А оно того стоило...?

Начальная школа - Эй, неудачница! Иди сюда! – окрикнул одноклассник маленькую Кэтрин. Кэт – изгой в своем классе и все ее презирали, кроме Лиама – ее брата-двойняшку. Отношения со сверстниками ухудшались с каждым днем, и все это началось после смерти матери двойняшек. Но при этом все в классе обожали Лиама, обладателя черных кудрявых волос, загорелой кожи, тонких губ и карих глаз. Из-за сильного различия брата и сестры многие не верят, что эти двое брат и сестра, не говоря уже о двойняшках. Кэтрин была просто козой отпущения в классе и всем было плевать. И вот уходя со школы, девочка услышала, как ее одноклассник назвал ее неудачницей и сказал подойти. И из-за еще детской наивности и надежды на чудо, что одноклассники хотят с ней познакомится поближе и подружиться. Но стоило Кэтрин подойти к ребятам, так ощутила сильную боль в животе. Согнувшись пополам, девочка схватилась за больное место и увидела отпечаток обуви на своей, только недавно купленной, одежде. После последовали еще несколько ударов, сопровождаемых под смех мальчиков. Через некоторое время, пинки прекратились и Кэтрин открыла красные заплаканные глаза. Она через пелену слез кое-как различила силуэты одноклассников, весело обсуждающих что-то так, будто не избили сейчас маленькую девочку. На теле Кэтрин осталось много синяков и царапин. Вся одежда была порвана. Во рту Кэт почувствовала металлический вкус крови и начала кашлять. Изо рта полилась тоненькая струйка крови. Помощи ждать было не от кого, поэтому девочке лишь осталось идти в ненавистный детдом, где ее уже наверняка ожидала воспитательница, которая накажет Кэт за задержку после школы. Кэтрин и Лиама все родственники отказались приютить. Под предлогом «Я не в состоянии прокормить еще двух детей» или что-то подобное, отговаривались они. А детский дом достался не райский, скорее в точности наоборот: воспитатели вечно наказывали за малейший проступок, ставили слишком много запретов на все и на личную жизнь, и на жизнь вообще… Кэтрин становилось еще больнее когда понимала, что она в этом аду, а ее брат Лиам в детском доме, где с детьми обращались намного лучше чем с ней. Как получилось так, что двойняшки оказались в разных домах Кэтрин так и не поняла, брата и сестру просто рассадили по разным машинам, стоявшие у дому где они раньше жили с матерью, и все. Теперь Кэт и Лиам видятся только в школе. Как на зло, пока Кэтрин шла «домой», начался сильный дождь. Из-за чего стало холодно и вся порванная одежда девочки теперь еще и промокла насквозь. «Если заболею, то еще и в подвале оставят лечится, нужно быстрее добраться до детдома.» - подумала девочка и ускорила шаг. Волосы липли к лицу. Кровь из ран и царапин потихоньку скатывалась маленькими капельками по рукам и ногам малышки. Ветер с каплями дождя попадал в глаза Ну вот и то самое здание, в котором теперь живет Кэтрин. Разваливающееся двухэтажное здание, когда-то полностью покрытое серой краской, теперь у большей части здания отвалились части стен и теперь можно было увидеть старые кирпичи. Однажды Кэт услышала как группа ребят утверждали, что эта разруха уже давно заброшена и что в ней живут призраки. Кэтрин медленно открыла скрипучую дверь и сразу же увидела Эмилию Сергеевну – их воспитателя. Одета она была как всегда в старое красное облегающее платье, у которого лямка еле как держала ткань на теле женщины. Иногда смотря на Эмилию Сергеевну в этом платье, девочка задумывалась «Как же это платье еще не свалилось с учительницы?». Сама же Эмилия Сергеевна была блондинкой с зелеными глазами, вечно накрашенными губами, с большой грудью и с большими бедрами. - Ну и где ты шлялась так долго!? – «поприветствовала» Эмилия. Она через мгновение заметила разорванную одежду. – Что ты натворила, идиотка!? Ты же прекрасно знаешь, что у меня сейчас нет денег покупать тебе новые шмотки и все равно порвала их! – орала она и подходила к уже напуганной девчушке. - Н-но.. я не ви…- запинаясь пыталась пыталась вымолвить предложение Кэт. - Ну все! Давай сюда руку! – в глазах воспитательницы бушевала ярость. Хоть Кэтрин видела разъяренную Эмилию, но все равно, она продолжала боятся такую Эмилию. Женщина схватила девочку за запястье, взяла со столы нож и начала оставлять линии на и без того израненной руке Кэт. Порезы были разные сильные и слабые, но больно было ото всех. Кэтрин пыталась вырвать руку из мертвой хватки Эмилии Сергеевны, но та только яростнее проводила холодным лезвием по запястью девочки. Крик Кэтрин невозможно было не услышать на улице, но всем было абсолютно плевать. - КАК ЖЕ ТЫ МЕНЯ ДОСТАЛА!!! – вопила воспитательница – ВЕЧНО НОЕШЬ! НЕ ЦЕНИШЬ ТО, ЧТО Я ТЕБЕ ДЕЛАЮ! ВОТ ТЕПЕРЬ ТЫ У МЕНЯ ЗА ВСЕ ЗАПЛАТИШЬ! Кэтрин уже не пыталась вырваться, она просто смирилась и плакала от воплей Эмилии Сергеевны, от боли на запястье из-за ран на нем и хватки Эмилии, от отчаяния, что никто ей не поможет. Не придет на помощь ни принц на белом коне, ни кто-либо еще… Придя в свою маленькую комнатушку, больше похожую на бывшую кладовую, Кэтрин рухнула на матрас, лежащий около стены с оборванными обоями. У девочки не было желания смотреть на свою запястье и просто закрыла глаза надеясь хоть немного вздремнуть после такого дня. Комната правда был очень маленькой, что и одной Кэтрин в ней уже было тесно. Небольшие полочки прям над матрасом, так и намеревались в любой момент вниз. Окошко прям на против двери входа в «кладовку». Вместо хоть какой-то лампы на потолке на веревке висела лампочка, а рядом болтался шнур для включения света. Через полудрему, Кэтрин услышала стук по стеклу. Подняв голову, она увидела Лиама, еле как не свалившегося с окна. Открыв старую дверцу окна, поспешила обнять брата, которого она не видела около месяца. - Приветик. Давненько не виделись. Ты как? – приобняв в ответ, сестру спросил Лиам, на что та показала свои шрамы на руке. – К-кто это с-сделал? Опять эта ненормальная? Вот же скотина… Сильно болит? Я взял с собой аптечку сейчас все обработаю. Спустя некоторое время рука девочки уде была аккуратно перевязана бинтами и выглядело довольно неплохо. - Теперь ты только не снимай бинты, я еще пару дней буду приходить и менять их, хорошо? – спросил обеспокоенные Лиам, на что его сестра лишь кивнула. – Ну, а теперь нам нужно идти. - Куда? – непонимающе спросила Кэтрин. - Как куда? Сегодня уже ровно три года нет мамы. Мы должны навестить ее. – напомнил мальчик и начал выбираться на улицу через окно. И через пару секунд макушка Лиама исчезла из поля видения Кэт. Кэтрин всем сердцем ненавидела этот день. Ведь ровно три года назад она лишилась мамы и теперь живет в полном аду. Если бы в тот день она не вспылила и не повелась на провокацию, то мама была бы жива. Внезапно в окне появилось улыбающееся лицо Лиама, который бегло произнес: - Совсем забыл! С Днем Рождения! – и улыбка брата стала еще шире. - И тебя… - тихо поздравила в ответ Кэтрин.