Приручение зверя

В личном кабинете начальника Отдела Тайн собралось всего трое волшебников и Гарри был удивлен, что оказался в числе приглашенных. — Полагаю, вам бы хотелось узнать, почему я собрал вас? — приступил к объяснению Регулус Уайт и окинул Гарри и Кингсли интригующим взглядом. — Было бы неплохо, — утомленно протянул Кингсли. — Недавнее трехчасовое собрание вымотало мне нервы. — Министр имел в виду обсуждение инцидента в Остине, где вчера начали действовать спящие оборотни. — У меня пресс-конференция через час, и хотелось бы успеть подготовиться. Нервы Гарри остались в полном порядке. Услышанное на собрании не очень его удивило: он изначально не питал надежд на то, что Том не воспользуется своим преимуществом перед полнолунием. Ему было жаль людей, которые внезапно обнаружили у себя странные симптомы. Кто-то из них стал агрессивен до такой степени, что причинил вред собственным родственникам. Обо всем об этом пойманные оборотни признались, испытывая вину. Также они сознались в том, что им приходили письма с указанием, что нужно сделать, чтобы получить антидот от их недуга. И дабы не причинить близким вреда — они соглашались на все. Расчет Тома был четкий и верный. Осталось понять, что он хотел сделать за ширмой этого нападения? — Я не задержу вас надолго, — пообещал мистер Уайт. — Мистер Поттер недавно устроил странную, на мой взгляд, выходку с призраками. Она дала эффект. Гарри оторвал взгляд от своих пальцев, на которых со вчерашнего дня остались въедливые бледно-зеленые следы от зелья, которым Северус обтер чуть ли не все его тело. Темные брови Поттера от слов Уайта поползли вверх. А вот Кингсли остался невозмутимым, сухо потребовав: — Подробнее, Регулус. — Ко мне явился старый призрак Клейтона Монтгомери. Он прослышал о пропаже Аластора Грюма и его команды ребят. Призраки обычно становятся очень словоохотливы, если задеть воспоминание о ком-то или о чем-то из их прошлой жизни. Так вот… Клейтон рассказал мне нечто удивительное. Гарри осторожно скользнул взглядом по министру, откинувшемуся в кресле и не дрогнувшему ни одним мускулом на лице. Всплывшая тема оказалась как нельзя кстати. — Что же? — уточнил Бруствер, когда молчание затянулось. Мистер Уайт не принес с собой свитков, где должны быть задокументированы слова призрака. Это значило, что разговор в данный момент нес межличностный характер. Это насторожило Гарри: ничего не мешало Уайту быть полностью на стороне Министерства и беседу вести только для того, чтобы проверить осведомленность Поттера насчет Грюма. Ведь Гарри не с проста устроил “призрачную историю”. Однако следующие его слова поколебали уверенность Поттера. — Он рассказал мне какой-то бред о том, как Том Риддл украл у него флягу с ромом… и спрятал ее так, что он неделю не мог найти. Честное слово, я даже перестал слушать, — цыкнул Уайт, выпрямившись и раскинув руки. — Однако призрак упомянул камеру номер семь на втором подземном уровне Отдела Тайн, — он внимательно уставился на Бруствера — следующее далось ему с трудом: — Ее называют Азимут из-за сферической формы. Кингсли, ты ведь знаешь, что это такое? Там когда-то содержали магически нестабильных преступников. — Да, я слышал о ней, но сам не видел. Но причем тут Риддл? — не понял Кингсли. — Может это однофамилец или вообще чушь? Я никогда не слышал, чтобы его задерживали. — Кем был этот призрак? — вдруг поинтересовался Гарри. Свечи над их головами плавали, заставляя тени сидящих волшебников изгибаться. Мистер Уайт сел еще ровнее, хотя казалось куда больше, и его тень вытянулась на половину потолка. — Он служил смотрителем второго этажа. Самое удивительное, что этот призрак назвал Риддла мальчишкой и ничего не знал о Темном Лорде. Я нашел его дело, оказывается, Клейтон умер в шестидесятых. Кинсли покачнулся в кресле и облокотился локтем о ручку, затем с усмешкой проговорил: — Как мне кажется, этот чудак просто выжил из ума. — Отнюдь, — холодно возразил Уайт, следя за обоими своими собеседниками очень внимательно. — Утром я был в архиве, чтобы поискать дела прошлых лет. И обнаружил свидетельство заключения волшебника, чье имя было стерто с пергамента. Сами документы вынести оттуда очень сложно, как и уничтожить, однако, кто-то сумел стереть чернила. Полагаю, это не случайно. Воцарилась напряженная тишина. Гарри был удивлен. Уайт, будучи начальником Отдела Тайн, действительно не знал о том, что произошло в его подземельях полвека назад? Гарри видел ответ в его глазах. У него был взгляд почуявшей добычу гончей, а не холодного расчета. Кингсли думал некоторое время над его словами, прежде чем предположить: — Допустим, что это правда. Тогда для чего Отделу Тайн держать здесь Риддла? — Судя по документам, причиной была государственная измена. Гарри сдержал ухмылку. Уайт покачал головой. — Честно говоря, мне кажется это обвинение сфабрикованным. Риддл был никем тогда, сосунком, едва окончившим школу. У министра в кармане что-то запищало. Он засунул туда руку и достал палочку. — Прошу прощения, господа, но полчаса истекли и мне нужно бежать к прессе. Все, что я услышал, я принял во внимание. Это нужно расследовать. Надеюсь, вы этим займетесь? — Разумеется, — отозвался мистер Уайт. — Надеюсь на помощь Аврората. — Он метнул быстрый взгляд в Поттера. Гарри без колебаний кивнул. Когда Кинсли торопливо вышел, то оставшиеся в комнате мужчины несколько секунд сидели в тишине. Уайт не делал попыток уйти, поэтому Поттер сделал вывод, что тот хочет продолжить обсуждение. — Как ваше здоровье, Поттер? Губы Гарри невольно скривились в усмешке. — Проявляете заботу? — Хочу убедиться, что вы перед полнолунием адекватны, — констатировал Уайт без лишних экивоков. — Вы знаете, что я никогда не питал к вам большой любви, Поттер. Вы не заслуживаете этой должности, но других кандидатов нет. И я работаю с тем, что есть. Практичность Гарри уважал, но все же предпочитал, чтобы человек, с которым приходилось иметь дело было расположен к нему. — Ну вы-то с честью приняли свою должность, когда предыдущий глава Отдела Тайн умер, — любезно отметил он. Уайт не особенно впечатлился оскалом собеседника. — Не дерзите мне. Я знаю, что вы честный человек. Это меня примиряет с остальными вашими недостатками. Гарри в душе удивился такой снисходительности и даже комплименту, поэтому в качестве жеста доброй воли не стал отвечать язвительным комментарием. — Я сомневаюсь, что стереть документы можно незаметно. — Что вы хотите сказать? — Гарри стоило больших усилий, чтобы не показывать своего понимания. — Это мог сделать либо глава государства, либо кто-то из верхушки. Кроме того, начальник Отдела Тайн вправе отдать приказ заключить кого-то в подземелья только с разрешения Министра или верховного судьи Визенгамота. Камера Азимут обладает особыми свойствами, она сковывает магические способности. — Вы намекаете на то, что Министер тех лет мог сделать что-то противозаконное и подчистить за собой хвосты? — Я бы не стал кидаться громкими обвинениями. Мистер Уайт был профессионалом своего дела, поэтому читать по его лицу было задачкой не из легких. Гарри давно полагался на свое чутье зверя — видел, что мужчина перед ним испытывает волнение. — Как я сказал, Поттер, стереть документы может только кто-то, наделенный властью. Министр или тот, кто его заменяет. Гарри подался вперед и положил перед собой руки. Он готов был дать шанс Уайту — оправдать его доверие. Если тот не играл с ним в какую-то игру. — Я начну расследование, — серьезно уверил он. — Я не знаю, кто в то время был у власти. С этого и начну. Голос Уайта стал тише, когда он проговорил: — Если то, что сказал призрак правда, то я начинаю сомневаться, что у Темного Лорда нет причин не любить министерство магии. — В тех документах, что вы читали, не написано, что делали с заключенным? Каким образом он совершил предательство? Мистер Уайт коротко вздохнул. — О нем написано очень мало. Скорее всего, с остальными документами что-то случилось. Гарри опустил взгляд. Он-то знал, где остальная часть бумаг. К тому же, в них написано имя Тома Риддла. А это значит, что кто-то побывал в Архиве после Рона. — Я хотел бы, Поттер, чтобы вы не просто расследовали, а присмотрелись к Кингсли и его окружению, — с заминкой проговорил Уайт. — Я знаю, что вы доверяете ему, но вам стоит отринуть личное. Гарри долго смотрел на мага, нахмурившись исключительно для демонстрации удивления и возмущения, которых не чувствовал. — Знаете, мистер Уайт, я нахожу странным, что вы недавно считали, что я подослан к вам Риддлом, а теперь намекаете на то, что Кингсли Бруствер — предатель. — Понимаю, Поттер, — на мгновение суровая маска начальника Отдела Тайн дрогнула. Гарри даже показалось, что тому не так уж много лет, как кажется. — По-вашему я должен был легко довериться человеку, пережившему плен у Темного Лорда? Я еще не видел людей, испытавших столько пыток, как вы, и оставшихся в своем уме. Чаще всего такие люди становятся верными пособниками Волдеморта. К его чести, он твердо произнес последнее слово. Гарри хмыкнул. — Мне помог мой волк, мистер Уайт. Я не собираюсь исповедоваться перед вами. Риддлу нужна была моя помощь из-за крестража. Вы же читали заключение целителей и менталистов. Я в относительном порядке. — Да, я читал. А вы уверены, что он не влияет на ваши действия через крестраж? Гарри поднялся. — Я начну расследование, если вы не против. Уайт молча смотрел как он уходит, и только когда его рука коснулась ручки двери он сказал: — Я слежу за вами, Поттер, и не позволю, чтобы вы причинили вред людям. Гарри обернулся к нему, но вместо гнева испытал иррациональное чувство признательности. — Прежде всего, вам стоило быть осторожнее, затевая такой разговор при министре магии. Глаза Уайта расширились. — Вы знали?.. — Как по-вашему я попал в руки Риддла? Почему меня не могли найти? Или делали видимость, что ищут? Вы думаете, я идиот и слепо продолжаю свою работу? Уайт не шевелился, его губы подрагивали, словно он хотел сказать что-то, но сбивался с мысли. Гарри сказал ему в лицо: — Я не доверяю никому. — Вас искали, в том числе и мои люди, — Уайт тоже поднялся, но остановился позади своего собственно стула, сжав пальцами его спинку. — Следы обрывались за пределами Англии. Но даже там у нас свои шпионы. Вас абсолютно не могли найти, Поттер. Вы словно сквозь землю провалились. — Либо вас запутали, — Гарри презрительно отвернулся. Оставив волшебника в глубокой задумчивости, он ушел. * * * Добравшись до своего отдела, Гарри некоторое время стоял у окна, обдумывая разговор с Уайтом. Ребята в офисе занимались своими делами, сновали от одного рабочего стола к другому, выстраивали маршрут передвижения оборотней и Пожирателей на картах. — Великаны пропали из леса Дин. Еще на той неделе я своими глазами видел, как они сооружают дома из деревьев, собираются на зимовку… Вчера вечером я проводил наблюдение и вообще никого не нашел. Словно испарились. Гарри обернулся, услышав эти слова. — Я получил сведения от очевидцев, что вблизи Будвора и Дели появились оборотни, — проговорил Мередик. Гарри шагнул к ним и велел: — Нанесите оборотней на карту и отметьте передислокацию великанов. Их нужно немедленно найти. — Мистер Поттер, оборотни ведь не могут нормально превращаться в волков до полнолуния… Люди могли и обознаться. — Нужно проверить, — отрезал Гарри. Города, которые упомянул Мередик, были по направлению к Хогвартсу и это Гарри не понравилось. — Лесли, вы видели Рона? — Да, сэр. Он в лаборатории. Рон всю ночь проводил допросы пойманных оборотней вместе с остальными ребятами. Ночью он прислал Гарри патронуса с предварительным отчетом, выдернув того из мутного сна. Поттер обматерил призрачного пса, когда тот передал ему сообщение об именах и деятельности заключенных под стражу. Все это могло подождать и до утра! Хотя друг скорее всего полагал, что Гарри мог узнать кого-то и это оказалось бы полезным. Гарри направился к лестнице. Рона он нашел в Отделе Чар. — Есть новости? — спросил он, когда Уизли закончил разговор с мастером чар. — Да, в лабораторию можно проникнуть по тайному ходу. Сердце Гарри пропустило удар. Он подхватил Рона под локоть, и они вышли в коридор, где никого не было. — Как ты это выяснил? — Мы поймали Флинта, по наводке одного из оборотней, — довольно ухмыльнулся Рон. — Он был в Аллее Трех Солнц — в цветочном магазине, через который закупали запрещенные растения. — Великолепно, Рон! — выдохнул Поттер воодушевленно. — Охраняйте его как зеницу ока. Нужно вытрясти из него все, что можно! — А то! — Рон и сам все понимал. — Так где вход? — В скалах со стороны реки. Я покажу на карте. Они прошли в кабинет, где Рон подробно разобрал местность и указал на карте место. — Оно защищено всевозможными чарами, — пояснил он. — Флинт сказал нам пароль. — Нужно послать кого-то на разведку, Рон. Под обороткой. — Лучше команду… — Нет, — отрезал Гарри. — Нам нужно убедиться, что это не ловушка. Рон задумчиво задержал дыхание, затем выдохнул и кивнул: — Я устрою. — Нет, постой. Я сам проверю. Рон положил руку ему на плечо и сжал. — Я сказал — все устрою. Тебе там нечего делать! — хватка Рона была ничуть не хуже его. — В конце недели полнолуние, ты не забыл? Гарри фыркнул. — Как я могу забыть, — взгляд друга неожиданно показался ему странным, исполненным внутренней борьбы, поэтому он спросил: — В чем дело? — Джин просила, чтобы ты зашел к ней. Она себя не очень хорошо чувствует. Гарри не был уверен, что им сейчас стоило видеться. Это могло быть небезопасно для девушки. — Лучше после полнолуния, Рон. — Ты тоже неважно себя чувствуешь? — забеспокоился Рон. — Может, тебе не стоит сейчас так много времени проводить на работе. Здесь вечно бедлам. Отдохни. Я здесь сам управлюсь. Впервые со своего возвращения из заключения Гарри ощутил, как внутренности его сворачивает от жгучего чувства вины, а к горлу подкатывает ком, от которого попросту тяжело дышать. Рон, которому совсем недавно он своими руками стер память, с такой искренностью и вниманием предлагал ему отдохнуть от проблем. Желал взять на себя его заботы, хотя Гарри знал, как тот ненавидит руководить. В дверь кабинета постучали. — Войдите, — рявкнул Поттер, прочищая горло. — Сэр, из Дели пришли те двое, что недавно заявили об оборотнях. У них пропали дети, — сбивчиво сообщил Мередик и нервно переступил с ноги на ногу. Гарри выскочил из кабинета. Мередик потрусил за ним, едва успевая за быстрым шагом начальника. В общем офисе трое авроров обступили плачущую женщину и ее мужа. Гарри шагнул к ним. — Что произошло? — Мистер Поттер, пожалуйста, найдите наших детей, — бросилась волшебница к Гарри. С виду ей было не больше сорока, глаза карие — огромные от страха и проникающие в самое сердце. — Они гуляли во дворе. Могли убежать в лес к небольшому озеру, но мы все обыскали. — Сколько детям лет? — Сыну двенадцать, а дочери шестнадцать, — охрипшим голосом ответил отец. Видно было по грязи на штанах и ветка в волосах, что они долго звали детей, исхаживая лес, пока не обратились к аврорам. — Мередик, найдите Эллингтона. Собирайте группу, — велел Гарри, прикидывая в голове план местности. — Нужно обыскать лес. — Сэр! — вдруг вскрикнул кто-то. Все обернулись на голос. В центре офиса стоял каменный стол, на котором располагалось несколько кристаллов-маяков. Один из кристаллов запылал красным. — Лондон. Это маггловский Лондон, — проговорил Гарри не веря своим глазам. * * * Сегодняшний день вышел на редкость ясным, хотя Северус едва ли оценил это. Утром он проснулся с раскалывающейся головой и даже обезболивающее зелье не смогло полностью унять боль. Его слегка подташнивало от еды в Большом зале и даже от зелий во время уроков. После обеда, который он намеренно пропустил, у него была назначена встреча в Аллее Трех Солнц с Люциусом Малфоем, куда Северус явился вовремя. Старый товарищ выбрал то же самое место, где они не раз встречались, а именно приватный бар при арене. Сегодня должен состояться бой троллей и в ложах собралось много людей. А вот в бар пока спускаться никто не спешил. Снейп прошел мимо охраны, всего лишь продемонстрировав метку. Лицо здесь показывать было не принято. Сторонников Лорда пропускали всегда и бесплатно. Северус сразу заприметил за одним из столиков высокого мага, в позе которого угадывалась томная грация Малфоя. — Приветствую, — проговорил Снейп, опускаясь на стул рядом. — Я рад, что ты пришел, — напряженно ответил Люциус. Его лицо вынырнуло из-под капюшона, и Северус сглотнул. — Что-то случилось, полагаю? Малфой был бледен или даже болен, судя по изнуренному виду. Он невесело усмехнулся и положил на стол свиток. — Я пришел просить тебя о зелье. — О каком? — О твоем модифицированном чуде от лунной болезни. Бровь Северуса приподнялась. Очень странно, что Люциус просит то, чего полно у Лорда. — Тебе придется объяснить мне все, Люциус. Малфой опустил взгляд и молчал некоторое время. Северус внимательно следил за его лицом и позой. Малфой был прекрасным актером и мог обмануть кого угодно. Когда-то он мог проделывать это и с Северусом, пока тот не узнал его получше. Сейчас маска Малфоя казалась надтреснутой. — Нарцисса была укушена оборотнем… — и сей прискорбный факт печалил Малфоя настолько, что тот не мог это скрыть. — Я не смог этому помешать. Лорд был у нас в поместье с одним из своих ручных псов. Не знаю, что эта тварь почувствовала или что ей в голову взбрело, но она вдруг накинулась на Цисси. — Она сильно пострадала? — Северус старался понять, что именно ощущает по этому поводу Люциус. Отношения с женой у них были сугубо деловыми, несмотря на общего наследника. Северус никогда не замечал особой любви Люциуса у жене. — Она… испугалась. Тварь оставила на ее плече укус. “Метку?” — мгновенно догадался Северус, поскольку совсем недавно получил похожее украшение. От этого воспоминания, место укуса зачесалось, но он подавил желание прикоснуться к нему. — Что это был за оборотень, Люциус? Опиши его, — торопливо попросил он, уже догадываясь. В голове завертелось множество мыслей. Люциус запахнулся в мантию и сосредоточенно продолжил: — Огромная плешивая тварь, — с трудом сдерживая гнев выплюнул он. — Черный как ночь. Сначала он показался мне безвольным или под чарами — жался к ногам Лорда, как щенок. Но когда он заскулил и кинулся на Нарциссу, я даже опешил… Я хотел его убить! — у Люциуса дернулась щека и черты лица заострились от ярости. — Лорд велел мне не вмешиваться. Я просто… — Люциус сжал руки, впившись ногтями в ладони. — Просто стоял и смотрел. Губы Северуса искривились, но не от презрения. — Лорд объяснил, почему оборотень напал на нее? — осторожно уточнил он. — Нет. Они почти сразу ушли, — выплюнул Люциус. — Он сказал мне, чтобы я хорошо ухаживал за женой. “Боюсь, мой друг, что ты даже не представляешь, как теперь она ему нужна”, — подумал Северус, но не посчитал нужным озвучить. Если Лорд нашел еще одну пару для оборотня с привязкой, то теперь может наблюдать, как изменится поведение оборотня. Северус глубоко задумался над этой информацией. Люциус, ощутив, что пауза затягивается, посмотрел на него и недовольно пододвинул свиток. — Так ты мне поможешь? Северус бросил взгляд на пергамент и спросил: — Что это? Люциус манерно скривился: — Цена. Северус развернул свиток и обнаружил, что перед ним страница из журнала с его собственными записями. Чернила на нем выцвели и потерлись в некоторых местах, но все еще были понятны. Лишь вчитавшись в текст, Северус ощутил, как громко забилось сердце в груди — в руках у него оказался кусок рецепта первого зелья. — Откуда это?! — Его дал мне ты семь лет назад. — Что… — Северус неверяще уставился на Люциуса. А тот тяжело вздохнул и заговорил: — Когда ты посчитал, что тебя скорее всего убьют, то передал некоторые записи мне, — уголок его губ приподнялся. — Тогда ты еще считал меня другом, Северус. Снейп был как громом пораженный. Чтобы он доверился Люциусу?! Другом? — Я тебе не верю. Люциус хмыкнул. — Я так и понял, что тебе тогда сильно подчистили память. К тому же, Лорд действительно намеревался убить тебя… Так что ты оказался прозорлив, друг мой, — сказал он без издевки. Северус не помнил, когда их дружба с Малфоем охладела… Ему казалось, что это было так давно, что он перестал придавать этому значения. Тем не менее, Северус быстро убрал страницу во внутренний карман мантии. — Если все это правда насчет Нарциссы, Люциус, и она так важна тебе, то почему я застал тебя в борделе недавно? Странная какая-то семейная жизнь у вас, — не то, чтобы Северусу было это интересно, скорее вызывало подозрения. Действительно ли Люциус хочет это зелье для жены? Однако Малфой его и здесь удивил, потому что с достоинством откинулся на спинку стула и сказал: — Я ходил туда для того, чтобы утрясти дела Драко, а не развлечься. Северус поднял брови. — Драко? — Да, хотел знать об одном пастбище Лорда, — на этот раз Люциус брезгливо поморщился. — Как я выяснил потом, там держали девчонку Уизли. Сначала Северус хотел уточнить, при чем тут бордель, но отчего-то сказал совсем другое: — Он ей увлекся? Люциус скривился и дернул рукой, словно хотел сжать кулак, но передумал. — Ребенок от него? — уточнил Северус, подавляя желание ухмыльнуться. Люциус подался вперед, грозя ему пальцем: — Не доводи меня, Северус! Разве ты не читаешь газет? Поттер отец этого ребенка. Северус выпрямился, губы его сжались в тонкую линию, а глаза замерцали холодным блеском. Напоминание о том, что еще недавно он и сам так думал, наполнили живот пустотой, а сознание хаосом. Насмешка расцвела на губах Люциуса, но не задержалась надолго. Он вдруг откровенно сказал: — На самом деле в газетах пишут ложь, как и обычно. Скорее всего, кто-то поимел Уизли на пастбище. Тот же Родольфус… Его недавно убили, ты слышал? — Да. — Из-за этого я и был в том месте, где ты меня застал. Пташки нашептали мне где будет Родольфус. А я передал Драко. — Вот как авроры узнали, — Северус понимающе хмыкнул. — Тебе это зачтется, полагаю. — Ты поможешь мне? — спросил Люциус напряженно. — В конце недели полнолуние. — Как давно ее укусили? Люциус на мгновение замер, подсчитывая дни. — Четыре дня назад. — Есть какие-то признаки болезни? Повышенная температура, чувствительность обоняния и зрения? — Ее рана долго заживает, а в остальном ничего необычного. Северус закусил щеку и рассматривал Люциуса, сам с собой пытаясь прийти к консенсусу. Стоит ли раскрывать перед ним некоторые знания, которые могут отразиться на их связи с Гарри? Если даже Люциус расскажет об этом Лорду, то Северус сомневался, что тот еще не в курсе. Или в ближайшее время не узнает, понаблюдав за своим оборотнем. — Нарциссе ничего не грозит, — сухо сообщил Северус и поднял руку, останавливая готового возмутиться друга. — Как тебе, возможно, известно, я тоже был укушен оборотнем. И не единожды. Люциус сглотнул. — Да, я слышал. — Первый раз это произошло в вольере с оборотнями Лорда. Я прекрасно помню того черного оборотня, что ты описал. Он был самым худым и диким. Но меня укусил не он, — Северус не собирался рассказывать всего. — Его сосед. — Тебя отправили на казнь? — опешил Малфой, видимо, слышавший что-то о подобной расправе. — Как ты выжи… — он замолк, широко распахнув глаза, а Северус сжал губы. В образовавшейся тишине, стараясь игнорировать сочувствие, которым повеяло от Малфоя, Снейп проговорил: — Я тогда не заразился. После укуса прошел не один месяц. — Значит, — Люциус сглотнул, — они не заразны. Северус поморщился и протянул: — Это не главная твоя проблема, Люциус. — Какая же главная? — процедил Малфой. — Что может быть хуже… — Твою жену пометил другой оборотень. Раз Лорд не стал мешать ему, то привел его к тебе не просто так. — Что ты имеешь в виду? Пометил? О чем ты? — Люциусу формулировка очень сильно не понравилась. Северус сложил руки в замок на столе и наклонился вперед. — Этот оборотень придет за ней в полнолуние, — он был уверен в этом. Гарри не раз повторял, что будет сопровождать его в столь сложный этап становления. Скорее всего, инстинкты не позволят ему оставить пару одну. Как и этому черному оборотню, пометившему Нарциссу Малфой. — Что же мне делать? — в отчаянье прошептал Люциус. — Если я тебя правильно понял, он… — Он придет за ней, чтобы сделать своей, — кивнул Северус. — Проклятье. Я не отдам ее! — вскинулся Люциус, и лицо его исказилось гримасой. Хотя… в нем читалось и бессилие. Ведь Лорду прекословить было бессмысленно. — Лорд может потребовать привести ее к нему. Я не знаю, как этого избежать, Люциус. Если ты не хочешь себя подставить, конечно. Люциус онемел и уставился куда-то в сторону. Впервые Северус увидел в нем отчаянную решительность и понял, что, возможно, эта их встреча — последняя.