Попкорн

Эту историю мне рассказала Алёнка. Мы с Алёнкой работали в соседних отделах одной финансовой организации и частенько ходили вместе на обед в ближайшую кафешку. Как-то я пожаловалась, что меня очень достает мама. Буквально душит звонками, советами, внеплановыми приездами «в гости» и ежедневными осведомлениями о моем здоровье. Думаю, эта чрезмерная забота и повлияла на мой переезд в другой город, подальше, как говорится. Так вот, значит, я жалуюсь, а лицо Алёнки все грустнее и грустнее становится. И чем больше я ныла, тем больше Алёнка бледнела. А потом говорит: - Не понимаешь, ты, Леся, своего счастья. - В смысле? – не поняла я. – Ты хоть слышала, что я тебе здесь говорила? - Слышала. А теперь ты послушай. И подумай заодно. Родилась Алёнка в неполной семье у неработающей, часто выпивающей матери. Денег не было от слова совсем. А иногда не было и электричества, когда его отключали за неуплату. Ребенок непутевую мамашку страшно раздражал, и все, что помнила Алёнка, это тычки и пощечины, приправленные крепкими словцами. Хорошо еще, что соседи жалели маленькую чумазую девочку, живущую как ветер в поле, и частенько подкармливали. Кто корочку хлеба подаст, кто замусоленный пряник, кто огурчик с огорода. В те времена все жили небогато. Потом в квартиру вдруг стали захаживать разные люди. Они придирчиво осматривали комнаты, потолки – приценивались. Мать решила квартиру продать. Через некоторое время ей это удалось, она подсобирала вещички в рюкзак, взяла Алёнку за руку и повела в кои-то веки в парк аттракционов. Девочка была вне себя от счастья и всю дорогу прыгала, кружилась и смеялась, боясь поверить в нахлынувшее счастье. Мать усадила Алёнку на скамейку, потрепала волосенки и загадочно указала в сторону: - Я пойду, принесу попкорн, а ты здесь подожди, - сладким голосом проворковала она. – Только никуда не уходи, потеряешься. Там очередь, придется подождать. Малышка и без попкорна прекрасно себя чувствовала, но с детства слова матери было для нее законом, и она послушно осталась на скамейке. Больше мать она не видела. Сидела в парке час за часом со все нарастающей в душе тревогой, глядела на счастливых детей и не менее счастливых родителей, глядела по сторонам, пытаясь высмотреть хоть где-то знакомый родной силуэт. Бесполезно. Потом было районное отделение полиции, больница и наконец детский дом. Алёнка замолчала. А я вдруг почувствовала себя дурой.