Пока остывает чай

*** "Я устал. Устал от этого ебаного одиночества. Устал от того что всем подряд нужны только деньги, а сам я не нужен. Пользуются. Пользуются, как старой тряпкой, а потом выбрасывают куда подальше, чтоб та не мешала. Среди вечно серой и токсичной толпы существовало только одно исключение — Инуи Сейшу. Только Инуи понимал меня как никто другой. Только он был рядом когда мне было плохо. Никто другой. Никто. Никто не может заменить его руки и его нежные глаза, которые искрились изумрудно-голубым цветом. А когда он их закрывал, любоваться можно было светлыми ресницами, которые всегда выделялись на фоне бледно-красного шрама, который перекрывал один глаз. Никто не заменит его на первый взгляд низкого но и в тоже время безумно нежного и мягкого голоса, которым Сейшу иногда напевал разные мелодии будто бы убаюкивая меня, пока мы засыпали вместе. Я не могу поверить что когда то смог взять и просто отпустить Инуи в этот мир. Я никак не ожидал, что смогу перестать следовать за Сейшу. Я ведь обещал Акане, что всегда всегда буду защищать и следовать за Инуи, чего бы мне того не стоило. Но я отпустил Сейшу, что бы не тянуть его на дно этого грязного мира. Но…я так больше не могу…мне страшно, мне кажется что еще чуть-чуть и я не выдержу этого всего. Я хочу обнять Инуи и никогда не отпускать. Ему ведь сейчас без меня хорошо, живет там где то, наверняка нашел себе девушку и планирует с ней свадьбу. Мое появление будет явно лишним. Он уже давно забыл меня. К черту. К черту всех и всё на свете. Плевал я на ваш Бонтен, и на его финансы." *** — Хей, Коко, ты чего расселся? Ты минут пятнадцать, сидишь и смотришь в одну точку в своем ноутбуке. Дел что ли нет? Хахах. -Заткнись, Риндо, вы вообще с Раном нихрена не делаете, хули ты раскамандовался? -Ой да ладно. Тебе развеяться надо, ты вот уже вторые сутки сидишь за своим ноутом и не выходишь даже на улицу. Ты смотри, зомби не стань так. Хахах — Блять, Ран и ты туда же, может займетесь чем нибудь полезным, чем до меня доебываться? Или вы за меня будете писать финансовые отчёты? — не кипятись, работай, работай, мы тоже пойдём. Иначе без Санзу останемся, ахахах. — Валите *** На улицах Токио, идет весенний ливень. Сквозь тучи старательно пробирается заходящее солнце, но никак не выходит. Из панорамных окон, которые выходят на весь город, веет грозой. Хайтани уже ушли часа 3 назад. А на наручных часах 21:33. Поздно уже, с одной стороны. А с другой стороны дома никто не ждёт, кроме этих досадных мыслей, которые достают Хаджиме даже на работе. Он хочет зарыться этими офисными бумагами и спрятаться от этих раздумий по поводу одиночества. Блондин надевает черное пальто и выключает свет в офисе, закрывая тот на ключ. Выйдя из многоэтажного здания, Хаджиме не стремится сесть за руль и уехать домой, на черной и элегантной машине. Н улице стемнело. Холодные фонари уде давно зажглись. Коко идет в парк, где недавно зацвела сакура. Мрачные мысли не прекращали дурманить его голову. На сердце безумно больно, а на душе тяжело. Коко начинает качать при походке. Тот взялся за грудь, сжимая чёрную ткань рубашки в кулак. Хайтани были правы. Хаджиме в прошлую ночь даже домой не возвращался и не спал. Блондину явно нужен отдых, желательно от всего. От работы и от одиночества. Ему плохо. Очень. Если бы Коко сел за руль, то точно бы попал в автокатастрофу. Блондин начал вырубаться по пути, то ли терять сознание то ли засыпать. А может и то и другое вместе. Его теплое тело вот вот столкнётся с холодной землёй. Но те самые тёплые руки о которых Хаджиме думал каждый день, осторожно поддерживают блондина, немного обнимая того. — Коко, тебе нужно лечь. Тот лишь носом воткнулся в чужую шею нюхая этот самый запах. Мыча что то в ключицу Сейшу. — мгм… Все было вроде как неожиданно, но как будто бы все было задумано. Будто спустя 12 лет ничего не изменилось. Будто они знали что встретятся. Поэтому на их лицах не было ни капли удивления. Коко то провалился в сон, то ли потерял сознание. Он уже перестал стоять на ногах, а уже полностью завалился на блондина. *** Хаджиме проснулся на огромной, двухспальной кровати, в незнакомой квартире, но со знакомым запахом. Пытаясь хоть что то разобрать в голове Коко предподнимаеться на логтях. Но чья то рука кладёт его обратно на подушку. — лежи, дурак, надо же было в ливень переться в парк, да и ещё с температурой. — Инуи¿ — Кто ж еще, как не Инуи, конечно я — но что… — не знаю, как то все само, а ты полежи и отоспись. Как будто Сейшу знал что хочет спросить его дорогой друг (¿) Хотя тот вопрос был вовсе ожидаем. Ведь прошло столько времени и такая спонтанная встреча была просто чудом. — Нет, мне надо на работу. Хаджиме поднялся с кровати и начал искать свои вещи. — Черт, где мои вещи, Сейшу? " Почему я так стремлюсь снова уйти? Я ведь так долго ждал, ждал этой ебаной встречи, а снова пытаюсь уйти. Нет. Я не готов был с ним встретиться. Тогда зачем стремился в тот парк, где мы с Инуи так часто раньше гуляли? Не знаю.» — Я их спрятал Блондин так спокойно отвечает, продолжая мыть посуду, как будто это не так страшно. — Сейшу, мать твою, верни вещи и мы с тобой снова разойдёмся. — Дурак, у тебя температура под 40, думаешь я тебя в таком состоянии куда нибудь пущу? — Я к себе домой. — ты ведь не собирался ехать домой, а поехать снова на свою работу. Садись, я завтрак приготовил Коко лишь с недовольным лицом сел за стол положив голову на столешницу. На его плечи легли теплые, нежные и тонкие руки, обнимая шею и грудь. А голова блондина легла на плечо Хаджиме. — я очень скучал, и не хочу снова расходиться. Я так долго тебя искал, ждал встречи, я не хочу снова прощаться… — Сейшу, я.....тоже безумно скучал. Голос обоих был тихим, и таким уютным. На последних словах Коко осторожно положил свою руку на светлую макушку, золотисто-пшеничных волос, которые за долгие годы достаточно сильно отросли, и были завязаны в нетугой хвостик.А свои глаза безмятежно закрыл. — Пожалуйста, не уходи от меня только больше никогда, я этого не вытерплю. — Не уйду. Обещаю. Чай на столе уже начал потихоньку остывать, пока парни молчали. Молчали, наслаждаясь совместной тишиной, рядом друг с другом. Хаджиме осторожно встал, повернув блондина спиной к столу. Он смотрел в янтарные глаза, держа блондина за плечи. Тонкие губы были на память мягкие и теплые. Все обошлось без долгих раздумий. Пока остывает чай, те самые тёплые губы мягко впились в чужие, а язык начал углублять поцелуй. Глаза расширились, от столь резкого действия со стороны блондина но после закрылись. Коко ответил на поцелуй и начал его углублять. Рука Хаджиме спустилась на талию блондина, а вторая осталась поглаживать шею. Инуи было совершенно неудобно стоять прижатым к столешнице, поэтому он лёгким движением сел на нее, потянув возлюбленного за собой. Воздуха стало не хватать. Спустя пару минут, страстного поцелуя, парни отстранились, но продолжали находиться достаточно близко.Они оба с красными щеками продолжали смотреть в глаза, понимая, что спустя все эти годы, ничего не изменилось. Та малолетняя любовь никуда не ушла, а только мучила юношей все эти 12 лет. — чай уже остыл, Хаджиме Коконой Инуи сказал это уже более игриво, как было всегда. плевать. -пх Блондин начал целовать лицо Хаджиме. Сначала скулу, нос, лоб, щеку, а после в губы -Я ждал тебя…