Афера в любовь

      Свет бил прямо в глаза лежащей на полу в коконе из пледа девушке. Она мирно спала до тех пор, пока озорной лучик, движимый шторами, которые колыхал ветерок, не проник под веки и не задержался там. Девушка застонала, но не двинулась с места. Даже не проснулась. Точнее не проснулось тело, а мозг начал сонно думать.       Она с трудом разлепила веки и тут же зажмурилась. Тошнота подступила к горлу, и легкий вкус горечи заполнил сухой, как земля в горшках ее дома, рот. Девушка с трудом перевернулась на живот и замерла. Давно с ней такого не было. Она выжрала бутылку Джека в одну рожу и сейчас столкнулась с последствиями. Она снова застонала, но уже протяжнее. Больше всего на свете она ненавидела алкоголь. Цена за смешное, короткое чувство эйфории была слишком большой по ее мнению. Но вчера Джек пригласил ее на ужин без еды, и она была слишком слаба, чтобы отказаться. Эту бутылку она купила почти 5 лет назад. И вот, эта самая бутылка валялась на полу и благоухала остатками огненной воды с лучшим вкусом и соответственной ценой для своего имени.       Рука девушки вылезла из кокона и толкнула бывшего друга подальше от себя. Если бы она могла говорить, она бы закатила истерику, — подумала девушка и прижалась к холодному полу щекой. Она хотела еще поспать, но тут дверь в кабинет открылась, и послышались тихие шаги. Рука, держащая банку вспотевшей, прохладной жести, хранившей в себе черный чай с лимоном, прижалась к щеке девушки на полу. Тело отреагировало быстрее мозга и по коже девушки в коконе пробежало стадо мурашек. А может даже два. Та застонала, и попыталась схватить банку в руку, но та пропала.       — Не так быстро, дорогая. Осторожно прими сидячее положение и получишь свой напиток. А после я жду, что ты расскажешь мне, почему ты убила старика Джека. — раздался мягкий женский голос.       Обладательница этого голоса вальяжно села на диван, и стала наблюдать за своей подругой. Та ненавидела алкоголь, считая его пустой тратой времени, денег и ужасным вкусом. Что-то очень плохое могло заставить ее сделать глоток, этого поила, как говорила девушка в коконе.       Дэш Камилло, наблюдала за тем, как подруга медленно сажает свое тело на пол. Сейчас она обратила внимание на то, что кабинет не был цел. В стене зияла дыра, как надеялась Дэш, от стакана, а не от кулака ее подруги. Та уже ломала себе руку в гневе. Это очень плохо сказалось на самой Альтее, и просто плохо на бизнесе. Пол был усыпан осколками и бумагами, была разлита вода из графина, которого не было видно. Бар был раскрыт, а все банки с неалкогольными напитками украшали пол дорожкой от дверцы до кресла и стола. Краски и карандаши с холстами тоже не остались целы. Пятна красок, тюбики, куски листов были повсюду. Был даже убит в порыве гнева холст. Десятком или двумя карандашами.       — Я жду, когда ты повернешься ко мне, и расскажешь что случилось. — Дэш открыла банку, и в тишине весеннего дня на высоте 15 этажей, кабинет заполнило шипение.       — Дай, пожалуйста. — хрипло шепнула девушка из кокона, протягивая руку.       Дэш посмотрела на подругу и вложила в руку банку, но та тут же упала и облила плед на девушке.       — Тэя! — Дэш бросилась к подруге, и заметила, что костяшки правой руки подруги содраны, а кулак в крови.       Она так же заметила, что рукав той же руки покрыт кровью. Она со злостью и железной хваткой вцепилась в руку подруги. Женщина разорвала рукав рубашки и сдержала поток ругательств, когда увидела глубокие порезы. Кровь застыла на полосах, но рубашка впитала ее. Пятна были приличные.       Тэя же опустила голову вниз и смотрела в пол, не сопротивляясь. Она знала, что получит от подруги по все числа, которые изобрели люди, но Джек не давал ей вчера думать адекватно, а сейчас бежать поздно. Да и сил нет. Ее рука в руке Дэш была слабой и дрожала. Как и все ее тело, когда она вспомнила, почему напилась.       Заметив состояние подруги, Дэш смягчилась. Она нежно привлекла к себе подругу в объятия, в которых почти сразу же Альтэя разрыдалась. Дэш поняла, что все очень плохо, раз та снова позволила себе заплакать впервые после стольких лет.       Они познакомились в колледже, когда Тэя только перевелась туда. Она заняла место Дэш в тени большого дерева во дворе заведения. Камилло в тот день была в наихудшем расположении духа, и то, что ее место заняла какая-то новенькая, вывело ее из себя окончательно.       Все во дворе в обед наблюдали, как их рыжая бестия горела гневом и шла к дереву. Все знали характер Дэш, и не связывались с ней. Она подошла к девушке в толстовке, джинсах и капюшоне и нависла над ней. То, что она увидела в скетче девушки, заставило ее гнев испариться. На листе, были кучи рисунков разбитого сердца, некоторые были разорваны руками в клочья, некоторые просто истекали кровью, другие же носили в себе по несколько ножей. Дэш поняла, что даже если она отведет душу, наорет на девушку, той будет все равно. За глазами, которые девушка подняла на Дэш, когда ту заметили, не было души. Была оболочка. Серые, тяжелые, цвета мокрого осеннего асфальта глаза смотрели на нее всего мгновение, затем снова опустились в лист. Дэш молча наблюдала за тем, как девушка нашла чистый лист, среди своих разбитых и раненых сердец, и начала рисовать.       Из-под карандаша выходил портрет. Девушка рисовала плавные, едва резкие линии лица, глаз, мягкие, густые волны волос, затем выразительные глаза, аккуратный нос, едва заметный шрам на нем, чуть пухлые, нежные линии губ. Затем нарисовала тело. Спортивного сложения, но с плавными, ни сколько не эротичными женскими линиями груди и рук в рубашке, бедер и ног в джинсах и кедах. Закончив рисунок, девушка что-то написала на нем.       Дэш наблюдала, как та встала и протянула лист ей. Она приняла рисунок, и посмотрела на подпись: « спасибо» было выведено аккуратным почерком. Девушка хотела поговорить с художницей, но та ушла.       Через месяц девушки были не разлей вода. Тэя все так же молчала, рисовала в наушниках сидя под деревом с новой подругой. А та просто наслаждалась компанией Тэи, которая, когда говорила, была интересным собеседником. Они пронесли эту дружбу сквозь года, прикрывая и поддерживая друг друга.        Вот сейчас владея на пару компанией, Дэш вновь увидела в подруге не железную леди, которую та вырезала из себя с годами, а хрупкую девушку, с истерзанным сердцем жестокой женщиной в комнате общежития.       — Что случилось, милая? — мягко спросила Дэш, когда ее подруга успокоилась спустя долгое время.       — Она вернулась…и застала меня врасплох…- тихо и хрипло от слез ответила Тэя. Уточнять, кто вернулся, для Дэш не нужно было. Злость поднялась в душе Камилло, она растерзает эту суку, если увидит. Это потом, сейчас нужно привести Тэю в порядок и покой.        — Давай поднимемся? Тебе нужно искупаться, ты воняешь. — с легкой улыбкой сказала Дэш, поднимаясь с Тэей.       Через 10 минут Тэя была отправлена в душ за стенкой, а Дэш успела убрать осколки и мусор, и сбегать за новой порцией чая.