Лета забирает всех

Чай был изумителен - сбор этого года, летний, и оттого к привычной легкой сладости и древесному оттенку примешивались еще и мягкие фруктовые нотки. Самое то для образцового чаепития ранней осенью. Чжун Ли позволил себе сделать небольшой глоток и прикрыть глаза, распознавая даже мельчайшие особенности вкуса, тонкого и нежного, филигранно заваренного и выдержанного. Он любил чай, действительно сильно любил, и был бесконечным педантом в вопросам всех правил его употребления. Несильный ветер гулял вокруг их столика, трепля волосы и длинные одежды. Толстостенные пиалы даже сейчас оставались немного прохладными. Сквозь крону дерева чуть выше пробивался широкий луч света. - У тебя слишком много дел в последнее время, - заметила Гуй Чжун. Она улыбалась, он знал это по ее голосу. - то, что ты бог, не значит, что тебе не нужно отдыхать. Переработки плохо сказываются не психике. К тому же, - заметила словно бы между прочим, - из-за этого мы не устраивали чаепитие почти два месяца. - Ни дипломатия, ни война не будут ждать, когда я отдохну, - ответил он, покачав головой, - мы должны оставаться собранными, чтобы защитить наш дом. Думаю, ты должна понимать меня в подобных вещах. Мне ужасно жаль, что из-за этого мы стали реже проводить время вместе, но благополучие союза стоит превыше всего. В конце концов, Гуй Чжун была не только той, что организовывала быт, работу и ресурсы. Она была еще и инженером, и из-под ее рук выходили настоящие произведения искусства, существующие лишь с целью защищать и убивать. В конце концов, они все еще были на войне, пусть даже сейчас активные действия и бушевали вовсе на другой части континента. Рано или поздно бойня вернется к их стенам, и тогда они должны были ударить достаточно сильно, чтобы победить. Иначе и быть не могло - ведь Чжун Ли и Гуй Чжун не проигрывали. - Ты, конечно, прав, - она, однако, покачала головой, - но ты более чем мог передать часть из своих обязанностей адептам. Гань Юй более чем способна помочь тебе с дипломатическими проволочками, а Сяо с разведкой боем и зачистками. - Они еще молоды, - Чжун Ли прервался и сделал глоток. Все столь же восхитительно, - я тревожусь за них. Война дается сложно им обоим, пусть и по-разному. Гуй Чжун утомленно вздохнула. - Тебе нужно помнить о самом себе, Моракс, - мягко промолвила она, - ты Архонт, но ты смертен. Тебе вовсе не надо решать все проблемы самостоятельно - поверь в своих протеже хотя бы немного, и, уверена, они замечательно справятся. К тому же, - она хихикнула, - разве можешь ты лишать меня моего любимого собеседника? И только сейчас он ощутил себя по-настоящему уставшим. Это все казалось таким правильным и недосягаемым одновременно. И он взглянул на Гуй Чжун, надеясь поймать ее взгляд, надеясь подобрать нужные слова, надеясь объяснить, что... У Гуй Чжун не было лица. Она склонила голову, и ее голос был голосом самого Чжун Ли. - Ох. Ты на самом деле не помнишь, как она выглядела? - ласково спросила с ноткой странной жалости. Мир вокруг трещал по швам. Глаза отчего-то отвратительно жгло. Он понял, что не может дышать. - Не волнуйся, - продолжила Гуй Чжун - безликая копия с поплывшими очертаниями, точно каждый новый миг ее образ в чем-то неуловимо менялся, разом делая всю картину ужасно неправильной, - тебе ведь не надо вспоминать. Просто... - она махнула рукой, точно находила это чем-то несущественным, - придумай что-нибудь вместо нее, хорошо? Он молчал. Его тело казалось ему самому неподъемным трупом. Мир застыл. В его сознании в ледяном стазисе осталась только невыносимая горечь, ведь теперь он вновь вспомнил, что она давно мертва, и он никак не может это поменять, и теперь он даже... Ее черты лица обрели четкость - мягкие изгибы, переходящие в острые, теплые глаза и простая прическа. Ее возвышенная красота делала божественную сущность очевидной. Она улыбалась. - Правильно, - любезно промолвила Гуй Чжун, - это было не так сложно, верно? Ты отлично справился, Моракс. Вокруг них все так же гулял легкий ветер. И, пусть Чжун Ли не было холодно, он дрожал.