Чужие голоса
Из памяти слова. Которые нельзя никому сказать. Глаза сменили тон. Ты отпусти ладонь. Мой дом теперь закроется навсегда.
Отпускай — Три Дня Дождя.
***
5 июня 2017 года.
Токио.На улице уже давно стемнело. Он бродил весь день по улицам, крышам, кладбищам, заброшенным зданиям и забрел на очередную крышу.Парень сидевший на одной из крыш многоэтажных домов, свисая свои ноги вниз, изредка покачивая ими, смотря на ночной город в огнях. Совсем худощавое тело, словно он ел и пил ровно то количество, чтобы не умереть. Свои действия парень совершал на автомате, словно робот, у которого есть задача, которую необходимо выполнить, а остальное было неважно. Его глаза абсолютно пустые. В них читалась огромная неосязаемая пропасть, неизъяснимая тоска, за которыми скрывались множества потерь и утрат, а сердце было разбито вдребезги. Совсем юный парнишка, прошедший словно через ад и самые ужасающие муки, пытался не захлебнуться в крови, барахтаясь на поверхности, но даже это выходило с большим трудом. Он не выдержал. Он не смог найти причину
жить существовать дальше. Слишком тяжёлая ноша для такого, как он. Он не мог контролировать себя, свои приступы агрессии, поэтому ушёл, чтобы спасти будущее своих друзей, сделать их счастливыми.Без себя.И остался один.
Такой слабый и никчемный.
С каждым днём одиночество медленно пожирало его, как яд, медленно проникая в самое потаённое место — измученную душу парня. Теперь оставалась лишь беспросветная тьма.
Утонул.
Погружаясь все ниже, в пучину хаоса. Он потерял свой свет, убил своего дорогого друга, который желал спасти его всем сердцем, на что получил пулю в живот. Он несколько часов просто смотрел на бездыханное тело бывшего друга, который лежал в луже собственной крови.Парень хотел, чтобы он накричал на него, как старший брат делал это раньше, в далёком детстве, но у него не получилось. Он не смог спасти его. Чтобы защитить их, он был
готов пожертвовать им. Даже, если это означало потерять ещё кого-то близкого.
Главное, чтобы он не втягивал их в это.
Он уже давно потерялся на своём пути, свернув не туда. Дороги обратно нет. Он слишком замкнут в себе, не подпуская к себе ни на шаг. К нему невозможно подобраться.
Никто не спасёт его.
Майки был таким. Никаких эмоций.
Сплошная пустота, пожирающая его.
Парень медленно поднимается, вставая на край. Всего шаг — пропасть. Тёплый летний ветер развивал белые волосы, которые были похоже на первый снег. Руки были в крови. Он был весь в крови. Тишину заполняет истерический смех. Парень смеётся, закрывая руками лицо. Будто осознает, все, что натворил. Можно ли это назвать предсмертной исповедью?
Может быть. Он смотрит вниз, на поток людей идущих по своим делам, кто-то спешил, кто-то нет. Это было неважно. Ничего уже не имело смысла.
Он прикрывает глаза, наслаждаясь последними мгновениями своего Ада на Земле. Что-то на подобии улыбки, озаряет лицо парня. Он совсем забыл, что такое улыбка. Мышцы отвыкли и эта улыбка была похожа лишь на жалкую пародию. Он выдыхает.
Шаг. Пустота.
Тело кажется таким легким, словно пёрышко. Он закрывает глаза, отдавая себя воле судьбы. Все наконец-то закончится. Однако его слух улавливает крик полный отчаяния, доносящийся откуда-то сверху. Но сейчас это уже не имеет смысла. Что-то горячее касается его руки. Парень распахивает глаза, видя перед собой знакомую фигуру.
— Манджиро! Не смей! — девушка кричит, а все её лицо влажное от накативших слез. Ещё бы немного и она потеряла его навсегда. Её слёзы падают на его удивленное лицо. Его нос сморщился, брови немного приподнялись вверх в немом вопросе, который он не мог озвучить. Однако он не хочет быть спасённым, он все решил, когда пришёл сюда, на эту крышу. Они смотрят друг другу в глаза, и она замечает в них какое-то осознание, которое пугает её просто до жути, вызывая мурашки.
— Отпусти меня. — его лицо измученное, уставшее, синяки под глазами говорили, что он почти не спал. А сама кожа была неестественно бледная.
— Нет! Манджиро, я хочу спасти тебя! Прошу! — несмотря на его худощавое телосложение, парень все равно был тяжелым, девушка из последних сил пыталась держать его руку. Её желание спасти парня было велико.
Спасти? Его?
Он недостоин спасения. Он делает все только хуже, разрушая самое дорогое.
— Не важно сколько раз, дай мне шанс! Майки, умоляю. Я люблю тебя! — голос девушки снова срывается на крик, наполненным болью и отчаянием. Она желала его спасти, вытащить из этой пучины бездны, взять
хотя бы немного всю его боль без остатка.
Её слова проходятся словно эхом в голове парня.
Любит? Его? Он же монстр. Монстр? Он запутался.
Глаза становятся влажными, горькие тёплые слёзы выступают стеклянной пеленой. Это колющее чувство в груди, он чувствует. В душе стало так тяжело и больно, а ком в горле, который появился резко после воспоминаний тех, которые парень не открывал для себя. Он прятал их тщательно, боялся притронутся, к давно забытым чувствам, ведь понимал, что он сломался. Парень уже не сможет жить как прежде. Сердце разрывается на миллионы осколков, дотрагиваясь до самого естества.Он не может больше себя обманывать.
— Акеми… — эмоции берут вверх, столько лет прошло. Он поднимает голову, смотря на красное лицо девушки, в её кристально голубые глаза, держащая руку парня из последних сил. — Спаси меня, пожалуйста. — он всхлипывает, слёзы падают в пропасть, а в некогда пустых глазах словно появляется блеск, блеск спасения. Искупления.
Она сделала то, что не смог никто, даже
Такемучи. Дотронулась до самой души парня, заставила его почувствовать. Было больно, очень, но он чувствовал. Он не был безвольной куклой в этом мире, он был человеком, настоящим, способным чувствовать. Она вернула того Майки, двенадцатилетней давности, того подростка, несущего в одиночку неподъемный груз потерь за яркой улыбкой. Многолетняя вражда с самим собой закончилась. Теперь он вспомнил, кто
он.
Манджиро Сано.
Спи спокойно.Все грехи отпущены.
