Красавец - мужчина

1977 год. Давайте представим, что Людмила Гурченко не была знакома с Константином Купервейсом, а была в отношениях с Марисом Лиепой. Людмила приехала к Дому актера на Волге с личным водителем, вышла из автомобиля и направилась к служебному входу, где ее уже ждал администратор Павел. Она приветливо с ним поздоровалась, и они зашли. В фойе уже собралось много актеров, других представителей творческой интеллигенции и некоторых представителей богемы. Царила дружеская непринужденная обстановка. Люся приветливо улыбнулась всем присутствующим и подошла к одному из них, который стоял чуть поодаль у колонны. Это был блондин высокого роста приятной наружности с голубыми глазами в черном костюме в белой рубашке с галстуком в тон пиджака и в такого же цвета лакированных туфлях. Он в свою очередь тоже улыбнулся женщине и слегка приобнял ее за плечи. - Я рад Вас видеть здесь в этот вечер, Людмила Марковна, - сказал мужчина, улыбнувшись, с небольшим латышским акцентом. - Я тоже рада Вас видеть, Марис Эдуардович, - сказала Людмила. - Вы главное украшение этого вечера, Людмила Марковна. При этих словах Людмила слегка смутилась и опустила голову. - Ну что вы, Марис Эдуардович, - сказала она, покраснев, - приятно это слышать. - Я видел несколько фильмов с Вашим участием, Людмила Марковна, больше всего мне понравилась картина "Двадцать дней без войны" и Ваша героиня Ника. Гурченко улыбнулась. - Мне очень лестно, Марис Эдуардович, - сказала она, - эта героиня мне близка и тема войны тоже. Мне очень дорога эта роль. - Эта одна из драматичных ролей, сыгранных Вами, Людмила Марковна. Я в полном восторге и открыл для себя Вас новую. Признание коллег было для нее не менее важно, чем признание зрителей. К тому же Марис понравился Людмиле, и ей было вдвойне приятно это слышать. Она тоже хотела сказать мужчине комплимент, но к своему стыду не видела ни одного балета с его участием. - Знаете, Марис, я сто лет не была на балете, не могли бы Вы достать для меня один билет? - спросила Людмила. - Конечно, Людмила Марковна, я как раз на днях буду танцевать в балете "Спартак" и достану для Вас один пригласительный, - с улыбкой сказал Марис, - Вы не пожалеете. - Буду ждать, Марис. - Дайте мне свой домашний адрес, Людмила Марковна, куда мне прислать Вам пригласительный билет, - попросил мужчина. - Да, конечно, Марис Эдуардович, - ответила Люся. Она достала из ридикюля маленькую записную книжку, ручку, написала в ней свой адрес, вырвала листок и протянула Марису. - Все спасибо, Людмила Марковна, я пришлю билет с моим помощником к Вам домой, - сказал он, улыбнувшись, и положил листочек с адресом в карман пиджака. Но просто так Марис не мог отпустить свою знакомую, а потому пригласил ее в буфет Дома актеров, и она приняла это приглашение. В буфет они зашли под ручку, мило улыбаясь друг другу, подошли к стойке. Перед ними стоял высокий немного полноватый черноволосый мужчина в кремовом в талию костюме. Людмила его сразу узнала и окликнула: - Добрый день, Саша! Мужчина, обернулся и приветливо улыбнулся Людмиле. - Добрый день, Люда, шикарно выглядишь! - восхищенно воскликнул он. - Спасибо за комплимент, Саша, - покраснев, сказала она. - А кто это с тобой, Люда? - спросил он, внимательно посмотрев на Мариса. - Это мой друг, Марис Лиепа, - ответила Людмила. Этим брюнетом был никто иной, как актер Александр Ширвиндт. Услышав имя мужчины, пришедшего с Людмилой, Александр удивился, но в тоже время был рад видеть его воочию. Ширвиндт подошел к Марису, и они обменялись рукопожатием в знак приветствия и обменялись благосклонной улыбкой. Все трое заказали себе по чашке кофе, порции пирожного и сели за свободный столик. Александр и Марис не сводили глаз с Людмилы и улыбались ей. Марису было приятно еще и от того, что он за один день из знакомого перешел в друга. Однако Людмила слукавила, Марис пока не был ее другом, просто ей хотелось отбить у Александра желание поухаживать за ней. Да и быть одной в Доме Актера ей было неудобно. Женщине льстило, что она нравилась обоим мужчинам, но отдавала предпочтение Марису , посмотрела на Александра так что он понял, что лишний, допил свой кофе, доел пирожное и удалился, попрощавшись. Как только он ушел, Марис придвинулся поближе к Людмиле и нежно дотронулся до ее руки. - Вы мне понравились, Людмила, - сказал он, глядя ей прямо в глаза, - Вы прекрасны. От этих слов у Людмилы на душе стало теплее. - Ты мне тоже понравился, Марис, - сказала она, сразу перейдя на "ты", - ты красивый интересный мужчина. Марис улыбнулся ей и хотел ее было обнять, но получил должный отпор. - Это лишнее, Марис, здесь многолюдно, - сказала Гурченко, убрав его руку со своего плеча. Однако она позволила ему поцеловать ей руку. - Разреши хотя бы проводить тебя до дома, Люся, - в его голосе чувствовалась небольшая обида. - Хорошо, Марис, но только до машины, домой меня отвезет мой водитель, - сказала она снисходительно и допила свой кофе. Марис тоже допил свой кофе, и они вдвоем встали из-за столика и направились к выходу. Они остановились у машины Людмилы, где ее уже ждал личный водитель. - Люся, оставь мне свой номер телефона, - попросил Марис, - я хочу встретиться с тобой снова. - Хорошо, Марис, сейчас напишу, - сказала Людмила, достав из ридикюля ручку и блокнот. Людмила написала на листочке свой номер телефона и протянула его Марису. - Спасибо, Люся, я тебе позвоню как-нибудь, - сказал мужчина с улыбкой и убрал листочек в карман. - Я буду ждать твоего звонка, Марис, - улыбнувшись, сказала она. Она села в машину на переднее сидение, ее личный водитель сел за руль, завел мотор, и автомобиль тронулся с места. Марис проводил женщину взглядом, подошел к своей иномарке, сел за руль и поехал домой. Людмила испытывала нечто большее, чем симпатию к Марису, но пока решила держать его на расстоянии. Вернувшись домой, Марис сделал себе ужин, поел, но долго не мог заснуть, сидел на кухне, слушал радио и задумчиво смотрел в окно. Все его мысли были заняты только Людмилой. Он решил добиться ее любви во что бы то ни стало. Мужчина уснул лишь под утро. Проснувшись в полдень, Марис умылся, одел спортивный костюм и пошел на пробежку в Нескучный сад. Он бегал не слишком быстро, экономя силы и энергию, ровно дыша. Сделав два круга по саду, он вернулся домой и принял теплый душ. Выйдя из душа, мужчина одел футболку и шорты, сделал себе омлет, порезал к нему один свежий помидор, поставил чайник, включил радиоприемник, стоявший на тумбочке у окна, и сел завтракать. Позавтракав, он пошел в комнату, открыл шкаф с одеждой, достал из кармана пиджака листок бумаги, который дала ему Людмила, подошел к телефону, стоявшему на столе у книжного шкафа и стал крутить диск. Набирая номер женщины, он испытывал небольшое волнение, поднимет ли она трубку и захочет ли говорить с ним. Волнение испарилось, когда на том конце трубки он услышал приветливый голос Людмилы. - Доброе утро, Люда, как спалось? - спросил он. - Доброе утро, Марис, прекрасно, - ответила трубка. - Давай сходим погуляем, Люда, - предложил он. - Я не против, Марис, а куда? - По набережной погуляем или на Воробьевы горы сходим или в кафе посидим. - Я согласна, Марис, приезжай к моему дому через час, адрес ты знаешь? - Да, Люда, знаю, хорошо, через час приеду. До встречи. Марис положил трубку и пошел готовиться к свиданию. Он открыл гардероб и достал из него светло-синий пиджак, брюки клеш, которые подходили к нему, белую рубашку, носки кремового цвета и голубой галстук, оделся, взял с тумбочки в прихожей ключи от Рено, которую ему вручили месяц назад на 35 - летие, пристегнул на запястье красивые ручные часы, закрыл дверь и вышел из подъезда. День сегодня был теплый, и Марис пожалел, что одел пиджак, но решил похвастать им перед Людмилой, а потому не стал его снимать. Он подошел к иномарке, включил дворники, обмыл ими лобовое стекло и сел за руль. Мужчина посмотрел на ручные часы на запястье, они показывали двадцать минут одиннадцатого и поехал к дому Людмилы, но без цветов он не мог к ней прийти, а потому поехал в цветочный магазин, находившийся не далеко от его дома.