Different Now | Теперь всё иначе

— Я не хочу. Акутагава должен был уважать упрямость тигра-оборотня. Сказать Дазаю, начальнику, что он не согласен с его планами… Такое было почти неслыханно в портовой мафии. Даже Акутагава вынужден был признать, что этот план был глупым. Бросить оборотня-тигра в туман вражеского огня без какой-либо поддержки? Дазай редко ошибался, но всё же. Мысль о том, чтобы подвергнуть тигра опасности, вызвала у Акутагавы боль в груди. Если кто-то и должен убить этого дурака, то это должен быть он. — Ты не хочешь? — Дазай недоверчиво повторил: — Ацуши, это наш шанс! Если мы сделаем это… — Нет, я не буду твоей приманкой! Тёмный взгляд в глазах Дазая, — такой знакомый — заставил Акутагаву вздрогнуть. Он кашлянул и отвернулся. Нравится тебе это или нет, но теперь Дазай стал другим. Конечно, всё было бы хорошо. — Хорошо, — вздохнул Дазай. Было ли это просто воображением Акутагавы, или в его голосе была горечь? Акутагава оглянулся на своего бывшего наставника как раз вовремя, чтобы увидеть, как рука мужчины поднялась в сторону Ацуши. Акутагава почувствовал прикосновение руки к своей щеке. Могло быть и хуже, сказал он себе, когда его глаза наполнились слезами, он мог бы пнуть тебя. Он мог бы застрелить тебя. — Попробуй ещё раз. Акутагава знал, что он слаб. Вот почему Дазай причинил ему боль, — чтобы сделать его сильнее. — Остановись! — Акутагаве потребовалось мгновение, чтобы понять, что кричал именно он. Он моргнул. Расёмон притянул к себе стоявшего с широко раскрытыми глазами Ацуши, и обернулся вокруг запястья Дазая, как вторая кожа. Синий свет окутал ткань, когда «неполноценный человек» заставил зверя вернуться в свою шкуру. Сердце Акутагавы бешено колотилось в груди — и Ацуши, и Дазай пристально смотрели на него. В то время как Ацуши просто казался смущенным, в глазах Дазая было что-то, что поразило Акутагаву до глубины души. Он выглядел почти… гордым. Дазай улыбнулся Акутагаве доброй улыбкой и нежно взъерошил волосы оборотня-тигра. — Не беспокойся об этом, Ацуши. Мы что-нибудь придумаем.