Сборник драбблов по вселенной haikyuu

Т/и

      Иногда бывают такие периоды в жизни, когда одно плохое событие словно магнитом притягивает к себе много похожих. И вот ты уже задаешься вопросом, а наступит ли когда-нибудь эта белая полоса? Или в твоей жизни началась ночь длиною в вечность?       Утомленная, опустошенная и разбитая я заливала свое горе алкоголем, сидя в баре в самом центре города, и тихонько наблюдала, как все вокруг живут свою яркую жизнь. Я смотрела и не верила своим глазам. Разве в жизни можно хоть чему-то радоваться? Как они могут так беззаботно смеяться и танцевать, когда в этом жестоком мире не осталось ни одного яркого цвета?       Время текло, сменялись коктейли, но пустота внутри так и оставалась незаполненной. Даже дурман алкоголя не мог заглушить это чувство вселенского одиночества. Казалось, никому в целом мире нет дела до моего существования и моих невзгод, а так хотелось бы иметь кого-то, кто сможет о тебе позаботиться. Даже короткого «Я рядом» было бы достаточно. Просто знать, что кто-то ждёт твоего возвращения домой.       Когда я уже с трудом могла держать стакан, бармен настойчиво предложил мне оплатить свой заказ, пока он сам вызывает мне такси. Сопротивляться было бессмысленно, потому что никакого удовольствия от нахождения в этом месте я не получила. Кое-как я нащупала в сумке карту и с третей попытки приложила её к банковскому аппарату. Когда бармен спросил мой адрес, ответ не сразу пришел мне на ум, а язык еле-еле воспроизвел информацию. Затем мне предстояло долго сражаться со своей же курткой, но та безоговорочно победила, ведь я так и не смогла вставить вторую руку в рукав, поэтому просто взяла её с собой.       Улица встретила меня прохладным ночным воздухом, слегка отгоняя алкогольную пелену от моих глаз. Тогда-то я и увидела такси, одиноко стоящее возле тротуара. Помню только, как села в машину, а дальше воспоминания почему-то обрываются.

Иваизуми

      Я очень устал после тяжелого дня и хотел уже трогаться с места, как вдруг задняя дверь моей машины открылась и внутрь забралась незнакомая девушка.       — Домой, пожалуйста, — еле выговаривая слова, она отдала мне команду, словно я был её личным водителем.       — Девушка, это не такси, вы ошиблись. Можете выйти, пожалуйста? Я тороплюсь.       Но она даже меня не услышала, потому что уже крепко спала на заднем сидении моей машины. Моей! И что прикажете с этим делать?!       — Девушка?! Просыпайтесь, у меня тут не такси! Мне нужно ехать, — я продолжал её трясти, но все было бесполезно. Похоже, она так напилась в соседнем баре, что вряд ли очнется в ближайшее время.       Сказать, что я был в панике, не сказать ничего. Таких нелепых ситуаций жизнь мне ещё не подкидывала. Я дотянулся до её сумки, чтобы достать телефон и попытаться набрать её маме, да хоть кому-нибудь, чтобы выяснить, куда её отвезти или кто может её забрать и спасти меня из этой странной ситуации. Но, конечно же, жизнь решила посмеяться мне прямо в лицо, когда передо мной засияли цифры, ждущие когда я введу верный пароль, которого я не знаю.       Второй попыткой было отыскать паспорт с адресом, но кроме блеска для губ, ключей и банковской карты там ничего не оказалось. Просто волшебно!       — Девушка! Просыпайтесь и скажите адрес! Куда мне ехать?! — в отчаянии я затряс её снова.       На этот раз она зашевелилась, и я уже был готов вздохнуть с облегчением, но она лишь отмахнулась от моей руки, как от назойливой мухи, и снова провалилась в свой хмельной сон. Я громкой выругался и сильно ударил по рулю, вымещая на нём свое разочарование.       Мне некуда было её везти и я не мог просто выкинуть её из машины. Это было бы жестоко. А что я тогда вообще мог сделать? «Не буду же я сидеть и ждать, когда она проснется. Я так и до следующего полудня могу тут проторчать. Не похоже, что она собирается подниматься», — подумал я и навалился на руль, пытаясь заставить свою голову работать, но я так устал за этот день, что единственное, чего мне хотелось, это оказаться наконец-то дома. Поэтому я решил так и поступить, молясь на то, что она не напишет на меня заявление, когда проснется в моей квартире. И ведь за что? За то, что не выбросил её из машины посреди ночи? Причем из машины, в которую она же бесцеремонно и залезла. Разве же я виноват? Так я пытался себя успокоить, ставя рычаг на первую передачу, чтобы тронуться с места.       Невероятно! Я вез какую-то дамочку в отключке в свою квартиру. Как же надо было верить в людей, напиваясь до такого состояния в одиночестве. Кто знает, какой извращенец мог ей попасться вместо меня.       Пока я ехал по полупустой ночной дороге, я не мог не думать о ней и о том, что привело её ко мне в машину в таком состоянии. Мне вдруг стало жалко эту девушку, ведь она не была похожа на того, с кем часто случается что-то подобное. Одета она была с элегантной скромностью, никакого кричащего макияжа, ни намека на вызывающее поведение. Просто человек, у которого в жизни произошло что-то плохое.       На светофорах я поглядывал на неё, чтобы убедиться, что ей не стало хуже, да и просто из-за интереса. У неё было симпатичное личико, а сама девушка была не очень высокого роста, судя по тому, как она удобно улеглась на заднем сидении. Она напоминала ребенка, уснувшего во время долгой поездки с родителями. И что могло случится с этой малюткой, чтобы довести её до такого? «Возможно, я смогу узнать это завтра утром, когда она пощадит меня за то, что затащил её в чужую квартиру», — предположил я, выпуская нервный смешок из легких.       Когда я решил отвезти девушку к себе, я не учел тот факт, что мне придется как-то доставать её из машины. Это было то ещё приключение, ну а ей хоть бы что. Она продолжала так же сладко спать, только теперь уже на моих руках.       «Боже, чувствую себя каким-то маньяком», — подумал я, глядя на милую незнакомку.       Следующим тяжким испытанием стало открытие двери, ключи от которой я не удосужился достать заранее. Спасибо ещё, что время было позднее и соседи уже сладко спали в своих кроватях, потому что я бы выглядел очень подозрительно, неся в свою квартиру эту незнакомую девушку. Мне пришлось изрядно попыхтеть, чтобы достать из кармана ключи, потому что не мог же я положить её на пол или повесить на одной руке, как какой-то мешок. Я даже боялся представить, как я выглядел со стороны в тот момент. Мне пришлось прижать её к стене всем своим телом и подстраховать коленом, чтобы освободить одну руку и достать эти проклятые ключи. Кажется, я даже со своими бывшими в такой близости не был, как с этой девушкой, у которой я даже имени не знаю. «Ну, Ива, ты и выделываешь», — подумал я.       Когда я наконец-то зашел в квартиру, то чуть не упал, запнувшись за кроссовки, которые ещё утром бросил посреди прихожей, потому что сильно торопился на работу. Не хватало мне ещё эту бедную девушку покалечить. И так было страшно представить, что будет утром, когда она проснется. Не исключено, что тогда уже пострадает тот несчастный парень, который умудрился вляпаться в такую абсурдную ситуацию. «Надо бы убрать все колюще-режущие предметы на всякий случай», — подумал я, ощущая, как клубок нервов стягивается где-то внутри.       Пройдя в спальню, я аккуратно уложил гостью на свою кровать, снял с неё туфли и бережно укрыл теплым одеялом, а когда уже собирался отправиться в гостиную, чтобы подготовить для себя диван, она вдруг заговорила.       — Пожалуйста, не уходи, — отчаянным голосом попросила девушка.       — Что? — удивленный я обернулся, но она так и не пришла в сознание, как я уже успел себе вообразить. Она все ещё спала, а по её щекам катились слезы. Кажется, ей что-то снилось, но все это время она чувствовала мое присутствие. — Ты в порядке? — тихонько спросил я, опустившись на колени рядом с её лицом. Её бровки хмурились, а зрачки быстро бегали под веками. Ей явно снилось что-то тревожное.       — Не оставляй меня, — снова попросила она, протягивая свою руку ко мне сквозь сон.       — Тише-тише, все хорошо. Я никуда не уйду, — я не мог проигнорировать её отчаянную просьбу, поэтому взял хрупкую ладошку в свою руку и могу поклясться, что её лицо стало более спокойным, словно она испытала облегчение, но слезы все ещё катились по её румяным щечкам. Мне было больно на это смотреть, поэтому свободной рукой я смахнул соленые капельки с её лица.       Той ночью я просидел с ней около часа, нежно поглаживая её руку, лежащую в моей, и отпустил только тогда, когда её зрачки перестали беспорядочно метаться под веками, а дыхание стало более размеренным и глубоким.       Укладываясь спать на диване, я молился, чтобы утром эта девушка не оказалась какой-нибудь городской сумасшедшей.

Т/и

      Сначала ко мне пришла боль и только потом я разлепила глаза, чтобы снова их закрыть из-за ярко сияющего солнца. Я перевернулась на другой бок и натянула одеяло прямо на голову, которая раскалывалась просто от мыслей, что уж говорить о движениях. Такого сильного похмелья у меня никогда еще не было. Весь мир кружился, даже если я не открывала своих глаз, а во рту пересохло так, словно я не пила воду неделю.       Я начала замечать хоть что-то помимо своего ужасного состояния только через несколько минут после пробуждения. Сначала меня удивило то, что я спала прямо в одежде, в которой вчера отправилась в бар. Это же был бар? Я уже не была в этом так уверена, все мысли словно заволокло туманом. Потом кровать показалась мне какой-то странной, словно я лежала не на своей постели. Да и пахло белье иначе. Тут-то меня и начала догонять паника.       Я с опаской стянула одеяло до носа, чтобы взглянуть на окружающее пространство, и не ошиблась. Я лежала на чужой кровати в совершенно незнакомом месте. Как я тут оказалась?! Я быстро подскочила с подушки и сразу же об этом пожалела, потому что голову пронзила резкая боль. Перетерпев основную мучительную вспышку, я обернулась посмотреть на вторую половину кровати и испытала облегчение. Другая сторона оставалась нетронутой, значит, со мной никто не спал этой ночью. По крайней мере, я на это надеялась.       Когда я стащила ноги с кровати, мой взгляд упал на тумбочку, где стоял стакан с водой и лежала пластинка с обезболивающими. Неизвестный, привезший меня сюда, точно знал, что мне это пригодится. Но я не стала пить воду и глотать эти таблетки, потому что не была уверена, что могу доверять своему незнакомцу. Меня вообще до ужаса пугала вся эта ситуация. До этого дня я никогда не встречалась с кем-то на одну ночь, да ещё и в беспамятстве.       Сперва я боялась открывать дверь, не зная что, а точнее, кто ждёт меня там, однако выбора-то у меня все равно не было, поэтому я неуверенно взялась за ручку. Он сидел на диване, держа ноутбук на коленках, и что-то сосредоточенно на нём печатал. Парень был одет уютно по-домашнему и вид у него был довольно безобидный. Однако я не могла полагаться только на эти факты.       Парень заметил меня, когда я сделала первый дрожащий шаг из своей комнаты. Он сразу же закрыл ноутбук и посмотрел на меня так, словно боялся меня не меньше, чем я его.       — Привет. Ты наконец-то проснулась, — его голос прозвучал вполне дружелюбно, но это никак не могло меня успокоить.       — Как я здесь оказалась?       — Это довольно странная история.       — Но я хотела бы её узнать, потому что на мою память сейчас никакой надежды, — призналась я, и тогда он все рассказал.       Я перепутала машины… Как я могла уснуть в машине совершенно незнакомого человека?! «Т/и, у тебя совсем мозгов нет?! Как ты вообще до своих лет дожила?» — ругала я себя, пытаясь осмыслить события прошлой ночи.       — Я могу отвезти тебя домой прямо сейчас или вызвать такси, — вежливо предложил незнакомец, пока я в красках отчитывала себя за свое же легкомыслие.       — Я бы, может, и хотела, но боюсь, если сяду во что-то движущееся прямо сейчас, то меня вывернет в ту же секунду.       — Да, перспектива не очень радужная, — парень подарил мне понимающий взгляд и поднялся с дивана. — Я оставил для тебя обезболивающие, ты их приняла?       — Я предпочитаю не пить неизвестные жидкости в домах у первых встречных, поэтому нет, я не выпила.       — Могу тебя понять, но если вдруг передумаешь, только скажи.       — Хорошо.       — Я — Иваизуми Хаджиме, — подойдя ко мне, он дружелюбно протянул свою ладонь для рукопожатия, и я ответила.       — Нишимура Т/и.       — Ты можешь присесть. На диван или, может, на стул, где будет удобнее?       — Думаю да, присесть сейчас было бы не лишним.       Я не очень устойчиво прошлась до обеденного стола, где смогла наконец-то заземлиться. Почувствовав дополнительную опору, я уронила голову на ладони, чтобы помассировать свои пульсирующие виски.       — Хочешь, я приготовлю легкий завтрак? Тебе стоит покушать, должно стать полегче, — Иваизуми уже открыл холодильник и стал выкладывать ингредиенты для завтрака на столешницу, даже не дожидаясь моего ответа. Когда он обернулся, чтобы все же взглянуть на мою реакцию, он увидел лишь моё скептическое выражение лица. — Не бойся, я не собираюсь тебя отравить. Разве бы я стал ждать, когда ты проснешься, чтобы сделать что-то ужасное? Тебе не стоит меня бояться. Честно говоря, я и сам вчера был в не меньшем ужасе, так что не удивлен.       — Да, буду благодарна, — я все-таки согласилась, потому что логика в его словах немного меня успокоила. Да и Хаджиме внушал доверие. Он был очень добр и заботлив, даже несмотря на то, что я стала для него обузой, когда влезла в его машину.       — Можешь пока воспользоваться душем. Думаю, это поможет тебе немного прийти в себя.       — Спасибо.       — Сейчас принесу тебе полотенце и чистую одежду.       Иваизуми быстро скрылся за дверью спальни, и тогда я резко выпустила весь кислород из легких. Принимать душ у незнакомого человека, не помня ничего из прошлой ночи? Сомнительное предприятие, но мне нужно было хотя бы умыться. Голова все ещё была подернута дымкой, мешающей думать здраво. Хотелось как можно скорее избавиться от этого нетрезвого давящего состояния.       — Вот, держи. Одежда будет немного великовата, другого размера у меня, к сожалению, нет, — Иваизуми протянул стопку вещей и виновато улыбнулся, словно извиняясь за отсутствие женской одежды.       — И так сойдет, спасибо ещё раз.       Я приняла вещи из чужих рук, внимательно смотря в глаза их владельцу. Они не выражали ничего враждебного и в них не было видно тайного умысла, поэтому я позволила себе немного расслабиться. Не до конца, но все же я смогла скинуть часть давящего на грудь страха.       — Ванная прямо по коридору, — Хаджиме махнул рукой в нужном направлении, и я, вежливо поклонившись, направилась в указанную сторону.       Убедившись, что дверь заперта, я аккуратно положила вещи на тумбу и подошла к зеркалу, где меня встретили весьма утомленный взгляд и растрепанные сном волосы. «Я что, плакала?» — подумала я, рассматривая свои припухшие глаза и немного растекшуюся тушь.       — Не хватало мне ещё расплакаться перед этим парнем. Что же ты натворила вчера, Т/и? — спросила я у своего измученного отражения. Но у него не было ответов, как и воспоминаний.       Повернув кран с холодной водой, я набрала её в ладони и умыла свое лицо. Один раз, второй, третий. Этого не хватало, чтобы почувствовать себя лучше. Я неуверенно посмотрела в сторону душевой, затем обернулась на запертую дверь. Пару секунд я сомневалась, но затем принялась расстегивать пуговицы на своей блузке.       Когда струи прохладной воды коснулись моей головы, они обернулись жидким лекарством, увлекающим эту ноющую боль за собой, и, главное, подальше от меня. Чтобы продлить это блаженное чувство исцеления, я застыла под душем на несколько минут, просто наслаждаясь свежестью и свободой от боли.

Иваизуми

      Когда она скрылась из виду, я смог наконец-то выдохнуть с облегчением. Девушка оказалась вполне приятной, не кричала и не устраивала скандалов, хотя в её-то состоянии я бы тоже не смог ругаться. У бедняжки так болела голова, что она старалась не совершать лишних движений. Когда я увидела её на пороге своей спальни, замученную и напуганную, мне сразу захотелось о ней позаботиться. К тому же в голове ещё ярко горело воспоминание о прошлой ночи, когда она тихо плакала прямо во сне.       Пока Т/и принимала душ, я занялся приготовлением завтрака в надежде, что еда сможет облегчить её мучения. Я был так поглощен процессом, что не заметил робкие шаги позади себя, поэтому слегка вздрогнул, когда она заговорила.       — Хаджиме, — мое имя так неуверенно слетело с её губ, что это заставило меня улыбнуться от умиления.       — М?       Я обернулся к ней, да так и застыл на какое-то время, глядя на девушку. Влажные волосы слегка кудрявились, а распаренные щечки сияли румянцем, придавая девушке более здоровый вид. Без макияжа и в моей одежде Т/и выглядела так по-домашнему, что это невольно вызвало у меня улыбку. Она была такой крошечной и милой, что мне сразу же захотелось затискать её, как маленького котенка. Было странно испытывать подобное желание к девушке, которую я даже не знаю, но я ничего не мог с собой поделать.       — Давай я помогу тебе, — её слова все же оторвали меня от этих причудливых мыслей.       — Нет, не нужно, — возразил я, не желая, чтобы эта крошка тратила силы на такую ерунду. — Я сам о тебе позабочусь, садись за стол. У меня почти все готово.       Она смутилась и не стала больше настаивать. Когда она села на стул, я уже нес к ней тарелку с завтраком.       — Я так давно не слышала этого слова, — робко призналась Т/и, вызывая тем самым мое удивление.       — Какого?       — Позабочусь, — увидев немой вопрос в моих глазах, она продолжила. — У меня нет такого человека, который бы мог мне это сказать. Я привыкла сама о себе заботиться.       — Что, совсем никого?       — Совсем, — уголки её губ приподнялись в легкой улыбке, которой она попыталась замаскировать боль от глубины её признания. Но я понял все по глазам. — Прости, я не хотела давить на жалость. Просто приятно было услышать такие слова. Не придавай этому большого значения, — то, как она поспешно попыталась отмахнуться от своих чувств, ещё раз доказало, насколько это была болезненная тема. Я не стал развивать вопрос её одиночества, чтобы не смущать Т/и ещё сильнее, вместо этого коротко кивнул и пошел обратно к столешнице, чтобы налить нам обоим по кружке горячего чая.       — Спасибо, — поблагодарила она, когда я поставил рядом с ней дымящуюся чашку, а сам сел напротив с точно такой же.       — Мне не сложно.       Во время еды у нас завязался совершенно естественный разговор обо всем на свете. Довольно скоро завтрак был съеден, а чашки опустели, но я никак не мог прекратить на неё смотреть. Она была такой настоящей в декорациях моей квартиры, в моей одежде, с её живым взглядом и мягким голосом. Т/и будто бы всегда принадлежала этому месту, так естественно она вписалась в это субботнее утро. Я сидел, подперев подбородок рукой, и, как зачарованный, слушал её истории. Наверняка на моем лице сияла глуповатая улыбка, но мне было все равно, ведь я был рад, что могу провести время с этой девушкой.       — Мне, наверное, стоит поехать домой, — вдруг выдала она, когда я совершенно этого не ожидал. Я так растворился в нашем диалоге, что совсем позабыл причины, связавшие нас вместе. — Я и так отняла у тебя слишком много времени. Спасибо, что не бросил в беде.       Её неожиданное желание уехать вызвало у меня чувство разочарования. Неужели я сделал что-то не так и чем-то её обидел? Мне не хотелось заканчивать это общение так скоро. Разве мы не могли побыть вместе ещё хоть немного? Мы и так уже нарушили весь порядок обычного знакомства, так почему бы не продолжить в том же духе?       — Но у тебя же волосы все ещё мокрые. Не думаю, что тебе стоит выходить на улицу в таком виде, ты можешь простудиться. Я не против, если ты побудешь тут какое-то время. Или хотя бы посуши волосы феном, — я сам удивился тому, как мой мозг быстро придумывал правдоподобные предлоги, чтобы задержать девушку подольше. Но если она все же решит уехать, мне придется смириться.       — Я…даже не знаю. Мне так неудобно перед тобой, — она уставилась на меня своими большими красивыми глазами, словно сканируя, что я на самом деле чувствую, и я замер в ожидании её приговора, не смея даже дышать.       «Что это со мной такое? — подумал я в тот момент. — Кажется, я начинаю сходить с ума…»

Т/и

      Я была очень благодарна Иваизуми, ведь он был так мил со мной все это время, но проклятое чувство вины неустанно заполняло мое сердце. Я нагло вторглась в его вечер и продолжила пользоваться добротой следующим утром, но больше так было нельзя. Поэтому я собралась с духом и сказала, что хочу домой. Хотя чего я действительно хотела, так это остаться с ним ещё ненадолго.       В последнее время мир был не очень добр ко мне, посылая разные испытания одно за другим. Но эта нелепая встреча казалась началом чего-то светлого, словно первый проблеск надежды среди темных дней. Хаджиме был незнакомцем, но сделал гораздо больше, чем те, кого я по ошибке считала близкими людьми. Он позаботился обо мне, совершенно не зная кто я. Иваизуми не бросил меня ночью, не выгнал, когда смогла стоять на ногах, предусмотрительно положил обезболивающие возле кровати, чтобы я поскорее избавилась от головной боли, дал принять душ и накормил. А теперь он переживает, что я могу простудиться? Разве такое бывает? Точно не в моей жизни. Забавно, что для некоторых людей такие вещи являются нормой, но для меня это значило многое.       — Я не могу больше пользоваться твоей добротой, поэтому вызову себе такси.       — Но я совсем не против. Серьезно, Т/и, оставайся, — мне показалось, что в его взгляде промелькнуло что-то, похожее на надежду, но сразу же одернула себя за то, что пытаюсь принять желаемое за действительное.       — Ты говоришь так просто из вежливости.       — Вовсе нет. У меня не было никаких планов на эту субботу, поэтому я очень даже рад провести день в приятной компании, — ему очень шла эта добрая улыбка, которую мне уже не раз посчастливилось увидеть. И как ему можно было отказать? Мои не очень-то крепкие стены уже покрылись трещинами. — Давай посмотрим фильм? Или хочешь, я научу играть тебя на гитаре?       Неужели мне все это не послышалось? Он как будто бы действительно хотел провести со мной время. Разум твердил, что оставаться в квартире незнакомого человека — это безумие. Но было ли оно таковым на самом деле? Большим безумием казалось потерять эту хрупкую надежду на новое светлое начало. Возможно, это были лишь мои розовые мечты о хорошей жизни, но я захотела уцепиться за эту возможность, поэтому неуверенно, с опаской, но я все же дала свое согласие этому доброму парню.