Авантюры Крестовоздвиженского №1 - "ГЕЙ-КЛУБ"

Авантюры Крестовоздвиженского. Книга #1. «ГЕИ-КЛУБ» Глава I: Погружение в омегаверс Анатолий Романович Крестовоздвиженский работал и жил в Петербурге, в своей небольшой однокомнатной квартире. Было ему лет так тридцать на тот момент, когда произошли эти события. Он был аккуратным и манерным молодым человеком, его лицо было в меру красивое, тело — в меру подтянутое; сам он был всегда ухожен и опрятен, посему его очень любили женщины. В целом его считали далеко не дурным мужчиной. Работал Анатолий детективом, и, в силу своего небольшого опыта работы, расследовал Анатолий только небольшие, а то и совсем мелкие преступления, естественно, за невеликие деньги. Как-то раз Анатолий серьёзно заболел. Он был одинок, родственников к тому времени уже не имел. Он лежал в своей постели неделями напролёт, глядя в окно, выходившее прямо на площадь, по которой часто прогуливалось много людей. Часто замечал он прелестных дам в дорогих автомобилях, о которых ему приходилось только мечтать. Он частенько мечтал о том, как купит новый «мерседес» на замену старенькому «крайслеру», о девушках… Проснувшись в очередной раз в своей спальне и выглянув в окно, Анатолий Романович побледнел: прелестных дам на площади ни одной, а мужчины прогуливались друг с другом за руку. Внезапно Анатолий ощутил незнакомое ранее, непреодолимое влечение к мужчинам. Он знал несколько гей-клубов в своём городе (Анатолий был достаточно любопытен по своей натуре). Несмотря на температуру, собрав все необходимые вещи, он ринулся прямиком в «Эрос», лучший гей-клуб города. Глава II: Покушение Войдя в «Эрос», Анатолий лицезрел длинный коридор, который освещала всего одна старая жёлтая лампа. На стенах коридора были развешаны различные плакаты и афиши. На самой большой из них Анатолий Романович увидел большую надпись: «ВЕЛИКОЛЕПНЫИ АНДРО АРЗАМАССКИИ И ДРУГИЕ» Ниже этой надписи было указано время -22:00. Ему было любопытно узнать, кто такой этот Великолепный Андро и как вообще проходит стриптиз-шоу. Идти дальше Анатолий не стал, решил подождать до десяти часов. Придя домой, Анатолий почувствовал себя намного лучше: он перестал всё время лежать в постели, стал делать обычные хозяйские дела. Единственное, что было странно — присутствие непреодолимого желания переспать с мужчиной. В его голове была такая буря разных мыслей, эмоций, мечтаний, что он не выдержал и уединился в уборной для самоудовлетворения. Закончив грешный процесс, Анатолий Романович лёг спать. Он заранее поставил себе будильник на половину десятого вечера, чтобы встать вовремя и отправиться на стриптиз-шоу. Наконец, подошло время идти в «Эрос». Анатолий вновь собрался и побежал прямиком в гей-клуб. Придя туда, он снова вошёл в тот загадочный и тихий коридор, в котором были развешаны плакаты. Анатолий двинулся дальше к главной двери. Наконец, когда он вошёл в зал клуба, перед ним предстали несколько высоких пилонов (пока ещё без стриптизёров на них), барная стойка, на которой расставлены были разноцветные пузырьки с алкоголем, толпа полуобнаженных мужчин разного роста, цвета кожи и комплекции тела. Зал уже был полностью затянут дымом кальянов и сигарет, а на фоне тихо играла группа «Крейвен Пандас». Вдруг часы пробили десять. Музыка перестала играть, а свет в зале мгновенно погас. Оживленная толпа мужчин умолкла. Где-то среди этой толпы стоял и Анатолий Романович. Внезапно один за другим над пилонами стали включаться прожектора. Все прожектора кроме среднего светились белым, и только средний светился ярко розовым, ослепляющим глаза светом. Прозвучал сильный, оглушающий рёв горна и на пилоны вышли стиптизёры. Посередине оказался Андро, молодой парень высокого роста, подтянутый, белокурый, с голубыми как ясное небо глазами. Слева от него появился с тёмными как ночь волосами, смуглый, подкачанный Артур Бондаж, одетый только в чёрные ремни, скреплявшиеся на его спине и груди. Справа вышел тактичный и утончённый галант, Жефруа де ла Фистинг, по всей видимости, уроженец Франции. Заиграла медленная романтическая мелодия и стриптизеры начали страстно выполнять свои элементы. Анатолий Крестовоздвиженский стоял в самом центре толпы и наблюдал, как Андро выполняет тройной оборот вокруг пилона вниз головой. Прошло полтора часа, и настало время для последнего номера: стриптизёры должны были спуститься с пилонов и сбросить с себя одеяния, полностью оголившись. Горн снова прозвучал, и Андро стал постепенно спускаться с пилона. Спустившись вниз, он начал снимать крепления со своего бондажа. При этом, в зале многие мужчины понесли стриптизёрам подарки и поощрения за выступление. Андро кто- то вручил красивый букет из двадцати одной розы. Но тут, откуда ни возьмись, вбегает Айбек Айбекович Жопоглы, сбивает с ног Андро и набрасывается словно зверь на букет. Оказалось, в букете была спрятана змея, а именно — ядовитая гадюка. Айбек выхватил змею, скрутил её обеими руками, та в свою очередь укусила его в запястье, но Жопоглы вовремя успел прижать ей голову. Вскоре вся толпа благодарила спасителя. Айбек скромно улыбнулся и удалился со змеёй в отделение для персонала, где и избавился от жуткой рептилии. Жопоглы стало плохо, его пришлось госпитализировать, но уже на следующий день он пришёл в клуб как ни в чем не бывало, но с перевязанной правой рукой. В клуб пришёл и Анатолий Романович по личному звонку владельца клуба, Сергея Николаевича Пидовского. В этот день, когда клуб был закрыт для посетителей, все стриптизеры уже собрались за круглым столом в зале для персонала: Андро в новом велюровом пиджаке, Айбек Жопоглы с моноклем и трубкой во рту, Артур Бондаж, Жефруа де ла Фистинг, Антуан д’Арк, Александр Длинный и Александр Короткий. В зал зашёл Сергей Пидовский и представил им Анатолия Романовича: П и д о в с к и й: Это Анатолий Романович Крестовоздвиженский, наш новый ремонтник-декоратор и постановщик номеров. Анатолий сел рядом с Сергеем Николаевичем и стал пристально смотреть на стриптизёров. Он специально решил скрыть свою настоящую профессию от них, так как он был уверен: тот, кто подложил змею в букет Андро являлся кем-то из стриптизерского состава. Он заранее обговорил свой план с Сергеем Николаевичем. Анатолий Романович был уверен, что Пидовский никак не причастен к этому, поэтому он договорился с ним, чтобы Сергей представил его как простого ремонтника и постановщика. Сергей Николаевич — мудрый мужчина в возрасте. Он никогда не скажет лишнего, но в то же время он всегда говорит прямо, без каких-либо тактичных изворотливостей. Он упрямый, но справедливый. Являясь владельцем гей-клуба «Эрос», он был уважаем не только среди своего персонала, но и среди многочисленных посетителей клуба. А н д р о: Сергей Николаевич, нам как раз нужен новый постановщик! Показывать одни и те же три номера уже так наскучило… П и д о в с к и й: Анатолий Романович здесь как раз для этого. За одно он укрепит пилоны, починит светомузыку, прибьет наконец-то уже год лежащие на моем столе полки для всякого рода побрякушек. А р т у р Б о н д а ж: Конкуренты не ждут — вот я беседовал со своим приятелем, и он мне сообщил, что клуб на соседней улице растёт не по дням, а по часам, а все из-за их разнообразия номеров. А Анатолий Романович все всматривался в стриптизерский состав Пидовского. Он ещё с прошлого дня по уши успел влюбиться в Андро, впрочем, его во всей красе он видел на выступлении. О его характере, к слову, он тогда мог только догадываться, но сегодня он понял что Андро очень милый в общении, хоть и достаточно загадочный. Андро, как и Пидовский, был уважаем и почитаем; о нём многие знали и даже те, кто никогда не посещал гей-клубы. Артур Бондаж и Жефруа де ла Фистинг ему показались весьма нетривиальной парой: когда-то они были вместе, строили свои отношения, любили друг друга. Но после какого-то случая, о котором ни Жефруа, ни Артур не упоминали, Артур всей душой стал проклинать Жефруа. Он подшучивал над ним, подтрунивал и всячески надсмехался. Следующий, на кого Анатолий обратил внимание, был Айбек Жопоглы. Айбек Айбекович считал себя настоящим аристократом, кем он по праву и являлся. Он был помощником, можно сказать, правой рукой Сергея Пидовского. Он строил все декорации в клубе, делал потрясающую электронику. Хоть Айбек Айбекович и был достаточно высокомерен, он целиком и полностью выполнял всё, что говорил ему Пидовский. В этот день Жопоглы принёс одну розу, которую он от всей души вручил Андро. Тот смутился и ещё раз поблагодарил Айбека Айбековича. Сам Айбек тоже был стриптизёром, но его либо брали на самый крайний пилон, либо не брали на выступления вовсе. Он плохо владел пластикой тела и в соблазнении не имел и малейшего таланта. Но тесная связь с Пидовским, который, к слову, тоже иногда выступал, заставляла его думать, что он гений стриптиза. Александр Длинный и Александр Короткий, насколько понял сам Анатолий — братья, практикующие совместные грешные уединения по вечерам. Были они жуткими сплетниками. И минуты они не могли сидеть тихо и не перешёптываться о ком-то или о чем- то. Они были непримечательными, с ними мало кто заводил разговор. Последний, на кого положил свой глаз Анатолий Романович был Антуан д’Арк. Хоть он и был таким же французом, как и де ла Фистинг, он был полностью противоположен по характеру и телосложению Жефруа. Он презирал всё красивое и грациозное, просто не видя в нём смысла. Следовательно, выступления его были соответствующими — не выделялись ни красотой, ни грацией. Но все же, взгляд его по-настоящему захватил он один — Великолепный Андро Арзамасский, милый, молодой стриптизёр. Придя к себе домой уже вечером, уставший от выслушивания хвалебных почестей, адресованных Айбеку-спасителю, от сплетен Длинного и Короткого, которые всё шептались то об Айбеке, то о таинственном покушении на жизнь Андро, от брюзги д’Арка и вообще от жизни в мире где все вдруг стали мужчинами, Анатолий лёг на кровать и заснул крепким сном. Он планировал проснуться и начать собирать все факты воедино. Его главная задача была выявить того, кто подложил в букет змею. И побуждал его не только профессиональный долг, но влечение и одержимость Андро. Анатолий Романович проснулся на следующий день и начал работать. Заварив себе чашку кофе, он стал раздумывать над тем, кто это сделал. Уже сразу он постановил, что не мог это сделать кто-то из публики. Уж слишком явный мотив должен быть чтобы убить, черт побери, стриптизёра! Он думал, что Антуан д'Арк достаточно странный мужчина, но против него не было ни единого аргумента, за исключением его неприязни ко всем в составе. Анатолий хотел вновь увидеться с Андро, и при возможности поговорить с ним. Глава III — Эротический альманах Анатолий Романович, умывшись и побрившись, отправился в «Эрос». По дороге ему попадались небольшие магазинчики, коих на улицах Петербурга было очень много. Вдруг, нечаянно бросив свой взор в сторону магазинчиков, он увидел старого деда среднеазиатской внешности, с красным и сморщенным лицом, сидевшего на старых лохмотьях. Дед этот был завернут в те же самые лохмотья. Он продавал ножи, разного рода сабли и шашки. Анатолия вдруг заинтересовал один кинжал с гравировкой льва на рукояти, инкрустированной рубином. Он расспросил деда-продавца о нём, а тот рассказал, что нож дагестанский, был раньше в коллекции его отца, но когда тот умер, кинжал перешёл к нему. Анатолий, совершенно не умевший торговаться, купил этот кинжал втридорога. Потом он пошёл дальше, уже не обращая внимание ни на что, лишь бы попасть снова в «Эрос» и увидеться с Андро. Придя в клуб, он уже без всякой настороженности прошёл таинственный коридор, в котором уже не висело никаких плакатов. Все стриптизеры были за столом — Анатолий пришёл как раз во время сбора всего состава. Сел Анатолий уже подальше от Сергея Николаевича, чтобы не вызывать лишних подозрений. Пидовский вдруг встал и начал свою речь: Мне в голову пришла замечательная мысль! Почему бы не сделать общий дневник нашего клуба, куда мы бы заносили все интересные моменты, происходящие с нами? Назовём его… «Эротический альманах», вот! Стриптизеры вдруг одобрительно закивали и подняли бокалы с шампанским, которые Пидовский заранее расставил по круглому столу. На том они и порешили. Пидовский, конечно же, все готовил заранее — вдруг он достал из-за пазухи огромную, толстую книгу, на обложке которой было выбито название дневника. Он раскрыл её, и присутствующие, в том числе и Крестовоздвиженский, увидели там фотографии с их лицами, красиво обрамленные кружевной росписью. Под каждой фотографией было от руки написано имя того, кому она принадлежала. Анатолий увидел там и себя, и Андро, а по центру он увидел самого Сергея Николаевича. Все были восхищены альманахом, все кричали: «Виват, Сергей Николаевич!». Далее Сергей Николаевич объявил: «Сегодня я ставлю новый номер. Каждому из вас я раздам папки с описанием вашего костюма и образа, программы движений, упражнений для подготовки. Вы будете изображать грациозных диких животных. Остальное найдёте в папках.» Пидовский раздал всем папки. Они были разных цветов: Айбеку досталась жёлтая папка, де ла Фистингу — зелёная, Артуру Бондажу — синяя, Арку — серая, Александрам, Длинному и Короткуму, — по фиолетовой, Андро досталась розовая папка, а сам Пидовский взял чёрную. Сергей Николаевич молвил: «Всё, все свободны. Можете пойти в зал и посмотреть свои образы». Стриптизеры ушли в зал. Анатолий долго искал Андро в зале, но так и не нашёл его там. Крестовоздвиженский встретил Андро на заднем дворе клуба. Андро стоял и быстро читал свой образ. Анатолий, хоть его и любили девушки, был неопытен в общении с ними, а тут он ещё и в мир где все являются мужчинами попал, поэтому он даже не знал как начать разговор. Анатолий вдруг легко тронул Андро заплечо и сказал: «Прекрасная сегодня погода, не так ли?» Андро лишь тихо улыбнулся и, немного покраснев в лице, продолжил читать свой образ. Анатолий продолжил: «Вы так красивы сегодня… я знаком со всеми образами в вашем будущем номере. Вам очень идёт ваш образ!» Андро скромно поблагодарил Анатолия и удалился с заднего двора. Анатолий просто не знал что делать. Андро, находившийся всегда в центре внимания, оказался столь немногословным. Анатолий ещё долго стоял на заднем дворе и размышлял: а может быть он настолько высокомерен, что не хочет и смотреть на простого постановщика? Ведь Андро происходил из богатой семьи, был когда то замужем за зажиточным украинским торговцем, Данило Арзамасским. Но история повернулась так, что Андро покинул Арзамасского из-за его скверного характера. Данило был столь ревнивым, что бил Андро изо всех сил, когда думал, что он ему изменяет. Андро в один прекрасный день просто прямо сказал ему, что уходит. Арзамасский долго переживал, рвал на себе волосы, но в конечном итоге отпустил Андро, оставив следующий наказ: «Koro увижу с тобой рядом беседующего, целующего тебя в губы твои прекрасные, по всякому лобзающего — убью и не пожалею об этом». Анатолий не знал о таких подробностях разлуки Андро и Данилы. Он лишь знал, что фамилию «Арзамасский» Андро получил именно от него. Глава IV: До стриптиза 2 жизни. Андро часто грустил. С ним мало кто общался из состава в дружеском тоне, ведь, на самом деле, многие считали его слишком высокомерным и недоступным, что, конечно же, являлось отчасти неправдой. Он грустил в частности и из-за Арзамасского. Больше скажу — он больше боялся, нежели грустил. Боялся, что разъяренный Данило убьет его, или кого нибудь из состава. Андро прежде всего опасался из-за себя погубить невинную жизнь другого человека. И каждый раз, выступая, он будто бы видел там, вдали зала, в гуще публики сверкающую улыбку и лысину Арзамасского. Был у Андро один лишь близкий приятель из состава. Им был Жефруа де ла Фистинг. С ним Андро мог беседовать о чем угодно и сколько угодно. И как-то вечером, после выступления, у Андро и Жефруа развязался разговор. Андро поведал ему тайну о бывшем муже, рассказал о его мрачном наказе. Жефруа спокойно отнёсся к словам Андро. Он лишь прижал его к своей груди и вытер слезы с его белого как снег лица. Сегодня утром Анатолий Романович вновь был за круглым столом, как и весь состав «Эроса», за исключением лишь Александра Длинного и Александра Короткого, которые были у себя в уборных. С самого утра Сергей Николаевич был недоволен. Он бегал по залу и возмущался, раскрыв свой альманах. Все дело в том, что в альманахе кто-то таинственный намулевал большими буквами: «До стриптиза 2 жизни». И каждый стриптизер твердил, что он ничего не трогал в альманахе, что был занят чем-то другим. А Анатолий Романович все смотрел на Андро. Он знал, что покорить его сердце ему было практически невозможно, но все равно, он не мог отводить глаз от него. И пока Сергей Николаевич ходил взад-вперед и твердил про какие-то там жизни, Анатолий весь был погружен в свои мечтания. Все переменилось в настроении Анатолия Романовича на следующий день: тело Жефруа де ла Фистинга было найдено в кладовой, где стоял также небольшой столик и два пустых бокала. На донышках бокалов виднелись красные следы, а значит в них было налито вино. На теле никаких следов насилия нет, а значит де ла Фистинг был точно отравлен. За время работы в «Эросе» Анатолий Романович многое узнал о различных потайных и кладовых комнатах клуба. Эта кладовая была специальным помещением, где хранился опасный реквизит. Ключ к ней имели только Сергей Пидовский, Айбек Жопоглы и некий рантье помещения клуба. О рантье Крестовоздвиженский ещё ничего не знал. Сергей Николаевич никак не мог чинить расправы над своими же стриптизерами. Стало быть виновник — Айбек Жопоглы? Анатолий Романович опечатал кладовую, велел предоставить ему полный доступ ко всем потайным помещениям клуба. С телом де ла Фистинга всё решили довольно быстро: его похоронили на следующий же день после инцидента. «Вчера нас покинула легенда нашего клуба. Жефруа Пьерович был мастером своего дела и просто очень хорошим человеком. Почтим же его память», — говорил на очередном собрании состава Сергей Николаевич. Многие плакали тогда. Андро же потерял дар речи: его опасения сбылись. Андро лишил жизни того, кто был ни в чем не виновен по его собственной глупости. А Анатолий Романович все больше убеждался в причастности к убийству Айбека Айбековича. Он решил действовать кардинально. Крестовоздвиженский посчитал, что Айбек ещё не раз отправится в кладовую за реквизитом. Там он его и подкараулит, а затем задержит. Глава V: Фатум Анатолий сразу же подговорил Сергея Николаевича, чтобы в последующий день тот не совался в кладовую. Он остался на ночь в клубе, а когда все ушли, заперся в кладовой, заранее выключив там свет. Отоспаться он решил прямо на полу, а как настанет раннее утро, он думал прижаться к стенке, закрывшись одеждами, и ждать прихода Айбека. И вот, настало долгожданное утро: Анатолий разгреб одежды около стены и скрылся за ними. На ноги тот обул высокие резиновые сапоги, стоявшие неподалёку, достававшие ему до колена. Стоял в такой позе Анатолий до самого вечера — до того момента, когда состав начал репетицию нового номера. Ноги Анатолия гудели от боли, спина болела так, как не болела никогда раньше. Но вот раздался звон замочной скважины, и дверь приоткрылась. Анатолий слушал шаги, которые постепенно усиливались. Один момент, и сбросились со стенки одежды, Анатолий кинулся на Айбека, вошедшего в кладовую за реквизитом. Завязалась драка, которая в темноте кладовой представляла из себя битву не на жизнь, а насмерть. Вскоре, каким- то образом эти двое оказались по две стороны кладовой. Айбек вдруг заговорил: «Слушайте, Анатолий. Вы умно придумали скрыться за ролью простого постановщика, да вот только я догадался до всего этого сразу! Вы честь мою опорочить желаете, и я этого просто так не оставлю!» Айбек внезапно выхватил откуда-то длинный футляр. Он продолжил: «Я чертовски сильно стал увлекаться идеями фатализма. Слушайте, а что если сегодня судьба моя — быть убитым вами? А если все наоборот? Лишь фатум разрешит наш конфликт! Здесь две шпаги. Одна из них натёрта сильнейшим змеиным ядом. Другая же абсолютно чистая. И кто ранен будет ядовитой шпагой, того смерть ждёт неминуемая». Айбек протянул футляр Анатолию и предложил ему первым выбрать одну из шпаг. Анатолий взял шпагу, затем Айбек взял одну и молвил: «Да будет так, как решит судьба!» Оппоненты разошлись по разным углам кладовой и начали бой. Айбек показал себя превосходным фехтовальщиком. Начав бой, он сразу же проткнул Анатолию эполет, но Крестовоздвиженский мигом отразил его выпад и ответил контратакой. Пapy секунд и дорогая пуговица на пиджаке Жопоглы уже летела оторванная на пол. Ещё секунда, и молниеносный Айбек, проведя серию батманов и защит, ранил Анатолия прямо в шею, продемонстрировав великолепное владение оружием. Анатолий тут же выбил шпагу из рук Жопоглы моментальной защитой, и, контратаковав, повалил на пол. Айбек не мог сказать ни слова. Крестовоздвиженский был ранен прямо в шею, но тот не только остался жить, но и надменно смеялся в сторону Жопоглы. Ядовитая шпага оказалась в руках Анатолия. А н а т о л и й: Что ж, сегодня судьба на моей стороне. Вы арестованы по подозрению в покушении на убийство Андро Тристановича Арзамасского и убийстве Жефруа Пьеровича де ла Фистинга. А й б е к: Вы неправильно поняли, все это чистейшие совпадения! У меня даже не было мотива, чтобы совершать убийства! А н а т о л и й: Конечно не было… Высокомерный, самовлюбленный, но абсолютно неталантливый Айбек Жопоглы совершенно не стал бы завидовать великолепному Андро. А й б е к: Но тогда как вы объясните убийство де ла Фистинга? Зачем же мне убивать простого стриптизера? Ради чего? Вопрос Айбека заставил Анатолия одуматься. У Айбека действительно не было очевидных причин убивать Жефруа, хотя факт мотива для покушения на Андро практически на лицо. Анатолий не мог просто так оставить Жопоглы, ведь он пока главный подозреваемый. Анатолий предложил Айбеку сотрудничать на условии, что о его деятельности никто в составе ничего не узнает. Тот согласился, лишь бы его пощадили. Глава VI: До стриптиза 1 жизнь. Сегодня Сергей Николаевич вновь был в ярости. Он снова демонстрировал всем свой альманах, в котором чёрным по белому были написаны новые строки: «До стриптиза 1 жизнь». Анатолий понимал, что записи в альманахе напрямую связаны с убийствами в клубе. Он также понимал, что скоро будет ещё одно убийство, и его не миновать. С этого момента он решил пристально следить за Айбеком. Каждый раз, садясь за круглый стол, он смотрел за поведением Жопоглы, за его речью. В целом, Анатолий так и не нашёл ничего примечательного в его поведении — Айбек как Айбек. На следующий день в «Эрос» приехал рантье клуба. Он вошел в зал, где снова собрался весь состав и представился Евграфом Епифановичем Жориным. Жорин был одет в чёрный костюм с красным галстуком и обут в сверкающие ослепительным блеском туфли. Голова Жорина была коротко подстрижена, волосы — аккуратно уложены чуть набок. На лице Евграфа Епифановича не было ни щетинки: оно было наголо обрито самыми престижными брадобреями того времени. Он слыл в обществе настоящим педантом: всё у него было в абсолютном порядке и чистоте. Нельзя сказать, что он был душевным человеком или романтиком. Евграф Епифанович знал только как вести счета и управляться с финансами. Деньги были буквально его стихией: он был богат, даже очень. Вошедши в зал для собраний, рантье сразу пожал руку с Сергеем Николаевичем. Затем он также поприветствовал остальных стриптизеров и занял своё место у стола. Рантье сразу заметил нового работника клуба — Анатолия. Впрочем, Анатолию не пришлось представляться перед столь важным человеком: Сергей Николаевич сию же минуту познакомил Евграфа с ним. Сам Жорин приехал в клуб с несколькими целями: во-первых, забрать деньги за аренду клуба; во-вторых, осмотреть клуб, проверить, насколько он хорошо убран и чист. Со второй задачей Жорин справился сразу, а вот с первой возникли проблемы. Сергею Николаевичу попросту не хватило денег на оплату аренды. Пидовский должен был как то спасать клуб, ведь если он не оплатит, то с клуба придётся съезжать и искать более дешёвое помещение, коих в городе уже не осталось. Сергею Николаевичу не оставалось ничего, кроме как предложить Жорину оплатить только часть денег, а через месяц дать оставшуюся часть, да ещё и прибавленную к полной стоимости ежемесячной аренды. Жорин на удивление согласился, но подчеркнул, что если не будет сделано так как сказано — Сергею со своими стриптизерами придётся покинуть клуб. Далее Евграф Епифанович то и делал, что высказывался весьма лестно об Андро. Самому Андро это очень нравилось, и они в конце заседания решили пройтись вместе до дома, где жил Андро Арзамасский. По пути к дому Андро буквально купался в комплиментах Жорина, настолько он был сладостен, хотя в душе он был холоднее февральского снега. Жорин был очень рассчетлив, и он знал, что женившись на знаменитом Арзамасском, у него появится такой статус, о котором в своей жизни он мог только мечтать. Естественно, за всем этим наблюдал и Анатолий Романович. Его поглощала ревность, она просто пожирала его с головой. Но холодный расчёт давал о себе знать: Анатолий решил, что Жорин вполне мог совершить как убийство де ла Фистинга, так и покушение на самого Андро — из чистой ревности: де ла Фистинг был хорошим другом Андро. Но единственное, что завязало Крестовоздвиженскому руки — последовательность убийств. Зачем надо было сначала покушаться на жизнь самого Андро, а после неудачи с убийством Арзамасского убивать его потенциальных любовников? Не лучше ли было попытаться убить Андро ещё раз? Сергей Николаевич встал в очень сложное положение. Решение было только одно — написание новой постановки, которая смогла бы затмить все предыдущие. Здесь и пригодился Анатолий. Крестовоздвиженский сразу же принялся за работу: ему хотелось передать в новой постановке всю свою любовь к Андро. Он решил отдать главный пилон ему. Анатолий ещё никогда не писал постановки, поэтому он сильно переживал. Он долго думал над идеей, и, вскоре, прочитав несколько непримечательных книжек, он озарился одной. Ему захотелось реализовать тему Японии. Он придумал божественный текст, расстановку красочных декораций из пагод и деревьев сакуры и даже название он сделал поистине красивым — «Комета в звёздном небе». Сергей Николаевич, прочитав текст постановки пришёл в настоящий восторг. Через неделю был готов реквизит. Электроникой занимался сам Айбек Жопоглы — мастер по этой части в клубе. И сказать, что его работа была идеальной — ничего не сказать вовсе: он сделал так, что в конце номера свет гаснет, и ввысь устремляется огонёк, который вскоре вспыхивает ещё сильнее, разлетаясь на множество более мелких огоньков, падающих вниз. Это было поистине потрясающее зрелище. Начались репетиции. На репетиции Анатолий Романович не ходил: ему было очень волнительно наблюдать, как его первую постановку обыгрывает всеми мышцами своего тела на высоком пилоне великолепный Андро. Сергей Пидовский, наоборот, следил за идеальностью исполнения каждого элемента стриптизерами. Вскоре по улицам Петербурга были развешаны афиши с лицом Андро на всю площадь листа и названием постановки. Сверху был написан автор — некий «А. К.» — Анатолий просто постеснялся помещать свою фамилию на афишу, ведь он боялся, что его постановка может с треском провалиться, и тогда его окутал бы позор, поэтому он решил, что авторство представлять будут лишь его инициалы. Началась премьера постановки. Когда уже все собрались, в зал вбежал какой-то низкорослый, молодой офицер. Звали его Жозефом. Он быстро пробежал между занятыми рядами кресел и уселся прямо рядом с Анатолием Романовичем. Жозеф был простым петербургским щеголем. Вдруг он обратился к Анатолию, просто сказав: «Андро сегодня просто бесподобен, не так ли?». Затем он попросил у Крестовоздвиженского небольшой бинокль и замолк. Стриптизеры делали свое дело более чем замечательно. Электроника работала на высшем уровне. И когда свет погас, и ввысь взмыла комета, зал просто потерял дар речи. В конце представления в зале раздался оглушающий шум аплодисментов. Анатолий был просто без ума от того, что его постановка стала успешной. Ещё более без ума был Сергей Николаевич, выручивший большую сумму денег с этого представления. Сразу после постановки франт Жозеф, спотыкаясь и задевая других посетителей клуба, ринулся к Андро с цветами. Крестовоздвиженский не придал этому особого значения, ведь фанаты… они и не такими бывают сумасшедшими. Настала ночь. После выступления Андро сильно устал. Он уже ложился спать, но вдруг в окно его квартиры раздался громкий стук. Страх пробежал по всем венам и жилам Андро. Он медленно отодвинул плотную занавесь и вдруг увидел: под окном третьего этажа, прямо на трубе, которая шла вверх по всему дому, висит молодой франт Жозеф с ещё одним большим букетом. Жозеф был одет в парадный офицерский китель, а на бедре у него сверкал золотой гардой кортик. Андро открыл окно и шёпотом сказал: «Немедленно уходите!» Жозеф, побледневший от грусти и стыда, спустился по трубе вниз, кинув букет из свежих роз на землю, и, поправив китель, пошёл прочь. Ещё несколько дней продолжались похождения Жозефа на дом Андро. Жозеф часто заходил и в клуб «Эрос». Он несколько раз тайно пробирался в гримёрку Андро, оставлял там какие-то записки. Впрочем, к нему уже все привыкли, ведь он в клубе прослыл неудачливым влюблённым. Анатолий, в свою очередь, просто возненавидел Жозефа. Его навязчивая, поистине настырная и прыткая натура, по его мнению, мешала ему заинтересовать собой Андро. Крестовоздвиженский уже целую неделю хотел зайти в гримёрку к Андро и поговорить с ним один на один. Он не решался, ведь, несмотря на его холодный расчёт, любовь туманила его разум, что также плохо отражалось на его расследовании. За день до приезда Жорина, Анатолий все-таки решился зайти к Андро. Он хотел прямо и чётко сказать обо всех своих чувствах к нему. Анатолий Романович пошёл по длинному коридору, в котором двери гримёрок каждого стриптизёра располагались друг от друга через каждые 10 метров. Он дошёл до двери: его руки тряслись, ноги почти не слушались его головы. Он постучал. В ответ лишь молчание. Он медленно потянул дверь на себя и вдруг оцепенел: в гримёрке никого не было. Никого, кроме лежащего на полу в большой луже крови Жозефа с кортиком прямо в животе. Живот Жозефа был разрезан по японской технике «сеппуку», а меж кортиком и животом белела бумажная записка с надписью: «Я люблю тебя, Андро». Анатолий Романович захлопнул дверь. На обратной стороне двери кровью были размазанно начертаны буквы: «ЖО», а дальше след крови просто шёл вниз по стене. И тут Анатолий начал размышлять: «Кровь очень свежая, а значит убийство произошло не более, чем за час до моего прихода. Рана у Жозефа глубокая, широкая и рваная, а кортик, вставленный в неё достаточно тонкий и элегантный для такой раны. Всё просто: бедолага Жозеф в очередной раз полез в гримёрку к Андро, чтобы там оставить свои следы, но тут заходит Жорин (видимо приехал он все-таки раньше, чем планировал) и в порыве ярости достаёт свой нож и убивает им франта. Но чтобы все подумали, что Жозеф сам закололся, он, видимо, сильно спеша, вынимает нож с толстым лезвием и вставляет в рваную рану тонкий кортик. Затем Евграф Жорин очень быстро уходит из гримерки, чтобы его не заметили. Но франт, истекающий кровью, на последнем издыхании решил запечатлеть на двери фамилию убийцы, но написал только две первые буквы, а далее силы его покинули. Глава VII: На хвосте у убийцы Жорин подъехал к клубу на следующий день. Стоя на улице, он поднял вверх руку, и к нему вышел Пидовский. Из окна клуба за этим наблюдал Крестовоздвиженский. Он подозвал к себе Жопоглы, дал ему револьвер и сказал: «Сегодня у нас специальная операция по задержанию вон того мужичка. Преступников задерживал когда нибудь?». По лицу Айбека Анатолию сразу стало понятно о том, что никогда в такое он не ввязывался. Анатолий и Айбек спустились по лестнице к запасному выходу, у которого стоял старый «крайслер» Крестовоздвиженского. Они сели в машину, и Анатолий сказал: «Сейчас мы преследуем машину Жорина прямо до его дома. Делаем это так, чтобы он как можно дольше не замечал нас и не создавал нам неприятности.» Айбек лишь что-то промычал в ответ. Анатолий завёл машину и направил ее вслед за «мерседесом» Жорина. Крестовоздвиженский мчался вслед за Жориным настолько скрытно, насколько он только мог. Они проезжали проспект за проспектом, улица за улицей, и, наконец, выехав на линию роскошных трёхэтажных особняков, остановились. Они наблюдали за Жориным. Евграф Епифанович остановился возле самого крупного из всех особняков, вышел из машины с двумя сопровождающими и открыл дверь в свой дом. Когда Евграф скрылся за стенами особняка, два рослых караульщика закрыли за ним дверь. По всему периметру здания были заметны вооруженные охранники. Анатолий рассказал Айбеку свой план: «Ты сейчас берёшь револьвер и отбегаешь от машины. Сделай пару выстрелов на пустыре и нырни в лес. Охранники побегут тебя искать, а я, в свою очередь, войду в особняк Жорина. Я взял для тебя свисток, в который ты подуешь, когда охрана полностью будет тобою убита. Когда я задержу Жорина, я подую уже в свой свисток. Когда и ты и я услышим свист — иди в город. Я же поеду с убийцей в отдел». Айбек смело взял револьвер и ринулся из машины на пустырь, где и начал исполнять план Анатолия. Он сразу же отвлёк на себя охрану, которая начала стрелять в ответ. Прошло несколько минут, и Айбек с охраной скрылись в чаще леса, который был неподалёку от пустыря. А Анатолий, вооружившись дагестанским кинжалом и пистолетом, пошёл в здание Жорина. Отворив дверь, он никого не увидел. Анатолий поднялся на третий этаж, и увидел Евграфа, направляющего на его голову ствол пистолета. Началась перестрелка прямо в доме у Жорина. Наверх летели клубы дыма, рваные документы, деньги, куски дорогой мебели. Жорин сильно ранил Анатолия в ногу, но тот, несмотря на пронзающую боль, продолжал уклоняться от пуль и отстреливаться. Анатолий вдругукрылся за толстым кожаным креслом, покрытым велюровой тканью. Стало быть, силы оставляют его? Отнюдь нет: в один момент Анатолий выпрыгнул из-за кресла, за которым он прятался и выпустил пулю прямо в Жорина. Она попала рантье в живот. Жорин упал, хотел навести мушку на Анатолия, но патронов больше не было. Рантье из последних сил встал, открыл окно. Анатолий рванул прямо к Жорину чтобы задержать, но тот выпрыгнул из окна и разбился насмерть, упав головой аккурат перпендикулярно земле. Анатолий вышел из дома и засвистел в свисток. В ответ он услышал свист Айбека, а значит, Жопоглы справился с задачей. Анатолий отправился к себе домой чтобы просто выспаться. Глава VIII: Ревнивец Андро не мог больше терпеть. Он вновь убил человека по своей вине. Да, он не любил франта Жозефа, но причинил ему мучительную смерть, сам того не желая. Он знал, что Данило теперь будет убивать жестоко и беспощадно всех, кого на пути своём встретит Андро. Андро решил пойти на самый радикальный поступок. Купив два больших кувшина, таких, в которые помещались бы полностью руки и много бутылок красного вина, Андро решил красиво прервать свою жизнь. Он зашёл в свою гримёрку и, поставив два кувшина перед креслом, налил туда вина. Затем он сел в кресло и опустил в кувшины свои тонкие, белые руки. Он хотел перерезать себе вены так, чтобы вся кровь стекла в вино. Он сидел, закрыв глаза, и думал о своей жизни, прощаясь с ней, пока его руки постепенно привыкали к холодному вину. Тут его пронзила мысль об Анатолии. Чуть ли не попрощавшись со своей жизнью, он осознал: он любит его. Андро вынул руки из вина и разлил из этих кувшинов вино на весь состав. Андро решил попросить помощи у Анатолия. Он думал, что уж если смерть настигнет и Крестовоздвиженского, то… он точно не оставит себе и малейшего повода не кончить жизнь. Встретив в клубе Анатолия, Андро со слезами бросился к нему на шею. Крестовоздвиженский был ошеломлён: человек в статусе, в которого он был скорее невзаимно, чем наоборот влюблён, сам бросается к нему в объятия. Анатолий не растерялся: он прижал его к своей груди и обнял тёплыми руками. В тот вечер Андро рассказал ему про всё. Про то, что убийства совершал ни кто иной, как Данило Арзамасский, что живёт он недалеко от Невского проспекта, что муж он его давний и до мозга костей ревнивец. Анатолий внимательно выслушал Андро. В свою очередь, Анатолий объяснил Андро зачем он в клубе. Он сказал, что во что бы то ни стало поможет ему. Андро очень обрадовался. Они уединились вдвоём в гримёрке и занялись любовью. Крестовоздвиженский приказал Пидовскому поменять Артура Бондажа и Андро гримёрками, пока он будет штурмовать квартиру Данило. На следующий день он выехал по тому адресу, который назвал ему Андро. Анатолий примчался к тому дому близ Невского проспекта, вошёл в него вместе с каким-то человеком, имевшим ключи, поднялся на четвёртый этаж, где была шестнадцатая квартира, в которой и жил ревнивый торговец. Он вооружился своим дагестанским ножом и позвонил в дверь. Ему открыли дверь два человека в костюмах и при оружии. Анатолий вмиг пронзил ножом обоих. Далее он отправился вперёд по коридору. В гостиной за дорогим столиком сидел и обедал Данило Арзамасский — толстый пожилой человек с блестящей лысиной и такой же блестящей оскалиной острых, как бритва зубов. Анатолий достал свой револьвер. Арзамасский просто обомлел, выронив вилку из рук. Крестовоздвиженский был в бешенстве. Он пустил ревнивцу пулю прямо в лоб и ушёл из квартиры. Он с облегчением вздохнул отправился домой. Глава IX: Стриптиз Сегодня всех стриптизеров в зале для выступлений собрал Айбек Жопоглы. Вcex, кроме Анатолия Романовича, который был в отделе — объяснял свою халатность, по которой был убит Арзамасский. Он усадил всех в кресла, а сам забрался на высокий пилон и стал кружиться, извиваться на нем. Спрыгнув с пилона, он начал свою речь: «Андро, я люблю вас. Люблю, как никто и никогда не любил вас. Вы — мой вдохновитель, моя радость. Без вас я просто мертвец. Но я знаю, что вы влюблены в другого». Из его рукава прямо ему в руку на небольшом проводке выпало маленькое устройство с красной кнопкой и экранчиком, на котором бежали цифры. Айбек продолжил: «И если нам не суждено быть вместе наяву, то быть нам вместе после смерти. Ровно через тридцать минут я нажму на кнопку на этом приборе, и весь зал взлетит в воздух. Заряды расставлены по всему клубу, поэтому через полчаса, когда цифры на экране обнулятся, мы все погибнем, а от клуба останутся только руины. Если кто-то захочет помешать мне, я нажму на эту красную кнопку, и всё взлетит в воздух куда быстрее». Андро сидел, смотря на Айбека и глазам своим поверить не мог. А Жопоглы продолжил речь: «Это я подложил в букет змею, а потом спас тебя, Андро, чтобы ты хотя бы раз обратил на меня своё внимание. Это я убил Жефруа де ла Фистинга из ревности. И именно я убил Жозефа, начертав на двери эти буквы, чтобы все подозревали рантье. Я ужасный человек, но я люблю тебя». Все молча сидели и не понимали что делать. Сергей Пидовский хотел было заговорить с Айбеком, но тот лишь зашипел ему в ответ, приказав замолчать. Механизм часов тикал, время постепенно шло, все боялись. Андро плакал, заливаясь слезами, прося Айбека о пощаде. Но Айбек лишь ухмылялся и говорил, что на том свете им будет лучше, нежели здесь. Оставалось десять минут. На пилон вдруг поднялся Артур Бондаж, чтобы образумить Айбека. Но тот достал револьвер, который дал ему Анатолий, и убил Артура точным выстрелом промеж глаз. Пять минут. Все кричат от страха. Внезапно, откуда ни возьмись, в зале оказался Анатолий. Он тихо забрался по потайным ходам прямо на трубу, проходящую по потолку здания. Также бесшумно, словно бесстрашный ниндзя, он по трубе прополз прямо над головой Айбека. Над полом десять метров. Один прыжок, и… Анатолий выбивает устройство из его рук и, сломав несколько костей и себе и Айбеку, падает без сознания. Айбек и Анатолий, бездыханные, лежали на постаменте рядом с главным пилоном. Стриптизёры и Пидовский повставали со своих мест и побежали на помощь. Они повязали Айбека, который отплёвывался и, кашляя, пронзительно что-то кричал, а Анатолий… Анатолий так и не открыл своих глаз.