Не бойся

К вечеру Антон проснулся, он вспомнил, как рыдал у Арсения Сергеевича на руках и покрылся румянцем. — Так, Антон, ничего страшного не произошло, подумаешь плакал. — Пытался успокоить самого себя мальчик. Чтобы как-то отвлечься он вплоть до ужина читал книгу. К восьми часам в палату зашла женщина средних лет и поставила поднос с едой на прикроватную тумбочку. Аппетита не было совсем, поэтому он продолжал читать. — Антон — Позвал его голос со спины. Тоша вздрогнул и обернулся. — Павел Алексеевич? — удивлённо спросил юноша. — Он самый! — Весело подтвердил Воля. Подросток сел на кровати и отложил книгу. Паша сел на стул рядом. — Я тебе вообще-то лекарство принес, по просьбе Арса. Арсения Сергеевича.– Исправился мужчина и хотел выставить на тумбочку всё принесённое, но увидел ужин. — Так, а ты чего не поел то? Не нравится как кормят? — Переведя взгляд на подростка, поинтересовался Воля. Шаст пожал плечами. — Просто не голоден, а где Арсений Сергеевич? — Было довольно странно, что он сам не принес все необходимое. « Может он обиделся из-за вчерашнего?» думал парнишка. — Его начальство в Москву послало на обмен опытом, поэтому в Питер он вернётся только завтра вечером. — Оповестил Пашка, заметив, что паренёк погрустнел. — Антон, тебе нужно поесть, таблетки на пустой желудок пить нельзя. — Антон скривил лицо, но спорить не стал и, взяв поднос к себе, приступил к еде. Его прервал телефонный звонок, Тоша взял в руки гаджет и посмотрел кто. «Мать» гласила надпись на экране. Это ничего хорошего не означало. Шастун отставил поднос и, тяжело вздохнув, ответил, поднеся телефон к уху. — Ты, тварь, почему на звонки не отвечаешь?! — раздался из динамика крик матери. — Что ты хотела? — безэмоционально ответил вопросом на вопрос мальчик. — Как ты смеешь так разговаривать со мной?! Так, ладно, хотела сказать, чтобы ты не появлялся больше в моей квартире! Ты нам не нужен, мы тебя ненавидим! — После этих слов две слезинки скатились по лицу, было чертовски обидно. — Я тебя понял. — И сбросив вызов, Шаст швырнул телефон на противоположную сторону кровати. Паша, который заметил такую резкую смену настроения, встревожено посмотрел на него. Тоша вскочил на ноги и бросился в ванную комнату, захлопнув дверь. — Антон, что с тобой?! — Успел лишь бросить ему в след врач, как из ванной послышался звук разбитого стекла. — Антон?! — Воля влетел в комнату и увидел подростка, который сидел на коленях, прижимая окровавленную руку к своей груди, на полу неисчислимое количество мелких осколков. Паша поднял Антошу на ноги и помог дойти до кровати. — Сиди тут и не вздумай натворить глупостей! Я сейчас приду! — Воля покинул палату. Тоша сидел на кровати и смотрел пустым, не выражающим ничего взглядом, в одну точку. «За что? Почему меня все ненавидят?! Как же я задолбался всем угождать! НЕНАВИЖУ СЕБЯ! НЕНАВИЖУ ВАС ВСЕХ!.. ЧТОБ ВЫ ВСЕ СДОХЛИ!!!.. » были мысли в голове у Антоши. Когда вернулся Павел Алексеевич, то увидел ту же картину, что и до его ухода. Он сел напротив юноши и аккуратно взял его руку, смочив вату перекисью. — Сейчас будет щипать, придется потерпеть немного — Мягко предупредил его Паша и начал обрабатывать. Тоша зажмурил глаза и шипел от боли все это время. Закончив процедуру, Воля перибинтовал руку и убрал всё ненужное. — Антон, расскажешь, что случилось? — Павел потрепал его по плечу, но подросток только отрицательно мотнул головой и, накрывшись одеялом, лёг на подушку. — Ладно, не буду на тебя давить. Давай померим температуру. — Павел Алексеевич помог ему установить градусник, а пока измерялась температура, мужчина заставил его выпить все необходимые таблетки. За все это время, Тоша не произнес ни слова. Посмотрев на результат измерения, врач покачал головой. — 39,7°C - многовато, надо сбить. — Антон никак не реагировал на сказанное. Воля приготовил две инъекции, так как были назначены ещё и антибиотики внутримышечно. — Тош, переворачивайся на животик и спускай штаны с боксерами. — Мужчина видел состояние паренька, поэтому был мягок. Антон чуть замялся, внутри бушевал страх, но не было сил на сопротивление, поэтому он сделал всё, что его просили. Павел Алексеевич, также как и Арсений, положил одну руку на поясницу, а второй протёр участок кожи. У Антона уже виднелись слезы, но когда иглу ввели в кожу, он со всей силы сжал простыни руками и, уткнувшись лицом в подушку, зарыдал. Это были не просто слезы из-за страха и боли от инъекции, они также смешивались со слезами обиды на родителей, злости и ненависти, адресованным не только им, но и всем окружающим. Паша увидев, что подросток никак не успокаивается, сам натянул одежду на место и укрыл Тошу. Мужчина не ушёл, он сел на край кровати и, ничего не говоря, просто поглаживал спину Антона, понимая, что ему нужно выплеснуть эмоции. Ближе к двум мальчик уснул. Паша достал свой телефон и зашёл в чат с Поповым. «Геюга Попов» 01:47 Спит твой Тоша                         «Пашка» 01:48 Как он? Ты его все таблетки заставил выпить? «Геюга Попов» 01:51 Да угомонить ты, все с ним хорошо) Таблетки выпил, инъекции я ему вколол, правда он потом плакал около двух с половиной часов. И да, ему кто-то позвонил, а потом он разбил кулаком зеркало. Всю руку изрезал, но я ее обработал, так что жить будет.                         «Пашка»01:54 Кто ему звонил?! Ты узнал? «Геюга Попов» Нет, он не говорит. Не переживай, я за ним просмотрю, тем более ты завтра уже приезжаешь)                         «Пашка»01:59 Ладно, на тебя полагаюсь. До встречи) Воля выключил телефон и, ещё раз проверив Тошу, ушёл в свой кабинет.