Дом Джульетты

      Поздним вечером Гермиона сидела на кухне, молча и задумавшись. Снейп не появлялся с того самого момента, как ушел в лабораторию. Видимо, работал над своими зельями.       А что скажет Рон, если узнает?       «Не узнает, –поправила себя она. –Он ничего не узнает».       В окно постучали. Девушка напряглась. Схватив палочку, она медленно подходила к окну. Резко одёрнула штору и… Сычик! Что он тут делает? Впустив радостную сову, она отвязала от её лапки записку. Дав кричащей птице пару кусочков сыра, она развернула пергамент. Читая, она все сильнее впадала в ступор.       Гермиона,       Извини, что отвлекаю тебя от твоего научного путешествия, но я не могу больше молчать. Свадьбы не будет. Прости, я должен был сказать тебе давно, не надо было тянуть так долго.       Мы с Лавандой… Мы вместе. Уже давно. Мне тяжело об этом говорить так, но ты должна знать правду. Прости. Лав-лав говорила, что не может больше терпеть такого отношения к себе, ну и я с ней согласен. Она же девушка, в конце концов, и ей кажется, что она для меня запасной вариант. Ещё раз прости, что так долго молчал.       Твой Рон.       Это стало последней каплей. Все эти несколько дней Гермиона перебывала на эмоциональных качелях, рискуя сорваться и разразиться громкими рыданиями. Она сбежала от Рона, который надоедал ей, как бы стыдно ей ни было это признать, поселилась в доме своего бывшего профессора зельеварения, который вызывает у нее такую бурю эмоций, что она никогда ни к кому не испытывала!       Зайдя к себе в комнату, девушка съехала вниз по двери, закрывая рот руками. Она потратила столько сил и нервов на эти отношения! Она терпела свинское отношение от него, только ради одобрения общества. Все ожидали от них, героев Войны, свадьбы, долгих лет совместной жизни, рыжих детей, которые поступят в Хогвартс на Гриффиндор и станут такими же храбрыми, как их родители. А он… Он все испортил! Он даже девушкой её не считает! Так было всегда, начиная с их первого курса в Школе.       Слезы текли по щекам. Как он посмел? Изменял перед ее носом. Играл с ее чувствами. Пользовался ею! Гермиона всхлипывала и всхлипывала, жалея себя и проклиная рыжее чучело, как его назвал Снейп. Да, эта кличка подходит ему больше всего. Он всегда предавал её. Её и Гарри. Тогда, на Турнире трёх волшебников, потом, когда начал отношения с Лавандой, а ещё позже оставил их на произвол судьбы, когда они искали крестражи.       Теперь девушка не сдерживала громких всхлипов, забыв о том, что она не одна в доме. Она села на кровать, свернувшись калачиком, и всхлипывала все больше, умирая от обиды и расприрающих ее чувств. Она не любила Рона, нет, это была точно не любовь. Скорее, чувство долга. Долга перед общественностью.       Гермиона была так занята жалостью к самой себе, что не услышала стука в дверь.       — Мисс Грейнджер! — прикрикнул раздраженный зельевар. — Если вы не откроете, я сам зайду, ибо так нагло молчать, когда я вас зову, непозволительно! И почему на моей кухне совиный помет?!       Девушка встрепенулась. Она не откроет ему в таком виде, ни за что!       — Мистер Снейп, я... – её голос был все ещё сиплым от недавней истерики, – Говорите, что вы хотели, сейчас не лучшее для меня время...       — О, вы соизволили ответить! Что же могло произойти, что сейчас не лучшее для вас время? – перебил её Северус.       — Я... Мне сейчас лучше побыть одной, – ответила она, вытирая слезы рукавом ночной рубашки.       — Одиночество не поможет вам справиться со своими проблемами. Я приготовил ужин, осталось вино, не допитое в прошлый раз. С удовольствием выслушаю вас, – его тон резко изменился на более спокойный и... дружеский? – Приводите себя в порядок и приходите на веранду, я вас жду.       Гермиона дёрнулась, прислушиваясь к удаляющимся шагам. Душевный разговор со Снейпом? Это казалось немыслимым. Но он сам предложил ей это, будто знал, что ей не помешало бы поговорить с кем-то... В голову Грейнджер пришла устрашающая мысль: а вдруг он видел письмо? Милостивая Цирцея, такого позора она не переживет! Это унизительно, он не должен знать, что Рональд предпочёл ей другую девушку! Но он уже знал многое и не собирался унижать ее. Да и этот дружеский тон, которым он предлагал ей поужинать вместе не внушал страха. Ладно, может, Снейп не такой безжалостный, как кажется? Шумно выдохнув, она пошла в ванную.                               ***       Северус сидел на веранде, смотря на остывающий ужин. Её всё нет и нет. Может, она подумала о чём-то не том? Но его намерения были более чем благими, что было очень уж редко. Он слышал всхлипы из её комнаты, видел разорванный конверт на кухонном столе, видел, от кого пришло письмо, и испугался за нее. Испугался, что она уедет, а он будет страдать от одиночества. Возможно, он напугал ее своим настойчивым тоном, но по-другому выражать эмоции у него плохо получалось. Она даже представить не может, какими усилиями он настраивался на это все.       Послышались шаги, Снейп в миг напрягся. Она идёт! Облегчение и в то же время напряжение накрыло его своей волной. Только Лили когда-то могла вызвать в нем такую бурю, больше никому не удавалось! Кроме Гермионы. Она заставляла забыть о Эванс, начать думать о чём-то более... реальном.       «Старый дурак, – корил себя Северус. – Это ещё более нереально, чем завоевать расположение Лили! Я не тот, кто ей нужен.»       Гермиона медленно вышла к нему. Лицо ее было слегка припухшим от пролитых слез, глаза красноватые, а взгляд грустный и... стыдливый. Она села рядом с ним и кинула взгляд на говяжий стейк и зелёный горошек, лежащие перед ней на тарелке. Она молчала, а он не знал, как начать разговор и чем её утешить.       Ели в тишине. Были слышны только звуки пережевывания пищи и их дыхание. Неровное, слегка сбитое.       — Расскажете? – осмелился спросить Северус.       — Вы, наверное, сами все видели, – отведя взгляд, ответила она.       — Вы про письмо? Вы думаете, я читал его? В таком случае вы обо мне ужасного мнения, – огорченно проговорил мужчина.       Гермиона резко подняла взгляд. В нем читалось удивление, уважение и восхищение.       — Я не летучая мышь, которую вы привыкли ненавидеть, – он понизил голос, сделав его более бархатным.       — Я никогда вас не ненавидела, – девчонка снова опустила глаза, рассматривая свои коленки. – Какое-то время я относилась к вам не очень приязно, но ненависть никогда не испытывала. Даже после смерти директора. Даже тогда, когда вы унижали меня или Гарри с Роном, – когда прозвучало имя рыжего, она слегка скривилась.       — Вот как, – Снейп отхлебнул красного вина, задумчиво смотря куда-то вдаль. – Но по какому поводу была ваша истерика?       — Вы помните мои воспоминания? Те, которые вы посмотрели в первый день? – она осмелилась взглянуть в ее лицо.       — Помню. Вы вспомнили это и вдруг разрыдалась? Я знал, что женщины слегка сентиментальны, но не думал, что прямо настолько. И не думал, что вы как все представительницы женского пола, – ничего особенного, просто привычная ему колкость.       Гермиона вытерла слезу, одиноко скатывающуюся по ее щеке. Она не хотела плакать при нем, но уже не могла остановиться.       — Вы позвали меня для того, чтобы посмеяться? Или унизить? – срывающимся голосом спросила она.       — Никак нет, – Северус старался соблюдать ввнешнее спокойствие и равнодушие, никак не показывая своего испуга. – Я хочу помочь вам, Грейнджер, ничего более. Так что соберитесь и возьмите себя в руки. Слезами горю не поможешь.       Девушка резко выдохнула. Сейчас она выговорится, и станет легче.       — Он изменял мне. Все это время. И только что пришло письмо, где он в этом признался и сказал, что свадьбы не будет! Вы видели то, что он творил на протяжении года нашей совместной жизни? Чем я заслужила такое отношение? – жаловалась она, вытерая стекающие по щекам слезы.       — Мисс Грейнджер, ещё раз повторяю, возьмите себя в руки! Вы любили его? Хоть мысль такая в вашей кудрявой голове проскакивала? – Снейп повысил голос, будто они сидели на уроке зельеварения, а не разбирали проблемы ее личной жизни.       — Нет, – взгляд её намного прояснился. – Но какое это имеет значение?       — Зачем вы убиваетесь по тому, кого даже не любите? Ваши пути разошлись, это нормально. Воспринимайте каждую ошибку как опыт. И не ведите себя как ребенок, – презрение в его взгляде было таким отчетливым. Только не понятно, презрение к ней или к Рону?       Гермиона подумала некоторое время. А ведь Снейп прав. Почему она так не уважает себя? Почему даже после расставания продолжает унижаться? Она же девушка, в конце концов!       — Спасибо, – она шмыгнула носом и слегка улыбнулась. Странно, она даже плачет красиво.       — Обращайтесь, – Северус пожал плечами, натягивая свою маску безразличия.       Грейнджер кинула на своего бывшего профессора извиняющийся взгляд. Надо как-то отблагодарить его. Ведь помощь бедным девушкам, которые умирают от обиды на бывших женихов-изменщиков, не была типичным для него поведением. Растроганная, Гермиона робко прикоснулась к его руке, расслаблено лежащей на столе. Снейп вздрогнул, но руку не убрал. Огладив пальцами тыльную сторону его ладони, она осмелилась взглянуть в его глаза, полные удивления и ожидания. Не было ни той саркастически поднятой брови, ни его фирменной противной ухмылки. В груди волшебницы что-то шевельнулось. Ладошка вмиг вспотела, а с губ сорвался нервный вздох. Она осмотрела его лицо. Обсидиановые глаза заинтересованно следили за ней. Нос, такой большой, орлиный, но прекрасно подходящий ему, впалые щёки, тонкие, но красиво очерченные губы. Так и хотелось прикоснуться рукой к его лицу, огладить пальцами скулы, а потом прильнуть к его губам, заставляя их приоткрыться навстречу.       Снейп аккуртно высвободил свою ладонь из плена её нежной ручки. Собрал посуду, развернулся, а на последок добавил:       — Спасибо за прекрасный вечер, мисс Грейнджер.       — Спасибо, что помогли разобраться, – тихо сказала она, провожая его фигуру взглядом прекрасных карих глаз.                               ***       Ночью Гермиона проснулась от странных звуков за стеной. Не понимая, что происходит, девушка поднялась на локтях и взглянула на часы, висящие на стене. Три ночи. Что могло происходить у Снейпа в комнате.       Послышался полувскрик-полустон, и девушка чуть не задохнулась от возмущения. Она и не подозревала, что её бывший профессор может поступить так нагло. Его кровать скрипела, а неразборчивое бормотание было слышно аж в другую комнату. Позвал себе кого-то, даже не удосужившись наложить на комнату оглушающее заклинание! В голову Грейнджер пришла безумная мысль: А вдруг он хотел, чтобы она услышала? От этого стало ещё более не по себе.       Крик зельевара «Мой Лорд, прошу, не надо» заставил ее встрепенуться. Там явно происходи что-то не то, или же Снейп практикует БДСМ... Она просто проверит, ничего более. Стон «Только не она, возьмите кого-то другого» развеял все сомнения.       Держа палочку перед собой, Гермиона тихо шла по коридору, стараясь ничего не задеть и не перецепиться, чтобы не издавать громких звуков. Дверь в его комнату была приоткрыта. Заглянув внутрь, девушка, к своему счастью, не увидела ничего непристойного. Только профессор, что метался по кровати в полубреду. Иногда он всхлипывал , иногда прикрикивал, иногда стонал. Это заставило ее ужаснуться. Надо что-то с ним делать, ведь ему явно плохо.       На цыпочках подходя к большой двухспальной кровати, на которой Снейп крутился в беспокойном сне, отодвигая от себя одеяло слизерински-зеленого цвета, Гермиона мысленно подбирала варианты действий. В итоге, она решила присесть на корточки рядом с ним и попытаться разбудить несчастного зельевара, что так мучился от, видимо, страшных кошмаров. Он лежал на боку, его брови сдвинулись, морщинка между ними стала ещё глубже, тонкие губы что-то бормотали, а руки вцепились в белые простыни. Чувствуя лёгкую панику, Грейнджер невесомо прикоснулась к его левому предплечью, на котором раньше была темная метка. Сейчас от неё остался лишь еле-видимый шрам, по которому девушка нежно провела рукой, чувствуя знакомый трепет в груди.       — Мистер Снейп, – прошептала она, поглаживая его руку. – Профессор, проснитесь. – В конце концов, настроившись, она сказала: – Северус.       Его глаза распахнулись, а вторая рука сжала её запястье. Испугавшись, Гермиона попыталась одернуть руку, но его хватка была будто железной.       — Ложись со мной, – шепотом просил он, видимо, не до конца проснувшись.       Волшебница удивлённо уставилась на него, но всё же легла рядом, понимая , что сердце пропускает удары.       Его тело слегка подрагивало, и он прижался к ней, словно котенок, желая успокоения. Уткнувшись носом ей в шею, Северус учащённо дышал. Гермиона провела рукой по слегка влажным от испарины волосам и тихо сказала:       — Это лишь сон.       — Ты такая красивая, – шептал он, вдыхая её аромат.       Девушка чувствовала, как его горячее дыхание опаляло нежную кожу. Казалось, стук её сердца был слышен на весь дом. Тук-тук, тук-тук. Его тело вжималось в ее, будто он знал, что она защитит, что с ней он в безопасности.       Гермиона же перебывала в ступоре. Такого Снейпа мир ещё не видел. Он был напуган, беспокоен и без своей ужасной маски безразличия. Настоящий. Не боящийся показывать свои эмоции.       Мужчина потихоньку успокаивался, проваливаясь в крепкий сон. А Грейнджер думала, как бы ей уйти. Если профессор проснется и увидит её с ним на одной кровати, он будет в бешенстве. Но выпускать её из своих объятий он, видимо, не собирался, да и ей уходить не хотелось. Кто знал, что Гроза Подземелий может быть таким чувствительным.       Его лицо расслабилось, теперь можно было вблизи рассмотреть орлиные черты. По эстетическим меркам он точно не красавец, но как же Гермиону тянуло к нему! Хотелось разгладить эти морщинки, поцеловать приоткрытые губы, смотреть в обсидиановые глаза, которые сейчас были мирно закрыты. Она могла насладиться ночью рядом с ним сполна, не думая о последствиях. И она сделает это.                               ***       Снейп стоял в темном зале, освещённом лишь факелами. Он был в центре круга из пожирателей, что нашёптывали какие-то слова на латыни. Не понимая, что происходит, Северус развернулся по сторонам, в поисках подсказки, что же происходит. Чуть далее стоял большой алтарь, с расставленными на нем разными предметами. Мужчина продолжал оборачиваться по кругу и остановился, увидев фигуру Темного Лорда, что размеренно шагал по помещению, таща за собой девушку с копной каштановых, кудрявых волос. «Гермиона!»– пришло к нему озарение. — Мой Лорд, что вы... – неуверенно начал Снейп, но был остановлен взмахом руки Хозяина. Паника начала охватывать зельевара. Том Реддл мёртв! Его убил Поттер, ещё год назад! А сейчас он тащит Грейнджер, кстати, куда он ее тащит? Мерлин Милостивый, к алтарю! — Зачем вам грязнокровка? Мой Лорд, она может ещё пригодиться! – беспокойно крикнул Северус, подбегая ближе к Волан-де-Морту, но был откинут назад вторым взмахом его костлявый руки. — Северус-с, – прошипел он, – мой верный слуга. Что же ты печёшься о жизни какой-то грязной подружки Поттера? Она нам пригодится, не сомневайся. С помощью этого древнего ритуала, девчонка вернёт мне былые силы. — Но, Хозяин! В мире множество грязнокровок, зачем именно она? Возьмите кого-либо другого, я прошу! – не унимался Снейп. Он не позволит Гермионе умереть. Умереть по его вине. — Смотрю, ты не хочешь успокаиваться. Ладно. Значит, придется тебя ус-спокоить, – спокойно промолвил Том, остановившись возле алтаря. – Белла, давай! — Круцио! – выкрикнула кудрявая женщина, наводящая страх одним лишь взглядом. Но Северус сильный, но вытерпит. — Нет! Только не Гермиона, прошу! Только не её! – кричал он в полубреду, смотря, как Лорд поднял вверх древний клинок, собираясь вонзить его в грудь маленькой кричащей ведьмочки. – Не надо! Возьмите другую, оставьте её, – зельевар корчился от боли, в ужасе осознавая, что сейчас потеряет её. Было поздно. Гермиона вскрикнула, а вследующую секунду Том вонзил серебряный нож в ее тело, с жутким смехом. Девочка дёрнулась, падая на пол. *** Снейп услышал манящий нежный голос, откуда-то сверху. — Мистер Снейп, – говорила она. – Профессор, проснитесь. Северус.       Северус приоткрыл глаза, после того, как услышал свое имя, сказанное нежным женским голосом. Перед ним сидит Гермиона Грейнджер, живая и невредимая, и гладит его по руке. Видимо, во время пытки он отключился, а теперь видит прекрасный сон. Раз это сон, можно позволить себе гораздо больше, чем в реальности.       Схватив девчонку за руку, он сказал:       — Ложись со мной.       Снова закрыл глаза. Он чувствовал её смущение, чувствовал, как она ложится рядом, чувствовал тепло, исходящее от нее. А вдруг, это последняя возможность прикоснуться к ней? Северус прижался к её тельцу, вдыхая неповторимый аромат, состоящий из кофе, корицы и... малины? Нюх не подводит его даже во сне.       — Это лишь сон, – шептала она слегка дрожащим голосом.       — Ты такая красивая, – не удержавшись, прошептал он, потираясь своим большим носом о ее шейку, прижимая ее руками ближе и ближе к себе. Это неповторимое ощущение, дарящее покой на душе. Во сне можно делать всё, что угодно, не так ли? Так что он мог держать ее в своих объятиях хоть вечность.                               ***       Северус медленно открыл глаза, не понимая, кого он обнимает. Глубоко вдохнув, он узнал запах. Грейнджер. Они лежали лицом к лицу, от чего в его штанах и в груди что-то «заинтересованно» дёрнулось. Значит, это всё-таки не сон. Значит, он обнимал ее всю ночь. Она спала рядом с ним всю ночь, не сопротивляясь, что свидетельствует о том, что он ей не противен! Эта мысль приводила в восторг, но в то же время пугала. Что же он натворил...       Снейп слушал спокойное биение её сердца и ровное дыхание. Она ещё спала. Подняв голову, он наткнулся на её лицо. Карие глаза прикрыты, маленький нос втягивает воздух, а в меру пухлые, такие красивые губы так и просили поцеловать их. Мужчина пытался растягивать этот момент как можно дольше, притворяясь спящим и ужасаясь от самого себя. Что он себе позволяет?! Наслаждается объятиями спящей студентки и с трепетом сердца еле сдерживется, чтобы не поцеловать ее.       Гермиона пошевелилась. Северус замер. Вот, сейчас она откроет глаза и отпрянет от него с криками. Но этого не произошло. Девчонка нахмурилась, приоткрыла свои красивые глазки и улыбнулась.       — Доброе утро, – смущённо шепнула она.       — Мисс Грейнджер, что вы делаете в моей кровати? – спокойно спросил он.       Волшебница неловко заерзала на простыне, но из его объятий выбираться, видимо, не собиралась.       — Я услышала крики из вашей комнаты, испугалась, зашла, а у вас тут... кошмар. Я хотела вас разбудить и уйти к себе, но вы схватили меня за руку и попросили лечь с вами, а потом вдруг обняли меня, я думаю, что в тот момент вы все ещё спали... – оправдывалась она, опустив взгляд.       Северус ухмыльнулся. Эта ухмылка не была противной, наоборот. Ласковой, что-ли. Она заставила девчонку покраснеть, смущённо отводя глазки.       — У меня бывают кошмары, так что перед сном я пью зелье для сна без сновидений, но вчера я был слегка... занят, так что совсем про него забыл. Меня беспокоит одно – вы даже не попробовали разбудить меня, вытерпев мое безобразное поведение? – с иронией сказал он.       — Почему безобразное? Вы были напуганы, я хотела вас утешить, а потом... Знаете, я думаю, вам снилась Лили, – предположила она, взглянув прямо в его черные омуты.       — С чего вы взяли? – нахмурился он.       — Вы просто сказали кое-что... Я думаю, вы могли сказать это только ей, – уже тише продолжила она, уводя взгляд.       — Что я сказал? – сейчас Снейпу стало не по себе. Что он мог ляпнуть в полубреду?       — Вы обращались к кому-то. Сказали «ты такая красивая». Вам снилась Лили? – в душе Гермиона надеялась, что он не спал в этот момент, и фраза была адресована ей.       — Я не помню, когда она снилась мне в последний раз. Так что, нет, не думаю, – просто ответил он, выпутывая её из объятий и вставая с кровати, чтобы скрыть смущение. Так не хотелось вставать. Хотелось вернуться и провести целый день, обнимая её.       Девушка поднялась следом и побежала в душ. Снейп лишь провел её миниатюрную фигурку взглядом, отмечая, что атласная пижамка, состоящая из коротких шортиков синего цвета и белого топика, подчеркивала каждую её прелесть.       Хмыкнув, мужчина натянул пижамные штаны (ходить по дому в белье, в котором он спал, казалось ему перебором) и отправился на кухню, собираясь приготовить завтрак. Уже второй раз после их договоренности про ответственность Грейнджер за их рацион Северус сам готовил еду. Это никак его не утруждало, ведь готовка чем-то похожа на зельеварение, которым он так любил заниматься.       Гермиона вбежала в комнату, на ходу читая книгу и схватила с большой тарелки с фруктами мандарин, отчищая любимый фрукт от шкурки и откусывая одну дольку. Сладкий сок потёк по ее рукам и подбородку. Снейп шумно выдохнул. Уж очень привлекательно и эротично это смотрелось.       — Мисс Грейнджер, еда почти готова. Вы так голодны, что не могли потерпеть?       — Простите, – Грейнджер даже не оторвала взгляд от фолианта, что читала, судорожно выискивая что-то.       — Что читаете? – не удержался Северус, ведь книга была такой древней на вид, а в его коллекции таких было много.       — Изучаю древнюю магию Дома Джульетты. Я вам расскажу, когда всё узнаю, это довольно увлекательно, – она перевернула страничку одной рукой, а другую поднесла ко рту, слизывая с пальцев липкий сок мандарина.       Зельевар быстро вышел с кухни. Мерлин, это самое эротично зрелище в его жизни! Если она продолжит так делать, то он в конце концов не выдержит и...       — Профессор, – Гермиона появилась сзади. – С вами всё в порядке?       — Мисс Грейнджер, сколько раз мне надо сказать, что я уже не ваш профессор? – чуть раздражённо спросил мужчина.       — Простите. Я просто привыкла. Почему вы вышли? – она подошла ближе и дотронулась к его плечу, заставив его вздрогнуть.       — Собраться с мыслями. Со мной все в порядке, можете не волноваться.       Снейпу было очень приятно её внимание. Она беспокоится за него, и это не могло не радовать.       — Давайте вернёмся на кухню, – предложил Северус, проходя обратно по коридору.                               ***       Этот вечер обещал быть приятным! Гермиона с вдохновением собиралась на прогулку по Вероне со своим бывшим профессором, понимая, что она станет особенной для них. Она уверена, что этот вечер сблизит её с ним ещё больше.       Северус уже был в коридоре, ожидая её. Так непривычно видеть его без сюртука и мантии. Он был одет в брюки палаццо цвета хаки и белую рубашку, заправленную в них. Гермиона восторженно ахнула, когда увидела его. Этот наряд делал зельевара таким романтичным и таинственным.       Мужчина же разглядывал Гермиону. На ней был белый кружевной сарафан, длиной примерно до колена и белые босоножки на небольшой тонкой шпильке. В руке она держала небольшую сумочку в цвет своему образу. Волосы распущены и заколоты жемчужной заколкой на виске. Такая нежная, светлая и невинная.       — Прекрасно выглядите, – первый комплимент от него за сегодня.       — Спасибо. Вы тоже, – девушка неловко опустила взгляд, хватаясь за поданый ей мужской локоть.       Они преодолели антиаппарационный барьер, что Снейп поставил вокруг дома, и трансгрессировали в какой-то переулок в центре города. Немного прошлись по улочке и вышли на площадь Пьяцца Бра, где, как известно Гермионе, находилось множество достопримечательностей этого города. Разноцветные здания по кругу, кафе и магазины, огромный фонтан в центре и множество туристов – от этого так и веяло атмосферой счастливой жизни и радости.       — Я покажу вам арену, а потом мы пойдем в более безлюдное место, – недовольно проворчал Северус.       — Вам так не нравятся люди? – спросила у него девчонка, доставая из своей сумочки маггловский Полароид и фотографируя площадь.       — Они портят все впечатление, – Снейп чуть не упал, когда на него налетел какой-то мужчина, осыпая его итальянскими ругательствами. Увидев презрительный и строгий взгляд зельевара, он тихонько пробормотал «Mi scusi, per favore» и убежал. – Вот видите.       — Профессор, не воспринимайте это так серьезно. Ничто не должно портить ваше впечатление об этом прекрасном месте, – Гермиона ласково посмотрела на него, заставляя немного смягчиться. – О, смотрите, вот и амфитеатр!       Мужчина перевел взгляд на возвышающуюся спереди Арену, а потом снова взглянул на девчонку, что с восторгом ее фотографировала. Он мягко улыбнулся, смотря на Грейнджер, которая вмиг превратилась в ребенка. Она перевела на него камеру и быстро щёлкнула, запечатляя его с улыбкой на лице.       — Мисс Грейнджер! – разозлился он. – Зачем вы это сделали?!       — Вы очень красивый, когда улыбаетесь, – отстранённо пробормотала она, разглядывая получившуюся фотографию. – Правда, посмотрите. – она протянула ему фотоаппарат, на экранчике была его фотография. В свете вечернего солнца Снейп нежно улыбался, смотря на фотографирующую его девушку. Получилось и вправду красиво. Но Снейп не был бы Снейпом, если бы признал это.       — Я выгляжу ужасно глупо, – ворчал он, смущённый тем, что Гермиона сделала такой приятный комплимент.       — Нет, что вы! Вам идёт улыбка, – возражала она.       — А вам не идёт лесть, – с ухмылкой ответил мужчина.       — А кто сказал, что это лесть, профессор? – волшебница гордо подняла подбородок, напоминая ему ту маленькую всезнайку, что так отчаянно тянула руку на уроках.       — Оставим этот разговор на потом. Смотрите и наслаждайтесь видом, – перевел тему Северус.        Гермиона повернула голову на амфитеатр, построенный в стиле древнего Рима. Большое сооружение с множеством окон, в которых горел свет. Видимо, там проходит какое-то представление.       — Идём, – зельевар схватил её за руку, заставляя щёки девушки вспыхнуть от смущения и ощущения его слегка шершавых пальцев на своем запястье.       Он потянул ее к какому-то кафе возле Арены. Таких было множество, но в этом было меньше всего людей, что было на руку мужчине. Они уселись за столик, с которого Гермиона продолжала фотографировать все красивое, что увидит.       — Мисс Грейнджер, угомонитесь уже, – недовольно сказал Северус, отбирая у неё Полароид.       Снейп направил на нее камеру и щёлкнул по большой круглой кнопке, на которую нажимала девушка. Вроде получилось.       Грейнджер перевела на него удивлённый взгляд.       — Что? – с раздражением спросил зельевар. – Вам можно, а мне нельзя?       В ответ Гермиона разразилась звонким смехом, привлекая внимание тех нескольких туристов и официанта, что подошёл к ним.       — Добрый вечер, вот меню, – сказал он Северусу на ломанном английском.       Сухо поблагодарив, Снейп заказал шампанское и два греческих салата.       — Вы обещали рассказать мне про магию дома Джульетты, – напомнил мужчина все ещё посмеивающейся Грейнджер.       — Точно, – вмиг успокоилась она. – Я думаю, вы знаете о поверии, что если два влюбленных человека оставят на арке возле Дома записку, то их жизни свяжутся? – увидев кивок профессора, Гермиона продолжила: – Так вот, это все работает немного не так. Когда-то давно в этом доме жил волшебник, влюбленный в девушку, которая его не любила. Она любила другого мужчину, да и у них, видимо, все было взаимно. Этот волшебник не винил её в этом, а искренне желал ей счастья. И наложил на дом какое-то заклинание, которое придумал сам. Суть его состояла в том, что если два влюбленных человека, верящие в волшебство поместья, случайно встретятся там, их жизни непременно свяжутся вместе и они не смогут друг без друга. Мужчина рассказал о существовании магии в доме своей возлюбленной и еë любимому. Хозяин дома устроил бал, где влюбленные встретились. В общем, в скором времени они поженились и жили долго и счастливо, благодаря волшебника за его доброту.       Я долго искала заклинание, которое он наложил и узнала, что оно основано на каких-то рунах. Но, только вот, не знаю на каких. Волшебник, наверное, решил забрать тайну этого заклинания с собой в могилу, ведь я перечитала столько древних фолиантов, сколько не читала за всю свою жизнь, и ничего не нашла.       — Это, конечно, и вправду увлекательно, но звучит, как сказка, – скептически протянул Северус, отпивая шампанское из бокала, которое недавно принес официант. – И откуда вы знаете, что это правда?       — О, я читала о волшебниках, которые, побывав в этом месте, замечали, что каким-то образом связали свои жизни со своими возлюбленными, – объяснила Гермиона. – Эта магия довольно сильная. Вас начинает тянуть к человеку, который вам небезразличен, с такой силой, что Ромео и Джульетта позавидуют.       — Довольно интересно. Я сам слышал о магии этого дома, но в реальности такого ещё не встречал, – Северус задумался, смотря вдаль, отчего Грейнджер отчаянно захотела снова его сфотографировать.       Дальше они молчали, пережёвывая салаты. Гермиона задумалась. В один момент ей так захотелось снова услышать голос профессора, что она судорожно искала новую тему для разговора. И нашла.       — Мистер Снейп, вы собираетесь вернуться в Хогвартс?       — Не знаю, – пожал плечами он. – Минерва предлагала, я пока не ответил. Не думаю, что меня захотят там видеть.       — В смысле? – не поняла девушка.       — Вы не слышали, как обо мне отзываются студенты? – фыркнул Снейп. – Меня не очень-то любят в Школе.       — Вы ошибаетесь! – горячо возразила Гермиона. – Студенты любят вас. Особенно после того, как всплыли новости о вашем героическом прошлом.       — Правда? – не поверил Северус. — Раньше я этого не замечал.       — Значит, вы просто были невнимательны. Благодаря вам я узнала множество нового. И благодарна вам за это, – Грейнджер взглянула в его глаза, они на миг замерли.       — Я не знаю, – тихо сказал мужчина.       — А если я буду там? – спросила волшебница.       — Что?       — А если я тоже буду преподаваь в школе? Вы согласитесь? – повторила она.       — Я не совсем понимаю... – нахмурился зельевар.       — Профессор МакГонагалл предлагала мне занять пост преподавателя нумерологии. Я не знала, соглашаться или нет. Мы могли бы с вами... Ну, знаете... – замялась Гермиона.       — Неплохая идея, – сказал Северус.       — Что? – удивилась девушка.       — Я бы вернулся в Хогвартс, если бы вы там были, – искренне сказал он.       Гермиона просияла. Это звучало так красиво! Надежда поселилась в ее сердце.       — Значит, вы вернётесь? – её глаза блестели, а кулачки сжались.       — Только если вернётесь вы, – кивнул Снейп.