Сборник драбблов по вселенной haikyuu

      Низ пижамных брюк стал мокрым от утренней росы. В воздухе витала свежесть, ведь прохлада ночи все ещё предъявляла свои права на существование. Каждый шаг отдавался хрустом ветвей под ногами или шелестом изумрудно-зеленой листвы. Мягкие лучи восходящего солнца приятно облизывали кожу своим теплом, предвещая очередной знойный день.       Мир только-только просыпался вместе с пением птиц, журчанием реки у подножия невысокого холма и легким стрекотом крохотных жителей зеленого царства. Легкий ветер поприветствовал раннего гостя шепотом травы, пронесшимся волной по широкому полю. Кончики пальцев приятно покалывало от предвкушения встречи, а сердце радостно стучало под легкой пижамой, которая была слишком опрометчивым выбором для столь раннего часа, но невозможно было находиться в доме минутой дольше. Так сильно ноги торопились унести девушку на долгожданную встречу.       Акааши стоял к ней спиной, задумчиво вглядываясь в сверкающую гладь реки. Высокий и стройный он с тем же трепетом ожидал её появления. Черные как смоль волосы, растрепанные сном и ветром, смотрелись очень уютно. Кейджи обернулся, услышав негромкий треск позади себя, чтобы обнаружить там самую родную улыбку. Ямочки на щеках девушки были его тайной слабостью, способной стереть все тревоги со страниц его души.       — Кейджи, — с легкой дрожью в голосе выдохнула Т/и, прежде чем ноги ускорили свой шаг.       Тонкие изящные руки обхватили Акааши за торс, а порозовевшее личико быстро спряталось у парня на груди. Девушка глубоко вдохнула тонкие нотки цитруса на его майке и вместе с тем аромат уюта, что проникал под кожу, даря самый настоящий покой. Только рядом с ним удавалось в полной мере прочувствовать все краски этого удивительного мира. Цвета становились ярче, вкусы насыщеннее, а музыка прекраснее.       Ускоренное биение его сердца прямо под ухом рассказало о чувствах быстрее, чем Кейджи вымолвил хоть слово.       — Привет, — чуть громче шепота поздоровался взволнованный спортсмен, укладывая подбородок к ней на макушку.       Прижимать её к своему телу после долгой разлуки было истинным наслаждением. Эта хрупкая малышка всегда наполняла сердце сдержанного и рассудительного Акааши нежными чувствами, заставляя улыбаться без причины. Просто потому что можно находиться рядом с ней. Его влюбленное сердце всецело принадлежало этой очаровательной девушке.       Прикрытые от удовольствия глаза волейболиста медленно открылись вновь, когда Т/и вдруг заерзала в его объятиях. Девушка хотела лишь немного высвободиться, чтобы её губы смогли заново познакомиться с губами Акааши. Их поцелуй вышел нежным, тягучим, почти ленивым. Таким, когда ты никуда не торопишься, когда каждый дюйм твоего тела чувствует то тепло, что разливается под кожей, дотягиваясь до самых отдаленных уголков твоей души.       Насытившись друг другом, пара уселась бок о бок на старом причале, спуская с него ноги, танцующие теперь над блестящей водной гладью. Акааши уперся рукой в деревянную поверхность прямо позади девушки, не позволяя себе упустить хоть одну возможность быть с ней максимально близко.       Утренний покой природы сплелся с ритмом двух влюбленных сердец, мило беседующих друг с другом о своей жизни, давая им украсть эти мгновения счастья у судьбы, которая так жестоко лишила их возможности быть рядом.       Настойчивый звонок будильника вырвал юную девушку из сладких сновидений, где она заново переживала свою последнюю встречу с любимым человеком. Серый свет, проникающий через окна, сразу же зарядил унылым настроением, поэтому Т/и агрессивно натянула одеяло прямо на голову, не желая вылезать из своего укрытия. Мир снаружи был чужим и холодным, где она никак не могла найти себе места. Реальность разительно отличалась от тех светлых и легких чувств, что она испытывала до пробуждения.       Второй будильник с его ещё более противным писком вновь проломил тишину девичьей спальни, заставляя все же выползти из постели. Босые ноги встретились с полом и неприятно дернулись из-за холода. Пошарив ими на ощупь, Т/и нашла лишь один пушистый тапок из двух, уже проклиная себя за неаккуратность. Его дурацкая пара улетела далеко под кровать, вынуждая ползать на карачках в поисках несчастной. В дополнение к этому телефон скатился с одеяла прямо на жесткую поверхность, издавая пугающе громкий звук. Выругавшись от души, раздраженная Т/и поднялась с тапкой в одной руке и телефоном в другой. День начинался весьма паршиво.       Одетая в форму частной школы девушка кинула последний презрительный взгляд на себя в зеркале и ушла на кухню. Чертова академия с её до тошноты идеальной формой. Т/и всем сердцем ненавидела свою новую жизнь, которая ей не принадлежала. Хотя мать и твердила что-то вроде: «Я сделала это ради тебя, ради твоего образования. Неужели тебе не нравится, доченька?» На самом же деле «ради тебя» всегда было лишь красивым, но неправдоподобным прикрытием для её эгоизма.       Отец и мать разбежались пару лет назад с громким шумом, руша все на своем пути. А первой на этом увлекательном маршруте оказалась жизнь их собственной дочери. Поначалу громкие крики и обвинения родителей глубоко ранили её сердце. В детстве ей казалось, что их любовь нерушима, что мама и папа никогда не опустятся до того, чтобы делить между собой еле работающий чайник. Да чтоб он сгорел, вместе с тем домом, который стал эпицентром этих токсичных отношений!       Т/и начала все больше уходить в себя, закрывая свои уши и сердце от этих жестоких разговоров на кухне, пока совсем не перестала испытывать к этому вопросу хоть какие-то чувства. Судебный процесс развода, казалось, не закончится никогда, но как неожиданно это все началось, так же внезапно и кончилось. В один день отец тихо забрал свои последние вещи и молча уехал к своей семье в Киото. Мама быстро нашла себе нового ухажера и вскоре увезла Т/и вместе с собой в совершенно незнакомый город.       Но хоть кто-то из них подумал о том, чем пожертвовала их дочь? Не имея права голоса, она лишилась всей той жизни, которую имела — здоровой семьи, всех друзей, своей школы, родных улиц, а самое главное, встреч с Акааши.       Кейджи всегда был её лучшей поддержкой. Благодаря этому нежно любящему парню, девушка сохранила в себе веру в высокие чувства даже после катастрофы, устроенной родителями. Акааши был той светлой стороной жизни, которая не оставила её после переезда, хотя боль от разлуки сильно терзала сердце. Ежедневные сообщения и звонки поддерживали в Т/и уровень счастья на минимально-необходимой отметке, чтобы не послать все к чертям собачьим, закрываясь ото всего мира. Кейджи бережно удерживал её на своей стороне, не позволяя наглухо залепить стены вокруг своего сердца.       Изредка им удавалось встретиться в пригороде Токио, когда Т/и отпрашивалась съездить к бабушке. Но это случалось настолько редко, что можно по пальцам одной руки пересчитать количество их свиданий за последний год. Эта статистика удручала. Но девушка ни за что не отказалась бы от этих встреч, потому что только они и заставляют её двигаться вперед, заставляют выбираться из постели на этот холодный пол, влезать в эту ненавистную форму и ехать до школы в переполненном автобусе.       Прислонившись головой к стеклу, Т/и смотрела, как по ту сторону проносятся здания, пешеходы, деревья, и не могла думать ни о чем, кроме желания увидеть любимого человека. Сегодня утром она была в особо подавленном состоянии, постоянно проверяя телефон на наличие новых сообщений. Но на экране, словно клякса на белоснежном листе, сияли две галочки возле её смс.       Никогда раньше Кейджи не оставлял её без ответа, даже если они были в ссоре. Он считал, что гордость не должна вмешиваться в отношения двух любящих людей. Как бы он ни был зол, он никогда не игнорировал её слова или сообщения. Но сейчас они даже не находились в ссоре, поэтому Т/и утопала в догадках, сомнениях и тревоге.       Переходя из класса в класс, словно тень, девушка не обращала внимания на окружающих её учеников. Оживленные беседы, учителя, обеденный перерыв — ничего не интересовало, пока чья-то рука не схватила за запястье, незаметно для остальных утягивая в пустой кабинет. Ошарашенная она подняла глаза на своего похитителя и там же замерла в неверии. Перед ней стоял Акааши. Самый реальный, какого только можно представить, он стоял напротив в форме её академии. Но как? Может, она совсем свихнулась на фоне всех событий её жизни и теперь видит галлюцинации?       — Ну что, даже не обнимешь меня? — мягко спросил Акааши, наклоняя набок голову.       — Кейджи, но как?! Ты настоящий? — воскликнула удивленная девушка, пока его слова крутились где-то на краю сознания, не способные пробиться сквозь стену шока. Она тихонько коснулась теплой ладошкой его щеки, проверяя, не подводит ли её зрение. Кейджи тут же прильнул к ней, прикрывая свои глаза.       — Конечно, я настоящий.       Утопающий в нежных чувствах к этой милой девушке Акааши решил сам заключить её в объятия, потянув к себе за запястье, которое всё это время аккуратно сжимал в своей ладони. Ощутив тепло её тела, он ласково погладил Т/и по волосам и поцеловал в макушку, получив в ответ тихий стон наслаждения.       — Как же я нуждалась в этом. В тебе и твоих исцеляющих прикосновениях, Кейджи, — прошептала она в тишине пустого класса, радуясь долгожданной близости. Она вдохнула родные нотки цитруса, сразу же ощущая, как расслабляются плечи и из головы уходят лишние тревоги.       — Я очень скучал по тебе.       — Почему ты здесь, милый? Откуда форма?       — Так случилось, что я знаю парня из вашей волейбольной команды. Он и помог мне все это устроить.       — А как же родители? Что ты им сказал? — обеспокоенная она отстранилась от Акааши, чтобы заглянуть в его глаза.       — Сказал, что у нас выездной матч. Они не станут проверять. А для школы притворился больным.       — Сумасшедший! Зачем ты так рискуешь?       — Я ведь так давно тебя не видел, мне было жизненно необходимо что-то с этим сделать. Иначе скоро я просто возьму и увезу тебя с собой и мне все равно, что и кто скажет.       Т/и ни секунды не сомневалась, что он так и поступит. В этом был весь Акааши, золотой парень, в которого она была влюблена по уши уже несколько лет. Он всегда доказывал свои чувства действиями. Там, где другие боялись даже слово сказать, он смело говорил о любви своими поступками.       Т/и быстро нашла его губы, желая поскорее стереть ту тоску, что давно поселилась в сердце. Руки скользнули по груди к его шее, чтобы затем утонуть в черных непослушных волосах. Кейджи отвечал ей с той же голодной потребностью. Он скучал. Действительно скучал, не находя себе место без её улыбки и тех ямочек, что появляются вместе с ней. По её касаниям, её присутствию в его жизни, на его матчах, в его доме. Эти расставания давались ему не менее тяжело, чем ей, хотя он и старался быть сильным. Для неё. Всегда. Он любил, поэтому неустанно оберегал её чувства, даже если самому порой было сложно сделать вдох.       — Может, сбежим сегодня? Сходим на свидание? Что скажешь? — с искренней надеждой спросил волейболист, тяжело дыша после страстного поцелуя.       — Мне никогда не нравилась эта академия, так что забери меня отсюда, любовь моя.       И Кейджи действительно сделал это, он выкрал её с последних уроков, ни капли не сожалея о содеянном. Парень подарил ей самый прекрасный день, вселивший надежду. Она сможет, она справится с этим расстоянием, со всеми сложностями, что ещё встретятся на её пути. Потому что у неё за спиной всегда есть Он — её сила и её главная опора.