О тонкостях первых отношений

Наруто понадобилось два месяца, чтобы понять, что в отношениях с Саске ему уже недостаточно простых поцелуев и объятий. Он не заметил, в какой момент его тело начало остро реагировать на, казалось бы, обычные прикосновения: соприкосновения коленями, невинный чмок в щеку, поглаживания по спине или плечу. Каждый вздох Саске в его сторону вызывал непонятное тепло в паху. Вернее, его природа и значение очень даже понятны, вот только почему Наруто стал острее чувствовать это сейчас — неизвестно. Они знали друг друга всю жизнь, с детства делили одну парту в школе, место за обеденным столом на перемене, пили из одной кружки и иногда будучи друзьями могли переночевать в одной кровати. И за все это время Наруто никогда так сильно не хотел припереть Саске к стенке и смачно, мокро, жадно поцеловать и потереться об него ширинкой. Даже когда в груди начали зарождаться первые ростки влюбленности, даже в момент их признания под протекающей крышей старого сарая. В один момент во снах вместо размытого незнакомого образа стал приходить очень даже известный, ощутимый и неправильно реальный. Наруто гладил гибкое тело, растегивал ворот чужой рубашки и целовал в шею, чувствовал ответные касания, слышал вздохи и хныканье. Наруто сходил с ума. Стояк по утрам стал болезненнее, фантазии во время дрочки ярче, а желание все больше и больше. И Наруто… стыдился этого? Боялся? Прежде он никогда не стеснялся ни себя, ни своего тела, не боялся обсуждать с друзьями свои вкусы, потому что это давно стало в порядке вещей. Он молодой здоровый парень — периодическое движение в штанах и коробка салфеток в тумбочке вполне естественны. Но одно дело дрочить на смутный силуэт или порно и совсем другое на реального человека, на своего парня. Если бы Наруто сказал об этом Саске, было бы тому неприятно? А если бы Наруто узнал, что Саске дрочит на него? Нет. Не стоит сейчас думать о Саске в таком ключе. Почти все пары занимаются сексом — это нормально. Но когда ты семнадцатилетний девственник, едва научившийся засовывать свой язык в чужой рот, первый секс воспринимается иначе. Наруто почти что приходил в ужас, когда думал о том, что они с Саске возможно когда-нибудь на его кровати… Представлять это было странно. А когда понимаешь, что ты встречаешься с, наверное (Наруто не до конца был в этом уверен), таким же неопытным, так еще и с парнем, ситуация кажется еще хуже. Секс с парнем. Секс с Саске. С его Саске, который мог часами наглаживать одну рубашку, заправлять темные волосы в хвост, когда они ему мешались на физкультуре, и брать с собой на уроки полный термос кофе. Господи. Наруто считал себя самым настоящим озабоченным придурком, думающим головкой, а не головой. Учиха оставался все таким же спокойным, надежным и в определенные моменты ласковым и нежным. Пока он держал его за руку, объяснял задачу по физике, приблизившись так, что его черные спадающие волосы касались загорелой щеки, пока мягко целовал на прощание, Наруто не дышал, сжимал колени и отчаянно краснел. Ему было неловко и приятно одновременно, хотелось придвинуться еще ближе, поцеловать еще крепче. Он не знал, хочет того же Саске или же только он один страдает перевозбуждением. Чертов организм с его гормонами. Чертов Саске. Эти мысли прочно засели в голове и кружили-кружили. Стоит ли говорить Учихе о своей маленькой проблемке? Нужно ли вообще его в это посвящать? Какие у них, как у пары, границы дозволенного? Как им вообще затронуть эту тему? Охотник с копьем за спиной на экране быстро терял жизни, зеленая полоска над ним постепенно становилась желтой, оранжевой, а затем и вовсе красной, пока полностью не исчезла. Он снова проиграл, уже, вроде бы, в третий раз за день. Наруто откинул джойстик и улегся спиной на пол, раскинув руки. Симпатичный потолок, парень только сейчас заметил на нем какое-то пятно. — У тебя что-то случилось? Ты какой-то странный в последнее время, — Саске придвинулся ближе и глянул на него сверху вниз. Его волосы выбились из слабого хвоста. «Недотрах у меня случился». А, может, стоит перестать себя мучить и спросить прямо? В конце концов, после их признания и первого поцелуя тоже было неловко, а потом ничего, разобрались же. — Саске… — начал он, все еще сомневаясь. Смотреть на парня и вовсе было страшно, но Наруто упрямо перевел взгляд с пятна на потолке на бледное красивое лицо. — А ты уже спал с кем-нибудь? Да, смотреть на Учиху действительно стоило. Когда Наруто еще увидит на этом лице удивление вперемешку со смущением? Саске не краснел, но так мило отводил глаза, что внутри снова все закрутило. — Не пойми меня неправильно, мне просто…интересно, — а вот сам Наруто, кажется покраснел — он чувствовал, как пылают щеки. — Нет. Я думал, это очевидно, — Учиха скреб пальцем ворсинки ковра и очаровательно хмурил брови, пытаясь вернуть себе серьезный вид. Наруто перекатился на бок, и оперся на руку, чтобы ближе рассмотреть эти бегающие черные глаза. Разве мог Саске оставаться девственником? — Да ну? Но ты же говорил, что у тебя была девушка, и разве вы не… Сильный взмах головой послужил ему ответом. — Дальше поцелуев ничего не заходило. Почему ты спрашиваешь? Теперь настала очередь Наруто прятать глаза. — Знаю, что со стороны выглядит подозрительно, но я правда всего лишь хотел узнать. Мы же, ну, вместе. — Мой ответ «нет». А твой? Наруто улыбнулся от того, с какой внимательностью его разглядывал Саске. — Тоже. Кто бы мог подумать, но после этого разговора Наруто ни капельки не успокоился. Казалось, все стало только хуже, а мысли более развратными. Саске укладывался на его плечо, Саске прижимался к нему во сне во время редких совместных ночевок, Наруто зажимал его в укромном уголке под школьной лестницей, и с каждым разом ему хотелось зайти дальше. Просунуть руку под школьную рубашку, провести пальцами по теплой голой коже, шептать всякое на ухо, тянуть за волосы, чтобы открыть соблазнительную шею и провести по ней языком. Наруто уже устал дрочить. Саске не противился спонтанным объятиям и поцелуям и порой сам был их инициатором, а значит он не был против. Значит, когда-нибудь они все же переспят. Два парня. Девственника. Этот момент будет либо лучшим в их жизни, либо худшим. Узумаки стал вдвое чаще смотреть гей порно, но уже не для развлечения, а для…изучения. Он невольно представлял себя и Саске на месте двух громко стонущих парней, что трахались в душевой, и эта картинка не сходилась с его представлениями о настоящем. Ну не мог он так красиво выгибаться и кричать. Да и выглядело это пошло и вульгарно, а не соблазнительно. Наруто сосредоточенно смотрел на минет на экране, на то, с какой легкостью актер заглатывал внушительных размеров член и не давился им, на то, как жестко его брали в рот, и в один момент просто закрыл вкладку. Стало противно. Эти наигранные стоны, выученные движения, нелепые фразочки и картонные вдохи не шли ни в какое сравнение с нежным, чувственным и искренним Саске. Наруто явно не умел раздвигать ноги в шпагате и плавно выгибаться в пояснице, да и Саске, наверное, тоже… (по крайней мере Узумаки не проверял), так что было принято решение забыть о порно и смотреть на реальное положение вещей, которое было немного плачевным. Гораздо проще было бы попросить у кого-нибудь совета, но у Наруто не было больше знакомых геев, поэтому он обратился за помощью, как ни странно, к Сакуре. Подруга тоже была представительницей гомосексуальных отношений, и Узумаки решил, что именно она поможет разобраться с принятием неизбежного и пониманием того, что однополый секс может быть очень приятным. Пускай предпочтения Сакуры разительно отличались от предпочтений Наруто, она могла понять его сомнения. — Первый однополый секс такой же, как и гетеросексуальный — неловкий, быстрый, сумбурный… — начала Сакура, когда они с Наруто сидели на трибунах и наблюдали за игрой школьной футбольной команды — скоро матч, кажется, но Наруто особо не вникал. — Да, это волнительно, но, Наруто… не стоит об этом сильно переживать. Сейчас может казаться, что ты ничего не знаешь и будешь лежать как бревно, но в процессе, будь уверен, ты найдешь, за что ухватиться. Это ваш первый раз, и он не должен быть сногсшибательным. Не стоит зацикливаться на оргазме, нужно наслаждаться тем, что вы просто вместе, что вы можете касаться друг друга, изучать, пробовать… С первого раза может выйти совсем не то, чего ты ожидал, но так бывает. Главное — отдача, забота и доверие. Если все это будет, удовольствие гарантировано. Сакура выглядела счастливой и уверенной в своих словах, и Наруто, привыкший доверять подруге, немного успокоился. Был вечер вторника. Узумаки, кое-как выполнивший домашнюю работу, уже укладывался спать, перед этим решив почитать немного мангу. В доме была тишина, родители, вероятно, тоже готовились ко сну, а полумрак комнаты заставлял уютно расположиться на неширокой кровати и зарыться под одеяло. В такие моменты, когда все дела сделаны, никто не мешает, когда ты предоставлен сам себе, Наруто чувствовал себя по-настоящему комфортно. Узумаки пристроился на бок и нашел в телефоне нужную страницу манги, как вдруг сверху на экране вылезло уведомление. Саске. 23:36 Можно к тебе? Парень недоуменно нахмурился. Он был, конечно, не против, но время уже позднее. У него что-то случилось? Наруто. 23:37 да, конечно! у тебя что-то произошло? Саске. 23:39 Приду, расскажу Значит, точно не все в порядке. Саске не часто просил помощи и делился своими проблемами (из-за чего Наруто недовольно качал головой — нельзя ведь держать все в себе), но в моменты, когда скрываться не было смысла или когда он действительно уже не выдерживал, Учиха на одном дыхании все ему высказывал. Вместе с Наруто он учился прямо говорить о своих чувствах и эмоциях и пускай это удавалось ему с большим трудом, Саске все равно не сдавался. А Наруто, кажется, влюблялся в него все больше. Он прекрасно знал, какая ранимая, эмоциональная и чувственная натура скрывается за слоем безразличия и спокойствия, а потому радовался каждый раз, когда Учиха показывал себя настоящего. Саске. 00:03 Я пришел Наруто. 00:03 сейчас спущусь Они еще детьми договорились в случае чего заходить через заднюю дверь. На передней висело множество тяжелых замков, которые могли наделать шума и разбудить родителей, а дверь, что вела в небольшой садик за домом, была легкой и менее громкой. Кушина и Минато давно знали, что Саске тайком посреди ночи закрадывается к ним в дом, недовольно смотрели, но в целом не возражали, зная, что запреты не подействуют. Просили только быть аккуратнее, на что парни согласно мычали и старались вести себя тише, чтобы в очередной раз не тревожить родителей. Вот и сейчас Наруто аккуратно спустился на второй этаж и прошел через кухню. Саске стоял в легкой клетчатой рубашке, накинутой поверх футболки, из-за чего Узумаки поежился. Холодный ночной воздух через открытую дверь проникал в помещение и заставлял покрыться мурашками. Ладно хоть идти было недалеко. — Заходи давай. Учиха был налегке, без сумки или рюкзака, только в руке сжимал телефон. Наруто не стал задавать вопросов, посчитав, что Саске сам созреет для разговора, а только молча закрыл дверь и пошел обратно в комнату. Он оставил включенным светильник у кровати, забрался в постель и похлопал рукой по месту рядом, приглашая лечь. Они уже не в первый раз спали вместе и ютиться на узенькой кровати было в привычку. Но никто не жаловался, наоборот, Саске охотно снял рубашку, оставаясь в футболке и джинсах, и забрался под одеяло, прижимаясь к теплому боку парня. Наруто повернулся к нему лицом и улыбнулся. От теплого света волосы Саске мягко подсвечивались, создавая оранжевую арку вокруг его головы, а глаза уже не казались холодными и безразличными. Впрочем, Наруто всегда знал, что Саске так никогда на него не посмотрит. Он вытянул из одеяла руку и нежно, почти невесомо провел большим пальцем по мягкой бледной щеке. В груди щемилась нежность, мягко и плавно растекалась по всему телу и отчаянно хотела найти выход. Наруто желал то ли обнять его крепче, то ли поцеловать, то ли просто зарыться в пахнущие шампунем волосы и заснуть вот так, прижимаясь к родному и теплому телу. Саске прикрыл глаза и схватился за ладонь, что гладила его по щеке. Он тронул пальцы, сжал их и слегка поцеловал ребро ладони, прижав ее к себе сильнее. Наруто таял вместе с ним. — В доме опять скандал, — шепотом начал он. — Отец назвал меня неблагодарным эгоистом, а я не смог молчать в стороне. Ну, слово за слово и… Прости, что так поздно написал и пришел, просто… находиться там с ним уже невозможно. Нам обоим стоит остыть, а в одном доме сделать это труднее. — Все в порядке, — Наруто приблизился к нему и коснулся своим лбом его. Чувствовал на своем лице его дыхание, едва касался губами чужих и также шепотом отвечал. — Ты можешь писать мне в любое время и просить о помощи, если она понадобится. Ты не один, Саске, и я хочу быть рядом, когда это необходимо. Мне важно, чтобы с тобой все было хорошо. Наруто услышал довольное хмыканье и слегка отстранился. Саске смотрел на него чуть влажными глазами, в которых плескалось столько нежности и любви, что можно было бы утонуть. А Наруто вовсе не против. — Спасибо тебе, — легкий чмок в губы и щеку. — Боюсь представить, что будет, если отец узнает о наших отношениях. — Ты будешь им рассказывать? — Узумаки по этому поводу особо не переживал — его родители, кажется, и так обо всем догадывались и не высказывались против. Семья Саске совсем другое дело. Устоявшиеся традиции и взгляды никак не сходились с представлениями Саске, из-за чего в доме часто происходили ссоры. — Не знаю. Не сейчас точно, может через год. Тогда у меня будет оправдание, что я уже совершеннолетний и могу делать что хочу. «Год» — вертелось в голове у Наруто. Может, два, может, три, четыре…. Тепло растекалось по телу и сосредотачивалось на кончиках пальцев, которые так и тянулись погладить любой открывшийся участок кожи. Саске говорил об их отношениях в будущем времени, рассматривал их в долгосрочной перспективе… Как можно любить его еще больше? Узумаки от нахлынувших на него чувств и желания потянулся к мягким и сладким губам. Зарылся рукой в черные распущенные волосы, прижал к себе, прошелся языком по медовой тонкой коже губ и скользнул в рот. Саске громко выдохнул и весь подался вперед, обхватил рукой его шею, прошелся пальцами по загривку, спустился к плечам и сжал их. Саске был мягким, пластичным, податливым. Его хотелось обнимать, дышать, вжимать в себя, растворяться, как в какой-то сахарной патоке. Они целовались громко, мокро, дышали тяжело, как после изнурительных физических нагрузок. Саске навалился на него сверху, прижался к бедрам, скользнул рукой по талии, забрался теплыми подушечками пальцев под футболку, погладил ребра, живот, из-за чего Наруто весь задрожал и покрылся мурашками. Член вновь заныл, прося к себе внимание, и Узумаки опасался, что его выпуклость довольно сильно видна. Впрочем, Саске терся о него весьма не двусмысленно, проезжался эрекцией по бедрам и хныкал довольно громко. Ну у кого в такой ситуации не встанет? Голова уже соображала туго, но все еще подкидывала яркие картинки его фантазий. Наруто помнил слова Сакуры о том, что нужно начинать постепенно, пробовать, узнавать, так быть может…стоит начать именно сейчас? — Саске… — выдохнул Узумаки, пытаясь дозваться до своего парня, который сейчас усердно лизал его шею. — Саске… п-погоди. Учиха со сбитым дыханием и румяными щеками смотрелся невероятно очаровательно, хотелось забыть про все и продолжить целоваться, но для нормального развития их отношений стоило для начала решить один вопрос. Наруто для более ясной головы и четкого взора поменялся с Саске местами — теперь он нависал сверху и чувствовал не то растерянность, не то желание без лишних раздумий впиться в эту манящую шею и оголившиеся ключицы. — Мы же с тобой пара, так? Парень слегка заторможенно кивнул. — А пары обычно пробуют всякое, так можно я… ну… — глаза смотрели на полоску кожи живота, что открывала задравшаяся футболка, спускались к слегка топорщейся ширинке и вновь поднимались к розовощекому лицу. — Ты хочешь мне… — Саске выглядел растерянным и до нельзя смущенным. Было бы забавно наблюдать за этой его новой стороной, если бы сам Наруто в смущении не жмурил глаза. Кажется, у него горели уши, но… он действительно хотел попробовать. — Да, — еле слышно. — А ты уверен, что это хорошая идея? — его смятения были вполне понятны, да и в конце концов, может, он просто стеснялся. Наруто и сам был в шаге от того, чтобы сдать назад, откатиться в сторону и зарыться с головой под одеяло, спрятаться от мира, от Саске, что услышал эту невероятно постыдную просьбу. Может, вообще не стоило заводить об этом разговор? Нет. Рано или поздно им придется с этим столкнуться и лучше, действительно, начать делать это постепенно. — Думаю, здесь нет ничего плохого. Это вполне нормально. Или ты просто не хочешь? Наруто, к своему ужасу, понял, что он только сейчас по-настоящему подумал о Саске. Он всегда зацикливался только на своих желаниях, на своих проблемах, постоянно волновался о том, как ему стало трудно держать себя в руках рядом с собственным парнем, как похоть чуть ли не съедает все разумное внутри него и делает из него извращенца. Саске отвечал на его действия, был активным, но Наруто никогда не задавался вопросом, хотел ли он того же. Почему-то в сознании устоялся штамп, что раз они пара, значит априори должны хотеть друг друга. Но что если это не так? Что если только один Узумаки мучается от возбуждения? Может Учиха его вовсе не хочет и он никогда не задумывался об этой стороне их отношений? Такое ведь вполне возможно — Саске никогда ни к кому не проявлял интереса. Ему вполне могло быть достаточно одних лишь поцелуев и секс мог не быть для него чем-то желанным и нужным. Или все же нет? От подобных мыслей нежность в груди сменилась чем-то колючим и тяжелым. Однако Наруто мысленно дал себе обещание не трогать Саске, если тот того не хочет. Кажется, не самые приятные раздумья отразились на его лице, потому что Учиха приподнялся на локтях и мягко тронул за щеку, заглядывая прямо в глаза. — Ты не подумай ничего такого, просто…у меня еще ничего не было, поэтому я немного волнуюсь. Это не значит, что не хочу, наоборот, я… рад, что мы первые друг у друга. С души будто камень упал. Наруто благодарно улыбнулся ему и на секунду прижался к губам. — Я тоже переживаю, но очень хочу сделать тебе приятно. В смысле я надеюсь, что будет приятно ну или хотя бы нормально, потому что сам никогда не пробовал, только смотрел и…я боюсь, что ты можешь разочароваться. Это была правда. На подкорке сознания сидел червячок сомнения, который подкидывал все худшие варианты вплоть до того, что Саске в процессе минета оттолкнет его и просто уйдет. Конечно, в реальности вряд ли бы такое случилось, но кто знает… — Мне не с чем сравнить, да и смысла в этом нет, — пожал он плечами. — С тобой мне не страшно, в тебе я уверен, так что ты прав, нам…стоит попробовать. Вдвоем на кровати да еще и в процессе таких любопытных действий было тесно и не очень удобно, но это не помешало как можно комфортнее уместиться в ногах Саске и помочь снять ему джинсы. Стройные, немного подкаченные прямые ноги с видными черными волосками призывно раздвинулись перед ним, и Наруто сглотнул от предвкушения. На синих трусах был заметен бугорок, по которому хотелось провести рукой, сжать, ощутить его, может даже коснуться языком. Из головы выветрились все картинки, что он наблюдал в порно, сейчас им руководило только любопытство, желание доставить и получить удовольствие, попробовать, поэкспериментировать. Наруто задрал футболку и мягко поцеловал живот. По бледной коже пробежались мурашки, а Саске рвано вздохнул и сжался, когда ощутил мокрый язык, который кружил вокруг пупка. Наруто легонько кусал, целовал и зализывал укусы, оставлял влажные засосы на животе и сжимал бока. У Саске внутри все сжималось, когда губы находились в опасной близости от паха, цеплялись за резинку боксеров, оттягивали ее и отпускали. Он поразительно быстро заводился. Член Саске в возбужденном состоянии был среднего размера, не толстый, но и не тонкий, с черными завитками волос на лобке и довольно крупной красивой головкой. Во рту скопилась слюна. Глядя на эту картину в голове пульсировала только одна мысль — слизать манящую, блестящую каплю на головке, взять ее всю в рот и с блаженством пососать. Саске боялся стонать и делать лишние движения. Он сжимал в руках одеяло, кусал губы, морщился от переполняющих его ощущений и сдавленно хныкал. Стоило признаться, от этих звуков башню сносило лучше и быстрее, чем от наигранных стонов на экране. Тело сильно вздрогнуло, когда язык одним широким движением облизал член от основания до головки, а затем покружил вокруг уретры. Саске, кажется, перестал дышать, а из горла вырвался лишь хрип. Наруто еще толком ничего не сделал, но он уже был натянут как струна и до невозможности напряжен. Казалось, еще немного и он взорвется. Саске не знал, с чем сравнить эти ощущения теплого и влажного рта на члене. Они совсем отличались от дрочки, а собственные пальцы не шли ни в какое сравнение с этими пухлыми малиновыми губами, что сейчас бесстыдно посасывали кожу. Наруто боялся брать в рот хотя бы половину, опасаясь, что заденет зубами нежную плоть, поэтому аккуратно и одновременно с нажимом скользил языком по всему стволу, придерживая его у основания. Собственный член ныл в штанах, требуя к себе внимание, Наруто урывками старался потереться о ногу или простынь, но все же больше был сосредоточен на Саске и его сдержанных всхлипах. Саске, кажется, уже совсем забылся и стал подмахивать бедрами. Выдержки у обоих не было никакой и они терпели из последних сил, желая как можно дольше продлить сладкий момент предвкушений оргазма. Наруто активно работал рукой, сильнее сжимая головку, крутил ладонью, слизывал пот с живота и кусал бедра. Обычно сдержанный, непоколебимый с виду, взвешенно принимающий решения, замкнутый Саске сейчас был как на ладони, раскрыт, искренен, чувственен и нежен. Он мычал, тяжело дышал и дергался в предоргазменной неге, не зная куда себя деть от удовольствия. От вида этого раскованного Саске нестерпимо хотелось кончить себе в штаны. — Наруто… я… я сейчас. А Наруто и без слов все понял: член в руке был твердым, мокрым, с красным истекающим концом. Узумаки и сам уже вовсю разошелся, забыв о нерешительности, и без задней мысли скользнул языком ниже, к налитым яйцам и виднеющейся дырке. Это мокрое касание стало финальным для Саске — тот затрясся всем телом, напрягся, а затем с шумным выдохом расслабился. Наруто осоловело разглядывал в свете настольной лампы капли спермы, что попали на его руку, а затем то ли из любопытства, то ли под влиянием момента слизнул их. Он задумчиво перекатывал вкус во рту, совсем не обращая внимания на все это время смотревшего на него Саске. — Блять… Наруто, — тот вздрогнул от этого хриплого голоса. Учиха, разморенный, весь красный, вспотевший, вымотанный выглядел как никогда сексуально, и Наруто не смог удержаться от очередного поцелуя. Саске отвечал медленно, тягуче, будто впервые пробуя чужие губы. — Спасибо, — прошептал он и улыбнулся. — А ты?.. Красноречивый взгляд на его ширинку сказал все за себя. Наруто прочистил горло и помотал головой: — С этим я сам справлюсь. — Уверен? — недоверчиво протянул Учиха и сжал вдруг ладонь на чужом паху. — А мне кажется, тебе нужна помощь. — Блять, — из горло невольно вырвался скулеж. Наруто хватило пары поцелуев за ухом и активных, сильных поглаживаний, чтобы отправиться вслед за Саске. А что происходит с парой после близости? Они начинают больше доверять друг другу, чаще проводить время вместе? Или познают грани сексуальной жизни? Наруто, насмотревшись на других парочек, думал, что так все и будет у них происходить, однако получил совсем не то, чего ожидал. Саске вообще не говорил с ним на эту тему. Вел себя как обычно, буднично хмурился, иногда улыбался и… в общем-то на этом все. Ни тебе привычных поцелуев в щеку, ни шутливых щипков за бок. А Наруто уже привык находиться в постоянном стрессе рядом с ним. После той ночи желание и чувства обострились, и сделанное все никак не давало покоя. Если раньше он не совсем понимал, как можно настолько сильно хотеть кого-то, то сейчас, смотря на переодевающегося в спортивную форму Саске, он готов был хоть в тот же момент упасть перед ним на колени и повторить ту ночь на глазах у одноклассников. Учиха вел себя немного отстраненно, из-за чего в голову Наруто начали закрадываться самые ужасные опасения. Саске не понравилось? Но Наруто ведь сам видел и слышал, как тот еле сдерживал звуки, дрожал и подавался ближе, теснее. Тогда почему он молчит? Может, они двигаются слишком медленно или быстро? Но опять же, они оба решили попробовать. Тогда в чем дело? Саске больше не хочет с ним близости? Он стал ему противен? А что если он вообще теперь его бросит? Мысли, как снежный ком, накатывали одна на другую, подкидывая не лучшие варианты развития событий. В груди росла тревожность, от которой можно было избавиться только одним способом: разговором. Наруто смотрел на свой контейнер с едой, заботливо собранной мамой с утра. Омлет с овощами выглядел довольно аппетитным, но из-за переживаний есть особо не хотелось, благодаря чему парень только бездумно ковырялся палочками. Рядом, только руку протяни, сидел Саске, безмятежно поедающий курицу. Вот же черт, ест себе спокойно и совсем не догадываться о том, сколько проблем приносит своему парню. Наруто тяжело вздохнул и огляделся: на крыше, кроме них, никого не было, что было только к лучшему. — Между нами ведь все нормально? — голос звучал сипло и неуверенно, из-за чего Наруто нахмурился — он не должен выглядеть жалко. Саске удивленно обернулся на него. — Да. А что-то случилось? — и выглядел при этом так, словно действительно ничего не подозревал. — Это я у тебя спросить должен, — легкую обиду скрыть не получилось. Придурок действительно ничего не понимает? — Ты о чем? — О том, что я тебе отсосал, и теперь ты меня сторонишься. Тебе не понравилось? — о да, Наруто ничуть не жалел, что выпалил это столь резко. Вытянутое лицо Учихи с начинающими краснеть щеками стоило того. Тот отложил контейнер с палочками для еды, собрал руки в замок и весь напрягся. От безмятежности на его лице не осталось и следа. — Не в этом дело, я тебя не сторонюсь, просто… сложно это. — Что именно? Казалось, Саске умрет, если скажет — неуверенность, закрытость в его позе намекали на то, что ему явно неудобно разговаривать на эту тему. Учиха глубоко вздохнул и тихо произнес: — Сложно постоянно пытаться не думать о том, что произошло. Когда ты рядом, у меня мысли только об одном, о той ночи и это как-то непривычно. Когда я один, лучше тоже не становится — хочется снова быть с тобой. Саске в своем смущении и неуверенности был настолько очаровательным, что Наруто тут же забыл о всех своих обидах и страхах. Саске думал о нем, хотел его, представлял его, вспоминал. Не знал, куда себя деть от нахлынувших чувств. Разве может быть лучше? Это признание заставило улыбнуться — значит, не один только Узумаки здесь мучается. — То есть, ты просто… стесняешься? Учиха красноречиво отвернулся, из-за чего не удалось сдержать смешок. Ну какой же невыносимый, а. — Так значит тебе понравилось? — Наруто хотел как следует помучить его вопросами, но знал, что не сможет делать это долго — Саске был слишком милым для мучений. Кивок послужил ему ответом, и плечи наконец расслабились. — Эй, — Наруто придвинулся ближе и слегка толкнул парня локтем. — Мне кажется, говорить о таком в порядке вещей. Я все время голову ломал, думал облажался по полной и ты меня бросишь. Глупо, знаю. Но мы же вместе и заниматься такими вещами и говорить о них вполне нормально, так ведь? Мой опыт не больше твоего, я тоже волнуюсь и порой стесняюсь, но с тобой мне легче это все переживать. С тобой я…хочу попробовать многое. Внутри все снова сделало кувырок, когда Наруто почувствовал прикосновение чужой ладони к своей. Саске переплел их пальцы и чуть сжал. — Значит, нам обоим нужно просто привыкнуть. Прости, что заставил тебя сомневаться. Вот так просто, стоило всего лишь поговорить, чтобы развеять все опасения. И нет больше никакой тревожности. Узумаки от облегчения прикрыл глаза и облокотился о худое плечо. Улыбка сама расползлась по лицу, когда Саске положил свою голову на его. В тот день Учиха снова был у Наруто — погода была дождливая, ветреная и вместо запланированной поездки на дачу (где и проводили все выходные Кушина и Минато) парни решили остаться дома. Сидеть в четырех стенах вдвоем в одиночестве гораздо лучше, чем в доме с плохо работающим интернетом и любопытными родителями. Перед отъездом мать дала ответственное задание — найти какие-то завалявшиеся документы, чем Наруто сейчас и занимался. Пока он сидел на полу и рылся в ящиках стола, Саске в это время лежал на его кровати и переписывался с кем-то. Судя по частоте приходящих сообщений это могла быть Сакура. Перебирать свою комнату вверх дном Наруто не любил, но еще больше ему не нравилось злить мать, поэтому он не смог удержаться от облегченно-радостного выдоха, когда нашел нужное. — Порядок? — спросил Саске, не отрываясь от экрана. — Полный! Сейчас уберу все и вперед делать попкорн! Помнишь, я говорил тебе о том фильме? Так вот я скачал пиратку! — Погоди, Наруто, — тот хотел уже на радостях поскакать на кухню, но странно взволнованный голос парня заставил его остановиться. Саске уже отбросил телефон и сидел мял в руках край футболки. Он выглядел немного встревоженным, из-за чего Узумаки недоуменно нахмурился. — Помнишь, ты говорил, что нам нужно привыкать друг к другу? — Мм, да. — Так вот, я подумал может…может снова попробуем? Наруто сначала посчитал, что ему послышалось или вообще показалось, что Саске заговорил с ним именно на эту тему. Он смотрел куда угодно, только не на него, заламывал пальцы, а его уши, кажется покраснели. — Ты хочешь, чтобы я тебе отсосал? — в устоявшейся тишине слова прозвучали неприлично громко. — Не только, — Саске ринулся к своему рюкзаку, что висел на спинке стула. Наруто смотрел на то, как он что-то в нем ищет, и не понимал реальность происходящего. Отстраненный и замкнутый Учиха сделал шаг навстречу и сам предложил заняться чем-то… наподобие того самого? Наруто точно не спит? Смазка и пачка презервативов в руках его парня напоминали, что нет, он совсем не спит. Матерь божья, Саске вот на это согласен? — Эээ… а… ты уверен? — Наруто больше подумал бы, что происходящее всего лишь шутка, розыгрыш, если бы не уверенный кивок Учихи. — Я могу быть снизу, я готовился. Готовился. Готовился. Пиздец, у Наруто, кажется, горело все лицо. Он и не думал, что тот разговор на крыше так быстро подтолкнет Саске к решительным действиям. Саске шел к нему с мыслью, что он сегодня займется сексом с Наруто. Саске складывал все нужное в рюкзак, шел с его содержимым мимо собственных родителей и невозмутимо укладывал его на стул в комнате Узумаки. Саске хотел, Саске планировал. А у Наруто уже встал. — Хорошо, давай… — внутренности все дрожали. — Мне... мне нужно в душ. Подожди пару минут, хорошо? Узумаки пулей умчался в ванну, оставляя Учиху одного, и ненамеренно громко хлопнул дверью. Паника, возбуждение, предвкушение, волнение и куча других чувств и эмоций смешались внутри, из-за чего Наруто был крайне неуклюж, когда буквально выпрыгивал из штанов и открывал баночку с гелем для душа. Ему нужно бриться? Подмышки там, лобок? А зубы? Зубы нужно чистить? Но ведь они уже целовались сегодня и ничего. А если Саске передумает и уйдет, пока Наруто паникует в душе? Нет, он так точно не сделает. Но ведь не хорошо заставлять его там ждать, верно? Наруто думал о Саске, который, возможно, уже разделся и сидит на его кровати и тоже думает о том, чем они будут заниматься буквально через пару минут… Возможно, он тоже волнуется, но вместе с тем и предвкушает. Саске выглядел смущенным, но уверенным, и Узумаки точно знал, что тот не станет подставлять свою задницу кому угодно. Черт. Ему не стоило заводиться раньше времени, но если он продолжит об этом думать, то время ожидания увеличится. Наруто не знал, что делать, как подступиться, но когда он увидел уже раздетого до нижнего белья Саске, мысли разом улетучились. — Я думал, ты там утонул, — Учиха пытался скрыть волнение за шуткой, это было заметно. Узумаки поставил себе задачу сделать так, чтобы парень разом забыл обо всем, кроме него. — Прости, понадобилось время, чтобы привести себя в порядок и осознать, что мы реально сейчас будем этим заниматься. — Ты же не передумал? — Ни в коем в случае. А ты? — Нет. Кровать скрипнула под напором чужого веса, когда Наруто удобнее устроился над Саске. В этой постели Наруто дрочил на своего парня, отсасывал ему, а сейчас будет… делать кое-что гораздо интереснее. Губы сразу нашли чужие и впились в них сладко, крепко, с желанием. Узумаки любил целоваться с Саске, потому что он делал это как-то особенно: долго, прихватывал нижнюю губу, проходился языком по тонкой коже, шумно дышал в рот и хватался за шею. Саске всегда старался быть тихим, сдержанным, не показывать свою ранимость и чуткость, но Наруто иногда удавалось вытащить из него все эмоции и чувства, оголить его и надавить, заставить дышать всем телом. Он помнил, как чужое тело дрожало во время минета, и собирался повторить это снова. Саске выдохнул ему в ухо, когда теплые губы прошлись по шее, а зубы укусили мягкую кожу. На ней расцвело небольшое пятнышко, которое Наруто тут же зализал. Под пальцами быстро билось сердце, грудная клетка часто поднималась из-за учащенного дыхания, и чувствовать это, собственной кожей осязать, как волнуется, трепещет чужое тело… слишком интимно. Соски были твердыми, мягкими, Наруто из любопытства сжал один, покрутил и услышал надорванный всхлип, от которого у него мурашки пробежали. — Нравится, когда тебя трогают здесь? — Не знаю… попробуй еще раз. Саске нравится. Саске просит. Саске хочет. Блять. Наруто спустился ниже, для удобства оперся рукой на матрас и прошелся языком по соску, слегка, чтобы не причинить боли, зацепил его зубами, потянул. Саске протяжно простонал и тут же закрыл рот рукой, постеснявшись своего голоса. — Все хорошо, — Наруто поспешил подняться и чмокнуть того в нос. — Мне нравится, когда ты открыт, не стесняйся этого. Говори, если тебе приятно или же наоборот, хорошо? — Да, — на выдохе. Наруто нравилось, когда Саске сжимал его волосы на затылке, эта его нетерпеливость добавляла какой-то остринки и возбуждала еще больше. Он цеплялся за широкие бронзовые плечи, когда Узумаки поцелуями спускался ниже, к животу, который успел изучить в прошлый раз, и ерзал на постели. Наруто не упустил возможности оставить парочку укусов на области вокруг пупка и облизать покрасневшую кожу. — Мне… мне нравится, когда ты так делаешь, — прошептал Учиха. — Правда? Что ж, буду знать. После такого признания Узумаки не смог не оставить еще несколько поцелуев, прежде чем спуститься ниже, к резинке трусов. Он с нажимом провел по выпуклости на ткани, погладил бедра, сжал их и только потом стянул нижнее белье. Саске хотел было стыдливо прикрыться, но потом понял, что скрывать уже нечего — и так все всё видели. На головке члена блестела смазка, и Наруто аккуратно размазал ее по нежной тонкой коже, провел ладонью по всему члену, а затем облизал. Бедра под рукой вскинулись, задрожали, а голос надорвался. — Сожми сильнее… Наруто, — Саске гладил его то по руке, то по солнечному затылку, подбадривал, одобрял его действия. Он был отзывчивым в постели и закрытым в обычной жизни, и это сочетание не могло не дурманить голову. Наруто его послушался, поцеловал во внутреннюю часть бедра, пощекотал лобок. Делать ему приятное, видеть отдачу, чувствовать его руки на своем теле — настоящее удовольствие. Он почти не обращал внимание на собственное возбуждение, слишком уж был сосредоточен на чужом, и с радостью бы ласкал Саске хоть всю ночь, пока тот не устанет. Саске был слишком сладким и желанным, чтобы от него отрываться. Наруто шире развел его ноги, чтобы с комфортом устроиться между ними и открыть сжимающийся вход. Он слегка провел по нему пальцем и чуть надавил, когда парень весь вздрогнул и сжался. — Я готовился дома, но это было неудобно и неприятно… думаю, у тебя получится лучше. От такой откровенности краснели уши, но Наруто готов был выслушать все его желания, мысли, фантазии. Все, чтобы потом воплотить это в реальность. — Я не хочу сделать тебе больно, поэтому говори, если будет неприятно. — Давай уже, — Саске сам схватился за его запястье и направил в нужном направлении. Первый палец прошел достаточно легко, видимо, из-за предварительной «подготовки», но дальше пришлось действовать медленнее. Наруто всячески хотел облегчить неприятные ощущения, поэтому он не жалел тягучей смазки, проходился поцелуями по всему телу, поглаживал член и сосал головку. Саске метался на постели из-за одолевающей гаммы различных чувств, хныкал и держался за Наруто. Он мог отстраняться, ерзать, но при этом крепко хвататься за его плечи или шею, быть рядом, показывать, как ему приятно. Наруто не удержался и потерся пахом о простынь. Член ныл, а Узумаки уже находился на грани и боялся, что он кончит, как только войдет, но осторожность и безопасность были превыше всего. Пока не убедится, что Саске действительно готов, он не начнет. — Ты как? Нормально? Сглотнув, Учиха кивнул. — Мне кажется, я уже готов. — Точно? — румяные щеки и полный желания взгляд сказали все за себя. Отрываться от Саске не хотелось, но стоило позаботиться о защите и достать презерватив. Трусы уже все промокли, они неудобно жали, из-за чего Наруто облегченно выдохнул, когда их снял. А потом, заметив, как на него смотрит Саске, чуть не задохнулся. Темные зрачки, приоткрытые губы, язык, что закусил нижнюю — Учиха выглядел слишком заинтересованно, глядя на его красный, набухший и влажный член. — Господи, Саске, я же кончу, если ты так на меня смотреть будешь. — Прости… но в следующий раз предлагаю поменяться местами. — Без проблем. Наблюдая за лицом Саске, за каждой его морщинкой, за каждой бледной веснушкой и родинкой, за его выражением, Наруто старался контролировать ситуацию и, если нужно, остановиться. Саске кусал губы, но не отводил от него взгляд, держался за плечи и шире расставлял ноги. — Все хорошо? — Терпимо. Можешь продолжать. Он дышал ему в рот, медленно целовал, чтобы отвлечься, а Наруто еле сдерживался, чтобы не кончить. Стенки давили на член, внутри было хорошо, да настолько, что можно было все закончить и без движений, без лишнего трения. Начинали они постепенно, не торопились, следили за состоянием друг друга, спрашивали, гладили и целовали. Держались вместе, были близки физически и духовно. Наруто еще никогда не чувствовал себя таким полноценным, таким счастливым, таким оголенным и возбужденным. Никакая дрочка, никакая фантазия не сравнится с человеческим теплом, с чужими эмоциями, с руками, что цеплялись за его спину, с губами, что стонали на ухо и кусали мочку. Наруто был так близко, так, блять, близко с Саске, что хотел влиться в него еще сильнее, раствориться, вжать в себя. Саске был мягким, пластичным, горячим, не таким, как те бездушные мальчики на видео, а живым, настоящим, любящим. Саске был с ним. Неопытные, неуверенные, не знающие, с чего начать, сейчас они забыли обо всех страхах и сомнениях, отпустили себя и отдались друг другу. Оба не имели стальной выдержки, а для первого раза было слишком много ощущений. Наруто не знал, сколько прошло времени, но оргазм подступил довольно быстро и неожиданно — по телу резко прокатилось облегчение. Саске лежал под ним, весь красный, вспотевший и все еще неудовлетворенный, только коснись его, и он вздрогнет. Несмотря на нахлынувшее облегчение, Узумаки продолжил движения, подключив еще и свою руку — пульсирующий член был очень горячим и истекающим. Постель была мятой, мокрой, одеяло сбилось в кучу, простыни сползли с матраса, но сейчас было не до этого. Наруто навалился на тяжело дышащего Учиху и уткнулся губами куда-то между шеей и плечом, чувствуя жар его кожи и учащенный пульс. Саске довольно усмехнулся и похлопал того по спине. — Ты тяжелый, слезь с меня. И так дышать нечем. Узумаки послушно откатился в сторону, но потом все равно придвинулся и положил голову тому на плечо. Не хотелось отстраняться, закрываться, наоборот, лежать вместе, быть вместе, дышать вместе. Он убрал длинную прядь волос за ухо и поцеловал в румяную щеку. У Саске горели уши, шея и грудь, и не будь Наруто таким уставшим, он бы слизал этот румянец. В черных глазах вновь плескалась нежность, из-за которой щемило в сердце. Саске подарил ему легкую улыбку, а затем приподнялся и поцеловал, мягко, с чувством, с благодарностью, с любовью. — Мне кажется, я теперь от тебя не отлипну, — прошептал он в губы. — А я и рад буду, — со смешком ответил Узумаки и вновь чмокнул в податливый рот. — Как ты себя чувствуешь? — Как будто по мне трактор проехался, но, знаешь, это довольно приятно. А ты? — Почти то же самое, и я намерен повторить. — Только ты снизу, помнишь? — Да хоть посередине, мне плевать, если я с тобой буду. Жизнь, кажется, вновь вошла в нужное русло и, наконец-то, пошла на лад. Удивительно, стоило лишь потрахаться, как все проблемы мигом исчезли. Разговор, близость, еще один разговор после, и вот они уже два счастливых удовлетворенных парня, под чувством влюбленности готовые пойти на все. Ну или почти на все. Наруто не могло не радовать то, как Саске раскрывался рядом с ним. В дружбе между ними сохранялись некие границы, через которые не стоило переступать, были тайны, проблемы, внутренние переживания. Сейчас, в отношениях, грань недоверия постепенно стиралась, позволяя наедине друг с другом быть самими собой. Наруто было проще — единственный его секрет заключался в чувствах к Учихе, а теперь в нем не было необходимости. Саске же приходилось гораздо сложнее из-за внутреннего недоверия и страха, но Наруто с каждым днем доказывал и показывал обратное — ему можно доверять. А в некоторых ситуациях даже нужно. Саске боялся близости, боялся раствориться в другом человеке и забыть про себя, но, как оказалось, с Наруто потерять себя было трудно, практически невозможно. Потому что Наруто не прятал его, не давил, не закапывал в землю, нет. Он находил, доставал из слоя детских травм, сомнений и переживаний, стряхивал всю пыль и грязь и приводил в человеческий вид. Наруто его воскрешал. Сам Узумаки своей особой заслуги в этом не видел. В конце концов, если бы Учиха не захотел меняться, расти, идти на уступки, у них бы ничего не вышло. Это работа не только Наруто, это работа их двоих, их пары, которая пожинает свои же результаты. В одиночку они бы не справились. Наруто наивно полагал, что теперь-то в их жизни будет меньше препятствий, что теперь-то они смогут выдохнуть. Пока во время переодевания в школьной раздевалке не увидел на стройном теле уродливые лиловые синяки, которые Узумаки уж точно не оставлял. Саске быстро переоделся в легкую кофту, но Наруто успел разглядеть оставленные кем-то пятна и замереть на месте с футболкой в руках. Ему же не показалось, верно? Но почему он раньше ничего не заметил? И почему Саске ничего не рассказывал? У него проблемы? Учиха не славился вспыльчивым нравом и агрессивностью, поэтому Узумаки в голову не приходило предположение о том, что парень просто что-то с кем-то не поделил. Но в чем тогда дело? — Ты с кем-то подрался? — фигура у шкафчика на секунду замерла. Саске отвернулся к нему спиной и закопошился в сумке, явно не желая говорить на эту тему, что уж там, даже глаза поднимать не стал. — Забей, — коротко и сухо, только покачивание головой. Саске продолжил складывать вещи, а Наруто не смог стоять в стороне — у того совсем мозги высохли? Он насильно развернул за плечи парня к себе лицом, сжав помятую ткань. Саске все еще продолжал избегать смотреть ему в глаза. — В смысле забей? — они зря доверие выстраивали, что ли? — Саске. Посмотри на меня. Что случилось? Он выглядел загнанным и виноватым, и Наруто хотел изо всех сил встряхнуть его, чтобы вновь увидеть привычную усмешку и искры в глазах. — Все нормально, пошли уже, — скинул чужие руки со своих плеч, взял сумку и отправился к выходу. Да сейчас же, ага. Учиха, видимо, забыл с кем имеет дело. Наруто был быстрее — опередил его и закрыл собой вход, сложив на груди руки. А боковым зрением заприметил клюшку, которой, если что, можно было бы подпереть дверь. — Рассказывай. Под его напором Саске нередко (и нехотя) сдавался, не в силах спорить и ругаться. Наруто знал, что тот не любил перепалки, слишком уж утомительными для него они были, а потому всегда чувствовал, когда стоит немного надавить. Узумаки не прогадал — его способ сработал и в этот раз. Саске помял ремешок сумки, покусал губу, а затем кинул вещь на пол и тяжелым грузом уселся на скамью. Узумаки поспешил приземлиться рядом с ним, взволнованно заглядывая в бледное лицо. — Отец каким-то образом узнал о нас и… решил показать, чье мнение авторитетнее. — Он избил тебя? — глупый вопрос, учитывая следы на его теле, но вот так сразу трудно было принять факт насилия в чужой семье. Фугаку был строгим человеком, со своими железными принципами и устоями, которые не позволяли ему баловать сыновей и позволять им жить как вздумается, но… доходить до такого? Поднимать руку на собственного сына? Кажется, семейная идиллия в доме Учих достигла дна. В груди неприятно засвербило. Наруто понятия не имел, что делать в такой ситуации, но пускать все на самотек не хотел. — И что теперь? Саске неопределенно хмыкнул и пожал плечами, будто ему все равно. Хотя, кто знает, может за всю жизнь он привык к холодному отношению. Но явно не к побоям. — Он поставил мне ультиматум: либо я расстаюсь с тобой, либо он вышвыривает меня из дома. Его изнутри аж скрутило от плохого предчувствия. Он ведь его сын, зачем так жестоко? Да, гей, но разве это имеет значение? Родители Наруто никогда бы не зашли так далеко, зная, что их ребенок счастлив, пускай даже с парнем. — И что ты выбрал? — вышло как-то неуверенно, голос сразу выдал все его опасения. Саске вопрос не понравился — тот даже повернулся к нему, встряхнув своими отросшими волосами, что задели щеку Наруто. В черных глазах вместо удушливой пустоты плескалось негодование, а сведенные в недовольстве брови делали его лицо живым и …черт, сексуальным. — Ты еще спрашиваешь? Тебя, конечно же, — возмущенно фыркнул и отвернулся. Кажется, слова Наруто его задели. Узумаки уткнулся в его шею и оставил легкий поцелуй. Взял чужую ладонь в свою, сжал, погладил большим пальцем покрасневшие костяшки. — Я приму любой твой выбор, потому что волнуюсь за тебя и хочу, чтобы ты был в порядке. — Я уже сделал свой выбор. И он сидит рядом со мной. Наруто не смог не улыбнуться — Саске был слишком трогательным в своей прямоте. Учиха пах потом после тренировки, но это не помешало Наруто теснее прижаться к нему и поудобнее устроиться на его плече. — Тогда позволь ему быть рядом и оказывать тебе поддержку, если это необходимо. Наверное, это единственное, что он может сделать. — Этого будет более чем достаточно. Большего мне и не требуется, — сухие губы мягко поцеловали парня в солнечную макушку и зарылись в нее носом. В раздевалке было тихо, все уже ушли в разные стороны, позволяя двоим спокойно посидеть в одиночестве и насладиться компанией. Еле слышно шумел вентилятор, из крана капала вода. Наруто понятия не имел, что делать дальше, зато был уверен в одном — вместе бороться с проблемами не так уж и страшно.