Seoul Paradise

Пушистые снежинки, как мириады белых мотыльков кружились за окном оседая на пушистых лапах елей, растущих за окном дома семьи Ма. Юнги стоял и смотрел в окно в ожидании чуда, ведь только оно могло спасти расстроенного парня. Каждый год он встречал Рождество в кругу семьи, а в этот раз всё пошло не так. У всех были какие-то планы, важные дела, разве только что кроме Чон Хосока, который еле приполз утром, когда уже никого не было. Наталья с мужем решили встречать рождество с Корнами и их пополнением. Господин Ма не смог вылететь из Штатов и остался у отца Намджуна, а сам Намджун сказал, что будет встречать Рождество с Джином. Мало того, что Юнги был крайне негативно впечатлён появлением Джина в жизни его обожаемого Намджуна, так ещё накануне он узнал, что тот бастрюка своего притащил. Будучи любимчиком в семье, Юнги почувствовал, как земля под его ногами пошатнулась. Ревность, обида, жадность и ненависть захлестнули мальца, и он стоял в настолько напряжённой позе, что можно было подумать, будто он ожидает удара. Отоспавшись, Хосок блудил по дому не находя себе места. Проходя мимо зала с наряженной елью, он заметил силуэт Юнги и зашёл к нему. — Что делаешь? — Отстань. — Ого! Это где ты набрался таких манер? Юнги повернулся и через плечо посмотрел на него таким взглядом, что Хосок аж опешил. — Юнги, а ты ничего не перепутал? Так смотреть на старших. — Ты вроде куда-то шёл? — Сбавь обороты Юнги, я не твой одноклассник, чтобы ты так себя вёл со мной. Что-то случилось? Расскажи, может я смогу помочь. Хосок развалился на диване закинув ногу на ногу и закурил. Юнги наблюдал за ним, а потом сел напротив. Хосоку сразу было понятно, что с Юнги не всё в порядке, он не раз видел подобный озлобленный на весь мир взгляд. — Ну давай, выкладывай, что стряслось? — Я не знаю как это объяснить, мне нечего сказать. — Ну тогда я попробую угадать, у тебя разбитое сердце? Глаза, что со злостью смотрели на него, смягчились и даже взгляд сменил эмоцию на удивление. Хосок понял, что попал в точку. — Ну и кто эта красотка, что украла твоё сердце? Юнги молчал, а вот Хосок продолжал «Шоу интуиция»: — Это кто-то из школы? — Да. — Я тоже в школьные годы был влюблён в одну девчонку, эх, жаль что так больше и не видел её. Как твою зовут? Красивая? В каком она классе? Хосок так бы и продолжил задавать вопросы, но на мгновение заткнулся, сделал туповато задумчивое лицо и потушил сигарету: — Слышь Юнги, а ты же вроде как в школе для мальчиков учишься… Последовавшая пауза послужила положительным ответом, капитан очевидность зашёл на борт: — Пу-пу-пу… Я правильно тебя понял? Юнги продолжал смотреть ему в глаза и молчать, а Хосоку уже и не надо было слов, он и так понял, что ходит по краю. Он встал, пробежался по комнате взглядом и найдя графин виски налил себе полный стакан и сделал пару больших глотков. — Так что ты там говорил малыш, как говоришь зовут… его? — Его зовут Техён. — Фу, блядь и ты туда же! Ой, прости, не обижайся, я просто не был готов к такому. Да блядь, как вообще к такому можно быть готовым?! Хосок допил залпом стакан виски и снова закурил. — Хосок, только поклянись, что ты могила! — Да как тут вообще расскажешь кому. Папа тебя убьёт. — Знаю и без тебя, но мне всё равно! — И давно ты того? — Я не того! Я вообще не знаю, что я! Как жить с этим тоже не знаю, но и думать об этому не могу перестать. — Тут бы тебе больше подошло поговорить с Намджуном или Джином. — Не упоминай при мне его имя! Я слышать не хочу ничего об этом приблуде. Юнги вспылил и подорвался с места не сумев удержать себя в руках. — А чем тебя Джин обидел? — Он украл у меня Намджуна! Он был мой, ну в смысле наш… Хосок слишком быстро понял сказанное, но сделал вид что не услышал посыл этих слов. — Понимаешь, Юнги, Намджун, у него своя жизнь, так или иначе он взрослый дядька, которому полагается уже иметь семью и детей. Но так как он у нас особенный, он выбрал Джина. — Ага и уже с ребёнком, удобно устроился, братишка! — Не нам его судить, но как сложилось так сложилось, они любят друг друга, совет им да любовь. — А я что недостаточно сильно его любил? Сначала он исчез из моей жизни, потом Техён, кто дальше? Ты хоть не собираешься жениться? — Вот тут можешь быть спокоен, этого жеребца ещё ни одна женщина не сумела захомутать. Но ты, надеюсь, ко мне не испытываешь ничего…ну…такого? Юнги закатил глаза и сел. Хосок выдохнул, налил себе ещё стакан. Он понимал, что если не с ним, то ни с кем другим Юнги не сможет поговорить и мысленно готовился услышать что-то страшное, хотя и любопытства не скрывал: — Слышь, братишка, а когда ты понял, что Намджун тебе нравится? — Он мне… давно. Ещё когда маленький был, лет в пять заметил, что он для меня красивее всех, а потом я рос и понял, что всё куда сложнее. — Да уж, быстро ты вырос, а я всё ребёнком тебя считал. — Мне уже тринадцать будет в марте, маме четырнадцать было, когда она за папу замуж вышла. — Тогда времена были другие. — Себя вспомни. — Шах и мат. Юнги скисал на глазах. Хосок закурил ещё одну сигарету и допил второй стакан. — Так, а что там у тебя за история с тем, как там его. — Техён, его так звали. — Звали? — Да. — Расскажешь? — Ну, он несколько лет назад в первый класс к нам попал. Чтобы чаще ходить к младшеклашкам я даже завёл друга в параллельном классе. Жаль, так и не смог подойти к нему хоть раз. — Да уж, а что с ним случилось? — Он просто исчез, я спрашивал, но говорят, что просто перестал ходить в школу и всё. — А кто его родители? — Не знаю, он не особо кому-то говорил о своей семье, но слышаль, что у него мать какая-то знаменитость. — Это не о чём не говорит, у вас дети из бедных семей не учатся. Все какие-то зажиточные отпрыски. — Я, пожалуй, пойду к себе. Голос парня задрожал, опустив голову он встал и хотел быстро уйти, но Хосок схватил его за руку и быстро обнял, поняв, что тот сейчас заплачет. — Юнги, ты молодец что рассказал мне. Всё будет хорошо. Мальчик тихонько всхлипывал и продолжал молчать. — Знаешь Юнги, ерунда это всё, смотри какой снежок на улице, пойдём поиграем. — Не хочу. — А я и не спрашивал. Хосок подхватил мальца на плечо и понёс на улицу. Юнги даже и не понял, как оказался во дворе уже в куртке и шапке, правда одет так, будто просто упал в вещи. — Тут холодно. — Не ной, Юнги. Зацени лучше это. Хосок слепил снежок, прицелился и кинул его прямо в стоящего неподалёку охранника. — Что ты творишь, Хосок?! Возмутился Юнги, но снежок, прилетевший в затылок мужика, вызвал такой возмущённый вопль, что Юнги застыл в удивлении. Охранник стал вертеться и искать кто кинул. Юнги хотел отругать Хосока, но его и след простыл. — Господин Мин, это Вы кин… Юнги стоял как вкопанный и смотрел как Хосок из другого конца заднего двора снова метнул в мужика снежком и спрятался за ёлкой. Как только мужик отвернулся, Юнги сообразил и спрятался в зелёных кустах самшита. — Да что за подлец кинул? Не судьба была мужику узнать, потому как Хосок как хорёк менял положение и обстреливал охранника снегом. Юнги, наблюдая за этим из кустов, начал невольно смеяться. Не выдержав тройного попадания, мужик схватил огромный кусок снега своей лапой, слепил шар и замахнулся в сторону Хосока, Хосок выбежал из-за ёлки и упал в кусты к Юнги. — Прикрой меня, братан. Юнги стал быстро лепить снежки и кидать в дядьку, дядька тоже не растерялся и стал отстреливаться. — Мочи его, братишка! — Так не честно, господин Чон! Вас двое! — Так ты один, а нас двое, ха-ха… Крикнул Хосок в ответ и запустил снежный снаряд. На шум стала сползаться охрана, в каждого подходящего со всех сторон стали прилетать снежки и так постепенно в снежные войны было втянуто около восьми человек. Юнги носился с Хосоком и тремя другими мужчинами разного возраста и активно обстреливал оппонентов из команды охранника. Наконец-то Хосок увидел, как братишка искренне смеётся и веселится. — Отступаем к левому флангу! Скомандовал он и продолжая отстреливаться и прикрывая от обстрела Юнги они отошли к заднему входу и, казалось бы, вот-вот сдадутся, но там за углом дома оказалась здоровенная куча снега, который складировали когда чистили дорожки. Заняв удобные позиции за снежной кучей команда Хосока дала жару остальным и так закидали их снегом, что с ними уже не люди в снежки играли, а пять снеговиков. Начальник охраны в этот момент сидел в своём офисе. Краем глаза он увидел, что его люди бросив свои посты занимаются хер пойми чем. От такого возмущения и нарушения порядка он вылетел как дикий вепрь и ворвался в самый разгар ледового побоища. — Какого хера вы тут устроили, долбоёбы?! — На блядь! Крикнул Хосок и снежком попал прямо в лоб разъярённого амбала. Пока он орал и вытирал с лица мокрый снег, остальные в рассыпную разбежались кто куда. Со всех сторон стоял громкий хохот, оказалось, что за ними наблюдали почти все, кто в этот момент был на территории дома, включая госпожу Ма, которая вышла на шум. — Я давно так не смеялась, вот это вы отожгли. — Мама, а ты видела, как я его? прям на! А он такой в Хосока, на, на, на! А тот его, на, на, на! — Тише, тише Юнги, с тебя снег сыпется, давай сначала отряхну тебя, а потом расскажешь мне всё в доме, тут холодно, а у тебя уже губы синие. Тебя Хосок, это тоже касается. — Ну мааам… — Да, вот именно, ну мам! Добавил Хосок смеясь. — Не мамкайте мне тут, марш в дом, а то простудитесь! В комнате Чонгука было так же темно, как и в его сердце. Это рождество совсем его не радовало. Несколько дней он вёл себя очень странно, родители были обеспокоены его состоянием, но поделать ничего не могли. Все в доме прекрасно понимали его чувства, ведь так тяжело терять друзей, особенно в таком юном и нежном возрасте как у него. Малыш лежал под одеялом и смотрел в пустоту тёмной комнаты. Хоть время давно перевалило за полночь, Чонгук никак не мог заснуть. Чимин конечно же чувствовал и свою вину за состояние брата, но совершенно ни о чём не сожалел. Решив воспользоваться ситуацией, он решил наверстать упущенное и вышел из своей комнаты. — Чонгук, Чонгук, ты не спишь? Шёпот брата за дверью не вызывал никакой реакции у мальчика, ему даже тяжело было открыть рот, чтобы ответить ему. — Не сплю. — Вот и хорошо. Чимин вошёл в его комнату и осторожно закрыл за собой дверь. Чонгук лежал и казалось ему было совершенно всё равно на то, что только что зашелестело у брата в руках. Чимин сел на край кровати рядом с ним и почти неразличимый силуэт брата в темноте казался таким же печальным как и вся атмосфера в комнате. — Как ты себя чувствуешь? — Какая разница? — Я волнуюсь за тебя, ты мой единственный и любимый братик, а сейчас рождественские праздники. Ты совсем не веселишься, хотя вся семья старается тебя поддержать. — Чимин, прости меня. Но мне совсем не весело. — Я знаю, чем тебя развеселить? Чимин чем-то зашуршал и в комнате появился ванильно-приторный запах зефира, от которого того естественно обсыпало, из-за огромного содержания сахара, однако Чимин смог достать для него упаковку любимого лакомства. Печаль печалью, а слюна всё равно наполняла рот мальчика. — А кто тут хороший мальчик? — Я? — А кто самый лучший братик в мире? — Я? -Конечно ты, что за сомнения! — А кто тут сейчас перестанет грустить и получит зефирку? — Я! Дай мне! — Держи, только не ешь всё сразу, а то нас наругают. — Омном, дяя, канефна, мноммном… Коварный Чимин знал как вести себя с братом и в буквальном смысле решил взять его под свой контроль. Играя его чувствами он убедил парня в том, что всё будет прекрасно и замечательно и его друг обязательно вернётся. Они долго ещё говорили, Чонгук то плакал то смеялся, пока не стал засыпать. — Ладно, ты спи, а я пойду. Старший брат встал с кровати Чонгука и уже почти вышел в дверь, но тут Чонгук понял, что не хочет оставаться один и подскочил. — Чимин! Стой, не уходи. — Тебе пора отдыхать. Произнёс Чимин, а сам радовался, что тут темно и не видно, как коварная улыбочка расползается по его лицу. Он на это и рассчитывал, поэтому, как только войдя в комнату брата он прекрасно понимал, что этим всё и закончится. — Останься со мной как раньше, тут хватит места для тебя. — Ох, ну если мой маленький братик просит, кто я такой чтобы ему отказать? И без особых уговоров он умастился под одним одеялом с братом и обняв его, прижался всем телом к мальчонке. Чонгук вновь почувствовал себя в безопасности в объятиях старшего брата и скрутившись в калачик, он мирно засопел. Чимин же ещё долго лежал, думал о чём-то и периодически нюхал волосы брата, наслаждаясь долгожданной близостью. И пока он пожинал плоды своих трудов, вновь становясь для Чонгука центром вселенной, он совершенно не подозревал, что уже скоро «гадина», отравляющая их отношения, проявит себя снова. Техён завтракал вместе с отцом и Намджуном. По выражению его лица было видно, что мальчик чем-то опечален. Намджуну уже было известно, что у Джина с сыном состоялся важный разговор и уже несколько дней ощущалось напряжение. Джин стал странно себя вести, он избегал близости со своим мужчиной, что явно не радовало Намджуна, а ещё и накручивал себя. — Сыночек, доедай скорее, а то мне нужно на работу метнуться туда и обратно. — Джин, я сказал тебе, что можешь не появляться там, у нас отпуск. Пусть сами разбираются. — Намджун, я так не могу! Я столько сил вложил в этот проект, что просто не могу позволить чему-то или кому-то помешать. А что если они опять что-то перепутают? — Джин, это не твои проблемы. Джин одарил Намджуна таким взглядом, что у того отпало желание с ним спорить. — Ладно. Не слушаешь меня, тогда хотя бы не один поезжай, возьми с собой охрану, чтобы я не переживал. — Намджун, я са… — Да что ты за человек такой? Техён, скажи ему хоть что-нибудь! — Папа, не беси его, у него в руке нож. Мальчик поднял глаза на папу, Джин хотел было возмутиться, что сын переметнулся на другую, но посмотрев на Намджуна, сжимающего в руке нож для масла аж до белых костяшек, тут же передумал и согласился на его условия. — Ладно. Жаль ещё не приехала няня, её рейс задержали. Не хотел оставлять сына на тебя, чтобы он тебе не надоедал. — Папа, я найду чем заняться и не буду никого беспокоить. Я умею себя вести тише воды. — Джин, что ты несёшь? Какое надоедать? У нас ещё столько подарков не открыто, столько игр не играно. Да и без тебя мы тоже немного отдохнём от суеты. — Вы хотите сказать, что я вас напрягаю? Джин посмотрел на них и по их взглядам в тарелки понял, что так и есть. Взяв с собой несколько крепких парней, Джин отправился на служебном авто в офис компании FD, а Намджун остался стоять с Техёном у дверей, провожать взглядом машину, пока та не скрылась за поворотом. Он стоял, как обычно, засунув руки в брюки и уперевшись об колонну на пороге дома. — Ну что, дружочек, вот мы и остались с тобой вдвоём, чем займёмся? Техён всё ещё глядя вдаль задумался и как показалось Намджуну завис. — Наверное нужно собрать игрушки пока папы нет и убрать в комнате. Намджун не сразу понял, шутит малый или нет, но как только Техён развернулся и пошёл в свою комнату Намджун двинулся за ним. В игровой комнате игрушки были повсюду, Джин с не меньшим интересом чем у его сына играл и рассматривал крутые девайсы, подаренные ребёнку на рождество. — Ого, работы много, но может ещё сыграем во что-то пока не убрали? — Намджун хён, в отсутствии отца ты не должен со мной сидеть, если у тебя есть какие-то дела. Я могу и сам развлечься. Не хочу быть обузой. — Эй, пацан, не говори так. Ты не обуза, а мой друг. К тому же у меня есть опыт воспитания детей. — У Вас есть дети? — Нет, не у меня. У меня есть славный племянник, зовут Юнги, он старше тебя на два года. Вот с ним я и научился и памперсы менять и кормить с ложечки. К тому же он мне как родной брат. Намджун сел на детское кресло, а мальчик стал собирать игрушки. Занятие явно не то, которое принесло бы удовольствие Намджуну. — Так, завязывай с этим, ты уже несколько дней в доме, а толком ничего и не видел, хочешь покажу что ещё интересное есть тут? — Да, было бы интересно узнать, хотя я ещё путаюсь, где моя комната. Нужно как -то дверь отметить, а то я два раза уже заблудился. — Хочешь табличку со своим именем на дверь? — Нет, тогда дверь испортится если на нее что-то вешать. — Не думай об этом. Намджун немного нахмурился осознавая в каких ужасных условиях жил мальчик, если вместо предложенного он сначала подумал, что он повредит что-то. Эти слова говорили сами за себя, пришло осознание того, что каждый раз, когда он что-то ломал ему прилетало. — Так, идём, давай, вообще-то в этом доме есть специально обученные люди, которым я ещё и зарплату плачу. — О нет, я и сам могу убрать. — Я тоже могу сам убрать, но моё время стоит слишком дорого, чтобы тратить его на такие мелочи. Намджун взял мальчика за руку и они отправились на экскурсию по дому и всем его закоулкам. По внутреннему телефону Намджун приказал прислать кого-нибудь из персонала для уборки в игровой и увёл мальчика за собой. Самым интересным местом оказался кабинет Намджуна в котором было собрано множество предметов искусства. Техён так был похож на отца когда ходил за ним с открытым ртом и боялся слово проронить. — Тебе нравится тут? — Да. — Без меня сюда заходить запрещаю, хотя ты и так не попадёшь, но когда я тут, можешь навещать меня. Может желаешь чаю выпить вместе, я попрошу чтобы нам принесли. — Да, с удовольствием. — Я буду облепиховый с мёдом, а ты какой хочешь? — Такой же или фруктовый. — Тогда скажу, чтобы оба принесли. Вскоре им принесли два чайника с ароматным чаем и десерты. Намджун, посчитав что в обществе мальца пить будет непристойно, отодвинул графин виски подальше. — Как тебе чай? — Очень ароматный, но вкус какой-то терпкий. — Верно, так и должно быть, добавь мёд будет вкуснее. — А попробуй этот чай. Намджун налил мальчику облепиховый чай с цитрусом и добавил мёда. — Ого, как вкусно! Я ещё не пробовал чая вкуснее. — Зато теперь сможешь попробовать всё что захочешь. Только скажи, что тебе принести и тебе это тут же принесут. Мальчик держал в руках красивую белую чашечку с маленькой ручкой и смотрел на в своё отражение в чае. — Намджун хён, зачем Вы меня так балуете? Вы так хотите добиться расположения моего отца? Сказать, что Намджун не был готов невозможно, просто мальчик застал его врасплох. — Нет, мне не нужно больше добиваться расположения Джина. У нас немного другие отношения, как ты уже понял. — Да, я понял это ещё раньше, мне мама в подробностях рассказала, когда вас обоих показали по телевизору. Знаете, я не говорил папе многого, он у меня впечатлительный, как оказалось. Их взгляды пересеклись и Намджун увидел перед собой не того застенчивого мальчика, а человека пережившего много страданий и не по годам взрослого. — Да, он такой, всё ещё удивляется каким-то мелочам и не может привыкнуть к тому, что весь мир у его ног, всё ещё пытается доказать себе что-то с головой уходя в работу. — Он так всегда делал, сколько я его помню. До того, как он уехал в Америку, он так же усердно работал у себя в кабинете. Этим он ужасно бесил маму. Жаль он не увидел то, что увидел я. — Техён, мы переходим черту, если ты хочешь прекратить этот разговор и избежать неловких вопросов, то лучше остановиться сейчас. — Какая разница, сейчас или через месяц, папа сказал что вы оба в курсе того, что произошло. Не брезгуете есть со мной за одним столом? — Почему ты думаешь что то, что ты пережил должно как-то влиять на мою брезгливость? Я видал вещи куда хуже, но ни в коем случае не преуменьшаю этими словами твоих страданий. Однажды мы с твоим папой тебе кое-что расскажем, но не сейчас. — Жаль я не могу рассказать ему. — Всё что ты не можешь рассказать папе, можешь рассказать мне. Я говорил с твоим папой и мы считаем нужным начать для тебя терапию с психологом. — Да уж, не помешает. Главное, чтобы он не повесился потом. Намджун издал звук похожий на смех и тут же заткнулся, потянувшись за сигаретой, а потом положил сигарету назад. — Да курите, хён, мне не мешает это, просто папа по этому поводу переживает. Намджун встал и открыл окно за спиной, наконец-то можно закурить. — Мда мелкий, досталось тебе, не позавидуешь. — Вы так и не ответили на мой вопрос. — Я делаю всё это потому, что Джин для меня самый важный человек на свете. Не знаю, поймёшь ты или нет, но я делаю это просто потому, что это моя ответственность. В некоторой степени в том, что с тобой произошло и я виноват. Не уехал бы Джин на работу по контракту в США, может этого и не случилось. — Я много думал об этом, но так и не понял почему за всё это время папа не приезжал к нам и не звонил. — Это мамаша твоя виновата. Джин регулярно звонил, но она препятствовала вашему общению. — Это верно, иногда я пытался достучаться до отца, и даже как-то раз закричал и она чуть не задушила меня. — А не приезжал он, потому что у него были сложные времена, он тоже много чего пережил. — А как давно вы с папой вместе? — Давненько. — Вы его любите? — А ты как думаешь, малец? — Папа сказал, что любите, но мне всегда казалось, что если люди любят друг друга, то они женятся. — Ха, с чего ты взял что нужно жениться если любишь? — Ну я бы так и сделал. Взял бы человека которого люблю и поженился с ним. — С ним? — Ну с любимым человеком, которого люблю. Оба сделали вид, что речь идёт о человеке в общем, без уточнения половой принадлежности, но на лице Намджуна появилась странная улыбка, когда он смотрел на пунцового мальца. Да уж, в этом они с папой точные копии. — Жениться говоришь? Мальчик посмотрел на него. Намджун докуривал сигарету и как-то загадочно смотрел сквозь него. — Дай, пожалуйста, пепельницу со стола. Техён положил чашку и взяв со стола Намджуна пепельницу протянул её ему. Намджун взял пепельницу и увидел оголившееся из-под рукава свитера запястье на котором было несколько ожогов от сигарет. Даже у такого бездушного человека с абсолютно чёрным сердцем, что-то внутри сжалось, но он ещё не видел остального. Время пролетело быстро и Намджун, решив отвлечь мальца от грустных разговоров, стал рассказывать ему про предметы искусства в кабинете, их историю и как они тут оказались. Когда за окном начало темнеть, дверь кабинета открылась и дворецкий доложил, что прибыл Ким Сок Джин. — Техён, иди встречай папу, а я тебя догоню, мне позвонить надо. Мальчик в сопровождении прислуги отправился к папе, а Намджун тут же набрал номер Хосока. — Алло. Привет Хосок, говорить можешь? — О, ты как раз вовремя, я хотел с тобой кое-что обсудить. — Весь во внимании.