Дневник Элионор Перлман

На этих страницах, дорогое читатели, я поведаю вам о своей юношеской глупости и романтическом приключении. Единственном, в моей короткой жизни. В шестнадцатое лето моей жизни, мой любимый и обожаемый papà сообщил, что нам нужно покинуть Париж и вернутся в нашу итальянскую виллу, ибо ему там предстоит работа. Я, будучи человеком по природе истеричным и вспыльчивым, успевшая до мозга-костей полюбить этот город, эту новость восприняла крайне негативно, но ничего поделать не могла. Нет, вы не понимаете. Я не просто любила этот город, я его боготворила. Особенно весной, которая в том году выдалась холодной и пасмурной прогулки по острову Сите или Люксембургскому парку приводили мою душеньку в такой животрепещущий восторг, что не передать словами. И как мне было реагировать, когда приходилось насильно этого лишится? *** Италию я горячо любила разве что в детстве не смотря на то, что провела там пол жизни. В городке, где находилась вилла родителей моей матери и где так любил работать отец, годами ничего не менялось. Особенность менталитета — семьи годами живут на одном месте, передают в наследство недвижимость и состояние. Таким образом к третьему поколению умудряются выкупить пол региона, в котором живут. Я человек не симейный, вряд-ли когда-нибудь пойму. За первым же ужином, душным июльским вечером на террасе по прибытию на место отец сообщил, что своим визитом нас поощрит одна из его асперанток. Наша домработница тяжело вздохнула, смирившись с прибавлением обязанностей, молча унесла на кухню гору грязной посуды. Моя мать, в чьем браке давно отсутствовала какая-либо страсть или хотя бы изюминка, зло сощурилась. Она уже несколько лет тщетно пытается поймать отца на измене, но то ли он действительно не имеет женщин на стороне, то ли слишком хорошо скрывается. Я же, уже давно привыкшая отдавать свою комнату многочисленным летним постояльцам: отцовским сотрудникам, маминым друзьям и прочим персонажам, благодаря которым этот дом никогда не пустовал узнала, что гостья прибывает уже завтра и равнодушно бросила: — Пойду уберусь. — и встала из-за стола, оставив горе-супругов наидене. Раньше, года два назвд, я до одури любила этот ритуал — готовить свою спальню к приезду незнакомца и фантазировать. О том кто он, чем занимается, как выглядит и представлять, с какой гордостью буду водить по тогда ещё любимому городу. Сейчас же это действо не вызывало ничего кроме отвращения. *** Половину следующего дня я провела высовывая свою патлатую кудрявую голову из окна приготовленной со вчера спальни. (Наблюдавшие за мной в тот момент со сто процентной вероятностью сказали бы, что для полноты картины мне не хватает только бинокля, но благо, таких не было) Остатки любопытства посреди кромешного безразличия во мне кричали, жаждали уловить взглядом гостью, которая вот-вот должна была появится на пороге. И вот, берюзовый автомобиль единственной в нашем городе службы такси, громко прогудев, подъехал к нашему дому и просигналил, обозначив свое присутствие. Я на мгновение застыла наблюдая как из тени деревьев выходит отец, а из машины, свесив тонкие загорелые ноги, вылезла невысокая короткостриженная шатенка (я бы назвала её брюнеткой, однако оттенок ее волос очень умело держал грань между тёмно-коричневым и чёрным) Она маленькими шажками подошла к отцу и энергично пожала ему руку, держась второй за шлейку дорожного рюкзака. Я смотрела, не в силах оторвать взгляда и очнулась только когда дверь на первом этаже громко закрылась и меня окликнули: — Элионор! — послышался мягкий, как всегда нежный голос отца — спастись пожалуйста! В ответ на это ноги сами понесли меня веиз по лестнице. Босые стопы издавали карактерный топающий звук по паркету и начищенным до блеска ступеням, пока не остановились подле отца и новой постоялицы. Я опустила на них взгляд на долю секунды (Впервые в жизни мне было стыдно за неидеально подстриженные ногти.) — Элионор Оливия, Оливия Элионор — представил отец и по одному голосу было понятно, что он улыбается. Вечная привычка. — Приятно — я подняла голову и встретилась с парой тёмно-карих глаз, что не смотря на, как я успела подметить, обычно супрвре выражение светились дружелюбием. — Взаимно. — я стрепенулась и с улыбкой пожала протянутую руку, а для себя мысленно сделала заметку: «Лето обещает быть интересным…»