Не бойся

– А сейчас иди умойся, малыш, и пойдем к ЛОРу… Подросток посмотрел на мужчину глазами кота из "Шрека". – Нуу, Арсенииий Сергеевич, давайте не пойдёём... Я себя хорошо чувствую, честно-честно, – растягивая слова, просил Антон. Арсений отрицательно покачал головой и слегка похлопал парня по плечу в качестве поддержки: – Я верю, что сейчас все хорошо, но вчера было иначе, помнишь? – парень обречённо вздохнул, смотря в пол. Арсений продолжил. – Поэтому ты не просто должен, а обязан пойти на приём, – растолковал все, как маленькому мальчику, врач. Антон театрально, - страдальчески вздохнул и, запрокидывая голову слегка назад, закатил глаза. – Иди уже умывайся, страдалец, – усмехнулся мужчина. Антон чуть нахмурился и, ворча под нос возмущения, ретировался в ванную. «Не убьют же они меня» - думал он, стоя перед зеркалом. – Хотя кто их знает, это же врачи... – Уже вслух усомнился подросток, рассматривая свое болезненно-бледное лицо в отражении. Антон вернулся в палату и, встав напротив лечащего врача, заявил: – Я пойду, если вы пообещаете, что не бросите меня, и мне ничего не будут делать, – мужчина сначала удивился, но потом встал со стула, на коем сидел пока ждал своего пациента, и подошёл ближе. – Значит, условия мне ставишь? – притворно строго спросил мужчина. Шастун, что ранее смотрел в голубые глаза Арсения, сейчас виновато опустил голову, нервно теребя свои кольца на руках. «Неужели я его разозлил?» - крутился лишь один вопрос в голове юноши. Арс понял, что паренёк нервничает. И поэтому мужчина аккуратно обхватил его запястье и нежно начал поглаживать по тыльной стороне ладони А второй рукой приподнял его голову и только тогда подал голос: – Ну как я могу бросить такое чудо, м? – смотря в зелёные глазки и улыбаясь, спросил Попов. Антон ответил на улыбку и вцепился в его руку, не желая отпускать. *** Добрались до кабинета ЛОРа они спустя долгие десять минут. Когда дверь открылась, в кабинете как и в прошлый раз сидел уже знакомый мужчина. – Доброе утро, молодые люди, – с улыбкой поприветствовал их Аркадий Петрович. – Что привело вас ко мне? – поинтересовался мужчина. –Здравствуйте, Аркадий Петрович, мы к вам на консультацию, – вступил в диалог Арсений. – Проблема в том, что буквально вчера я заметил у Антона на миндалинах гнойные нарывы, что способствовало повышению температуры тела, - объяснил всю ситуацию Арс, продолжая также держать паренька за руку. – Антон, присаживайся, - указал на белый стул со спинкой врач и принялся надевать латексные перчатки. Антоша, не отпуская руки своего лечащего врача, переместился к указанному стулу и расположился на нем, Арсений встал с боку. ЛОР подошёл уже со шпателем в руках – Антон, давай я посмотрю, открывай ротик, - юноша повиновался, мужчина прижал язык мальчишки, чтобы не мешался, шпателем и с помощью фонарика рассматривал миндалины, спустя какое-то время он подал голос, разрешая Антоше закрыть рот: – Ну, что я могу сказать, температура была действительно из-за этих нарывов. Думаю, самое оптимальное решение этой проблемы, это избавиться от гноя, прокалывая каждый пузырек и высасывая содержимое с помощью шприца. – Выдал свое мнение Аркадий Петрович, на что Антон отрицательно замотал головой, поворачиваясь к Арсению и пытаясь найти хоть какое-нибудь отрицание данной идеи. Арс потрепал его по кудрявой макушке говоря что: – Антош, так надо, тебе станет лучше – Антон стальной хваткой цепляется за его руку. – Нет! Я...не хочу! Это больно... Вы же обещали!! – Кричал подросток, Попову было больно смотреть на мальчика, но так и вправду будет лучше. – Сейчас? – спросил Аркадий Петрович, до этого внимательно следящий за всем происходящим. Он понял ещё тогда, в первый раз, что Антоша боится врачей и всего, что связанно с медициной. Он понял, единственный кому доверяет Антон - это Арсений. Видел, как мальчишка держал его за руку, боясь отпустить, и даже сейчас держит, хоть и понимает, что мужчина его предал, обманул, не сдержал обещание, пусть даже сделано это было ради его же блага. Сейчас Попов обнимал подростка, который молил, чтоб его отпустили. К тому же он ещё и сам накручивал себя думая: «А вдруг, слишком сильно проколют, и я не смогу говорить или вообще умру? Я не хочу!! А если занесут какую-нибудь инфекцию?! и т.д.» Мысли были абсурдные, но как говориться у страха глаза велики. Тошу усадили в кресло, все уже было готово. Он попытался вырваться, но Арсений держал крепко. –Тиш-Тиш, Тише, нужно потерпеть немного Тош, это не больно, скорее немного неприятно, – сказал Арс, поглаживая паренька по грудной клетке. – Антош, открой ротик, – ласково попросил ЛОР, не желая довести парня до новой истерики. Антон отрицательно помотал головой, сжав губы плотнее. Арсений вздохнул и зафиксировал одной рукой голову Тоши, а другой надавил на скулы так, что рот оказался открытым. Аркадий Петрович быстро установил ретрактор, чтобы подросток не мог закрыть рот и сразу же приступил к работе. Антон плакал, горячие слезы стекали по его щекам, Арсу было не по себе от этих слез, он понимал, что стал сам тем, кто предал и вызвал слезы у Тоши. – Тошенька, солнце мое, все хорошо, не плачь, маленький, скоро все закончится, потерпи немного.. – шептал мужчина на ушко, но это мало, чем помогало. Тем временем Аркадий Петрович почти закончил, ему оставалось всего два прокола, он старался делать все аккуратно, чтобы не причинить лишний дискомфорт. И вот он выкидывает использованный шприц и убирает ретрактор. Тоша, поджимая к себе ноги, плачет навзрыд. Как только Арсений Сергеевич отпускает его, Антоша вскакивает на ноги и выбегает из кабинета. «Антон, постой...» последнее, что он слышит. Перед глазами всё расплывается, останавливается он только у двери в собственную палату. Как только он заходит, то влетает в ванную и запирается в ней, включая воду на всю. Он не просто плачет, он рыдает в голос, а в голове набатом стучит: «Он обещал... Обещал, но предал...»