I will turn on your sun

В свой выходной, который Виолетт составила себе сама, сказав, что отравилась, она только к вечеру соизволила подняться на ноги и сделать хоть что-то продуктивное. Стоун вышла на пробежку. После вечерней пробежки, зашла в свой названный дом на ближайшие несколько лет и села на кухне попить кофе, к ней зашёл Нил. Диалог не то чтобы шел туго, его вообще не было. Поэтому она решила взять инициативу на себя: — Ты чего тут делаешь? На сколько мне известно, тут живёт женский пол этой команды. Нил хоть и умело скрывал свои эмоции, но недосказанность ощущалась в воздухе между ними. — Не похоже, что ты заблудился. Ты к кому пришел? — Как прошла твоя первая тренировка? Виолетт не скрывала своего удивления от такого простого вопроса. Видно, что человек пришел к ней не с дружеской беседой мол «как прошел твой день и что ты ела сегодня». — Нормально. Так что ты хотел? Понял Нил, что он находится не в том месте и не в то время или же просто испугался того вопроса с которым он пришел сюда, но он встал и сказал, глядя Виолетт в глаза: — Я просто хотел сказать, что завтра будут занятия. И то, что ты играешь за нас не освобождает тебя от них. Не прокатят и твои отмазки, как сегодня. Спокойной ночи. Девушка промолчала. Нил развернулся и резко, но практически бесшумно, открыл дверь удалился. Перед Виолетт остался вопрос: лечь спать или сидеть и ждать утра, потому что практически между ними разницы нет, но она выбрала первый вариант. Лечь и расслабиться-вот, что ей надо сейчас спустя часы мучительной пробежки. Прогнав терзающие ее мысли долгие годы, она наконец уснула. *** Виолетт не снятся сны, ну или она их не помнит, а если и помнит, то это точно будут кошмары. Хотя вряд ли найдется что-то страшнее, чем реальная жизнь. Будильник звучит очень устрашающе в звенящей тишине комнаты. Определенно из-за этого будильника просыпается не только владелец, но и ближайшие к нему люди-которые между прочим хотят спать. — Робертс, твою мать! Нахрена ставить будильник так рано? — спросони спросила Виолетт еще хриплым голосом, неотошедшем ото сна, — ну или можешь его ложить под подушку, чтобы он не звенел так громко? Иначе я тебя сама твоей же подушкой придушу. — Что злая то такая? — единственное, что она могла ответить на угрожающие ей слова, — тебе так то тоже надо на занятия. — Я знаю. Сколько время? — Полседьмого. «Замечательно, просто великолепно!» — вот, что пролетело в голове у Виолетт до того, как Симон, спрыгнув со своей кровати, побежала в ванну. Как всегда на долго. — Слава тем людям, кто построил здесь еще одну ванну, — выразила свои благодарности вслух Виолетт. Занятия проходили скучно. В частности, это из-за того, что Виолетт, мало того, пропускала свои занятия в школе, так еще и упустила несколько лет обучения. Поэтому ничего, кроме сидящего спереди громилы, не спало ее день, Удобно устроившись, она задремала прямо под монотонный голос преподавателя. Проснулась она только тогда, когда ее плеча кто-то коснулся. Вздрогнув от неожиданного прикосновения, Виолетт подняла голову. — У нас тренировка. Виолетт смотрела в спину удаляющему Нилу. Она протерла глаза — все вокруг расплывалось, спина затекла, а руку, на которой лежала девушка, она не чувствовала. Яркие оранжевые цвета заставили поморщится, еще не привыкшим к свету, глазам. — Ола, Виолетт! — Не делай вид, будто ты жила в Колумбии всю жизнь, а не переехала на год из-за родителей. Переодевалась Виолетт практически последняя, так как все девушки уже были на поле. Последний раз она посмотрела на себя в зеркало- вроде шрамов даже не просвечивает. — Лоб скотина! — но уже ничего не сделаешь, и Виолетт выбегает на поле ко всем остальным. Тренировка проходила как всегда — ничего интересного, кроме препираний Эндрю с тренером, не было. — Как ты это делаешь? — в удивление самой себе Виолетт задала вопрос Эндрю после тренировки. — Что делаю? — То что тебе хочется. — Мне надо всегда делать то, что хочется другим? В этот момент Эндрю завернул за поворот и скрылся из поле зрения Виолетт. Немного постояв и подумав, она сделала вывод, что ничего нового он для нее не открыл. Это был их первый более менее диалог. Виолетт не привыкла первой заводить общение и это ей было новое чувство, ведь раньше за ней пристально следил ее отец и его подсосники, а Симон с ней первой начала диалог. По правде говоря, Виолетт не очень хотела этого разговора. Страх — единственное, что она чувствовала при первом общении с ней. Она боялась отца, мафию, людей на улице, себя. Но потом все эти страхи испарились так же, как в ее жизни стало привычкой ходить с Симон в парк. — Ты чего стала как вкопанная? Виолетт вздрогнула от резкого и громкого вопроса. Пора бы уже что-то делать со своей зашуганностью, но явно не сейчас. — Хочу курить. — Пошли. На улице практически никого не было. Докурив сигарету, Стоун кинула бычок в кусты и жестом показала Симон на дверь, мол «пошли». Симон открыла дверь и зашла внутрь, Виолетт обернулась и посмотрела на красный закат. Вдруг мимо нее пролетает недокуренная потушенная сигарета, очевидно с верхних этажей, но она не стала заглядывать на верх в ожидании увидеть там кого-то-Симон уже звала ее.