I will turn on your sun

Виолетт никогда не могла себя заставить что-либо делать, если это не было приказом ее отца. Если спросить: есть ли на свете человек, которого она всем сердцем ненавидит, то правильным ответом будет — Отец. Это, пожалуй, единственное, что связывало Ната и Виолетт после общих родителей и рыжих волос — ненависть к отцу. Казалось бы, как такое нежное и ласковое слово может вызывать бурю эмоций, и среди всех чувств было чувство тревоги и тошноты. В один из множества таких же, когда Мясник приказывал сделать что-то с трупами после его развлечений, реже после приказов его босса, Виолетт облажалась. Она знала человека, которого Отец так бессердечно изуродовал, но большая часть лица осталась неизменно, благодаря чему ей удалось разглядеть мистера Стива, живущего за три дома от неё. Его судьба показалась ей очень печальной, и Виолетт надеялась, что никогда не произойдёт такого же с ней самой. Мистер Стив был очень добрым и открытым человеком средних лет. Один раз он даже подвёз ее до дома после школы. У него была дочь Моника, она была младше Виолетт на 3 года и училась в той же школе что и она. Тогда Стив предложил отвести ее домой «нечего домой под дождем пешком идти», Виолетт согласилась. После такой поездки у неё с Отцом состоялся серьезный «разговор» о том что у них были условия — не общаться с другими людьми, только с теми про которых знал Мясник, иначе это повлечёт последствия и они не понравятся Виолетт. Виолетт не была известна причина, по которой Отец расправился с соседом. Ей не хотелось думать о ней, она думала о Монике. Она совсем ребёнок, как она справится с потерей папы, который «пропал бесследно». Пока Ви думала о дочери Мистера Стива, она услышала приглушённый стук в входную дверь. «Это полиция» была ее первая мысль. Она быстро спрятала труп с шкаф на другом конце подвала, где хранились все инструменты Отца, быстро протерла пол, что бы на первый взгляд подвал казался обычным и выбежала к себе в комнату. Отдышавшись, Виолетт пошла в холл, чтобы посмотреть кто пришёл, но там никого не было. Ее охватил страх, ноги подкрашивались. Они ушли в подвал. Они точно в подвале. Она рванула в сторону запретной комнаты, как услышала тихие разговоры на кухне, мимо которой она пробегала. Постояла минуту, подумав, входить или нет: если это друзья Мясника, то ей точно будет не хорошо, а если это соседи, редко заходившие в гости, они считали Мясника очень дружелюбным человеком, или полиция, то тогда ей обязательно надо войти. Виолетт вошла. Ничего удивительного яви не увидела. За столом сидела соседка и Мясник. Они о чем то очень вежливо и увлечённо разговаривали, попивая чай, пока Отец не видел Виолетт. — Проходи, ты чего там стоишь? Знакомься, это Люси, она переехала в дом напротив неделю назад. Пришла знакомится со своими соседями, — очень удачный дом она выбрала для спокойной старческой жизни со своей семьей, — что ты замолчала? — Я Виолетт, приятно познакомиться. Извините мне надо делать уроки, завтра очень тяжелый день. Ви уже хотела развернутся и уйти. Ей даже показалось это возможным, потому что никто ей ничего не сказал. Но тут ее Отец решил возразить: — Даже чаю с нами не попьёшь? Это не долго Люси уже скоро уходит, ей надо закончить разбирать вещи после переезда. Надо же, переезд занимает столько времени, я и не знал. — Да, это просто ужасно. — Люси продолжала отвечать ему на вопросы и изредка задавала их сама. Налив себе чай, Виолетт села рядом с Отцом и старалась не вникать в разговор и молча пила чай. Она думала, что сказать Натану, чтобы он нанёс ей минимум повреждений за эту глупость. Ведь за час она не могла сделать ничего серьезного, но порезать тело на части она бы смогла. Люси уже допила свой чай и собиралась уходить, а Виолетт наслаждалась этим моментом, когда Натан не может ей ничего сделать, ведь уже через несколько секунд будет то, единственное чего она боится — остаться наедине с Отцом. — Так-так, Виолетт, доченька, пойдём посмотрим итог твоих трудов. То слово, каким Натан назвал Виолетт очень резался по ушам. Он знал, что, когда войдёт в комнату увидит хоть что-то, из-за чего сможет наказать свою дочь. Так и случилось: Мясник не заметил конечности Стива, чему был очень удивлён. Спросив Ви, в ответ он получил только молчание. Получив больную пощёчину Виолетт открыла дверцу шкафа, из которой тут же повалились части тела, а вместе с ними ещё несколько инструментов, плохо прикрепившиеся к стене. Среди них была отвертка, которой Ви недавно проткнула шею кошке, конечно это было желанием отца. Виолетт любила кошек. Запах был отвратительным. Натан громко засмеялся и резко наклонился за одним из пальцев трупа, лежавшего около его ног. Виолетт напрягалась ещё больше, хотя казалось, куда ещё больше, но видимо было. Только Ви открыла рот, чтобы мазалась хоть что-то похожее на объяснение всего что здесь произошло, палец, с рвотным запахом и кровью смешанную с грязью, оказался у неё во рту. Она мигом начала его выплевывать, помогая себе руками, но тут же уже не ее рука прижала рот, из-за которой не получалось вытащиться палец. Этой же рукой Мясник прижал Виолетт к стене так сильно, что у нее начинала болеть голова. — Я сказал тебе избавиться от трупа, а не спрятать его по частям. — Рука все сильнее и сильнее давила на лицо Ви, она уже не могла дышать. — Какого хрена ты вышла из подвала, не было такого приказа. Ты делаешь все так же как и Младший. Разочаровываешь. С этими словами Мясник схватил ту самую отвертку, на ней ещё были следы крови, и, пока Ви тщательно сплёвывала, чтобы не осталось той вони, что источал палец, и пыталась отдышаться, он резким движением руки рассек ей кожу на лбу. В школу Виолетт ходила с пластырем на лбу. На вопросу что за рана, она отвечала что очень не уклюжая и упала, когда вставала с кровати рано утром, и что она сама не знает как это произошло, только помнит ужасную боль и темноту в глазах. Тогда она очень перепугалась, а врача сказал, что это всего лишь рана и она пройдёт через неделю. Все верили в рассказы Виолетт и возмущались, как врач не сказал мне идти расшивать руну, и говорили, что он очень халатно отнёсся к своей работе. Никто и не подозревал, что Виолетт живет в одном доме гораздо хуже чем просто с тираном. Она делит своё жильё с настоящим монстром. Ви отказывалась принимать тот факт, что она такая же. Так говорил Отец. Ангел не рождается, если его родители настоящие дьяволы.