С неба хорошо видны рассветы

      Прошёл день, неделя, месяц. Но ничего не менялось. А потом и вовсе, когда-то не переносивший даже запаха алкоголя парень начал пить. И тут его остановить не мог уже никто. Не помогали ни конфискация денег, ни домашний арест, ни уговоры.       С каждым днём ему становилось лишь хуже. Каждый день его мучили кошмары, в которых он раз за разом переживал смерть Лизы. И каждый день Влад корил себя за то, что соврал и отверг её в тот день.       Каждый день, в любую погоду, он приходил на кладбище, и в рыданиях ударяя по массивной гранитной плите, раздирал ладони до самого мяса и в кровь разбивал костяшки.       Проснувшись однажды рано утром, он понял, что больше не способен это терпеть. Он понимал, что, скорее всего Лиза хотела, чтобы он жил дальше, но просто не мог. Ни морально, ни физически. Влад вышел на улицу. На часах было около пяти утра. Солнце ещё не взошло, и город погряз в предрассветных сумерках, которые разбавляли лишь редкие, ещё не выключенные слабые фонари. На светло-синем безоблачном небе ещё сияло несколько тусклых маленьких звёздочек.       Влад зашёл в чужой подъезд и, поднявшись на двадцатый этаж, приоткрыл дверь чердака и вышел на крышу. Вихрь воспоминаний пронёсся у него в голове: сколько раз он сидел здесь с Лизой, и любовался вечерним городом. Подойдя ближе к краю, Влад посмотрел вниз на укрытый туманом мегаполис.       Быть может, Лиза всё это время следила за ним сверху? Видела его мучения? Быть может, после этого она простит его?