Daddy Pool

Ночи все еще были прохладными, но костюм и бесконечный бег по крышам легко спасали от холода. Уэйд успел сегодня сделать три заказа и планировал найти Паучка, чтобы отпраздновать это дело свежайшими горячими, как паучья задница, тако, взбираясь на крышу, где Питер чаще всего задумчиво смотрел вдаль, осознавая, что большая сила — это больш… ой пиздец. Уэйд заметил движение прямо возле Питера, сидевшего на крыше. Черно-белый комок метнулся прямо к нему, схватив за плечи сзади, но, вместо испуга или драки, Уэйд услышал смех Питера. Это была девушка. Светлые волосы опустились на лицо Питера, а чёрный костюм эффектно подчеркивал бедра. Она резко обернулась, и кошачьи зеленые глаза мгновенно выхватили Уэйда из пространства ночи. Тот вышел из тени, хмуро смотря на девушку, и та приняла боевую стойку, обнажая сияющие когти. — Так, стоп, — Питер легко поднялся на ноги, закрывая собой девушку. Та ухмыльнулась, будто этого и ждала, бросив невпечатленный взгляд на Уэйда. — Увидимся, сладкий, — она лизнула Питера в щеку, прыгнув с крыши, и тот, доверчивый идиот, развернулся и ринулся за ней. Уэйд стоял там, чувствуя, будто ветер стал холоднее и пожалев, что не взял куртку. Ждать Питера, побежавшего за Кошкой, было глупо, и Уэйд спустился по пожарной лестнице, уходя домой. На душе скребли те самые девчонки в черном облегающем костюме, и Уэйд цокнул языком, уже слыша голоса Белого и Красного, но не различая слов. Пока что. Уебки выбирались, когда Уэйд чувствовал себя уязвимым, надеясь расковырять раны, но Уэйд был чертовски находчивым в приступах отчаяния. Он добрался до дома, иногда ускоряясь, слыша обрывки фраз будто за спиной. Кошка явно посимпатичнее бу… Он любит ее, а не т… Питер влюблен в кошку Зачем ему ты? Когда есть… …она? Уэйд закрыл уши руками, колени подогнулись, и ему пришлось остановиться, чтобы прийти в себя. Он собирал осколки рассудка, карабкаясь по лестнице, открывая дверь и наконец-то добравшись до скрипучей половицы. Дивный пакетик с чистой органикой, собранный на лугах Швейцарских гор, обещал ему звенящую тишину в ушах и, возможно, сладкий сон, и Уэйд был бы большим долбоебом, если бы не воспользовался им. Лезвием от ножа он соорудил себе светлую дорожку в будущее, заветная сотня в кармашке помогла дорожке исчезнуть в носу Уэйда, и вот теперь, будучи счастливым и веселым по самые яйца, Уэйд скручивал косяк, пока голоса в голове топили его, но он упорно всплывал, как… Спасательный круг. Именно он! Уэйд рассмеялся, затягиваясь так крепко, что зубы свело, и голоса растворялись, зашипев проклятья, как кошка, но теперь у Уэйда был ментальный спрей с водой. Он разлегся на диване, подумав, что одного минета ему и так было многовато от такой сладкой булочки, как Паучок, и, довольствующийся малым, погрузился в реки кошмаров, уносящих его в океан сна.