Жить

Элейн тихо закрыла за собой дверь кабинета, позволив себе на секунду прикрыть глаза. День был тяжёлым: отчёты, переговоры, постоянный контроль над каждым словом и движением. Она шагнула в коридор и вдруг почувствовала, как воздух словно дрогнул. — Элейн? — голос был глубоким, знакомым, сильным. Стоял у стены, словно только что появился из небытия, в своём длинном плаще, волосы слегка растрёпаны, в руках — не привычный молот, но взгляд всё такой же — прямой, тёплый, немного тревожный. — Тор. — Она кивнула в знак приветствия. — Если ты пришёл с очередной просьбой "просто поговорить" — сразу предупреждаю. Он сделал шаг навстречу, сдержанный, но напряжённый, словно что-то его тревожило. — Мне нужно знать, что с Локи. Он снова замкнулся. После последнего... — Напоминаю, — спокойно перебила Элейн, глядя прямо в его глаза. — Я не имею права разглашать конфиденциальную информацию своих клиентов. Даже если это твой брат. — Элейн, ты же знаешь, я беспокоюсь. Я не прошу раскрывать детали... — Ты просишь слишком много, — тихо, но твёрдо произнесла она. — Я здесь, чтобы помочь. Но не предавать доверие. Тор опустил глаза, сжал кулаки. Он привык, что силу можно направить против всего. Но не против этого спокойствия. — Он... просто слишком один, — наконец сказал он. — И, боюсь, если ты не скажешь, как его спасти, я опять потеряю его. Элейн смягчилась, но не изменила ни интонации, ни позиции. — Если Локи захочет, чтобы ты знал, — он сам тебе расскажет. Моё дело — дать ему пространство, где он может быть уязвимым. Без страха, что его разоблачат. Даже самым близким. Тор молчал. И впервые за долгое время — кивнул. — А теперь будь добр, держись от меня подальше.

***

Дверь в дом тихо закрылась за спиной Элейн. Она сняла туфли, поставила аккуратно на полку у входа и глубоко выдохнула. День выдался долгим, как и почти каждый после визита Тора. Напряжение от общения с богами всегда оставалось в теле, как след от сжатого кулака. — Ты опять несешь мир на плечах, — прозвучал знакомый, низкий голос из глубины дома. Элейн устало улыбнулась и прошла в гостиную, где у камина сидела Синмара — высокая, мощная, с копной огненных волос, в свободной тёмной рубашке, расстёгнутой у шеи. Её янтарные глаза следили за каждой эмоцией Элейн, словно сканируя. — Тор приходил, — сказала Элейн, сев рядом. — Хотел узнать, что с Локи. Я, конечно, отказала. Синмара не удивилась. Она протянула руку и обвила плечи Элейн, притягивая её ближе к себе. — Ты каждый день держишь границы между мирами. А потом возвращаешься — и забываешь, что тебе самой нужно тепло. — Я не забываю, — тихо ответила Элейн, прижимаясь к ней. — Я просто не всегда верю, что заслужила. Синмара провела рукой по её спине, осторожно, почти трепетно. В этих движениях не было огня — только лёд и тишина, но Элейн знала: именно это ей сейчас и нужно. — Ты спасла больше душ, чем эти асы вообще способны понять, — произнесла Синмара, целуя Элейн в висок. — Не забывай, кого ты выбрала. Я не боюсь твоих теней. И никогда не дам им сожрать тебя. — Я знаю, — прошептала Элейн и впервые за день позволила себе закрыть глаза. — Спасибо, что держишь меня, когда весь остальной мир хочет, чтобы я держала их. Синмара лишь крепче обняла её. У них не было богов, но было нечто большее — тихая, непреклонная преданность.