Они встретились у моря…

— Эй, Рем, что читаешь? — послышался знакомый голос. Это был Блэк. Сириус Блэк. Его близкий друг. Близкий друг Ремуса Люпина. Они были друзьями ещё со школьной скамьи. И у обоих были секреты. — Оу, привет, Бродяга! — улыбнулся Люпин и закрыл книгу. Это прозвище прицепилось к Сириусу уже давно. Кажется, Джеймс, ещё один их лучший друг, придумал его. Вообще, парни дружили вчетвером. Грозные «мародёры» всея гимназии: Джеймс Поттер по кличке «Сохатый», Сириус Блэк или «Бродяга», Ремус Люпин, к которому прилагалась кличка «Лунатик», но Блэк ласково прозвал «Мунни», и Питер Петтигрю, называли его просто «Хвост». Такая вот четвёрка. Однако вскоре после выпуска пути молодых людей разошлись. Около года Лунатик не встречался со своими друзьями, и тут тебе подарочек с небес! — Чёрт подери, ты, как обычно, сногсшибателен! — сказал Блэк и приобнял друга за плечи. — Не льсти мне. Ты же помнишь этот свитер, я носил его ещё в восьмом классе… — А я и не льщу! Ты так живописно выглядишь с книгой около моря, Мунни. Будь ты девушкой, я бы влюбился. Наглая ложь. Он уже влюбился. Это и был главный секрет Сириуса. Бродяга утопал в безответной любви к своему другу. Началось всё ещё с седьмого класса, а может и раньше. Однако неровно к нему дышали только девушки. Пришлось смириться, ведь Люпин мог его любить в лице друга и только. А у Сириуса было много подходящих моментов, когда он мог признаться, но это же плохая идея, Лунатик натурал, а своими чувствами Бродяга испортит их дружбу, и больше не будет возможности любоваться добродушной улыбкой Ремуса. Самым страшным сном для него было увидеть отвращение и презрение на лице возлюбленного. В свою сторону. После выпуска Блэк вроде бы свыкся и даже привык. Сигареты тоже помогали заглушить сердечные страдания. И вот одним солнечным днём решил прогуляться к морю и увидел знакомую фигуру. Голубоглазый сидел на бортике и читал какую-то книжку. В миг бабочки в животе Бродяги запорхали, тараканы в голове забегали. В общем, все чувства оживились. Морской ветер трепал русые волосы и полосатый свитер. На окружающих ему было по… по барабану. Ремус Люпин презирал грязные ругательства, и Сириус Блэк не мог позволить себе материться в его присутствии. Даже мысленно, не важно, что его никто не услышит. Не суть. Где-то минуты две длинноволосый просто изумлённо смотрел на Мунни. Сердце вырывалось из груди, казалось, пробивает рёбра. Да, Сириус соскучился. — Ой, ну ладно тебе. Ты куда-то шёл, наверное, а я тебя отвлекаю. — А, эм, нет. Я просто гулял, наоборот я отвлекаю тебя от чтения. Нет, он не отвлекал Ремуса, эта встреча гораздо лучше даже любимой книжки. Ну конечно, любой предпочёл бы любимого человека любимому произведению. Ещё есть вопросы? Ах, да точно! Что чувствует Люпин к Блэку? То же, что и Блэк к нему. Ремус Люпин уже лет шесть мучается глупой любовью к Бродяге. Откуда такие чувства? Да Лунатик и сам не понимает! Может из-за обворожительной, но такой доброжелательной улыбки, адресованной только ему; может из-за каждого раза, когда Сириус заступался за него, и в итоге начиналась драка; может из-за обеспокоенных взглядов, когда Блэк вёл его в медпункт и спрашивал: «Мунни, не сильно больно?! Эти подонки к тебе больше не сунутся!»; а может из-за глупых шуток в почему-наш-староста-красавчик-а-не-какая-то-крыса-зубрилка-стиле? Лунатик и правда не имеет ни малейшего понятия… Признание бы всё испортило. Вокруг Сириуса постоянно ошивались разные девчонки из разных классов и параллелей. И идиоту было ясно, что он предпочитает девушек в любовном плане. Уж лучше быть лучшим другом, который скрывает свои чувства от всего мира и страдает в одиночку, чем просто никем, кто огласил свой душевный груз, но в итоге на его плечи лёг ещё больший груз отказа. Нет, спасибо. — Ты тоже меня не отвлекаешь, Сириус. — Ну раз мы друг друга не отвлекаем, то можем прогуляться по набережной и наверстать упущенный год? — улыбнулся Бродяга своей изумительной улыбочкой, которую так любил Люпин, и похлопал друга по плечу. — Только если ты настаивае… — договорить ему толком не дали. Блэку повторять второй раз не надо. Он схватил Ремуса за руку и потащил вниз. К песочному пляжу. Если я скажу, что Мунни растерялся, то ничего не скажу, если скажу, что он прибывал в шоке и замешательстве, то этого тоже будет маловато. Взрывной и энергичный характер Бродяги до сих пор заставлял тащиться где-то сзади, будучи поддерживаемым самим Блэком, и стараться ни во что не врезаться. — Как там у Джеймса с Лили? — спросил Люпин, когда они вдвоём сидели на песке, не переживая за свои штаны, наблюдали, как солнце скрывается за морем. Солёный ветер красиво развивал русые волосы, а закатное солнце отражалось в грустных голубых глазах. У Бродяги сердце в груди сжималось. — Вроде они где-то снимают квартирку. Слушай, давай им фотку отправим? — Окей, я не против… Порывшись в кармане кожаной куртки, Сириус достаёт свой побитый мобильник, все только удивляются, что он его ещё окончательно не добил, и открывает камеру. Парни улыбаются в экран и показывают знак победы из двух пальцев. Получилась милая фотография, Блэк ещё долго будет ей любоваться. После она была отправлена контакту «Сохатый», и спустя минуту пикает новая Смска. Ответ. «Как дела у Лунатика? Где ты его нашёл?» Бывшие одноклассники смеются в голос. Чужие взгляды и перешёптывания их совсем не волновали. И в голове Бродяги проносится мысль: «Вот бы почаще так гулять с ним». Сейчас будет спойлер, у них не получится. Около получаса два мародёра болтали не о чём. О былом, о планах на жизнь. Когда совсем стемнело они уже думали расходиться. Холодный ветер уже продувает до костей, друзья не были одеты для ночных прогулок около моря. Однако Сириус окликает Люпина: — Рем! — Что-то случилось? — оборачивается Лунатик. «Давай, признайся ему, тряпка!» — набирается смелости Блэк. — Ремус Люпин, я, — мнётся Сириус, как же ему стыдно за себя, такую размазню, — я скучал по тебе. Давай будем созваниваться чаще? — Да, конечно, я только за! — с энтузиазмом кивает Ремус. — До встречи, Мунни! — грустно машет на прощанье Бродяга. — Я буду скучать! Они уходят в разные стороны и даже не оглядываются. Только солёный ночной и холодный ветер подгонял их… Вот так вот существуют два дурака, влюблённых друг в друга, но не знающих, что это взаимно, ведь не решились признаться. Прошу, не повторяйте их ошибок.