Оладушки

Я сижу на холодном подоконнике под белым меховым пледом в своей комнате, смотрю в окно в белой раме, но она не просматривается в кромешной темноте комнаты. Сижу с темным экраном телефона в руках и смотрю за еле видными каплями дождя, которые кататься по стеклу. За окном видны лишь пестрые вывески продуктовых и хозяйственных магазинов, которые режут глаза в ночи. Ярко. Думаю. Какого было тебе, когда ты решился на это. Не сдерживаю истеричный смешок, который резко переходит в слезы активно катящиеся по щекам все это сливается со смехом. Не понимаю, что я чувствую? Боль? Вину? Жалость? Может Обиду? Я помню, как мы познакомились. Ты сидел на школьной лестнице с сигаретой в зубах, и вьющиеся, черными как смоль, длинными волосами, который падали на глаза и загораживали безразличие, кажется на весь мир, серых глаз. Боже эти глаза, я до сих пор помню этот глубокий серый цвет, который пронзал каждый раз меня страхом. Я был новеньким, хотел примкнуть хоть к кому-то, но все уже сложись в такие тесные компании, что видимо для меня у них не было места. Я не знал, как заговорить с тобой, поэтому я просто сел с тобой немного дрожа от страха и спросил про марку сигарет. Я замялся почти на половине предложения, когда не увидел не малейшего движения с твоей стороны. Тогда я просто начал говорить немыслимый бред и извиняться, ты не двинулся, лишь в конце моей трехминутной, нудной тирады попросил свалить с его ступеньки. я подумал, что это не плохое начало, пересел на ступеньку ниже и не обращая внимание, на твой абсолютный игнор, начал что-то рассказывать про себя да идиот, но я так хотел обрести хотя бы одного друга в новой компании, что был готов прогибаться под общество как ему было нужно. Как Ему было нужно.Помню, как провожал его до дома, под его привычное, уже спустя неделю, молчание и мою неугомонную болтовню. помню, как спустя две недели у меня закончились темы и мы, я с тобой, в полном молчании сидели и смотрели на грязный кафель в подъезде.Помню, как прорезался первый твой рассказ, мы так же молча сидели в твоем подъезде. И я, не надеясь на ответ, спросил почему мы постоянно тут сидим. Ты РАССКАЗАЛ о матери, которая постоянно пропадает на работе и никак не дойдет до пункта, чтобы сделать тебе ключи, заставляя каждый раз ждать ее тут. Не знаю была ли это просто отмазка, но я поверил в это, потому что это было первое, что ты сказал мне после лестницы. Помню поцелуи у меня в квартире мои неумелые и твои грубые настойчивые, которые каждый раз срывали корочку с губы, которая только успевала зажить. Не помню первый наш с тобой раз, все как будто в пелене, мы были у меня, кажется. Но Помню, как я проснулся в твоих объятиях, холодных, несмотря на то, что мы были под одеялом, ты все равно оставался таким же холодным, как труп, но живой. Помню, но не хочу, больно, сердце снова закололо от воспоминаний. Я откинул телефон, не заботясь о том куда он упадет, и закрыл лицо руками. Помню как это случилось, мы уснули вместе, но когда я проснулся твоего холодного тепла не было рядом. Спросонья не увидел, что твой телефон лежит рядом, пошел на кухню, откуда пахло любимыми мной оладушками, но там не оказалось более любимого запаха подаренного мной шампуня и его естественного запаха, который манил меня каждый раз за этот год обнять, моего холодного парня, прижаться носом к его шее, аккуратно поднять голову, чтобы не спугнуть момент, и поцеловать подбородок, немного колючий от щетины. Спустя несколько минут бессмысленных хождений по моей нашей однушке я не обнаружил тебя и пошел в комнату ища свой телефон и пачку сигарет, любезно купленной вчера тобой. Внутри по классике лежала зажигалка, я подошел к окну и зажег сигарету, опустил взгляд на лужайку где лежали только твои и мои наши окурки, и уронил сигарету, которую зажег только что. Там лежал ты я никогда не бегал, так быстро. Не Помню как преодолел лестницу с нашего 5 этажа . Твое тело было холодным, как живой ты, но уже нет.меня оттащили полицейские. Я смотрел на тебя не издавая не звука. - НЕТ я крикнул в пустое пространство нашей квартиры, судорожно упал с подоконника ударив колени об твердый древесный пол, искал телефон, откинутый минутами ранее. Нащупал под кроватью, достал. Паутинка трещин на экране увеличилась, после вчерашнего вечера, руки не держат, как и ноги. Уселся на подоконник, тело дрожит от холода, окно открыто, я облокотился на стекло спиной Зашел в нашу переписку . Несмотря на верхнюю панель, где последний онлайн был написан три дня назад. Я знал это, но не хотел понимать и принимать это не отдавая себе отчета нажал на кнопку записи голоса - Так непривычно, что тебя тут нет – послышался мой жалкий всхлип, толи от холода, толи от слез уже активно щипающих глаза – я помню, Я ПОМНЮ, ПОМНЮ, ПОМНЮ телефон разбился о стену, с хрустом на подоконнике был лишь холодный меховой, белый плед и тарелка недоеденных моих любимых оладушек.