Мгновение до полудня

Солнце спряталось за облаками, словно бедный кролик, ищущий спасение от лисы. Морозные сети сковали окна, будто предвещая скорейшее появление тьмы. На самом же деле наступило утро... В комнате слабо пахло имбирём, лишь аромат которого был свидетельством прошедшего праздника. О том, что Новый год кончился несколько недель назад, говорило также то, что нужно было снова идти в школу. И напомнил об этом будильник, разрывавшийся на части от звона. *** Умывшись, Вика попыталась пройти мимо кухни как можно незаметнее, ведь есть ей совершенно не хотелось,  да и времени оставалось не так много,  но... – Делай то, что велела тебе мать,  – услышала девочка суровый мужской голос. За столом сидел её отчим "дядя Боря", как любила говорить о нём её мама, и с утра пораньше распивал очередную бутылку пива. – Села и ешь. Иначе днём жрать будет нечего. Вика вспомнила, что мать на днях улетела в отпуск к своей тётке в Египет, и молча повиновалась. Положив в тарелку немного яичницы, девочка села за стол к отчиму, пожиравшему её взглядом. – Какая же ты мерзкая девчонка,  – сказал он. – Был бы я на месте Анжелики, сдал бы тебя в детдом уже давно. Жалко только, что... – Жалко, что тебе за это не дадут золотую карту для пивного магазина? Отчим скривился, но не отреагировал. – Не надоело портить матери настроение? Звонить ей каждый день и жаловаться на свою жизнь? – произнёс  Борис. – Va te faire foutre, дядя Боря, – улыбнулась девочка. Французского отчим не знал. Однако ему нравилось спрашивать о том, в чем он совершенно не разбирался. – Что это значит? – спросил он. Девочка на мгновенье закрыла ладонью рот, чтобы скрыть то ли зевок, то ли ухмылку. – Это значит, что я прошу у тебя прощения, – ответила Вика, – и больше такого не повторится, écume moche. – А теперь? – А теперь прощаюсь с тобой. Вечно недовольное лицо дяди Бори исказилось лёгким подобием улыбки, но Вика не заметила этого. *** Нацепив одежду и накинув рюкзак на плечи, Вика выбежала из дома. К счастью, день сегодня не обещал метели, и в лодке, чтобы пробраться через сугробы, необходимости не было. Школа находилась достаточно далеко от её дома, и Вике пришлось ехать туда на автобусе. Зайдя в школьную раздевалку, она встретила свою подругу Соню. Та сидела на лавочке и пыталась найти в телефоне фото школьного расписания, потому что идти до него ей, видите ли, было лень. Натянув улыбку, Вика подошла к подруге. Девочки обнялись, и первая пошла переодеваться. А пока Вика делает это, постараюсь рассказать немного о ней и Соне. Они уже и забыли, в какой момент началась их дружба, потому что до того, как она началась, они были, что называется, заклятыми врагами. Соня всячески обзывала Вику и могла выставить её как посмешище перед всем классом, Вика же подстерегала ту за углом, чтобы отомстить. Так, сперва ненавидя друг друга за каждую мелочь, однажды они сошлись и стали лучшими подружками, готовыми каждую секунду обсуждать всех и всё на свете. Одной из подобных тем были предполагаемые симпатии в их классе. В последнее время Вике казалось, что их общая подруга, Лиза, обязана присмотреться к однокласснику Мише. Как он смотрел на неё на переменах! Это просто не могло быть совпадением. Было вполне логично и ясно, что они обязаны быть вместе. Только вот это, как и всякую тяжёлую теорему, предстояло доказать. И в голове Вики уже созревал план, как можно было это сделать... *** – Каждый из вас обязан зарубить себе на носу, по какой формуле находится сумма первых n членов геометрической прогрессии, – усталым, но довольно серьёзным голосом говорила учительница математики Анна Николаевна. Это был бы самый добрый человек в мире, если бы не маленькие зарплаты и вечно действующие на нервы ученики. Ведь каждого, кто в их классе грустил или плакал, вне зависимости от причины, она могла угостить вкусняшкой или душевно поговорить с ним. Однако во всем, что касалось учебного процесса, она казалась разъяренной фурией, ждущей от учеников знаний вместо гнилой плоти. Наверное, так было нужно. Во-всяком случае, для Вики, которой школа служила местом отдыха от вечных упрёков отчима и постоянных проблем в семье. – Так вот, сумма первых n членов геометрической прогрессии находится по формуле... – Анна Николаевна отвернулась и начала царапать что-то на доске. Вечно молодые в душе мальчики на задних партах заржали со слова "члены". Классика. Вика, сидящая с Соней за партой, подперла щеку рукой и уставилась в стену. Подруга наклонилась к ней и зашептала, да назло так, что это могло услышать пол класса: – Ты снова переживаешь, что он не пришёл? Загадочным "им" был Влад, тайный краш Вики, по которому она изнывала чуть ли не с детского садика. Красивый, умный, обаятельный, он был фактически королём школы, а его новое худи могли обсуждать даже первоклашки. С самой Викой он почти не общался, она явно была "не его уровня". Однако ей это не мешало каждый день видеть его во снах и следить за ним в соцсетях. Проблема была в том, что вот уже неделю он не появлялся в школе. О нём даже не вспоминали, и это было самое странное. Учителя, оглашая список класса, почему-то забывали упомянуть его фамилию, а с доски "Лучших спортсменов года" убрали его фотографию. – Нет, какой смысл переживать? – после небольшой паузы ответила Вика. – Если бы я встречалась с ним, я бы могла забить тревогу... а так моя любовь умрёт вместе со мной. Соня фыркнула. О да, она была скептиком с высшей степенью скептицизма, никогда не драматизируя неразделенную любовь, детские душевные травмы и прочую психиатрическую фигню. В этом они с Викой были полные противоположности. *** Прозвенел звонок на большую перемену. Вика и Соня накинули куртки и вышли на задний двор. Девочки зашли за старое, уже не использующееся подсобное помещение и стали дышать свежим воздухом. Вернее, как. Соня достала вейп и затянулась. – Что я тебе скажу, подруга, – начала она, – клево то, что мы сейчас можем просто вот так стоять и наслаждаться жизнью. Вот реально. Представь, если мы завтра проснёмся, и все будет по-другому. Прикинь, нашу планету атакуют пришельцы, а нас заберут в рабство. – Почему у тебя никогда нет варианта, что кого-то может забрать в рабство мы? – спросила Вика. Подруга пожала плечами. – Мы не сообразим. Мы никогда не соображаем. То есть, как. Соображаем, когда уже надо бежать. Получается, потом осознание приходит. Смекаешь? Вика неопределенно кивнула. – Вот-вот. Ты, например, тоже. Тянула столько лет, что вселенная устала ждать и решила убрать этого деда нахрен из твоей жизни. – Если он старше меня на полгода, то это не значит, что он дед. – Блин, да какая разница? – Девочки... Я еле нашла вас, – к ним подбежала Лиза. Она явно только что повидалась со своей очередной младшей сестрой, которая училась в начальной школе. Почему-то у неё была странная тяга к человеческой мелкоте. И дети её любили. В общем, всем могу пожелать такую старшую сестру. Соня закашлялась и начала яростно глотать воздух. – Ты... убить... меня... хочешь?... – произнесла она. – Ладно, я... но у Вики тоже слабое сердце. Пожалей человека. Лиза хотела, видимо, сказать фразу по типу: "А ты разве не убиваешь себя сама?", но тактично промолчала. Она вообще была очень воспитанной. Даже слишком. – Так... что ты хотела сказать нам? – спросила Вика. Лиза начала рассказывать, что её в очередной раз похвалил директор и даже пригласил на чашечку горячего шоколада в пятницу вечером. (Если что, сегодня была среда). К слову, их директор был довольно-таки самодостаточный человек лет сорока, с почти всегда приветливой улыбкой и, что называется, армянской гостеприимностью. (На самом деле он был русским, и его звали Иван Дмитриевич). Ещё он сказал, что ему нужно будет на этих выходных куда-то срочно уехать, и школой будет править завуч Мария Степановна. – Интересно, с каких пор у тебя такие хорошие отношения с директором? - спросила Соня. – У меня всегда хорошие отношения с учителями, – сказала Лиза и улыбнулась. Будучи все девять классов круглой отличницей и победительницей олимпиад, девочка завоевала любовь со стороны всех учителей. Даже Анастасии Павловны (позже вы узнаете про нее). Соня затянулась и спросила: – Слушай, Лиз, ты случайно не можешь объяснить мне, чем "лишний" человек отличается от "маленького"? – лучшая подруга Вики собиралась сдавать литературу. Чтение классики было не слишком интересным увлечением для неё, однако более-менее популярные книги она читала с удовольствием. Например, за пол дня. Соня никогда не могла понять людей, у которых есть силы читать ночью. (Я, если честно, тоже не совсем их понимаю). Девочки разговорились, а Вика вышла из-за подсобного помещения и решила пройти по двору. Снег хрустел под ногами, а солнце светило в глаза так, будто хотело их выжечь. Поэтому Вика не сразу заметила стоящего за углом Мишу. Парень делал вид, что залипал в телефон, хотя на самом деле просто водил по экрану. Поверьте мне, эти действия совсем не сложно различить. – Что ты тут делаешь? – спросила Вика, хотя сама прекрасно знала ответ на этот вопрос. Миша немножко офигел, увидев девочку рядом. – Я... покурить хотел, но... отвлёкся, потому что мне... друг написал. – Интересно, с каких пор ты куришь? – сказала Вика. – Ты же пловец. – Не пловец, а борец, – поправил её Миша. – Поверь, это совсем не влияет на здоровье. – Ну-ну, – Вика старалась говорить максимально непринуждённо, чтобы он не подумал, что она его допрашивает. Все-таки Миша был немного замкнутым, чтобы задавать ему вопросы по типу: "А ты же втюрился в Лизу, правда?" К таким людям, уж не сомневайтесь в моих словах, нужен особый подход. Лизе бы он понравился. Она довольно общительная, а он полная противоположность ей. Но, как гласит великий и несравненный закон, противоположности притягиваются. Только знаете, чтобы им притянуться, нужна третья сила, связывающая их вместе. В этой "третьей силе" и состояло доказательство этой таинственной теоремы. – Слушай, Миша, не хочешь помочь мне донести книги из библиотеки домой? Сегодня, после уроков. Ты все равно живёшь недалеко от меня. Парень пол минуты стоял и непонимающе смотрел на Вику. Потом сообразил: – Ладно. Донесу. – Спасибо, – улыбнулась девочка и побежала к подругам, которые уже закончились обсуждать типы людей в литературе и принялись за нравственные уроки произведения "Горе от ума". Вика была относительно счастлива. Наконец-то её план потихоньку начал приходить в исполнение... только теперь нужно взять какие-нибудь книги из библиотеки, и желательно потяжелее. И это с учётом того, что Вика почти никогда не ходила в библиотеку.