Всё, я прекращаю пить

Я проснулся от слабого запаха кофе. За окном шёл дождь. Своими небольшими каплями он томно стучал в закрытое окно и рисовал на нём печальные узоры. Настроения совсем не было, похмелье давало о себе знать легкой головной болью. Мне с трудом вспоминались вчерашний день, вечер, уже несколько минут не могу понять, где нахожусь. Я встал и посмотрел в зеркало, стоявшее на прикроватной тумбочке. Вид был, конечно, не ахти: грязные, растрёпанные кудрявые волосы окаймляли бледное, худое лицо, саднила нижняя губа. Первым делом я оделся, нашёл носки под кроватью и принялся за осмотр места, где очутился. Квартира была обставлена красивой мебелью, стеллажами с книгами, некоторые из которых были достаточно редкими, прожившими много лет, на стене висел большой телевизор. Нет никаких идей, кому мог бы принадлежать этот уютный уголок. Удивительно, но ничего даже близко похожего на фотографии я не увидел, не нашёл даже каких-либо бумаг с человеческим именем. Всё это начинало настораживать, но безумно хотелось узнать, кто владелец сей обители. Я подумал, что человек, который разрешил мне мирно спать в его кровати, вряд ли желал зла. На основе этого я сделал вывод, что волноваться особо не о чем. Раскрыв тёмную дверь, я на цыпочках вышел в коридор. Запах кофе усилился. Мне ничего не оставалось делать, как встретиться с таинственным незнакомцем один на один, и я зашагал к кухне. На полу были рассыпаны зёрна кофе. Пытаясь не наступить на них, я не заметил открытой дверцы ящика и, ударившись об неё головой, поскользнулся и упал. -пффф, доброе утро. Ты как?- прозвучал голос откуда-то сверху. Я поднял глаза. Там стоял Арсений с протянутой рукой, которую я принял и встал. Смутившись, я посмотрел на него. Он выглядел достаточно бодрым, чему я мог только позавидовать. -Кофе будешь?-спросил он. Попов прекрасно знал, что я обожаю крепкий кофе с утра, поэтому мой кивок послужил ответом на вопрос. Он пошёл делать мне кружку горячего напитка. Я не знаю, как себя сейчас вести. С Арсением у нас довольно сложные отношения в последние несколько недель, а ещё я не помню вчерашнего дня и причину, по которой ночевал в этой квартире. Надеюсь, ничего серьёзного я не натворил. Я сел за стол и наблюдал за его работой. -Тош, убери, пожалуйста, зёрна с пола, пока ещё раз не упал.- сказал Арсений. Не совсем ещё проснувшись, я отыскал совок и швабру, и выкинул просыпанный кофе в мусорку. Внезапно, меня посетило странное чувство. Оно давило на меня в области груди, стало не хватать воздуха, я распереживался. Тишина ещё никогда не ощущалась такой живой, такой лишней, будто человек, неуместно находившийся с нами в одной комнате. Вдруг, вчера я натворил что-то, чего не следовало? Арсений не должен был видеть меня таким. Я иногда задумываюсь, что, на самом деле, может и правда мои чувства к нему-это что-то намного большее , чем просто дружба, может все вокруг понимают меня намного лучше, чем я сам. Я хочу сказать, что давно понял, что Арсений мне нравится, но я не уверен, что он способен принять мои чувства без какой-либо иронии, без его любимой игры, актёрства, поэтому боюсь ему признаться. Никто и не догадывается, но за этим, порой странным поведением Попов всегда скрывал свою любовь к миру, к своим друзьям, к окружающим людям. Когда-то он мог показать свои светлые чувства, но мы повзрослели, изменились, и в какой-то момент он стал таким. Как жаль, что я не смог найти способ, чтобы он оставался всегда самим собой. Я наклонился достать зёрнышко, которое упустил, из под стола. Арсений мягко шлёпнул меня по ягодице. -Что ты делаешь?- я немного возмутился. мне показалось, что он насмехается надо мной, и это было безумно обидно. --Ты чего, Тош?- в его глазах я увидел грусть и долю разочарования . -Что я? А ты сам не хочешь ответить н этот вопрос? Что я вообще тут делаю? Это опять какая-то твоя несмешная шутка?- меня сковал внезапный приступ злобы. Арсений был спокоен и расслаблен, меня взбесило это ещё больше. Мне стало стыдно за своё поведение, я не хотел срываться на нём. Я поспешил удалиться из кухни. Я бросил тряпку в раковину и направился на выход. Кроссовки аккуратно стояли на подставке для обуви. -Антон, подожди! Дверь была открыта и я, слегка хлопнув ею, добежал до первого этажа. Эмоции всё больше вырывались наружу: обида, грусть, злость. Я не понимал, что со мной. Я устал от притворства, устал от невзаимной любви. Уже было выбежав на улицу, меня окатил, как из ведра, холодный осенний дождь. Я забыл куртку. Холод не успел полностью сковать моё тело, как моя забытая куртка была у меня на плечах. Арсений стоял рядом, запыхавшийся. Он тяжело дышал. Все мысли разлетелись, голова опустела. Я замер. -Может всё-таки вернёмся домой?- спросил он, и моя злость в момент улетучилась. Всё же, он единственный человек, способный вызвать у меня такую бурю эмоций. Он отличается ото всех, он другой. Я не мог больше сдерживаться, чувства хлынули наружу, и я не упуская момента, прикоснулся руками к его промокшему лицу и поцеловал. Арсений не сопротивлялся. У меня появилась смутная надежда на счастливый конец. Я отстранился. Касаясь лбом его лба, я чувствовал горячее дыхание. Он переводил взгляд то на мои глаза, то на губы, а потом поцеловал меня более страстно. Я не хотел больше быть пленником своих мыслей и полностью отдался моменту. Мы продолжали стоять так ещё некоторое время: молодые, мокрые, влюблённые. P.s. Вчерашним вечером Арсений предложил Антону сходить в бар, выпить и поговорить по душам. Среди команды в импровизации он не всегда чувствовал себя комфортно. Лишь Антон абсолютно в любом случае мог поднять ему настроение, успокоить. Тоша слишком увлёкся в этот раз. На него тоже свалилось много обязанностей, работы, и тело требовало отдыха. Алкоголь стопка за стопкой лился в его горло, обжигая и согревая тело. Когда Шастун был уже достаточно пьян, Арсений предложил пойти к нему, тк он жил намного ближе, а отпускать Антона в такой ситуации он не мог. По пути Шаст постоянно нёс какую-то чушь, раскрепощённо жестикулировал. Он не прекращал ни на минуту, говорил глупости, смущающие вещи, грустную правду, да вообще все, что приходило ему на ум. Чем ближе они приближались к квартире, тем менее активным он был. Эмоции постепенно сходили на нет, перед входом в квартиру он вообще замолчал. Тишина. Арсений почувствовал пустоту, без Антона вечер уже был не тем. Попов повернул голову и взглянул в глаза Антона, они были полны слёз. Руки сжались в кулаки, сил терпеть больше не было. Арсений не совсем понял такой переход эмоций парня. Они стояли так всего несколько секунд, но тишина успела неприятно заполнить окружающее пространство. Вдруг Антон ни с того ни с сего заговорил очень громким высоким голосом: „ Скажи, ты слушал меня?" Арсений не успел ответить, как тот начал снова : „ Ты даже сейчас, когда, казалось бы, нас не окружают никакие другие люди, умудряешься пропустить мои слова мимо ушей! А почему? Я не понимаю! Мир так несправедлив! Я всегда с тобой рядом, всегда в одной компании, всегда поддержу, а ты! Как ты не можешь понять моих чувств!" Арсений сейчас улыбался, как никогда раньше.Он взял обескураженного, злого Антона за руку, провёл в квартиру и обнял. Обнял так легко, но так крепко, вложив в объятия спектр чувств, который ощущал и сам. Как же давно он ждал этого момента. Стена между ними ослабла, как никогда до этого. Антон стоял как вкопанный, боялся спугнуть момент. Ему казалось, что «настоящее» может унестись, улететь, покинуть его. Он боялся сделать что-то, что могло прогнать его, поэтому не шевелился некоторое время. Арсений не спешил отпускать. Наоборот, с каждой минутой его хватка становилась всё более уверенной. Он ждал. Ждал реакции Антона. Глаза высохли, слёз не было. Эмоции погасли, наступило спокойствие, умиротворение. Шастун никогда не чувствовал себя так, как сейчас. Он аккуратно положил руки на спину парню, всё также боясь, но остановиться уже не мог. Арсений улыбался в шею парню, чувствуя его запах. Оба не могли полностью поверить в происходящее. В коридоре они простояли около 10 минут, не размыкая рук. Напряжение спало. Арсений первый расцепил руки. Антон посмотрел на него испуганно, всё таки спугнул, пронеслось тогда в голове. Но Попов снял куртку, кроссовки и позвал за собой парня. Антон повторил его действия, и пошёл вслед, в комнату, которую вы уже знаете. Арсений не знал как начать разговор, он произнёс только: -Можно тебя поцеловать? Опьянение как рукой сняло. Антон приблизился и ждал, пока Попов приближался к его лицу и заключил его в нежный поцелуй. Он перерос в более страстный, постепенно парни перебрались на кровать. Они целовались как в последний раз, пока Антон не отрубился. Арсений усмехнулся, снял с парня грязную, промокшую одежду и сложил её на прикроватной тумбочке. Носки он закинул под кровать, чтобы немного прикольнуться над Антоном завтра. -Я люблю тебя, Тош. Произнёс он перед тем, как уснуть, глядя на умиротворённое лицо парня. Антон улыбнулся сквозь сон, словно услышав эти слова. Воцарило молчание. The end Это первая ночь Антона и Арсения вместе, но далеко не последняя. Каждый день отныне они встречали вместе, влюблённые и счастливые.