Ты - мой мир!

Особняк Хоби пестрит разноцветными огнями, повсюду установлены композиции из живых цветов, развешены декоративные фонарики. На лужайке перед домом расположилась небольшая сцена с музыкантами, по периметру расставлены столы с закуской. Всё выполнено дорого, но со вкусом. Тэхён отмечает, что его свадьба прошла куда скромнее, чем помолвка Хосока, ох уж этот американский стиль. На поляне уже собралось не мало народа, но виновников торжества Тэ находит без труда, они окружены гостями, которые обнимают их, говорят свои пожелания. Со стороны, к вновь прибывшим Тэхёну и Суён, подходит сестра Хосока, Давон. - Тэхён, Суён, я так рада вас видеть, проходите, Хоби очень вас ждал, думал уже, что не прилетите. Гости кланяются почтительно. - Как добрались? - Спасибо, нуна, хорошо долетели. - Суён, для тебя, наверное, такие поездки слишком утомительны теперь? - Я люблю разные мероприятия, жаль, что Тэхён-и слишком поздно сказал, что мы полетим. Я не успела подобрать наряд. - Ты прекрасно выглядишь. Тэхён практически не слушает, о чём болтают девушки, всё, о чём он может думать, прилетев в Лос-Анджелес, это то, что скоро увидит Чонгука. Рыщет взглядом между гостей, но не может найти. Видимо тот ещё не приехал.Да и остальных друзей не видно. Хосок, завидев долгожданного друга, тянет за собой Алисию к Тэ. Та улыбается лучезарно, выглядит ещё лучше, чем запомнилась с последней встречи. - Тэхён-а! Друг! Крепкие объятия не дают вздохнуть. Девушки рядом обмениваются дежурными приветствиями. После, Тэхёна обнимают тонкие нежные руки Алисии. - Мы так рады, что вы приехали! - Я не мог не приехать, несмотря ни на что. - Дружище, мы с тобой обязательно пообщаемся позже, сейчас располагайтесь, кушайте, пейте, танцуйте. Остальные мемберы у бассейна, вы самые последние приехали. Проходите, а мы пошли дальше, всем нужно уделить внимание. Тэхёна захлёстывает предвкушение, сейчас, ещё минута, и он встретится со взглядом любимых глаз, даже если не увидит в них никаких чувств. - Да, мы понимаем. И новоиспеченные жених и невеста убегают в сторону сцены. А Давон ведёт Тэ и Суён к бассейну, где их встречают Чимин, Юнги и Намджун со своими девушками, и Джин. Четверо. Чонгука нет, наверно глупо, но настроение Тэхёна падает ниже плинтуса. Он так долго представлял себе эту встречу, что чувствует себя обманутым. - Ребята, посмотрите кого я вам привела. – Давон подталкивает задержавшихся к бассейну и уходит. Чимин летит к друзьям стрелой, снося по пути шезлонги и зонтики. Остальные восторженно улюлюкают и машут. Ребята уже изрядно пьяны, видимо приехали сильно заранее. - Тэхён-аааа! – Чим прыгает на друга и дарит дружеский пьяный поцелуй в щеку. – Ах ты, обманщик! А говорил, что не поедешь! - Я не мог пропустить такую встречу. – Тэ подталкивает Суён к барной стойке, где та благополучно устраивается в плетёном кресле. Подружки Юнги и Намджуна встречают девушку холодно, тесного общения у них не наладилось из-за разницы в возрасте. Суён намного младше всех здесь присутствующих, ей всего двадцать пять. Разницу в десять лет Тэхён ощущает ежедневно, она проявляется в разных стремлениях и желаниях, разных увлечениях и времяпровождении. Иногда он чувствует, что живет под одной крышей с абсолютно чужим человеком. Единственное ради чего он терпит и старается каждый день, это скорое рождение дочери. Тэ так сильно мечтал о детях, что ради них готов сглаживать любые острые углы, идти на компромиссы. Да, беременность Суён стала для Тэ, познакомившегося в пьяном угаре в клубе с молодой начинающей актрисой, с которой он провел всего одну ночь, полной неожиданностью. Но он поступил так, как и должен любой мужчина. Когда узнал о том, что девушка беременна, взял её в жёны. Сама Суён хотела сделать аборт, но Тэ и родственники не позволили. Теперь они одна семья. И дочь, это единственное в его жизни, о чём он не будет жалеть никогда. Из-за угла появляется Хосок, за руку он ведёт счастливую невесту и смотрит в экран телефона, разговаривая с кем-то. - Всё, я на месте. Теперь, все точно в сборе. – Наверное, когда-нибудь сердце Тэхёна не выдержит постоянных встрясок, потому что, только взглянув на Хоби он понимает, с кем тот разговаривает. – Ребята, у меня тут пропавший. – Он разворачивает экран, и все друзья взрываются громкими приветствиями. А Тэхён забывает, как дышать, с экрана на него смотрит счастливый, улыбчивый, красивый Чонгук. Он изменился, но в тоже время остался всё таким же родным и знакомым. И Тэ умирает внутри от нежности и любви, но снаружи остаётся абсолютно невозмутимым. - Ты где, братишка? Почему не приехал? – Джин подходит ближе к телефону. - Привет, друзья! Я в Мексике! Эта страна меня точно невзлюбила. Больше я сюда ни ногой, даже несмотря на всю красоту. Мы второй день торчим в аэропорту, рейс откладывали из-за непогоды. Но сейчас уже всё успокоилось, через час вылетаем. - А где Трой? – Хосок разворачивает экран к себе и Алисия, опираясь на его плечо, машет Чонгуку. - Привет, дорогая моя, поздравляю вас с помолвкой! – Голос Чонгука звучит нежно при обращении к девушке, чувствуется тёплое отношение. Тэхён получает укол ревности от всего происходящего, он чувствует себя чужим здесь, не нужным. Ему так хочется сидеть сейчас с Чонгуком в аэропорту, прижиматься к его сильному плечу и болтать с ребятами через экран телефона. – Трой ушёл за кофе, сейчас придёт. По секрету тебе скажу, что он везёт вам в подарок какую-то порнографическую статую. Я пытался его отговорить, но... По ту сторону экрана слышится чужой голос. - Ну чего ты болтаешь, это статуя бога плодородия и материнства. - У неё же причиндалы огромные торчат, как такое можно дарить? – Хосок смеётся так заливисто, перекрывая разговор, и Тэхёну хочется попросить его замолчать, чтоб он и дальше мог наслаждаться любимым голосом. - Это же древнее искусство, ничего ты не понимаешь! Хоби, ну хоть ты ему объясни. - Не переживай, дорогой, в нашем доме найдется место и для такого искусства. – Вмешивается в разговор Алисия. - Я всегда знал, что вы заодно! Вообще-то вы мои друзья, не забывайте об этом. – Чонгук смеётся с экрана, когда ему прилетает шуточная подзатрещина, и выглядит очень спокойным и непринужденным. Его длинные чёрные волосы собраны на затылке в неряшливый пучок, что совсем его не портит. Несколько прядей падают на загорелое лицо. На брови и губе видны небольшие шрамы, пирсинг больше не украшает лицо парня, что служит Тэхёну напоминанием его вины. И он напоминает себе, при каких обстоятельствах они виделись в последний раз, и то, что он больше не имеет права ни на что, ни на любовь, ни на ревность. - Чонгук, когда вы прилетите? – Чимин вклинивается в разговор и ведёт себя так, как будто совсем не удивлён встрече с Чонгуком, как будто видит его каждый день. До Тэхёна вдруг доходит, что скорее всего, всё это время, ребята продолжали общаться, не теряли связь. Что это он был изгоем, добровольно изолировался от Гука и всех новостей о нём, но не друзья. - Чимин-а, привет, друг. Ночью уже прилетим. - Джей, скажи им. – Трой наклоняется к уху Чона и шепчет что-то. - Ах, да. Раз уж мы провинились перед женихом и невестой, нам нужно как-то загладить свою вину. Поэтому… - Поэтому мы приглашаем вас всех завтра к нам на барбекю. – Блондин выглядит несказанно счастливым. – Мне очень хочется наконец познакомиться со всеми друзьями своего мужа. Что? Тэхён переводит шокированный взгляд на Хосока, и тот встречает его с грустью. Извиняется глазами за то, что умолчал. - Ну всё, посадку объявляют. Ждём вас всех завтра. Отказы не принимаются. Пока. Хосок прощается с Чонгуком и выключает звонок. А Тэхён, не видя ничего перед собой, бредёт в сторону дома, где его догоняет Хоби. - Прости, Тэ. Если бы я сказал, ты бы не поехал. - Когда? - Что когда? - Как давно они поженились? Вы все были на их свадьбе, а от меня скрыли? - Всё не так. – Хосок сжимает плечо друга в успокаивающем жесте. – Я говорил тебе, что когда он узнал, что у тебя будет ребёнок, то решил жить дальше. Трой всё это время был рядом, поддерживал… - Я спрашиваю, как давно? - Они встречаться начали только три месяца назад, а месяц назад позвонили и сказали, что поженились, никого не звали, ни с кем не обсуждали. По сути, они только возвращаются из свадебного путешествия. - Быстро же он, а со мной твердил: «Не время». Я как дурак, как только он предложение сделал, костюмы заказал, до сих пор в шкафу висят. Сил не хватает выкинуть. - Тэхён, он был болен тогда. Не вини его. - Бедняжка Гук, бегают все вокруг него, ублажают, заботятся. Бесит! - О чём ты, Тэ. У тебя жена и ребёнок скоро появится! В чём ты его обвиняешь? И действительно, какое право он имеет осуждать Чонгука, когда сам не хранил верность их отношениям. - Ты прав, прости. Всё это слишком для меня, зря я приехал. Мы уезжаем, не обижайся. - Я бы хотел, чтоб вы попытались снова стать хорошими друзьями. Но если для тебя это слишком, я не буду настаивать. Ты мой друг, и я переживаю за тебя так же, как и за Гука. Не пропадай больше, мне тебя очень не хватало. И Тэхён уходит, забрав с собой жену, чтобы всю ночь мучаться от жуткой ревности к тому, на кого больше не имеет никаких прав. Но разве сердцу прикажешь? Уходит, чтоб всё утро злиться на себя за то, что не может купить обратный билет, зная, что всего в нескольких кварталах от него живёт и дышит самый дорогой на свете человек. Уходит, чтобы днём, выслушав от Суён кучу претензий и возмущений, и смирившись со своей ничтожностью и слабохарактерностью, позвонить Хосоку и узнать адрес Чонгука. Уходит, чтобы вечером стоять перед его дверью с дико колотящимся сердцем и подкашивающимися ногами. Чтобы, когда дверь перед ним откроется, наплевав на косые взгляды Суён, сжать Чонгука в сильнейших объятиях и шептать: «Прости! Прости! Прости!». И слушать на повторе такое необходимое: «Прощаю! Давно простил, Тэ! Давно!» *** У Чонгука новая жизнь, большой дом, по которому бегает и резвится Бам и ещё какая-то собака. У Чонгука новая жизнь, барбекю на заднем дворе, огромный бассейн, суперновая стереосистема и любящий муж, который сидит у него на коленях и обнимает за шею, перебирая тонкими пальцами длинные, выбившиеся из пучка пряди. У Чонгука новая жизнь, новые планы и мечты, новые друзья и работа. Этот Чонгук расслабленный, освобожденный и до безумия красивый, к этому Чонгуку хочется прикоснуться до зуда в пальцах. А Тэхён просто ничтожество, потому что должен радоваться за друга, но смотрит на всё это и умирает. Ему хочется, чтоб Чонгук был его, чтоб этот дом и собаки, и даже грёбаное барбекю было их общим. Он мечтает сидеть на его коленях и перебирать темные пряди, ему жизненно необходимо, чтоб Гук, так же как сейчас к Трою, забирался к нему под рубашку и гладил своими шероховатыми пальцами спину. Чтобы шептал что-то на ухо и утыкался носом в шею. Оттого ненавидит себя и грызёт изнутри, стараясь не показывать это внешне. - Ребята, давайте поднимем тост, и я пойду жарить мясо. – Джей встаёт со своего места, пересаживая мужа на диванчик, и разливает всем напитки. Трою и Суён наливает сок. – Я не силён в тостах. Давайте, за долгожданную встречу, я рад что все мы в сборе. Надеюсь, теперь наши встречи будут чаще. Очень хочу, чтоб когда-нибудь, наши дети вместе играли рядом на поляне или в бассейне. – Чонгук с теплотой смотрит на Суён, и та отвечает ему такой же милой улыбкой. Все чокаются и выпивают первые стопки. За столом назревает оживленная беседа, а Чонгук уходит в дом. Следом за ним удаляется Трой. Возвращаются спустя несколько минут с мясом и овощами, по дороге обсуждая что-то, и улыбаясь друг другу. Чонгук уходит к барбекю, а Трой присоединяется к гостям, сразу вливаясь в беседу. - Джини, я слышал ты недавно с подружкой расстался. – Трой смотрит на Джина участливо. - Неужели? Почему я не знал? – Чимин выглядит шокированным. - Ни одна девушка не выдерживает мой характер. - Не характер, а твою игроманию, нельзя столько времени проводить за компьютером. К тебе же днём невозможно в гости прийти, ты постоянно спишь, а ночью в игры рубишься. Кому такое понравится? – Намджун строго отчитывает старшего приятеля, попутно закидывая в рот закуски. - Не всем же быть такими идеальными как ты, Джун-и. – Джин кривит противную рожицу. – Я вот вообще, глядя на Гука, решил, что больше с девушками встречаться не буду, переквалифицируюсь в гея. Мужик мужика всегда поймёт. Правда, Трой? - Боюсь тебя огорчить, Джин, но это так не работает. Тебе либо нравятся мужчины, либо нет. - Мне в компьютер играть нравится, но с ним, к сожалению, семью не создашь. А с мужиком хоть выпить и поговорить по душам можно. Суён ставит на стол свой бокал с соком и морщит тоненький носик, глядя поочередно на Троя, на Чонгука и на Джина. - Вы что хотите думайте, но я считаю, что это не нормально. Трой поворачивается к девушке и принимает самую заинтересованную позу. - Что же вам, леди, кажется ненормальным? - Ненормально, что мужчина спит с мужчиной, и, тем более, сочетается с мужчиной браком. Все собравшиеся за столом мечутся взглядами между Тэхёном, Суён, Троем, и, прислушивающимся к разговору, Чонгуком. - А я вот, юная леди, считаю ненормальными браки, в которых мужчина бьёт свою жену или детей, браки, в которых двое людей не любят друг друга, изменяют, браки по расчёту и ещё много всего. А любить человека и хотеть прожить с ним всю жизнь, это вполне для меня нормально, даже если этот человек одного с тобой пола. В конце концов сердцу не прикажешь. Трой несмотря на всю провокационность беседы, ведёт себя расслабленно. Чонгук очень восхищается его способностью с таким спокойствием отстаивать свою позицию. В этом Сиван стал для него примером для подражания. - Возможно ты прав, но я останусь при своём мнении. Всё-таки секс двух мужчин – это мерзко. – Девушка передёргивает тонкими плечиками и откидывается спиной на своего мужа, поглаживая аккуратный животик. - Ну а ты, Тэхён, тоже считаешь, что секс двух мужчин – это мерзость? – Трой позволяет себе откровенную провокацию. Смотрит на Тэ с вызовом, понимает, что жена не знает о его опыте отношений. Ситуацию спасает Чонгук, подошедший со спины и обнявший блондина. - Любимый, у всех разные мнения, давайте сегодня не будем вести такие серьёзные разговоры. Главное, что мы с тобой счастливы. - Да, ты прав, нальёшь мне бокал вина? - Не думаю, что это хорошая идея. – Чонгук смотрит на мужа встревоженно. - Ну же, не будь букой, открой то вкусное вино, которое мы привезли с Кубы. Девушки тоже его оценят. - Ты уверен? - Да. И Гук удаляется в дом за вином, а вернувшись, разливает его по бокалам и снова уходит к мясу. Тэхён наблюдает за ним со стороны, совсем не обращая внимания на разговоры друзей, а немного погодя, сдаётся и подходит к огню. Гук, как всегда, сосредоточен на готовке, этого у него не отнять. Тэ ещё ни разу не встречал людей, настолько увлечённых приготовлением пищи. - Привет. - Привет, я сейчас уже принесу первую партию. - Я просто хотел постоять рядом с тобой. Можно? Чонгук медлит немного с ответом, кидая обеспокоенный взгляд на Троя, наблюдающего за ними со своего места. - Да, конечно, Тэ. - Спасибо. Почему ты не хотел наливать Трою вино? Прости, если лезу не в своё дело? - Тогда в Мексике, при кораблекрушении, у него была черепно-мозговая травма, и теперь часто болит голова. Мы уже поняли, что даже после одного бокала вина, голова обязательно разболится, поэтому он совсем перестал пить. - Почему же сейчас захотел? Чонгук горько усмехается, склоняя голову. Блики пламени пляшут на его лице, предавая ему невообразимо нежный вид. - Он нервничает, Тэхён. Пытается скрыть, но для него, как и для меня, как и для тебя, эта встреча очень волнительная. В нём тоже живёт очень много страхов. - Он знает о нас? - Конечно, у нас нет секретов. - Понятно. – Тэхёну больно думать, что для Гука кто-то смог стать дороже и ближе, чем он сам. - Я рад за вас с Суён, ты всегда мечтал о семье и детях. - Я мечтал, что ты будешь моей семьёй, и это будут наши дети. - Не нужно, Тэ. Чонгук перекладывает готовое мясо и овощи на блюдо и уходит к гостям, но через минуту возвращается и раскладывает на барбекю новую порцию. - Я приехал, чтоб попросить у тебя прощения. - Я не винил тебя никогда, я сам виноват. - Я знаю, Хоби сказал мне, но всё же, я поступил как ублюдок. Мне очень сложно было жить с этим. - Тэ, тебе было больно. Я сделал тебе больно. Конечно, мы можем рассуждать о том, как нужно было правильно поступить. Я просил тебя дать мне время, но ты поступил по-своему. Могу ли я винить тебя за это? Ведь по итогу ты спас мне жизнь, за что я безмерно тебе благодарен. - А после чуть не убил своими руками… - Я жив. - Скажи, если бы я не был женат, у нас был бы шанс, Чонгук? - Тэ, каждый из нас получил то, о чём мечтал. Ты семью, я свободу. Даже если в итоге, полученное совсем другое и совсем не с теми людьми, с которыми бы хотелось. - Почему всё так? Мне не верится, что всё это со мной происходит, кажется, что проснусь, а рядом на подушке твоё сонное лицо… - Не нужно, пожалуйста. Давай попробуем просто дружить? Это всё, что нам теперь доступно. - Ты любишь его так же как раньше любил меня? - Я больше не хочу ТАК любить, это больно. Но если я люблю его по другому, то это не значит, что люблю его меньше. Просто это другая любовь, она не причиняет мне боль. Со спины слышатся шаги, и Чонгук оглядывается, к ним, покачиваясь идёт бледный, как мел, Трой. - Джей, голова разболелась… - Солнце, я же говорил, что не нужно, идём в дом. Тэ, присмотри за мясом. Он обнимает мужа за талию и осторожно, бережно, как самое драгоценное из сокровищ, ведёт в сторону дома. Но в голосе его чувствуется нарастающая паника. Когда они скрываются из вида, Тэхён подзывает Юнги и просит его дожарить мясо, а сам идёт следом за хозяевами дома. В доме к Тэ подбегает Бам, трётся своей мордой, ластится, облизывает руки. Узнал. Эта мысль согревает больное сердце. Тэхён движется на звуки речи, доносящиеся со второго этажа. Сам не понимает, зачем так бесцеремонно вторгается в личное пространство двух людей. Но, как вор, хочет ухватить хотя бы частичку семейного счастья, подглядеть, запомнить, даже если потом будет очень больно. Нужная комната находится быстро, из-за приоткрытой двери льётся тёплый свет и слышится голос Чона. Тэхён подходит поближе, прижимаясь к косяку и вглядываясь в глубь комнаты, задерживает дыхание, чтоб не пропустить ни одного слова. - Детка, сильно болит? Таблетку или сразу укол? – Чонгук гладит мужа по голове, сидя рядом на кровати. Трой катает голову по подушке, пытаясь унять боль. - Меня тошнит, Джей, помоги дойти до ванной. - Я отнесу тебя. Давай же, держись за шею. – Но блондин будто не слышит его, хватаясь дрожащими руками за волосы. Чонгук подхватывает его, как пушинку, и несёт в ванную. После, оттуда слышится звук воды, перекрывающий все остальные звуки. Спустя несколько минут, Гук выносит из ванной практически бездыханное тело и срывается в сторону коридора. Тэхён пугается, но парень пролетает мимо, даже не заметив его, и возвращается уже с уколом руках. - Чонгук, что происходит? Я могу чем-то помочь? - Не сейчас, Тэхён… И он залетает в комнату, даже не прикрыв двери. Присаживается на кровать, снимая с Троя рубашку, натирает спиртовой салфеткой предплечье парня. После чего ставит укол, настолько быстро и технично, что становится понятно, что делает это не первый раз. Откидывает пустой шприц на тумбочку и сгребает любимого в объятия, начиная укачивать, как маленькое дитя. У Тэхёна нет сил смотреть на это, но и уйти он не может, просто садится в коридоре у двери и ждёт. Чего ждёт, сам не понимает. Но через некоторое время, он слышит слабый, хриплый голос. - Я опять напугал тебя? - Не разговаривай, отдохни. - Прости, я не должен был пить. Знаю ведь, чем это заканчивается, но каждый раз кажется, что сегодня точно ничего не случится. Испортил тебе встречу с друзьями. - Мне страшно, Трой, нужно ещё раз обратиться к врачам. - Ничего нового они не скажут, только время потратим. Давай просто жить и наслаждаться каждым мгновением вместе. - Не люблю, когда ты так говоришь. Как будто прощаешься. Некоторое время в комнате стоит молчание. По щекам Тэхёна катятся крупные слёзы. Наверно именно сейчас он наконец понимает, что его Чонгук теперь любит другого человека. Что он планирует прожить с ним всю жизнь, заботиться о нём и оберегать. От этого становится так больно. По коридору, в сторону Тэ идёт Чимин. Тэхён подносит к губам указательный палец, призывая его к молчанию. И теперь уже два человека становятся свидетелями чужой жизни. - Я хочу детей, Джей. Двоих, похожих на тебя, мальчика и девочку. - Ты действительно готов, или просто хочешь меня удержать рядом с собой? - Я очень хочу тебя удержать, но это не имеет отношение к детям. - Тебе не нужно держать меня, я и так весь твой. Как там мы поклялись у алтаря? Пока смерть не разлучит нас? - Думаю, что не смогу отпустить тебя и после смерти. - Не отпускай. Никогда. - Так что на счёт детей? - Я согласен, но ты должен пообещать мне, что снова пойдёшь ко врачу. Мне каждый раз очень страшно, что я не успею помочь тебе, и случится непоправимое. Это моё условие. - Обещаю. Из комнаты слышатся звуки поцелуев, а в коридоре Тэхён тихо сползает на пол, теряя последние нити, которые удерживали его на земле. Чимин поднимает его за грудки и встряхивает слегка. Тянет к выходу, шёпотом пытается привести в чувства. - Давай же, Тэ. Нечего тебе тут делать. Нужно улетать, это была плохая идея. Не нужно было тебе приезжать. - Я не уеду из Америки, Чим. Я останусь здесь, с ним. - У него другая жизнь, у него муж. Зачем ты мучаешь себя? - Я останусь как друг, как тень если нужно. Я не смогу снова жить без него. - Приди в себя, у тебя жена, дочь скоро родится. Ей нужен отец, нормальный отец. Слова о дочери, как пощёчина, отрезвляют моментально. И Тэ на согнутых ногах плетётся за другом. Оставляя здесь, в Америке, в этом доме своё разбитое сердце, в надежде, что когда-то вновь сможет приехать и остаться навсегда.