Перерождение с силой Спрингтрапа в МГА.

Приятный запах разносился по всему дому. Касуми лежала на диване. Кенто стоял у духовки. Скоро должен был зайти Мидория. Пицца была в скором времени готова. Оба дорогих сыров соединились в один, сочетая самые лучшие качества. Но, к сожалению, она была не для него, а для Мидории с Касуми… В основном для Касуми. И вот зазвонил дверной звонок. Касуми открыла дверь и с её позволения вошёл в дом. А вот Кенто неожиданно решил заняться своими растениями. Они, как и прежде, были зелёными и здоровыми, но периодический приходилось ограничивать их рост, иначе они могли погибнуть. — Здравствуйте, — произнёс Мидория. Кенто непринуждённо кивнул, продолжив отстригать молодые веточки. — Вам помочь? — Нет. Мидория, почесав затылок, ушёл к заваривающей чай Касуми, начав что-то обсуждать. После они перешли к столу, продолжив общение, но уже с пиццей и чаем. А телефон Кенто неожиданно зазвонил. — Да? — крайне отрешённо поинтересовался Кенто. — Мне скучно. Пошли развеемся, — произнесла Руми. — Закажи себе проститута, — бросил напоследок Кенто, сбросив вызов. Но беда пришла, откуда не ждали. Телефон Касуми зазвонил. Она ответила и во всеуслышание крикнула на весь дом. — Руми сказала: Сам себе закажи! А ещё она будет ждать тебя у неё дома! — Хитрожопая сука. Хоть Кенто и не хотел ехать, но между проводить немного времени с ней и работать с тренировками одному он предпочитал первое. Потому, попрощавшись, он уехал. Дорога была относительно быстрой. В этот день не было пробок, все светофоры загорались зелёным, будто сама судьба способствовала их скорой встречи. И это ему не очень нравилось. Припарковавшись, он вышел из машины и отправился к квартире Мируко. Позвонив в дверь, послышался звук приближающихся шагов, затем щелчок замка, а после вышла Руми в своеобразном наряде. Её волосы были сплетены в конский хвост. Одежда состояла из короткого топа оголявший живот и спортивных штанов. Этот образ дополнялся кожаной курткой с силуэтом зелёного кролика на спине. Что странно, она была велика ей. — А ты быстро, — прокомментировала Руми. — На сто пятидесятой скорости ехал, что ли? — Много хочешь, — ответил Кенто. — Ну и ладно, идём, железка. — Как скажешь, крольчиха. Стукнув Кенто в живот, она быстро пошагал к лифту, а Кенто последовал за ней. Затем они сели в машину, и Руми стала указывать, куда ехать. Что удивительно, приехали они в какой-то странный ресторанчик. А через пятнадцать минут уже сидели у стола ''приготовь себе сам''. — Очень мило с твоей стороны пригласить человека, не переносящего никакую еду, кроме пиццы, в заведение, где НЕ подают пиццу! — взвился Кенто. — И что теперь я должна из-за этого не есть ничего, кроме пиццы рядом с тобой? — спросила Руми, добавляя на стол-плиту ингредиенты для блюда. — Нет, но это ты меня пригласила, а не я тебя. — Справедливо, но тебе не привыкать. Некоторое время Кенто просто наблюдал и наслаждался приятным запахом, пока та внушала блюдо, название которого он даже не запомнил. Но вот Руми была нацелена на продолжение беседы. — А с чего это пошло, что ты не можешь есть ничего, кроме пиццы? — поинтересовалась Руми, положив странное подобие бугристой лопатки с едой в рот. — С детства. Обычные дети не блюют кровью от молочка, насколько бы пастеризованным оно ни было. — А как ты понял, что пицца тебя не укокошит? — Юношеский максимализм и жажда пожрать что-то, кроме медицинской фигни. — То есть ты один раз рискнул, когда тебе сказали, что любая пища тебя убьёт, а после решил, что это исключение? —… Да. — Тогда как насчёт ещё раз рискнуть? Руми протянула к пасти Кенто странную лопатку с едой. Тот несколько секунд колебался с ответом, но всё же молча попробовал в обоих смыслах, о чём тут же пожалел, наблевав в рядом стоящий цветочный горшок. Сотрудники тут же обеспокоенно начали извиняться и предлагать что-то в качестве извинения, но это ему даром не сдалось. Когда же они ушли, Кенто недовольно посмотрел на Руми, что виновато смотрела в сторону. — Ну, по крайней мере, мы убедились в этом, — почёсывая щеку, пыталась сгладить углы Руми. — Знала бы ты, как глубоко слал твои эксперименты, ты бы расплакалась, — вытирая лицо салфеткой, ответил Кенто. — Ладно, прости. В следующий раз куплю тебе пиццу. В качестве извинения. — Я взрослый человек, имеющий огромную сеть пиццерий… Пять. — Три. — Договорились. Пожав друг другу руки, они продолжили наслаждаться трапезой. Закончив, они поехали домой. Но судьба вновь нанесла свой удар. Всяческие пробки и красный свет задерживали их от возращения домой, да ещё и машина заглохла, к счастью, всего в нескольких десятках метрах от дома. Оттащив машину к парковке, они пешком дошли до красивейшего газона Кенто, за которым он бережно ухаживал. — Подожди, — внезапно произнёс Кенто, заметив полностью занавешенные окна. А они даже ночью этого не делали. — Приготовься набить кому-то морду. — Можешь на меня положится, — ответила Руми с маниакальной улыбкой. Тихо пробравшись к двери, Кенто аккуратно открывает дверь, и они так же бесшумно пробираются в гостиную, где они встречаются взглядом с голым, одевающем штаны Мидорией. Все застыли на месте, не говоря ни слова. И вот, словно нитроглицерин, брошенный в двигатель, выходит Касуми в одном чёрном кружевном белье. — Беги! — выкрикнула Касуми, заслонив путь между ними. Изуко пускается в бегство. Кенто бежит за ним, схватив и бросив Касуми на диван. Руми попыталась задержать его, но тут же полетела вдогонку к его дочери. Мидория открывает окно и выпрыгивает во двор. Кенто последовал за ним, но не находит Мидорию даже за забором. Как вдруг сверху слышится чей-то чих. Как оказалось, Мидории. Забравшегося на крышу Мидории. — А ну, слезай с моей крыши! — крикнул Кенто. — Ни за что! — кричал в ответ Изуко. Кенто не мог забраться на крышу, не проделав в ней дыру, потому ему оставалось только кричать и угрожать, ожидая, когда он спустится. Разумеется, у этого были свои зрители – соседи Кенто. — А я говорил, что рано или поздно это случится, — ответил старый, полноватый мужчина, лежавший на лежаке и поедая попкорн. — Ты говорил, что он переспит с Мируко, а не с его дочерью. Дырявая твоя башка, — ответила такого же возраста женщина. — Ах да! Спасибо, что напомнила. Знаешь, пока я в очередной раз не забыл. Спасибо, милая, что продолжаешь заботиться о таком старом пердуне, как я. Если я умру раньше, не горюй моей смерти. Я тебя люблю и даже после смерти буду с тобой. — А? Ты что-то сказал? — Говорю, мяса надо будет купить! Старая ты карга! — Так говори громче! Мне не двадцать лет! — Хорошо! Я тебя люблю! — И я тебя!