказать тебе. Поглаживая ее по волосам и крепко прижимая к себе, я закрыл глаза. Думаю, я тоже не смогу тебе отказать.