О моя, Наташа!

спустя долгое время, я наконец на пороге своего дома, из которого вечно пахло различной выпечкой, я встала и начала принюхиваться к этому чудесному аромату булочек, сосисок в тесте и прочей дребедени, мама у меня рукодельница, она всегда что то вкусное готовит на грандиозные праздники, но для меня моё возвращение из лагеря не-что иное как мой обычный приход со школы домой. В какой то момент я поняла что с головы до пят поорязла в фантазиях и только я об этом подумала как последовал резкий толчок в плечо. — ну-ка, чего как истукан встала? дай пройти! и да! спину выпрями! это была мама, в её руках было несколько сумок с моими вещами, она толкнула меня одной из них. — я что сказала! спину выпрями! кому говорю! потом плакать будешь, да поздно уже! пыталась мне докричаться мама уже будучи в зале. спустя некоторое время мы разложили сумки, казалось-бы все вернулось на свои места, но моё волнение за Наташу никуда не делось, а самая мучительная пытка для меня заключалась в том что у нас не было ничего для того чтобы поддерживать связь, я не могу ей позвонить, отправить письмо, я даже не знаю где она сейчас находиться, дома-ли она? приехала-ли она? как у неё дела? больше всего меня расстраивало то что я была в неведении и в какой-то момент я поймала себя на мысли, что если она доехала и просто убежала от меня? что если её забрали чуть раньше? что если ей противно от меня? у меня слегка выступили слезы и я сошла с крыльца на мокрую землю. шёл грибной дождик, едва заметные капли падали на землю, точно такие же капли сейчас вытекали из моих слез. я улыбнулась, меня рассмешил а моя нечтожность в этот момент, я очень волновалась, казалось-бы моё сердце вот-вот разорвёться на мелкие кусочки, но я решила сдержать слезы, решила что везкой причины на слезы таки-и нет. я зашла домой, сняла туфли и поставила туда где они обычно проводят все свое время. **** 2013 год. 12 июля. после того как я приехала домой моя жизнь стала точно такой-же какой была до лагеря, все мои друзья, все мои учителя они остались прежними, у нас все также оставались поводы для беседы, повод для игры, вообщем все как у всех детей, про Наташку я никому не рассказывала. сейчас же я взрослая женщина, живу одна и меня это вполне устраивает, я работаю детективом, я выбрала эту работу после того случая в лагере который запомнился мне навсегда, когда Наташа покинула меня, возможно это лишь одна из миллиона причин, но я думаю она самая везкая, я никогда не просила разрешение на то чтобы расследовать какое-то, мне просто этого не хотелось, моё сердце умоляло разузнать что-то о Наташе, оно кричало истошным криком, в один день я взяла все в свои руки и решилась на этот поступок. — ух, здравствуйте. я пыхтела так как шла быстрым шагом, мне понадобилось немного времени чтобы отдышаться, я зашла в кабинет нашего руководителя. — я хочу взяться за дело! сказала я сердито и протянула заранее приготовленную информацию об этом инциденте, это были отрывки из старых, советских газет, все заголовки гласили об одном. несколько детей погибли в советском лагере, это и стало причиной его закрытия. пожилой мужчина которого обычно называют руководителем, прищурился и внимательно начал разглядывать каждую строчку. —кхм, кхм ну-с дело твоё, Елизавета, ты впервые хочешь заняться чем то подобным, это не похоже на тебя, поэтому я не в праве тебе отказывать, если хочешь, ступай, кхм. седой мужчина взял в руки сигару и закинул ноги на стол продолжая заниматься своими делами. — спасибо. мужчина махнул рукой, возможно он имел ввиду то чтобы я как можно быстрее ушла, я кивнула головой и быстро вышла из кабинета громко хлопнув дверью из за сквозняка, я услышала как за дверью, дед недовольно буркнул, я тихонько посмеялась и решила не замедлительно поехать в лагерь. я села в машину и ловким движением руки завела её. я ехала довольно долго, свет фонарей впивался мне в глаза, было такое чувство что сердце вот вот выпрыгнет из моей грудной клетки. сидя за рулём я мельком поглядывала на бумажки лежащие на седенье рядом. в какой-то момент машины исчезли, и дорога оборвалась, все прямо как в тот день, только это уже не старые жигули, они больше не скрипят, здесь больше не сидит мама и не читает мне свои натации, папа уже не улыбается мне, теперь это моя машина, она не скрепит и сюда не залетают мухи, я улыбнулась и продолжила ехать к месту назначения. спустя некоторое время я уже была на месте, меня вновь приветствовали старые, потрепанные ворота, но потрепанные это ещё мягко сказано. старая надпись "Жизнь" на воротах казалось бы вот-вот упадёт с диким скрежетом. я вышла из машины и взяла с собой обрывки газет, несколько минут я осматривала ворота и наконец решилась зайти внутрь, я легонько приоткрыла ворота и прошла внутрь. мои каблуки легонько постукивали по тратуару который казалось-бы весь зарос мхом, я оглядывалась по стронам чтобы убедиться что за мной никто не следит, такими темпами я обошла весь лагерь, уже стемнело, на часах было 1:53 я треслась от холода и решила пойти на знакомое нам с Наташей место, я присела возле дерева и решила отдышаться от страха что переполнял меня, на мне была коженная куртка поэтому я почувствовала спиной как что-то со скрежетом треться о мою куртку, я развернулась и увидела старую надпись <лилия> я прикоснулась к ней указательным пальцем. — Наташа.... где же ты сейчас... я улыбнулась и из моих глаз выступили слезы, я развернулась и в попытках найти что то начала разглядывать каждую страницу, в газетах говорилось лишь об одном, всего было 7 жертв, личность которых на тот момент установить не смогли, я решила что нужно поискать в интернете и мне оставалось надеяться что среди этих жертв нет Наташи, я нашла подходящий сайт и начала внимательно читать о личностях жертв. — так... Даниил... Зоя... Сергей... Мария... я вглядывалась в фотографию каждого из детей и внимательно разглядывал их. стоило мне перелистнуть страницу на 5, как я тут же ужаснулась, в строке имя, было чёрным по белому написано <НАТАША> — нет... нет.. я не могу поверить.. из моих глаз казалось бы молился целый Байкал, я закрыла свое лицо своими длинными волосами. капли слез из моих глаз благополучно приземлялись на мятые моими кулаками листки газет. я истошно всхлипывала, наконец спустя несколько минут я решилась посмотреть на фотографию трупа, я пыталась разглядеть её как следует, но слезы не позволяли сделать этого. на фотографии Наташа сжимала в руке подаренную мной цепочку. я разрыдалась ещё больше и закричала, я закричала так сильно, думаю это было слышно на другой улице. я отбросила телефон в стену забора что находился рядом со мной, был слышен хруст, мой телефон сломался, я начала рвать газеты, я раскрошила их все на мелкие, мелкие кусочки и уткнулась в свои же коленки, я вспоминала все тёплые моменты связанные с Наташей, я вспоминала то как ласково целовала её в лоб, то как легонько касалась её блондинистых прядей, я бы хотела чтобы она сейчас обняла меня и сказала то как сильно меня любит. в какой то момент я почувствовала что, что-то коснулось моей ноги, я легонько приподняла голову и увидела перед собой ласковую, нежную, милую кошечку золотого раскраса, она обнюхавала меня и терлась, на вид она была очень грязной но меня это не смутило, я не очень люблю животных, а кошек особенно, но с этой я чувствовала какую то связь, связь которую не чувствовала ни с кем кроме Наташи, я подняла её на руки и направилась к выходу из лагеря оставив там свой телефон и огрызки газет, мои каблучки все также цокали, кошечка все продолжала тереться о меня и мурлыкать, я улыбнулась и снова заплакала, возможно это не слезы боли, возможно это слезы радость, а радость у меня в душе от того, что я наконец отпустила.