Жизнь всего одна - импровизируй!

«Ира, привет! Шаст рядом?» Арсений говорил в трубку торопливо, в голосе чувствовалась какая-то нервная напряженность. — Здравствуй… Да, а что? — Ира метнула взгляд на жениха. «Ничего. Не говори ему, что я звонил. У меня к тебе разговор. Мы можем встретиться, скажем, завтра?» — Думаю, да. А что случилось? «По поводу мальчишника. Будет еще Поз, нам надо с тобой кое-что обсудить.» — Ладно, поняла. Напишу по поводу завтра. — Кто звонил? Антон гремел тарелками, складывая их в посудомойку. — Ленка, — не задумываясь, ответила Ира, смахивая остатки салата в мусорку. — Завтра встретимся по поводу девичника после работы. Окей? — Очередной ведьмин слет? — Антон! Это мои подруги вообще-то! Он рассмеялся: — Да, конечно, окей! Что ты вообще меня спрашиваешь? — Он улыбнулся. — Как будто я вообще могу тебе что-либо запретить. Она улыбнулась в ответ, встала на цыпочки и чмокнула его в щеку.

***

— Спасибо, что пришла. Ира бросила на кресло сумочку и заказала себе кофе. Оглядела серьезного Арсения и нахмуренного Диму, который махнул рукой в приветственном жесте. — Арсений, что случилось? Откуда такой официоз? — Сердечко у него не на месте, — привычно съязвил Дима, скрестив руки на груди. — Но на самом деле с Антоном и правда что-то не то. Ира удивленно приподняла бровь. Арс уперся взглядом в свои сцепленные в замок руки на столе. Выдержал театральную паузу, собираясь с мыслями. Поднял на Иру взгляд: — С момента вашей помолвки он избегает меня. Прямо кардинально избегает. Ира перевела непонимающий взгляд с Арсения на Диму. — Это правда, — пожал плечами Дима, подтверждая слова Арса. — Иногда даже слишком буквально. Видит Арса — и убегает. В смысле, быстро уходит с абсолютно каменным лицом. — А если я, не дай бог, его задену, то его корчит так, будто я его шокером ударил. Ира недоверчиво скрестила руки на груди. — Я тебе клянусь! — В голосе Арса послышались истерические нотки. — Он отпрыгивает как ошпаренный! — Я его спросил, в чем дело, а вместо того, чтобы нормально объяснить, наорал на меня и сбежал, — подтвердил Дима. — Ира, может что-то случилось? — Обеспокоенно смотрел на нее Арс. — От чего он может быть такой нервный? Может он на меня какую-то обиду затаил? Он тебе не говорил? Ира задумчиво посмотрела на салфетку, потеребив ее в руках. — Он нервничает насчет свадьбы и всего прочего, но… я даже не знаю. Сейчас ему непросто. Столько всего приходится брать на себя при подготовке… Прозвучало как отмазка. Ира продолжила теребить салфетку в руках. — Ира, мы не придумываем. С ним что-то не то. — Дима вздохнул, облокачиваясь на стол. — Когда пару дней назад я спросил его насчет мальчишника, он поначалу воодушевился. Но! Когда я начал перечислять кого будем звать, дошел до Арса, он меня резко перебил и сказал, что может ему вообще не нужен мальчишник! И нес какую-то чушь насчет верности и чести. На Шаста это вообще не похоже. Арсений согласно кивал. Ира неопределенно повела плечами. Дима непонимающе развел руками: — У меня лично ощущение, что он его боится. Ира зачем-то кивнула и нечитаемым, но пронизывающим взглядом посмотрела на Арсения. — Ты уверен, что причина не в твоем поведении? — Да вроде нет ничего такого, от чего он сейчас мог бы вести себя так, — Арс взмахнул ладонью в неопределенном жесте. — Знаешь, — Ира искоса посмотрела на Арсения, слегка прищурившись, — а у меня сложилось немного иное впечатление со слов Антона. Дима с Арсом переглянулись. — И что же он говорил? — Что иногда ты на него слишком наседаешь. — Наседаю? — Подавляешь. — Подавляю?! — Прогибаешь под себя. — Я???! Ира кивнула. Арс непонимающе смотрел то на нее, то на Позова. Тот опять развел руками. — Ну я даже не знаю, что он мог иметь в виду, — оправдывающимся тоном начал Арсений. Он сник. Дима повел плечом: — А мне казалось, его устраивают ваши эти «переглядки». — Переглядки? — Ну или как назвать весь этот недофлирт, которым вы вечно занимаетесь? — Но я не давил на него. Или давил? — Арсений растерянно посмотрел сначала на задумчивого Диму, перевел взгляд на хмурящуюся Иру. — Ира, ты не подумай, мы же не… — Педики? — Поз! — Ладно-ладно, они не трахаются, — примирительно сказал Дима, посмотрев на Иру. — Да я это и так знаю, — отмахнулась Ира, — и вообще не считаю эти ваши игрища чем-то серьезным. Так что не надо передо мной оправдываться. Но вот Антон… Она задумчиво водила ложечкой в капучино, принесенный бесшумным официантом. Повисло выжидательное молчание. Ира жевала губы, будто собираясь с мыслями. Парни смотрели на ее душевные терзания. В конце концов она сдалась. — Последнее время у Антона как будто кризис, — она замолчала, подбирая слова, — мужественности что ли?.. Я не знаю, как это назвать. Он как будто в себе сомневается. — У Шаста?! — Да ладно! Мужчины удивленно уставились на девушку. — Вот уж кому точно не в чем сомневаться. — Я ему тоже так говорю, но не знаю… — Ира согласно вздохнула, опустив плечи и ковыряя ложкой пенку в кружке. — Сейчас на него наседают сразу и я, и наши мамы со всеми этими подготовками… Все давят на него. «Мужчина должен», «такой важный шаг», вот это всё. Ну вы знаете лучше меня, я думаю. А тут еще и… Она подняла взгляд на Арсения. Тот отвел взгляд. Дима хлебнул кофе из своей чашки: — Так… А причем здесь Арсений? Ира молча сверлила взглядом чашку с кофе. Арс громко вздохнул. — Он испытывает… — Он сощурился, не сводя глаз с Иры, пожевал губы, пытаясь подобрать правильные слова, — неопределенные эмоции ко мне. Так ведь? Ты это хотела сказать? Ира дернулась, стукнув ложечкой о край чашки. Аккуратно отложила ее в сторону на салфетку. — Вроде того… — Шаст думает, что ему нравится Арс или он ему действительно нравится? — Дима поправил очки. Ира вздохнула: — Ну… и то и другое, я думаю. В каком-то смысле. — Ревнуешь? — тихо спросил Арс. Ира отрицательно помотала головой. — Антон очень впечатлительный. Думаю, он преувеличивает эмоции и чувства, которые испытывает. Как обычно. Но, что важнее, мне кажется, он слишком много думает об этом и боится этих чувств. И из-за этого ведет себя… так. — Аха, — утвердительно выдохнул Арс, откидываясь на спинку кресла. — Боится, потому что сомневается в своих чувствах к тебе? Или боится потому что поступает неправильно? — Скорее, сомневается в чувствах к тебе. И это его явно угнетает. Все замолчали. Ира сделала глоток кофе. — Вообще, я думаю, что на самом деле проблемы-то особой нет, и он зря боится. То есть нет в том виде, в котором рисует богатое воображение Антона. — Преувеличивает, в смысле? — Дима устало вздохнул. — С вами только в «Крокодила», блин, играть. Почему так сложно надо говорить о простых вещах?.. Ира пожала плечами. Выпрямила напряженную спину, поерзала на стуле, задумавшись на мгновение. Усмехнулась своим мыслям. — Но, конечно, я бы негодовала, если бы он ушел к тебе, — она улыбнулась Арсению. — Не переживай, это маловероятно, — улыбнулся в ответ Арсений. — Шаст не выдержит жизни с Арсом. Никто не выдерживает! — поддержал Дима. Арс с укором посмотрел на Позова, Ира хихикнула. — Нафига мне малолетний балбес! Но, вернемся к нашему барану, — Арс снова посерьезнел. — Ты не сомневаешься в его чувствах к тебе, это уже хорошо. А вот как теперь его убедить, что его чувства ко мне не угрожают его браку? Они замолчали. — А, то есть мы приняли за аксиому, что Шаст у нас чуть-чуть, возможно даже понарошку, но влюблен в Арса, я же правильно понял? — Дима с сомнением посмотрел на Иру с Арсением. Они синхронно кивнули. Дима развел руками в сдающемся жесте. — Ладно, в целом, это рабочая теория — многое объясняет. — У тебя есть другие версии? — по-птичьи склонил голову в его сторону Арсений. — Давай еще раз посмотрим на его поведение: наш тактильный Антошка от моих прикосновений злится и убегает, при этом с остальными он обнимается как обычно. Меня он избегает. Не разговаривает вне работы, как раньше. Злится, когда мы оказываемся слишком близко. Игнорирует мои подколы. И, если даже у его любимой женщины сложилось впечатление, что между нами что-то больше, чем… Кстати, почему и откуда? — Он всегда много о тебе говорил, улыбался, когда тебя упоминал, а последнее время прекратил, — улыбнулась Ира. — И если и вспоминал тебя, то как будто пытался не выделять. Знаешь, как дети врут? Вот очень похоже… Я думала, вы поругались, но он был не обижен, не зол, а скорее расстроен и испуган. Ира вздохнула. — Да и вообще, я это поняла еще когда… Блин, наверное, зря расскажу, но ладно уже, — она посмотрела на них по очереди. Парни застыли в ожидании. Ира опустила плечи и взгляд: — Когда мы начали обсуждать ваших поклонников, фандом, творчество и почему вас скрестили именно в такие… «пары», я сказала, что понятно почему. Между вами на сцене, — она кивнула на Арсения, — действительно ощущается какое-то особое взаимодействие. Какая-то химия. — И что Шаст на это сказал? Взъярился? — Ну… Это было давно, еще до того, как он сделал мне предложение. — Она пожала плечами. — Тогда он просто рассмеялся и сказал, что вы и правда близки. И что рядом с тобой у него возникает чувство «щекочущей близости» — конец цитаты. — Ну, — Арс замялся. Откашлялся, скрывая неловкость, — допустим. — А как-то раз, — продолжила Ира, — мы по пьяни сидели и угорали, и, не помню как зашел разговор, но начали обсуждать кто с кем мог бы встречаться, если бы не нынешняя пара. Шаст сразу сказал, что с тобой. Он был, правда, пьян в стельку, и все решили, что это шутка такая… — Но ты так не решила. — Я с ним уже довольно давно, чтобы понимать, где Антон, а где его шуточки, — Ира усмехнулась. — Всё это прекрасно, и мы приняли, что Антон и Арс неровно дышат в сторону друг друга. Верно? — Дима пристально посмотрел на Арсения. Тот неопределенно махнул головой, но после пронизывающего Диминого взгляда согласно кивнул. — Осталось решить проблему избегания, так? — продолжил Дима. — Вернуть, так сказать, Шаста в лоно семьи. Но как? У меня в голове только вариант — запереть вас в одной комнате, чтобы вы поговорили. — Поругаемся, — отрезал Арс. — Только если насильно связать и не выпускать, пока я его не смогу убедить, что всё нормально, никто ни на кого не претендует, а наша… э-э, близость, это не повод сомневаться в себе и своей ориентации. — В очень маленькой комнате, — продолжил накидывать Дима. — Это не сработает, — Ира постучала пальцами по столу. — Нужно, чтобы он сам, первым сделал шаг. Чтобы понял, что от ваших взаимоотношений мир и наши отношения не разрушатся. — О-о, примите Арса в вашу теплую шведскую семью? Прикольно, — усмехнулся Позов. — И как ты это провернешь? — Есть идея, но нужно сделать так, чтобы и ты, и он оказались в одном месте. У вас никакие шашлыки, случаем, не планируются? Корпоратив выездной? Дима с Арсом переглянулись. — Да вроде нет… — Дни Рождения детей, жен? И желательно, чтобы не было чужих людей. — Я могу, наверное, собрать всех на даче. Мы как раз баню доделали. — Хороший повод. Особенно, перед новым сезоном гастролей, — кивнул Арс. — Я тогда как будто вскочу в последний вагон, чтобы не спугнуть Шаста. — А я ему не буду говорить, что позвал тебя. Сделаю вид, что я тупой и ничего не замечал, — подхватил Позов. — А что за план, Ир? — опомнился от обсуждения деталей Арсений. — Шоковая терапия, — улыбнулась она. — О-о, да вы страшная женщина, Ирина! С вами не забалуешь! — Ты уверена, что любишь его? — Дима рассмеялся. — Не хочу, чтобы у алтаря он нервничал о том, что не позвал на свадьбу своего друга из-за глупых надумываний. — А меня ты посвятишь в план? — Просто скажешь ему, что он идиот, и всё. Но надо подготовить остальных…

***

Шаст был похож на нахохлившегося нервного аиста. — Давай выпьем. Ира подсела с четырьмя стопками шотов. Поставила их на журнальный столик рядом с диваном, на котором с ногами забрался недовольный Антон. — Не хочу. — Да брось. Ты просто нервничаешь из-за свадьбы и остального. Это нормально. Но тебе надо расслабиться, — она выделила слово «надо». — Ир, ну отстань, правда. Я не нервничаю, всё в порядке, — он натянул улыбку. — Так, — она хлопнула его по коленке. — Прекращай капризничать! Тут твои друзья, а ты ведешь себя как унылое говно. Или что-то случилось? Или ты с ними поссорился? — Нет. — Тогда выпей со мной. Антон нехотя раскрутился из своей закрытой позы, взял стопку. — За хорошие выходные! — подняла она тост. Они чокнулись и опрокинули стопки. Время шло к вечеру, все сидели в каминном зале, Арсений крутился вместе с Матвиенко где-то на кухне. Он старательно и согласно плану не попадался Антону на глаза и приехал последним, под вечер. — Ира, ты неправа, — заявил уже порядком пьяный Антон. — Правда? А что же тогда твои друзья говорят обратное? Я вот думала, что наговаривают, но не могут же врать все сразу. — Да я никогда! Никогда! не относился с предубеждением ни к кому! — Правда? — Абсолютная! — Даже к Арсению? — подал голос Дима. Антон замялся на мгновение, но шоты давали о себе знать. — К нему особенно! — Ага, значит, в гримерке в пятницу, мне показалось, что ты ему чуть голову не откусил за то, что он тебя всего лишь по плечу хлопнул? — Да он напугал меня! — А мне показалось, что ты сказал что-то вроде «не прикасайся ко мне», м-м? Антон пьяно фыркнул и махнул рукой. Но горящие уши выдавали его с головой. — Ну перенервничал немного, подумаешь. — Да когда ты последний раз ему руку жал? — Да причем здесь это?! — Ни причем, ага. Особенно к слову о непредвзятости и предубеждению. — Да нет никакой предвзятости! — То есть можешь ему руку пожать? — Да хоть ногу! — завелся Антон. — И обнять его можешь при всех? — иронично повел бровью Позов. — Могу! — Спорим? — Обнимать это ребячество, — ввернула Ира, потягивая коктейль, — давай жестче. Поцеловать слабо? Антон запыхтел. Секундное колебание. Алкоголь в крови. Краской залило уши и румянцем щеки. Но Антон уже закусил удила, не то притворяясь, не то действительно пьянея на ходу. — Не слабо! — выкрикнул он, вскакивая с места. — А что происходит? — вошел в комнату Сережа с тазиком шашлыка. — Мы тут Антоху разводим на слабо, — объяснил Дима. — А ну, я тогда тоже думаю, что слабо. — Ты даже не в курсе, о чем мы спорим! — нахмурился Антон. — Да какая разница? — парировал Сережа. — Всё равно слабо. — А-арс! — решительно выкрикнул куда-то вглубь дома Антон. — Ты где? Арсений появился в проеме двери с тазиком нарезанных овощей к шашлыку. — Чего орешь? — Иди сюда, — Антон уверенно сжал кулаки и направился к нему, оправдывая каждое свое движение алкоголем, опираясь на него как на костыли и отвергая голос разума, пищащий где-то на периферии сознания. — Овощи хоть поставить на стол можно? Антон кивнул, не сводя с него пьяного взгляда. Ему очень хотелось думать, что он сильно, сильно, ОЧЕНЬ СИЛЬНО пьянее, чем был на самом деле. Потели ладони. Сердце отбивало чечетку. Ощутимо горели уши. Арс встал напротив него, усиленно делая вид, что не понимает, что происходит. Антон взял в ладони его лицо. Мимолетной мыслью пробежало ощущение, что щеки сильно холоднее его ладоней. Антон чувствовал, как шатается, но не от алкоголя, а потому что дрожат колени. Он чувствовал как земля проваливается и ускользает из-под ног. Почти прозрачные глаза Арсения, обрамленные густыми ресницами, смотрели прямо на него пронзительным и спокойным взглядом. — Антонио? Ты в порядке? Тот нахмурился и, шатаясь, обернулся на Иру: — Прям французский? — А что слабо? — Нет! — почти проорал он. Антон набрал воздуха в легкие как перед прыжком, неотрывно смотря на губы Арсения. И сиганул в пропасть, впиваясь поцелуем в его губы. «И пусть». «К черту», — думал он. — «Если случится, то случится. Нельзя вечно разрываться между двумя людьми» «Если что, рассмеюсь и спишу всё на алкоголь» «Я же люблю ее» «Какие у него горячие руки. Или у меня холодная шея?» «Как бьется сердце» «Я задохнусь и одновременно умру от того, что сердце разорвет мне грудную клетку» Он чувствовал сухие губы Арса. Кончиками языков они то сталкивались, то облизывали пересохшие губы друг друга. «Бесит, что так приятно» «Вкус алкоголя… мой или его?» «Как смотреть ему в глаза?» «Надо притвориться пьяным, чтобы все решили, что я тупо бухой в говнище» «Как же бьется сердце» «Какие непривычно жесткие губы» «Почему так приятно? Это неправильно. Так ведь?» «Сколько позволительно целоваться на спор?» «Ира меня убьет» «Она же это и предложила!» «Он меня убьет. Посмотри на меня своим холодным взглядом и скажет, чтобы я больше не подходил к нему никогда» «Если я потеряю его, то я тут же умру» «Если Ира от меня откажется, то я сброшусь с крыши» «Я хочу целовать его» «Я не хочу отказываться от нее» Он оторвался от него в осознанной панике, спутанных мыслях и абсолютно трезвый, чувствуя как горят губы и щеки. Он ощущал тепло ладоней Арсений на щеках, вглядывался в его глаза под возглас Сережи Матвиенко: «Ну наконец-то, ебтвоюмать! 6 гребаных лет!» Арсений смотрел на него в ответ и улыбался. — Привет! — Привет, — пробормотал ошарашенный Антон, обезоруженный его улыбкой. — Ну что, небеса упали? Или может разверзлась земля и поглотила нас прямо в ад? Антон ошарашенно помотал головой. Арс еще шире улыбнулся и провел пальцами по небритой щеке. — Может я изменился? У меня выросли рога? Нимб? Антон снова отрицательно помотал головой. В голове было пусто. А он не мог отвести взгляд от блестящих губ Арса. — Или может ты изменился? Радуга в глазах не появилась? — продолжал тот. В глазах Антона медленно проступало осознание. Он снова молча помахал головой, смахивая кудряшки на глаза. — А Ира? Ты всё ещё собираешься на ней жениться? Антон обернулся. Она ухмыльнулась и отсалютовала коктейлем. Он сглотнул, облизывая губы. — Собираюсь. Арс взял его за подбородок и повернул снова к себе. — Любишь ее? — Люблю. — А меня? Антон замолк, снова ошарашенно оглядывая Арсения. — И тебя… — одними губами прошептал он. — Но жениться не позовешь? — Нет… — Ну и какого черта ты тогда от меня бегал, придурок?! — рассмеялся Арс, отпуская Антона. Вокруг них раздался дружный смех. — Антоха, — сказал Арс, глядя ему в глаза, — не смотря на всё это, я останусь тебе другом. Не так оказался страшен черт, как его малюют, да? Не бегай от меня больше. Договорились? Антон кивнул ему, всё еще находясь в прострации. На ватных ногах он дошел до дивана и присел к Ире, ошарашенно обводя взглядом друзей. — Вы всё знали? Все кивнули и улыбнулись. — Это Ира придумала, — Поз кивнул на ухмыляющуюся и довольную собой девушку. Антон удивленно перевел взгляд на нее, меняясь в лице. — Ты?!.. — Ну а что? — Она пожала плечами. — Арс пришел ко мне, обеспокоенный твоим поведением. Мы поговорили, поделились мнениями. Решили, что надо что-то делать. Вот я и предложила такой выход из ситуации. — И ты не против?! Она рассмеялась: — Ну до тех пор, пока ты с ним будешь трахаться реже, чем со мной, то меня всё устраивает. Он посмотрел на нее, перевел глаза на Арса, потом снова не нее. — Секундочку, — он встал с дивана и в два шага оказался напротив Арсения. Тот поднял удивленно бровь, но тут же по взгляду и без слов всё понял, понимающе кивнул, притягивая его к себе и касаясь губами его губ. — Так, але, а это уже перебор! — замахал руками Сережа. — Вот именно! Это всё очень трогательно, но шашлыки и водка стынут! — поддержал его Дима. — Да ладно вам, мужики, я просто проверить! — отмахнулся Антон, отцепляясь от Арсения. — Ты-то сильно не наглей, парниша! — шутливо поддержала Ира. — Обидишь Ирку, я первый тебе лицо разобью, понял? — Арс рассмеялся, отвешивая ему шуточный подзатыльник. — Мне кажется, или я подписался на какой-то очень странный брачный контракт? — растерянно пробормотал Антон, ретируясь на диван под защиту невесты.

***

— Ты правда не против? Он положил голову ей на плечо. Она перебирала кудряшки пальцами. — Солнце, ну если я сама это предложила… Антон ткнулся в ее плечо лбом: — Боже, если бы я мог еще раз сделать тебе предложение, я бы еще раз его сделал. Как же я тебя люблю… — И я тебя.

***

— Боженька дал тебе мозги, чтобы ими думать, Антоша, а не додумывать! — по второму кругу воспитывал Шаста Дима, по-хозяйски развалившись в кресле у камина. Была глубокая ночь, они остались вчетвером. — Ты такой умный, Позов! Вот если бы тебя так разрывало, ты бы по-другому себя вел? Антон сидел вместе с Арсом и Сережей на приставленном к камину диване и вглядывался в огонь. — Слава богу, я не ты! У меня всё однозначно. Как у нормальных людей! Антон притворно трагично всплеснул руками: — Ну простите, что я у вас такой… особенный! — Да вы у нас с Арсом особенные! Уникумы! — согласился Матвиенко. — А что сразу Арс? Я, между прочим, пострадавшая сторона! — Ой да ты на него посмотри! Пострадавший! — настала очередь Сережи всплескивать руками. — Превратили труппу в гейский притон! Будете целоваться при мне — буду кидаться в вас всем, что под руку попадется! — Спокойно! Мы же не совсем «того», — усмехнулся Антон. — Да вы-то как раз совсем того, — покрутил у виска Сережа. — Шутки шутками, а я рад, что всё разрешилось, и мы снова можем спокойно сидеть без всяких этих… Антошиных сбеганий и недомолвок, — расслабился в кресле Дима. — Действительно. У нас теперь «этих» целых двое! — не унимался Сережа. — Слышь, мы же не геи! — почти хором ответили парни. — Это с какой стороны посмотреть! — Ладно, Серый, хватит их подкалывать. Они всё поняли, — Дима удовлетворенно прикрыл глаза. — Ух, смотрите, у меня, — погрозил пальцем перед носом Арса Сережа. Арс попытался укусить его за палец, а Антон достать до Матвиенко своей длинной ногой и пнуть того в колено. Оба промахнулись и рассмеялись. Дима удовлетворенно улыбался, не участвуя в потасовке. Уютно трещал камин, отбрасывая блики пламени на лица парней сидящих около него. Вот теперь всё было в порядке. Вот теперь они снова семья.