Серебро не меркнет от жара

- Эй, ну что вы самом деле? Нужно же хоть иногда отдыхать! Мы все в последнее время слишком устали... - предлагал Джозеф воодушевленно рассказывая о всех возможных вариантах времяпрепровождения. Никто особо и не возражал, вернее, как сказать... Джотаро пускал все на самотёк, Какёин не был уверен, но на его лице было написано что отдых явно не повредит, Польнарефф сразу же положительно отнёсся к предложению и лишь Абдул старался противится, ссылаясь на то что не до отдыха дело. - Ой да что ты заладил Абдул? "Не серьезно" да "не серьезно" - передразнивал Жан показывая пальцами ковычки. - ты вообще когда нибудь отдыхаешь? - Конечно... Но сейча...- его перебили - Знаешь дружище, мне кажется ещё немного в таком темпе и ты помрешь от переутомления. - обхватил его за шею француз подтягивая к себе. - Я все же пожалуй воздержусь... - отодвинул от себя товарища Мухаммед немного поморщившись. - Абдуууууул... Ну ты даёшь, тогда передавай привет праотцам! - съязвил старший в компании - Так его мистер Джостар! - Ладно я сдаюсь... - протянул египтянин словно бы немного жалобно. * Определенно, Польнарефф был везунчиком, ему часто доставались одиночные номера в отличие от других, хотя иногда он все же делил комнату с Каккеином, но сейчас снова гордое одиночество и большая двуспальная кровать полностью в распоряжении одного человека. Бросив свою любимую сумку - мешок он сразу побрел в душ, ну а после мертвым грузом упал на матрас, довольно зарываясь лицом в мягкие подушки от которых все ещё пахло порошком. Что может быть лучше чем отдых? Жан от чистого сердца благодарил мистера Джостара за предложенный мини отпуск, и с этими мыслями быстро покинул мир, отправившись в царство Морфея. * Звон разразивший комнату заставил тяжёлые веки открыться. Свет во всю бил в окна, в отель они заехали ранним утром, а значит сейчас должно быть около полудня. Польнарефф поднялся и еле перебирая ногами спросонья направился в сторону двери затем отварил ее. Джотаро стоял во всей своей стадевяностопяти сантиметровой красе, не взирая на очевидную жару одетый в школьную форму черного цвета, а так же светя своим недовольным, впрочем как и всегда, лицом. Окинув взглядом товарища он смутился, казалось даже мышцы на его лице немного дрогнули. - Меня отправили за тобой, мы идём в бассейн. - поправив кепку ровным тоном произнес Куджо и немедля ушел восвояси оставив француза стоять в дверях. Несколько мгновений понадобилось чтобы понять что вообще происходит, затем уже Жан неторопливо пошел чтобы одеть плавки, схватил полотенце оставил свой номер позади. Все ребята и правду были во всеоружии. Джотаро недовольно корчил рожи сидя в бассейне, пытаясь отпугнуть назойливых омег и бет что столпились вокруг, Какёин же не менее облепленный отказывал более тактично, мило улыбаясь и отмахиваясь руками. Джозеф сидел за барной стойкой активно что-то рассказывая Абдулу, который видно был вовлечен в разговор серьезно, но тема его не особо интересовала. Именно туда блондин и направился присев рядом. Оба покосились на него подозрительно смотря, тут уже он не выдержал. - Что? - нервно спросил Жан Джозеф указал пальцем на голову, Польнарефф рефлекторно потянулся чтобы поправить причёску, но тут же понял что она отсутствовала. - Черт! Я забыл уложить волосы... - сейчас он вдруг стал выглядеть мрачнее тучи. - Обычно ты никогда не забываешь - уже так не пялясь отчеканил Абдул. Француз обвел взглядом рядом сидящего, сейчас египтянин тоже был не со своей привычной причёской, его волосы были собраны в хвост. Такое Польнарефф видел невпервые, но все же не часто. - Сам то... - выдавил блондин - Лучше не мочить их когда они собранные - аргументировал Мухаммед. Французу ничего не оставалось как молча согласится и мысленно поругать себя за свою рассеянность. - Ты кстати какой то красный, загорел так или просто малость перегрелся? - Джостар вопросительно взглянул на товарища. Казалось теперь и Абдул обратил на это внимание и кивнул. Польнарефф дотронулся до лица. Кожа и вправду была достаточно горячей, это было странно, хотя действительно было жарко, даже слишком. - Наверное перегрелся, пойду остужу свой пыл - усмехнулся он и уверенной походкой, все сильнее ускоряя шаг переросший в итоге в бег нацелился прямо в сторону Какёина, уже на краю бассейна сделав сальто и бессовестно окатив водой всех близко находящихся. - Польнарефф! - выдал Нориаки недовольно проводя по мокрой теперь голове и заглаживая прядь волос назад. Француз рассмеялся и пристроился рядом. - А тебе знаешь ли идёт новый прикид. - Ха - уже более дружелюбно продолжил розоволосый - Так же как и тебе не идёт то что ты обычно носишь у себя на голове. - Лицо его казалось самодовольным от такой колкости, но лишь до тех пор пока в него не прилетел всплеск воды. - На святое позарился? - Ты красный Польнарефф... - А, до сих пор? Думал от холодной воды это должно пройти... - Может тебе стоит отоспаться? - обеспокоенно предложил Какёин - Да я только... - прервался он схватившись за голову. Нориаки тут же отреагировал - Хей ты чего Польнарефф? - Просто немного голова закружилась... Пожалуй мне и правда стоит вернуться в номер... - Я провожу. - Спасибо не стоит... * В голове все ещё отдавалось. Блондин нервно рыскал в своей сумке заглядывая туда снова и снова, однако того что нужно он там не находил, все сильнее придаваясь панике. Низ живота немного тянуло, а температура не спадала. Он знал, если бы не его безответственность то он бы сейчас не переживал из-за отсутствия подавителей. Быстро одевшись и схватив бумажник он на полном ходу побежал к ближайшей аптеке место расположения которой помнил. - Андростеорин! Пачку срочно! - нервно переминая ногами стоял у кассы он. - Простите но его у нас нет... - монотонным и уставшим голосом протянул формацевт, не стесняясь косясь на почти двухметрового парня который явно не был похож на того кто мог бы использовать омежьи подавители. - Ну тогда хоть что нибудь, только посильнее. Совершенно не торопясь словно бы назло, бета лениво огляделся по сторонам и медленно вытащил пачку таблеток. Жан чуть ли не вырвал ее из рук как только кассовый аппарат пискнул, и кинув купюру, даже не забрав сдачу тут же направился в сторону отеля быстрым шагом подозрительно косясь на каждого, и зминаясь каждый раз как кто-то приближался ближе чем на метр. Закинувшись сразу несколькими капсулами он сел на край кровати. Тело медленно но верно начинало ныть все сильнее. Тяжесть внизу живота усиливалась а стояк выпирал, неприятно потираясь о ткань трусов. Сразу лекарство не подействует, он знал, но все же вера в чудо от чего то не покидала юношу. Жар слишком сильно давил. Стащив с себя одежду он снова залез под душ. Холодная вода струйками обдавала разгореченное тело, вызывая дрожь и мурашки, но не сильно помогая ситуации. Польнарефф тяжело выдохнул, хотелось коснуться себя, настолько что зубы сцепились до скрипа. Ноги предательски подрагивали от накатывающей слабости. Сейчас Жан крыл матом всех богов которых только мог вспомнить. Проклинал всех вокруг за то, кто он есть. Еле добравшись до кровати, скомкав одеяло и подушки как попало он уснул свернувшись в клубочек.

***

- Какёин ты не видел Польнарефа? Но был где то тут несколько часов назад, вроде последний раз в твою сторону шел. - спросил Джостар потирая шею - Ах да, он был тут но кажется ему стало плохо и он ушел к себе... - Вот как... Абдул! - крикнул он оглядываясь назад. - Можешь пожалуйста сходить сказать Польнарефу чтобы к девяти отдал мне карточку которую забрал, или сам возьми ее, он у себя в номере. - Да мистер Джостар - кивнул Мухаммед и неторопливо побрел в сторону здания. * Стук и звон в дверь особо результатов не приносил, Абдул обеспокоенно продолжал все дальше пытаться достучаться. Наконец спустя минут десять из-за преграды послышался голос, тихий и малость скрипучий, лишь отдаленно напоминающий француза. - Да кто там угомонится не может? - Польнарефф, это я Абдул, мистер Джостар попросил тебя вернуть карточку к девяти часам, ты отдашь ее сейчас или потом принесешь сам? - все ещё напряжённо спросил он - Сейчас... - послышалось из-за двери, спустя минуту нервного ожидания и шаркающих шагов дверь приоткрылась и из щели показалась бледная дрожащая рука держащая пластиковую карту. Египтянин был слишком насторожен. Схватившись за руку он бесцеремонно ввалился в дверь которая сразу же захлопнулась сзади. От неожиданности Польнарефф приземлился на пятую точку болезненно и озадаченно простонав. Абдул тут же зажал рот и нос рукой. Стоило только зайти в помещение как резкий сладкий запах заполнил лёгкие. Потрепанный вид блондина и аромат лишь на секунду ввели Абдула в ступор. - Значит сам сказал Какёину что тебе плохо, а затем пошел развлекаться с какой то омегой Польнарефф, ну и запах... - выдохнул Мухаммед что было скорее умозаключением чем вопросом. Польнарефф же малость удивился, что далось ему непросто с учётом туманной головы. - Что? Развле-каться? Омегой? Какой ещё...? Я что-то... - при всей своей слабости тело словно прошибло током, стало скручивать сильнее от чего блондин встряхнулся и тихонько простонал от боли, так и не поднявшись. Поняв что что-то не так Абдул бросился к товарищу и схватил за плечи пав на колени рядом. Пара рук слабой хваткой обвила спину а лицо уткнулись в грудь жадно вдыхая чужой запах. Абдул не мог понять, нет, просто не хотел. Источник запаха не какая то случайная омега приведенная в номер, а сам Жан что притирался к парализованному от неожиданности телу и уже предпринимал безуспешные попытки сблизится покусывая кожу на чужой шее своими омежьими клычками, что едва ли могли оставить следы. Незаметно для себя он и сам стал принюхиваться подбираясь все ближе к шее и чувствуя что в брюках места уже не хватает. "Да что я черт возьми творю?" - пронеслось в голове и Абдул отдалился от тела что тянуло руки из последних сил которых было явно немного. По лицу залитому румянцем хрустальными капельками катились слезы. С губ с тяжёлыми вздохами срывались обрывки слов и фраз разобрать которые было невозможно. "Что? Что мне делать? Оставить его? Мало ли что он может вытворять в таком состоянии? Я никогда не имел дело с таким, я не понимаю. Точно! Позвать мистера Джостара, он знает что делать, у него точно есть опыт!" Абдул встал. Он и сам уже сдавал позицию, запах просто сводил с ума, почти все силы уходили лишь на то чтобы не натворить глупостей. Подхватив Польнарефа на руки он отнес его к кровати, но отцепить от себя никак не получалось, руки только крепче обвивались вокруг шеи. Мужчина едва ли мог нормально мыслить утопая в запахе. Отпускать течного омегу не хотелось, но и моральные принципы гласящие что до свадьбы быть ничего не может, он тоже не желал нарушать. Нужно выбираться из хватки и лучше бы позвать кого то поопытней, но как. Сейчас нервы просто на пределе, Абдул боялся что просто коснувшись запястий которые только сейчас начали казаться ему хрупкими, он может их сломать. Наконец решившись, аккуратно взявшись за чужие руки он расцепил их с тяжестью на душе наблюдая как поскуливает Жан не желая отдаляться от феромонов альфы ни на миллиметр. С такой жадностью он вдыхал аромат что только усиливался с нарастающим возбуждением египтянина, как выгибал позвоночник лястясь. Лишь мимолётно Абдул захотел коснуться сам, рука осторожно легла на талию но так и не отпустила, наслаждаясь мягкостью кожи и подрагиваниями каждого мускула что сокращался так болезненно прося успокоения. Чувствуя как на месте ерзает таз, как в эту руку вцепляется сам Польнарефф притираясь мягкой чувствительной грудью постанывая от нетерпения. Инстинкты начали брать верх. Абдул наклоняется все ближе к шее, чувствует как у него чешутся клыки, проходит влажным, теплым языком по уровню воротника заваливая омегу на матрас, но тут же останавливается. Жан дрожит, дрожит ещё сильнее. Все ещё хочет тепла чужого тела, но шанс быть помеченным вызывает подсознательный страх. Мухаммед впервые в жизни посылает к черту мораль и все что с ней связанно, больше нет сил терпеть это возбуждение. Он обдает тело под собой горячим, тяжёлым дыханием, оставляет шею приближаясь к ключицам и оставляет неумелый засос. Рука пощупывает кожу на лице. Губы такие мягкие и приятные, спускается ниже, впадины подле ключиц выглядят просто великолепно, колеблется, но все же проводит по груди вырывая из нее новые звуки, отличающиеся от тех что тот издавал ранее. Руки опять становятся не уверенными но все же хватаются за резинку шорт и стягивают. Боксеры давно промокшие насквозь полетели следом. Бледные бедра сжимаются но не сильно, рука проскальзывает между них, мягких и упругих, таких привлекательных. Палец собирает смазку и легко проскальзывает внутрь вызывая дрожь в теле. Следом заходит и второй, так же легко но очень аккуратно, продолжая растягивать. Абдул отворачивается. Ему хочется взять это тело, но даже инстинкты не смогли до конца лишить его чувства стыда. И без того побогровевшая темная кожа краснеет сильнее. Он закусывает губу понимая что отступать поздно, да и желание никуда не пропало. От третьего пальца Жан немного поскуливает, затем успокаивается и прирывисто ловит воздух когда неумелые пальцы случайно задевают чувствительную точку. Снова выдыхает когда пальцы выходят. Брюнет стягивает и свои брюки, осторожно раздвигает чужие бедра, медленно входит наблюдая как тело под ним ерзает от нетерпения и просит ещё больше. От чего то ловит себя на мысли что ему нравится эта жадность партнера. Убедившись что не причиняет боли начинает двигаться, тихо но заметно и все громче порыкивая от удовольствия как бы это делал дикий зверь. В обычной ситуации этот звук очень пугает омег, провоцирует на драку других альф заставляя оголять клыки, напрягает бет. Но сейчас, именно во время соития омега цепляется, пытается подобраться как можно ближе чтобы лучше расслышать этот властный звук обозначающий превосходство, неконтролируемо низкий и протяжный. Мухаммед никогда бы себе такого не позволил просто так. Только если был втянут в драку а не начинал ее первым. Все говорили, и даже Джозеф что у него действительно пугающее рычание. Для египтянина было честью слышать это от такого доминантного альфы как Джостар. Но все же он держал эти звуки при себе не пользуясь при каждой удобной возможности как это делали бы другие. Стоны становятся всё громче, только пару толчков и тело француза обмякает еле заметно подрагивая. Абдул выходит, смотрит на грудь вздымающуюся с такой казалось бы непосильной тяжестью. Вновь наклоняется, проходится по кадыку языком оставляя влажные дорожки, вылизывая изгиб шеи, оголяет блестящие острые клыки. Плоть пронзается с характерным звуком. Алые капли падают на белоснежную постель. Блондин хмыкнув от испуга замирает. На бледной коже и серебристых волосах кровь выглядит уж очень впечатляюще. Абдул так и не выпускает свою же кровоточащую руку из собственных клыков. Едва ли удалось избежать серьезных последствий. Оставив Польнарефа одного идёт в душ, помогая себе закончить сам. Тяжело выдыхает. Он полностью осознает что сделал. Знает что омеги себя не контролируют, знает что мнение Польнарефа скорее всего будет не лучшим когда он очнется. Если он расскажет другим то станет только хуже. Звуки льющейся воды только усиливаются. Ванная набирается. Абдул выходит, берет на руки бессознательное тело и возвращается. Аккуратно кладет его в воду и пристраивается позади, поддерживая чтобы не скатился. Осторожно обдает теплой водой смывая пот и телесные жидкости, проводит по груди рукой, затем просто обнимает прижимая к его спину к своей груди. Сейчас на душе скребут кошки, слишком грустно. Однако в то же время уголки губ немного приподняты. Чувство что рядом кто-то кто стал для тебя важен одаривает печальный настрой неким другим ощущением которого раньше египтянину никогда не приходилось испытывать. Пока он может он будет наслаждаться этим моментом. Вода окрашивается алым, он совсем забыл про руку...

***

Веки слишком тяжёлые, но открываются. Поясница ноет как никогда до этого. Массивное, крепкое тело прижимается сзади дыша в затылок и приобнимая одной рукой. Польнарефф не понимает. Но воспоминания начинают обрывочно возвращаться. Щеки багровеют. Он бы и рот закрыл рукой если бы не боялся пошевелится. Из глаз беззвучно начинают катится слезы. От стыда и обиды хочется зарыдать во весь голос. Сзади слышится сдавленное и тихое "извини, я не должен был..." Мужаясь Польнарефф находит в себе немного сил. Он встаёт и садится на край. Тело едва слушается его, рука сама тянется к загривку. Ощупывая кожу и убеждаясь что она совсем не ранена он выдыхает. - Это ты прости... Я даже незнаю как так вышло... - Жан пинает свою сумку что есть сил, но она едва отлетает на пару метров. Все что он может почувствовать так это то что поясница снова отдалась болью. "Я же выпил лекарство... Херня какая-то, а не таблетки. Как? Как я теперь посмотрю ему в глаза? Я... Сам виноват, если бы не забыл эти гребанные капсулы... Теперь он наверняка просто будет делать вид что нихрена небыло как и все альфы а я буду носить клеймо бесплатной шлюхи!" - слезы катились градом, падая на пол. Сдержать всхлипы сил небыло. Руки сзади нежно подтянули к себе заставив вздрогнуть от неожиданности. Накинув одеяло на плечи Абдул приобнял Жана, тот послушно наклонил голову прячась под одеялом и зажимаясь так сильно как только мог, чтобы не показывать частей своего ногого тела. - Знаешь... Я не был уверен... Я всегда боялся альф... - Абдул сильно удивился, но не посмел сказать и слова. - Мне всегда говорили быть осторожным, я не придавал значения - он замялся - но после того что случилось с Шерри, я стал не только ненавидеть, начал бояться, прикрывался дерзостью. Пытался скрыть кто я... И когда я встретил всех вас... Мне тоже было очень страшно, я боялся когда сражался против тебя. Когда был окутан твоим пламенем я почему то был счастлив что закончу свое жалкое существование. Но вы приняли меня, заставили поверить что хорошие люди тоже бывают, а теперь вот как все обернулось... - всхлип раздался очень сдавленно - А теперь... я отдался как... как какая-то шлюха сам желая чтобы меня отодрали как последнюю на земле суку... - теперь это был откровенный плачь. Абдул не знал. Никогда бы не подумал что Польнарефф его боится, что этот самоуверенный шут окажется не придурковатым альфой, а омегой что лишился веры и закрылся от возможности прожить простую жизнь с любящим человеком. Теперь он, Мухаммед Абдул, знал чего хочет. - Польнарефф ты... - он провел рукой по серебряным волосам затем приподнял за подбородок и легонько чмокнул уголок губ - Ты прекрасен, самый прекрасный омега которого мне доводилось встречать. Я понял чего мне не хватало все это время... Я тебя никогда не брошу, всегда буду рядом, обещаю Польнарефф... Я всегда сдерживаю свои обещания.