Развратный С... или чёртова Миллс✔️

Очередной пасмурный день пришёл в Сторибрук. Мэр города стояла в своём вычурном кабинете и всматривалась в окно. Люди шли по заученному маршруту кто куда и даже не догадывались о своём прошлом. Злая Королева сделала глоток горького кофе и ехидно улыбнулась, уловив взглядом Мэри Маргарет, которая столкнулась с бабулей Лукас. Вот оно, её «Долго и счастливо». Весь город осуждает Белоснежку, а некоторые и вовсе ненавидят. И всё это благодаря усилиям Миллс. Она даже не сильно и старалась, всего лишь распустила несколько сплетен о неверном Дэвиде и распутнице Бланшар. — Великолепное начало прекрасного дня, — пропела брюнетка, усаживаясь в своё кресло. — Мисс Миллс? — в дверном проёме появилась голова журналиста. — Мистер Глас, какими судьбами? Или Вы забыли, что не должны появляться в моём офисе? Все должны думать, что у нас разлом в тандеме! — строго поинтересовалась брюнетка. — Мы запланировали интервью ещё неделю назад, помните? Вы хотели, чтобы я выпустил статью о бывшем шерифе и о том, как наш мэр старается на благо города. — Сидни, избавь меня от этой формальности, — отмахнулась королева. — Ты и сам знаешь, что нужно написать. К чему этот визит? «Как же я скучал по этому ядовитому тону», — подумал мулат и поспешил убрать глупую улыбку с лица. — Хотел ещё сообщить, что предварительные подсчёты на стороне мисс Свон. 78% горожан поддержат её на посту шерифа. — Чёртова Свон! — резко хлопнув ладонями по столу, возмутилась глава города. «Как же повезло тебе, Спасительница, явиться в этом мире альфой! Была бы ты омегой…— мечтательно подумала Реджина, но поспешила взять себя в руки и метнула гневный взгляд на мужчину. — Кстати о ней! Я разузнал её главный секрет, мадам мэр! — Сидни заглянул в карие глаза и нерешительно прошёл вглубь кабинета. — Не томи! — Вот, — достав из кармана чек, он отдал его в руки с аккуратным маникюром. — Так-так-так, — глаза Миллс зажглись азартным огнём, а губы расплылись в коварной улыбке. — Я заслужил Ваше одобрение? — практически шепотом и с дрожью в голосе спросил Глас и, подойдя ближе, опустился на колени. «Влюблённые омеги такие жалкие», — с отвращением подумала Реджина и, откатившись на кресле, закинула ногу на ногу и смерила мужчину снисходительным взглядом. — Несомненно… Журналист поспешил подползти к брюнетке и поцеловал до блеска начищенную туфлю. — Благодарю Вас, благодарю! — между поцелуями говорил Сидни и ждал, когда ему разрешат прикоснутся губами выше. — Но сегодня я не в настроении, — лениво протянула мэр и, прикоснувшись шпилькой к плечу омеги, оттолкнула его. Потеряв равновесие, мужчина упал на пятую точку и обиженно посмотрел на госпожу своего сердца. — Я могу прийти к Вам ночью? Лишь единожды Миллс позволила себе быть неизбирательной и дать губам журналиста сомкнуться на её достоинстве. О чём, несомненно, жалела. Не сказать, что минет от Сидни был ужасен, но и обратного утверждать нельзя было. Да и вообще, Реджина предпочитала омег-девушек. Хотя Грэм каким-то образом сумел задержаться в её спальне надолго. Скорее всего из-за того, что был настолько же развратен и раскован, как и сама королева. Воспоминания о бывшем шерифе заставили ширинку мэра напрячься, после чего она вспомнила, как он её предал и разозлившись, встала с кресла. — Неужели ты считаешь, что имеешь право спрашивать о таком? — грубо спросила Миллс, сопровождая слова хлёсткой пощёчиной. — Что? Нет… простите, — потупив взгляд, сказал Сидни и склонил голову в повиновении. Королева сделала шаг и, грубо взявшись за подбородок мужчины, подняла его голову, заставляя смотреть в глаза. — Ещё раз позволите себе такую дерзость, мистер Глас, останетесь без языка. Я ясно выражаюсь? — спросила Реджина и, решив немного смягчить свои слова, ослабила хватку и провела большим пальцем по губам мулата. Такое действие заставило трепетать сердце журналиста. Он не стал сдерживать слёз и, как верный пёс, потёрся о руку хозяйки. — Простите… простите, — извиняясь, он стал целовать руку, которая застыла в воздухе, не предпринимая никаких действий. Когда его губы сомкнулись на большом пальце с острым красным маникюром, терпение мэра закончилось: — Достаточно! Вашу работу за Вас никто делать не будет. Так что — ступайте! — брюнетка брезгливо одёрнула руку и, вытерев её о белоснежный носовой платок, развернулась и, усевшись в кресло, вернула своё внимание документам в чёрной папке. Поднявшись, Сидни разровнял складки на одежде и, взглянув на объект своих грёз, быстро покинул кабинет. После того, как дверь закрылась, Миллс вздохнула с облегчением и, взяв чек, прокрутила его в пальцах. «И зачем нам понадобились скрывающие блокаторы? Ох не альфа ты, Свон, ох не альфа! Это меняет абсолютно всё, Спасительница!» — упивалась брюнетка, прокручивая в голове план на сегодняшний вечер. ** Когда Свон уловила нотки лемонграсса с привкусом виноградного коньяка, внутри неё заскулила голодная омега. «Чёртова Миллс! Зачем она припёрлась?!» — негодовала претендентка на звание шерифа. Подскочив со своего места, девушка накинула куртку на плечи и, взяв серую папку, была готова покинуть участок. — Уже уходите, мисс Свон? — стальной голос раскатился по стенам и осел где-то глубоко в подсознании блондинки, будоража её омегу до влажного безобразия. — Д-да… Кто-то ведь должен позаботиться о порядке в городе. — Напомню, Вы — не являетесь шерифом, — остановившись в дверном проёме, вальяжно сказала мэр, не спуская надменного взгляда с обладательницы серо-зелёных глаз. Стоит отдать должное Свон, она быстро взяла себя в руки, хоть это и было трудно. Сильный запах альфы заставлял всё тело дрожать. — Пока что. — Вы всерьёз думаете, что это какие-то шутки? — сделав два шага, опасно спросила Миллс. То, с каким тоном были произнесены эти слова и с каким взглядом, заставило тело Эммы реагировать очень бурно. Мало того, что её нижнее бельё было неприлично влажным, так ещё и капелька пота на лбу предательски выступила. — Скорее это Вы воспринимаете данную ситуацию как шутку, мадам мэр, — слегка охрипшим голосом, смогла ответить Свон. Ощутив на языке еле заметный привкус жасмина, Реджина хищно оскалилась и сделала ещё один шаг. Оказавшись на расстоянии тридцати сантиметров, она сказала тихим гортанным голосом: — Если ты станешь шерифом…то… — То, что? — эти слова продрались сквозь сухое горло блондинки и осели на губах мэра. — Я буду иметь тебя на этом столе так долго, пока с твоих наглых губ не сорвётся мольба, — вторгнувшись в личное пространство Спасительницы, самодовольно сказала Миллс. Когда брюнетка провела кончиком языка по своим губам и прикусила нижнюю глаза Эммы потемнели, и она подняла их вверх, встречаясь с такими же возбуждёнными карими. Сердце норовило выскочить, нижнее бельё хоть выжимай, а лоб покрылся испаринами. В данную секунду Эмме был жизненно необходим свежий воздух, но девушка не двинулась с места. Капля пота спустилась на бровь и стала прокладывать дорожку по щеке. Возбуждение внизу живота стало практически болезненным, от чего хотелось выть и раздеться. Хотелось расставить ноги и попросить оттрахать себя, как последнюю суку, но. Но скрывающие блокаторы плескались в крови и не позволили похоти окончательно завладеть телом и разумом Спасительницы. — Я никогда не молила о пощаде… — Значит я буду первая, кто услышит твои мольбы… — прикоснувшись губами к покрасневшему уху, прошептала Миллс и, довольная результатом, отстранилась от девушки, нагло улыбнулась ей и, повернувшись, неспешно вышла из участка. — Чёртова Миллс! — дрожащим голосом пробормотала Эмма, вытерла пот с лица и, схватив телефон, она практически вылетела из участка. Свон настолько быстро ускорила шаг и настолько была в своих мыслях, что даже не заметила, как глава города зашла обратно в участок. Закрыв за собой дверь, королева прошла к столу шерифа, осмотрела его, после чего открыла каждый ящичек и, найдя в последнем органайзер для таблеток, улыбнулась. Достав со своего кармана блистер с витаминами, по вкусу и форме напоминающие скрывающие блокаторы, брюнетка сделала подмену. Начало коварному плану было положено. Теперь оставалось ждать. Что-что, а ждать она умела. ** Заведённая Свон практически влетела в квартиру Мэри Маргарет. Раздеваясь на ходу, она схватила полотенце и закрылась в ванной комнате. Полчаса девушка пыталась смыть бешенное возбуждение холодной водой, но это особо не помогало. Гортанно зарычав она легла в ванну и, расставив ноги, направила душевую насадку на своё тело. Сначала лицо, затем грудь, живот, а после и на возбуждённую плоть. Такое поверхностное удовлетворение её не устроило и, она, выключив воду, зажала чувствительный клитор между пальцами и сдержано простонала. Мелкие разряды прошлись по всему организму, и Эмма, повторив эту манипуляцию, застонала во весь голос. — Чёртова Миллс! — с этими словами девушка вошла в себя двумя пальцами и начала грубо двигать рукой. Было приятно, но организму этого было недостаточно. Омеге так хотелось ощущать внутри себя несносную альфу, что она остановилась и жалостливо захныкала. — Эмма, с тобой всё хорошо? Ты плачешь? — за дверью послышался голос Бланшар. — Чёрт, да! То есть нет! Всё хорошо! — закрыв руками лицо и сжав ноги, ответила блондинка. — Не заметно, милая… — короткостриженая брюнетка уже стояла в открытом дверном проёме. — Твою мать… Мэри, что за дела? — прикрыв руками грудь и лобок, пропищала Свон. — Ой, да прекрати, чего я там не видела? — отмахнулась учительница младших классов. — Ладно-ладно! Выхожу! Хочу приготовить маргариту и забыться в нескончаемом количестве шотов. Ты со мной? — О да! — прикрывая глаза, сказала Эмма. Девушка выдохнула с облегчением, когда дверь закрылась. Собравшись с силами, она вылезла из ванны и, обмотавшись полотенцем, пошла к себе в комнату. Открыв прикроватную тумбу, Свон достала блокаторы и приняла сразу две таблетки. Мысленно похвалив себя за то, что купила их в прок. Следующий час Спасительница провела в компании подруги, выслушивая её нытье о Дэвиде. Стоит заметить, выпила она всего один шот. В свою очередь Бланшар выпила все коктейли, которые приготовила, и была готова идти на выборы шерифа. Однако пока Эмма надевала куртку, учительница уснула. ** После своей речи и речи Сидни, Свон пошла в кафе «У Бабушки» и, заказав двойной скотч, успела даже немного погрустить, но колокольчик на двери оповестил о новых посетителях и не дал сосредоточиться. Первый зашёл Генри, который подбодрил свою биологическую мать. Дальше всё как в тумане. Ведь явилась та, кого тело нового шерифа желало с каждой секундой всё больше и больше. — Мисс Свон, — строгий тон заставил замолчать всех окружающих. — Удачи в новой должности, — спустя несколько секунд мэр широко, опасно и одновременно соблазнительно улыбнулась ей, после чего ушла. Эмма хотела побежать за ней, хотела вцепиться в руку и умолять забрать её и отвести туда, где мэр будет её иметь, как пожелает. Лишь таблетки помогли сдержать эти порывы. От таких мыслей капля холодного пота скатилась по позвонку. «Нужно сходить к врачу и взять новый рецепт… эти явно мне больше не подходят», — поспешила успокоить себя девушка, прощаясь с сыном. За этими и подобными им мыслями Свон и не заметила, как дошла до квартиры подруги. Открыв двери, она была полна намерений выпить таблетку и лечь спать. Только так можно было бороться с уже болезненным возбуждением. Однако картина перед её глазами остановила и заставила выбежать из квартиры. Голая Мэри Маргарет, седлающая бёдра Дэвида, ещё долго будет преследовать её в кошмарах. Открыв пустующий участок, Эмма прикрыла дверь и, пройдя к столу, достала таблетки и, выпив парочку, застыла. Уже знакомый аромат заставил шерифа свести ноги покрепче. Девушка боялась повернуться, ведь не только ощущала аромат альфы, но и слышала стук каблуков. — Мои поздравления, омежка… — став вплотную к шерифу, опасным тоном сказала брюнетка. — Ч-что Вы себе позволяете, мадам мэр? — дрожащим голосом спросила Свон и попыталась повернуться, однако её тело отказывалось подчиняться. — Я не разрешала тебе говорить, — стальной тон не терпел возражений и был подпитан ароматом настоящей альфы. Коньячно-виноградный привкус осел не только на языке Эммы, но и в голове. Однако Свон не переставала упираться, цепляясь за остатки разума. — Это нападение на шерифа, — сказала она с придыханием. В тишине участка послышался гортанный смех Миллс. После чего Реджина положила ладонь между лопаток девушки и толкнула блондинку, заставая её врасплох. Свон не удержала равновесие и упала грудью на крышку стола. Она хотела возмутится, что-то сказать, но, почувствовав выпирающий орган, прижимающийся к её заднице, прикусила внутреннюю часть щеки, дабы не заскулить от возбуждения. — Я предупреждала тебя, мисс Свон, — грубым движением Реджина пролезла к ремню, расстегнула его вместе с пуговицей и, зацепив штаны с трусиками, резко стянула их вниз, царапая длинными ногтями белоснежную кожу. — Ох, дорогая, у тебя течка? — наступив на одежду, мэр протолкнулась коленом между стройных ног и, расставив их пошире, развернула ладонь и провела двумя пальцами по безобразно-влажным половым губам. — Тебя это не касается! — практически прорычала блондинка, в тоже время поддаваясь навстречу руке, которая так нагло её лапала. — Впервые вижу такую дерзкую омегу, — расстегнув свою ширинку, шептала Реджина, будто бы не замечая мелкого протеста. Одной рукой она медленно ласкала влажные складки, а другой пробовала надеть защиту. Остановившись, Миллс обрушила пару шлепков на половые губы омеги, а после, помогая себе второй рукой, справилась с презервативом. Свон ждала как зачарованная. Она не могла пошевелиться. Ноги были ватными, силы в руках абсолютно не чувствовалось. Поэтому девушка стояла в таком развратном положении и сгорала от стыда и похоти одновременно. — Ты за это поплатишься! — всё-таки опираясь ладонями о дубовую поверхность стола и пытаясь встать, проговорила шериф. — Обязательно, — спокойно сказала брюнетка и провела головкой члена между половых губ. — Ах-х-х. — Вот так, девочка, — проталкиваясь в Эмму, упивалась положением Миллс. Мадам мэр откровенно наслаждалась тем, какой Свон была узкой и истекающей для неё. Сделав пару медленных движений, Реджина отстранилась и полностью вышла, улыбаясь хнычущим протестам омеги. Взявшись за основание практически восьмидюймового полового органа, Миллс медленно провела им по истекающим складкам, задевая и без того чувствительный бугорок. Немного подрочив клитор головкой члена, она вставила его в истекающую плоть. — О-о-о, д-д-а-а-а, — громко простонала Свон и поддалась назад, дабы мэр сильнее её заполнила. — Какая отзывчивая, — похвалила её королева и с силой ударила по ягодице, вызывая очередные громкие стоны и окрашивая белоснежную кожу красным отпечатком своей руки. — Заткнись! — практически прорычала Эмма и, оперевшись ладонями о стол, начала сама насаживаться на член альфы. Не переставая двигать бёдрами, Реджина протянула правую руку, вцепилась пальцами в блондинистые локоны и потянула девушку на себя. Когда та встала, левая рука брюнетки обосновалась на животе шерифа, а длинные ногти впились в упругие кубики пресса, безжалостно царапая нежную кожу. — Ох, дорогая, ты зря не следишь за своим языком. — сказала королева в приоткрытые губы, когда Эмма повернула голову. На секунду она задержала в голове мысль о поцелуе, но моргнув, отогнала её и, склонив голову, оставила след от зубов на плече. После чего вновь толкнула девушку и, позволив своим штанам опуститься на пол, стала жадно трахать борзую омегу. Проталкиваясь то быстрее, то глубже в столь приятное место, Миллс наслаждалась откровенно-громкими стонами Эммы. Как только мэр чувствовала приближение кульминации шерифа, она отодвигалась, оставляя девушку ни с чем. Так продолжалось достаточно долго, чтобы в очередной раз перед оргазмом Свон захныкала, когда из неё вытащили член и ударили ладонью по ягодице. С каждым разом она текла всё больше и больше. Она даже попыталась достичь оргазма путём сокращения матки, но это казалось таким мизером по сравнению с ощущением наполненности. Когда Реджина говорила, что будет иметь её долго, Эмма даже не догадывалась, насколько долго продлится эта пытка. — Ред-д-ж-жина, — простонала блондинка, бессильно упав грудью на стол. –Пожалуйста… — Пожалуйста, что? — пробираясь сквозь футболку и царапая кожу спины, практически мурчала Миллс. — Прекрати м-м-мучить, — на последнем слове девушка сбилась, так как почувствовала в себе член, который делал мучительно-медленные движения. — Слабоватые мольбы, мисс Свон, — наклонившись, прошептала королева и, пробравшись руками между столом и телом Эммы, нащупала соски и сжала их. — Твою мать! — то ли выругалась, то ли прошипела шериф. — Прошу, дай мне кончить! Брюнетка стёрла пот со лба и, улыбнувшись, принялась вколачиваться в такое податливое тело. Ей откровенно нравилось трахать эту омегу, и она получала колоссальное удовольствие, когда её яйца бились о липкие половые губы Эммы. Через полминуты мадам мэр вновь остановилась и отодвинулась, убирая руки за спину. — Н-н-е-е-т! — крикнула Свон и опустила потный лоб на прохладную поверхность стола. — Повернись ко мне, поменяй позу и попроси себя выебать, — властно сказала Реджина и словно питон стала наблюдать за действиями омеги. Собравшись с силами, Эмма сделала, что ей велели. Для начала она освободила свои ноги от джинсов и нижнего белья. Затем легла спиной на стол и, развратно раскинув ноги, раскрыла себя, подняла голову и установила зрительный контакт: — Может уже трахнешь меня нормально? Моя дырка изнывает без твоего члена, Миллс. Реджина всегда питала слабость к подобным разговорам, а от услышанного тихо рыкнула и закатила глаза от удовольствия. Сделав шаг, она взялась за член и ударила им по половым губам, а после резко вошла и начала нещадно трахать девушку под собой. Услышав очередные ускоряющие стоны, она наклонилась и прошептала: — Мне продолжать? — Да, пожалуйста…я хочу этого больше всего… — Посмотри на меня! Эмма повиновалась и открыла глаза, которые в тусклом освещении казались тёмными. На неё же смотрели абсолютно чёрные глаза мэра. — Пожалуйста… хочу, чтобы ты кончила в меня… Эти бесстыдные речи, похотливый взгляд и запах секса, пропитанный ароматами альфы и омеги, одурманили голову брюнетки, и она, став двигаться ещё быстрее, кончила. Девушка под ней не переставала извиваться и стонать, поэтому Миллс положила пальцы на клитор и начала его стимулировать, при этом медленно двигаясь в ней. Эмма сбилась со счёта, сколько раз она кончила. Сейчас она лежала с закрытыми глазами и пыталась прийти в себя. Всё тело было обезвожено и болезненно ныло, в особенности между ног. — Это подло, Миллс, — прокашлявшись, сказала Эмма. — Я тебя предупреждала, дорогая, — таким же хриплым голосом сказала брюнетка и, сняв презерватив, бросила его в корзину для мусора. После чего мэр поспешила надеть свои штаны. Ей хотелось побыстрее предстать перед такой бесстыдно лежащей омегой во всей своей мэрской красе. Хотелось возвыситься над ней. Женщина сама не понимала, откуда вдруг такое желание. Она ведь и так выше шерифа. Королева — альфа, Спасительница — омега. Здесь и так всё понятно. Но что-то внутри подталкивало Реджину самоутвердиться, поэтому она приводила себя в порядок, пока блондинка лежала на столе, так и не сдвинувшись с места, лишь приподнявшись на локтях. — Ум-м-м-м, — опустив руку между ног, девушка провела по своей промежности и, смотря на мэра, подняла руку и нагло облизала палец. «Чёрт!» — пронеслось в королевской голове, когда её член невольно дёрнулся, а внизу живота альфа опасно зарычала, отдавая волны вибраций разгарячённому телу. — Если бы я знала, какая ты похотливая омежка, то трахнула бы тебя раньше, Свон, — попыталась абстрагироваться от того, что альфе явно понравилась эта омега, съязвила Реджина. — О-о-о, я ещё хуже, чем ты думаешь, Миллс, — пропела блондинка и, выпрямившись, встала. Скидывая с себя футболку и лифчик, она подошла к опешившей женщине. — Но тебе больше не перепадёт. Сегодня что-то случилось с моими блокаторами, и я даже начинаю подозревать, кто к этому причастен. Однако больше этого не будет, сестрёнка. — Эмма опасно сверкнула глазками и, изобразив подобие улыбки, медленно продефилировала вглубь участка, в ту сторону, где находилась душевая. — Я бы на твоём месте не зарекалась, омежка, — проводив наглую особу взглядом, громко сказала Миллс, чувствуя очередную волну возбуждения. — Посмотрим, мадам мэр, посмотрим, — лениво протянула Эмма, которая уже скрылась за стеной. Королева прикусила губу и, удовлетворительно улыбнувшись, пошла на выход. Кто же мог подумать, что новый шериф Сторибрука так её удивит. Миллс определённо была рада такому исходу.