Seoul Paradise

Атмосфера клуба так заворожила юного парня так, что Чонгук пустился в разнос и будучи слишком беспечным перестал следить за языком. Запивая свою печаль алкоголем, он уже был на пределе своих сил, а брат продолжал наливать. - Пойдём потанцуем! Окосевший Чонгук начинал чудить, то и дело порывался снять с себя верхнюю одежду. Чимин был и так на пределе от не стихающего пьяного бреда брата, так ещё и алкоголь начал брать над ним верх. — Вот братишка, я налил, сейчас выпьем и пойдём потанцуем. - Мне кажется или тут жарко? Чонгук в очередной раз попытался расстегнуть рубашку, но никак не мог справиться с коварными пуговицами. Его раскрасневшееся лицо было таким милым, а движения небрежны. Чонгук уже еле воротил языком, но Чимин словно ни в одном глазу. Парень был так пьян, что не заметил белёсый осадок на дне стакана и выпил всё залпом. Внезапно Чонгук словно отрезвел, но это было только начало. Он выпрямился, его лицо стало напряжённым, а брови сошлись вместе. Он издал отчаянный стон, пошатнулся вставая и задел стол. Столешница заходила ходуном и бутылки посыпались на столе, Чонгук схватил недопитую бутылку и, словно она его лично оскорбила, швырнул об стену. Некоторое время Чимин наблюдал за словно обезумевшим братом и уже предвкушал как тот в последствии будет сгорать от стыда, вспоминая, что натворил в клубе. Его брат не мог связать ни слова и потерял контроль над рассудком, он махал руками плакал и всхлипывал. - Ох братец, а вот и время пьяной белки! И в кого же ты такой у нас слабенький на выпивку? Куда же ты в таком виде пойдёшь? Голос Чимина звучал наигранно и издевательски, но брат вряд ли вспомнит про это и он, зная это, всё равно подстраховал себя и не стал снимать маску заботливого брата. В один из своих визитов в клуб он увидел, как какой-то парень на барной стойке подсыпал что-то девушке в коктейль, а спустя некоторое время уводящий её почти бессознательную прочь. Немного понаблюдав, он быстро вычислил, что так делают определённые люди, озабоченные парни, старые извращенцы, охотницы за деньгами и изредка особый бармен, который ему примелькался. В бармене не было ничего выделяющегося, но зная уже гораздо больше об этом месте и его владельце, Чимин быстро смекнул, что это подосланный человек, чтобы провернуть необходимый трюк на баре. Чимин продумал стратегию и наладил необходимые связи чтобы приобрести препарат через третьи руки и воспользоваться им в крайнем случае, но сейчас его поджимало время. Не обращая внимания на осколки, плотно покрывающие пол, Чимин медленно, но грациозно как пантера подошёл к вырубившемуся брату и нагнулся над ним, чтоб посмотреть на его прекрасное лицо, опухшее от слёз. Чонгук напрягая остатки разума поднял глаза и попытался рассмотреть хоть что - нибудь. Впереди был широкий заниженный диван с яркими подушками, и он как зомби в ужастике обрушился на него с двух шагов. В голове гудело от звона в ушах, заглушающего музыку и голос брата, он понимал, что ему что-то говорят, но не слышал, что конкретно. Как только он принял горизонтальное положение его начало тошнить и ему казалось, что он на карусели. Перед глазами всё поплыло и появились цветные фракталы выстраивающие удивительные узоры, а мысли неслись таким потоком, что он не мог ни одну из них уловить. Глядя на младшего брата, Чимин докурил сигарету, выдохнул дым через ноздри потушил окурок в своём бокале. Впервые парень заговорил вслух правду о том, что он чувствует и впервые прямо ему в лицо. Он уже тысячи раз за всю жизнь мечтал о такой возможности, жаль только, что при таких обстоятельствах. Чимину страшно хотелось прямо сейчас рассказать правду и он, зная, что Чонгук его уже точно не слышит начал говорить. - Ты! Знаешь сколько раз я жаждал сказать, что ты идиот? Конченный идиот и глупец! Ты даже не знаешь, что такое любить, кусок ты дерьма! Более драматичнее пазу он ещё не выдерживал. -Я ненавижу тебя! Ненавижу. - прорычал Чимин сквозь плотно стиснутые зубы и нагнулся над ним так, что смог опереться на обе руки. - Ты заебал меня своим Техёном! Я терпеть его не могу и ненавижу сильнее всего на свете. Я землю жрать готов, только чтобы место освободить для его могилы. Да я всю жизнь пытаюсь показать тебе, что такое любовь и как сильно она меня пленила, как разрушает мой разум и сковывает тело. Да если бы ты хоть раз возжелал меня также сильно как своего ушлёпка, я бы всё для тебя сделал. На лицо Чонгука начали падать крупные капли и Чимин опустил к нему лицо его ближе, а его голос становился ещё опаснее и страшнее. - Я знаю, я все знаю, я каждую фразу вашу знаю, я знаю каждое слово, что вы друг другу говорили! Если бы ты был сейчас в сознании, братик, ты бы меня наверняка спросил бы откуда я это знаю? Я, именно я, додумался как всё провернуть. Я знаю сколько сил в руках Мин Юнги, я лично попросил его установить прослушку так, чтобы я мог следить за вами и он сделал для меня это, так что ещё когда Техён впервые приехал к нам из США я спер его телефон. Да братишка это я сделал, и никто иной! Я спрятал его там, где его бы даже полиция с собакой не нашла. На самом деле это была истинная правда, Чимин заключил с Мин Юнги сделку и ему пришлось немного поработать для друга, а Юнги в свою очередь приказал своим людям поставить не простую прослушку, а такую как у президента в кабинете, так чтоб комар носа не подточил. Чимину же пришлось несколько лет ожидать возможности отдать должок, и только недавно он смог пригодиться Юнги. Мин Юнги же будучи гениальным стратегом продумал всё так, чтобы и Чимину не навредить и сделать то, что ему необходимо. Спустя столько лет ему было нужно всего лишь сделать так, чтобы Чонгук хотя бы неделю не выходил на связь. Чимина накрывало на нервной почве после всего случившегося, и он уже дрожал от вожделения, но всё ещё боролся с желанием совершить ошибку и положить конец всем его трудам. - Я люблю тебя, я и только я люблю тебя по-настоящему! Только я достоин быть любимым тобой и только я могу прикасаться к тебе. Ты мой и только мой! Клянусь я убью любого, кто прикоснётся к тебе. Я убью всех, кого ты будешь хоть немного любить больше меня. Я знаю, что ты меня слышишь, но ты всё равно никогда не вспомнишь, что произошло здесь сегодня. Чимин расстегивал рубашку брата медленно наслаждаясь процессом. Касаясь кожи тыльной стороной пальцев, парень склонился и вдохнул аромат парфюма на теле брата, немного касаясь его груди кончиком носа. Короткий болевой импульс взбудоражил и так излишне возбужденного парня, и он расстегнул ширинку, которая сдавливала его возбуждение. - Чонгук, посмотри что ты наделал, а я ведь не собирался так с тобой поступать, но я тебя никому не отдам! Я твой единственный и только я могу забрать твой первый раз, я не позволю кому-либо к тебе прикоснуться! Опасный, как рычание тигра, полутон Чимина был еле различим в глухом, но басистом звуке музыки. Чонгук бездвижно лежал и пускал слюни под тихий сопящий храп, его тело было абсолютно неподвижным. Сознание парня было настолько одурманено, что он не мог ни пошевелиться, ни контролировать свой разум. В бреду он не мог даже глаз открыть, он не мог сконцентрироваться ни на чем и кажется все, что он мог делать это дышать. В ушах дико звенело, голова кружилась, тело вибрировало от децибел под ними. Он не различал почти ничего в слепящей темноте, но явно понимал, что с ним твориться что-то. Он не понимал, человек над ним или одеяло, ночь или день, что за блики перед глазами, и что происходит? Хотелось закричать, но рот его был нем и ни единый мускул не дрогнул на его лице, только слеза покатилась по щеке. - Где я? Что происходит? Меня что кто-то трогает? Нет, он не шевелится, но я чувствую, как он дышит. Он? Кто это? Что он делает? Зачем? Кажется, я лежу… Пока Чонгук безуспешно пытался прийти в себя, Чимин дрожа от возбуждения и злости старался как мог сдерживать это животное в себе, чтобы не изнасиловать собственного брата. От отчаяния и безысходности, Чимин не мог пошевелиться, лишь непроизвольно повиливал тазом. Он полностью осознавал что творит, но уже не мог остановиться. Прямо сейчас он хочет жадно вдалбливаться в невинное тело юноши и будь что будет, хоть смерть готов принять. Его отчаяние достигло такого уровня, что убить после этого себя и брата, не такой уж и плохой вариант. Он понимал, что уже к утру он не жилец, если не Чонгук, так семья его утилизирует, как и подобает такому мусору как он. - Прости меня, я так больше не могу, я знаю, что ты меня тоже любишь, но мне больше терять нечего. Я уже потерял тебя, так что смерть для меня очень даже неплохой вариант. Из глаз Чимина полились слёзы и смешались со слезами на глазах брата. Чимин нагнулся и поцеловал Чонгука в закрытое веко, его бездонных карих глаз. Влажные от слёз ресницы оставили мокрый след на губах и он облизал их. От резкого удара ногой в дверь он оторопел, его ослепило ярким светом из коридора. Застав Чимина почти лежащим на собственном брате, полураздетого и со стояком, Чон Хосок с тяжёлым дыхание быстрыми шагами подошёл к кровати и хлёсткой пощёчиной звонко опиздюлил его. Чимин не вздрогнул, но по лицу было видно, что он не в себе. Хосоку хорошо известен этот взгляд, он уже давно заметил ту странную схожесть между Чимином и Ким Намджуном, видимо, именно поэтому он так сблизился с ним. В Чимине он видел того самого 17-летнего Намджуна с которым они прошли пол мира и жизни, плечом к плечу. Он знал что в такой ситуации делать, но уже не боялся расправы над собой и смог предотвратить непоправимое. Несколько часов назад. Весь день Хосоку пришлось тяжело работать, чтобы перенести встречу, назначенную на вечер и освободить себе немного времени для отдыха. Решив остаться в собственных апартаментах, Хосок завершил все свои дела на сегодня и с облегчением переступил порог Seoul paradise. - Господин Чон, у меня важная информация! Раздался голос секретаря, догнавшего его на своей машине. Идущий к Хосоку секретарь выглядел куда уверенней и серьёзней с годами, особенно ему шла седая прядь на чёлке, элегантно уложенная набок. Чон Хосок уже не скрывал своей привязанности и откровенной дружбы, из-за этого секретарь вёл себя с ним на равных. - Чего тебе? - Сейчас в нашем казино представители «делегации» из Китая, это хорошая возможность обговорить новую сделку. - Ну пиздец. Я могу хоть где-то отдохнуть, ты меня вчера заставил до поздней ночи работать с документами, я спать хочу. - Да ты что? Спатуськи хотиться, мамин бедолажка? Харе ныть и иди работать! - Когда ты успел так ахренеть? - Ты так спать хочешь, как голодный ебаться! Себе хоть не ври дружище, спать он приехал, поэтому позвал к себе двух девушек? - Как ты узнал? Нет, молчи! Я даже знать не хочу как ты это делаешь. - Что именно? Узнаю всё раньше тебя или порчу тебе настроение? Или то и другое сразу? Хосок от удивления поднял брови, уставился ему в глаза и от возмущения глотал воздух как свежевыловленный карп. У него явно только что отобрали все его любимые саркастичные упрёки и главное, как ловко он его спародировал. Секретарь невозмутимо поправил очки средним пальцем и подтолкнул Хосока в плечо явно заставляя идти. Ему ничего не оставалось и Хосок грустнея на глазах натянул рабочую мину и отправился на встречу, неся с собой всю печаль корейского народа. Широкая резная дверь встретила его в конце коридора, она походила на дверь президентского кабинета Ким Намджуна в Лос-Анджелесе, и каждый раз входя в эту дверь Хосок невольно вспоминал о брате, и каждый раз забывал ему позвонить. В этот раз он дал себе обещание, что позвонит Намджуну чтобы поболтать и подхватив с собой секретаря не дал тому слинять, уж больно секретарь не любит встречаться с китайцами и он это знает. - Ах ты сука, господин Чон. - От суки слышу, педик. - Уж кто бы говорил, припоминаю я один разок… - А ну хлебало завалил, четырёхглазый! - Ты смотри, как бы линзы не выпали! Моргай старый, а то глаза пересохнут. - Убью гнида. Процедил Хосок сквозь стиснутые зубы и ускорил шаг, а у секретаря лишь дрогнул правый уголок рта от собственной превосходности. За столом для игры в рулетку сидело несколько мужчин в деловых костюмах, окружённых охранной в смокингах. Охрана Хосока также его сопровождала и когда они подошли, старшие с обоих сторон дали друг другу сигналы о разрешении на контакт. Один из китайской охраны шагнул вперёд чтобы проверить на запрещённые предметы Хосока и тут же мужчина сидящий справа за игральным столом что-то негромко, но достаточно хорошо слышно сказал на китайском и телохранитель вернулся на место опустив голову. - Простите моего человек господин Чон, он не хотел ничего дурного. - Да всё в порядке, я понимаю какому риску Вы себя подвергаете посещая Корею. В первую очередь безопасность, а уже после всё остальное. - Спасибо за понимание. Теперь можно как следует друг друга поприветствовать. Мужчины встали перед ним, и они одновременно с Хосоком поклонились и обменялись рукопожатиями. - Господин Чон, Вы желаете сначала дело обговорить? Хосок глянул на стол и быстро прикинул ставки, затем бросил взгляд на крупье и поняв всё по глазам мгновенно искренне повеселел. - Господа, вижу Вам сегодня везёт в рулетку? Как насчёт испытать удачу на троих, как раз и выпьем, а то засыхаю как кувшинка в пересохшей реке. - Река, в которой нет воды и не цветут кувшинки, никогда не будет радовать уставшего путника своей чистой красотой. - Ничего не понятно, но очень интересно, вот за это и выпьем! Хосок сел рядом с ними и тут же всем налили алкоголь. Крупье сменили и присутствующие не стесняясь за игрой обсудили несколько назревающих вопросов. Ставки также перестали быть скучными, но не для Хосока, он уже спустил порядком крупную сумму. - Эх, опять машину проиграл! - Да где там. - Господин Чон, не желаете поднять ставки? - Боюсь, что потом моего секретаря нужно будет поднимать, он в обморок упадёт при подсчётах. Мужчины посмотрели на секретаря, по мужчине пробежали мурашки. Троица отвернулась и засмеялась задорными смешками. Один из мужчин что-то согнувшись бормотал так, что его слышали второй китаец и Хосок, затем Хосок повернулся кинул косой взгляд и хихикая опять пригнулся в кучку с ними, затем они засмеялись и выпили. Секретарь про себя шептал заклинание на понос для делегации и мысленно убил Хосока тридцатью разными способами. Постоянный звук музыки и вытяжек, работающий на полную в зале казино, никак не давал Хосоку расслабиться и даже задорный разговор двух не замолкающих китайцев, не отвлекал его от гула в голове. Хосок искал повод слинять и тут видимо вселенная услышала его молитвы и послала повод. Телохранителю, не спускавшему глаз с людей китайцев, что-то сообщили по наушнику рации и тот перевёл взгляд на господина, Хосок следил за каждым мускулом на его лице. Когда тот убрал палец с наушника, Хосок тут же подозвал его к себе с крайне серьёзным лицом и тот, быстро подойдя, шепотом сказал что-то на ухо прикрывая рот ладонью. Хосок кивнул головой, точно так же прикрыл рот и прошептал ему что-то на ухо так тихо, что мужчина еле его услышал. - Съебаться отсюда хочу, подыграй мне братишка. - Я всё понял, будет сделано господин Чон, немедленно приготовлю. Голос телохранителя прозвучал резко и агрессивно, чем всполошил остальных. Хосок почти плакал, завершая партию не в свою пользу и сливая ставку, встал со своего места и вскрыл карты. - Господа, вынужден Вас оставить, появилось дело, требующее моего вмешательства. - Останьтесь господин Чон, Вы хороший соперник в играх и алкоголе. - Телега не будет ехать если колёса отваливаются. Задумчиво посмотрев на свой бокал, китаец перевёл взгляд на Хосока и два мужских взгляда поняли друг друга. - Господин Ли, после смерти Вашего отца я не думал, что с кем-то будет так же интересно играть как с ним, но в Вас я увидел его. Господин Ли позвольте откланяться. После такой трогательной и философской речи тронувшей господина Ли, он всем сердцем привязался к Хосоку. Раньше всеми делами от лица китайской мафии управлял его отец, а после смерти к правлению пришёл его сын и им с Хосоком пришлось не просто. Хосок глубоко уважал его отца и многое перенял из его опыта. Их путь к дружбе был не прост и Хосоку приходилось много лицемерить. Ли младший, был никудышным по сравнению со своим отцом. Господин Ли при жизни был легендой, а вот сынишка у него получился не очень. Слаб физически, не блистал в переговорах, из-за чего таскал с собой свиту, да и заслуг никаких не имел. Больше всего его разочаровывало то, что новая метла пыталась мести по-своему, на что Хосок предпринял категорические меры. Умирая, старик попросил присматривать за сыном, как бы тому не хотелось, не воевать с его отпрыском и быть по мягче. Тогда ему пришлось собрать всё терпение в кулак и приложить максимум усилий чтобы не расправиться с ним, теперь же они стали отличными товарищами. Хосок откланялся и свалил, оставив секретаря на растерзание этих алкашей. Спешить, конечно, не было повода, на самом деле ему сказали, что в клубе сейчас Чимин с братом посетили клуб и заняли его ложе. Хосоку откровенно не везло сегодня в карты и разочарование этим вечером мог скрасить только его дружище Пак Чимин. Их неназойливое общение привело к симпатии с обеих сторон, видя в нём своего Намджуна, Хосок пропитался к нему чувствами и воспринимал его как племянника. Когда Хосок вошёл в ложе ему сразу показалось странным, что Чимин так напряжён, обычно он не так себя ведёт даже в присутствии посторонних. Немного алкоголя развязало бы ему язык, но Чимин казался как-будто не в своей тарелке. Хосок подумал, что это может быть только из-за Чонгука и начал задавать вопросы с изъяном то и дело вынуждая отвечать Чимина. - По какому поводу ребятки пить собрались? - Да вот пока я не уехал, хочу братишке показать, как отдыхать надо. - Ой я и забыл совсем, когда уезжаешь? - Думаю уже на следующей неделе Юнги сообщит что пора. - А в чём задержка? - Говорит ремонт делают под меня в моей будущей комнате. - Ремонт? Это звучало странно, так- как только пару лет назад закончили плановую реставрацию. Хосок был на вечеринке по этому поводу в доме Намджуна и знал, что они не планировали никаких ремонтов в ближайшее время. - Спрошу потом у Юнги, что там происходит? Реакция Чимина не заставила ждать, он изо всех сил изобразил спокойствие и налив старшему обновил и себе. По движениям парня он заметил его волнение и интерес заиграл сильнее. - Да, так даже лучше будет, может тот поторопится. Хосок пропустил ещё пару порций виски, но в душе по-прежнему щемило, а сигаретный дым не приносил удовольствия. - Эх сейчас бы … М-да, сейчас бы. Эх молодёжь, пойду как я, отдохну, так сказать. Хосок написал кому- то сообщение, улыбнулся в телефон встал и попрощавшись рукопожатием. - Господин Чон, Вы спешите куда-то? - Да, с тобой конечно хорошо, но мой навигатор показывает, что приключения этим вечером не закончатся. Обычно после таких слов Хосок уходит и никогда не возвращается, оставаясь в объятиях девушек до самого утра. Чимин не ошибся в догадках, Хосок действительно написал девушке, работающей в клубе, и та ответила, что уже ждёт его. Без особых промедлений он оставил их и кинулся в объятия утехам. Волосы Хосока так сильно отросли, что челка спадала ему на глаза. В его взгляде уже не было того огня как в юности, но сейчас его подругам он нравился ещё больше. Зрелый мужчина в самом соку, страстно удовлетворял их желания, а девушки отдавали ему всю свою любовь в ответ. Острые ключицы ласкали влажные, пухлые губы, она целовала его плечо, играющее мышцами, и тёрлась грудью, пока Хосок был сверху на её подруге. С возрастом в нём поутих запал и теперь он предпочитал качественный секс, а не слепую еблю. Хосок всегда был хорошим любовником, среди всех женщин Сеула ходили сплетни о нём, так как теперь он публичная личность и часто мелькает в новостях, когда речь идёт о его компании. О его похождениях было несколько репортажей, после чего ему пришлось пересмотреть некоторые привычки и придумать себе алиби. После долгого перерыва в похождениях, он все же вынужден был снова посещать женщин. Было бы лучше, чтобы он завёл завел постоянную партнёршу или даже женился, но это рушило его планы. - Господин Чон, о чём Вы задумались? - Что? Хосока отвлёк голос девушки вырвав его из прострации. Девушка говорила, что было странно в процессе секса при его участии. - Ох, что-то я расслабился. - Господин Чон, может начинать Вас звать аджосси? Хосока как холодной водой окатило он аж поднялся, встав на колени. - Я тебе покажу аджосси, негодница! Пропустив руки девушке под колени, он закинул её ноги себе на плечи и резко встав на руки сложил её по собой. Громкие стоны внезапно раснеслись по комнате и кровать заходила ходуном. Рельефный сухой пресс порозовел от напряжения и стал влажным от пота, а движения бёдер резкими и жадными. Девушка вцепилась в его шею и почти повисла на нём, она содрогалась от удовольствия и закатывала глаза. Хосок приподнялся на вытянутые руки оставив девушку на подушке и ускорил темп, она закусила губу и стонала как сучка, когда его член вдалбливался в неё. Он чувствовал фрикции внутри неё, когда девушка кончала, хотя ему самому еле удалось сдержать себя. Девушка наконец отпустила его и обмякла тяжело дыша, он повернул её на бок и хлестнул ладонью по мокрой ягодице. - А ты говорила аджосси, хах. - А про меня Вы совсем забыли. Сексуальная обнажённая брюнетка затянулась сигаретой и поднеся свои губы к губам Хосок выдохнула дым ему в рот. Хосок сразу узнал аромат дыма и вдохнул изо рта девушки. - Ого малышка, кхм, умеешь удивить. - Как Вы любите. Положив сигарету в пепельницу у кровати девушка тут же оказалась в его объятиях. Хосок как-будто и не делал ничего с новыми силами придавался утехам с ней. Спустя неизвестно сколько времени и литров жидкостей из организма, он встал с обессиленной девушки и жадно закурил, переводя дыхание. Констатируя очередную победу в нелёгком постельном труде, он смыл следы порока на своём теле, оделся в ту же одежду что и пришёл и ушёл, не прощаясь, чтобы не разбудить их. Чон Хосок шёл по коридору с красными стенами и дымил сигаретой в зубах. Вроде как переживать не о чем, лежи в объятиях красоток да яйца опустошай, но покоя как не было, так и нет. Решив отправиться домой, он напоследок заглянул в служебное помещение для видеонаблюдения и на отдельном ноутбуке в своей «коморке» включил демонстрацию с камер наблюдения, чтобы проверить остался ли в клубе Чимин. Хосок был не против пропустить ещё стаканчик, был бы повод. Открывшаяся картина эфира с камеры ввергла его в шок, он никогда бы и не подумал, что такое может произойти. Хосок крайне не хотел вмешиваться, но и равнодушным он не мог остаться. Только он знает как голыми руками уложить такого зверя. Когда он сравнивал Чимина и Намджуна, было понятно, что есть какое-то странное сходство, но в чём конкретно определить было сложно, Хосок просто это чувствовал на ментальном уровне. Теперь же он застал истинное обличие и занавес открылся. Чимин больной на голову ублюдок, повёрнутый на своём объекте обожания с крайне нездоровыми семейными отношениями с братом. Он всегда подозревал, что Чимин как-то слащаво о брате рассказывает, что может нахваливать его и никогда не рассказывал, что они конфликтовали. Не может быть чтобы в нормальной семье хоть раз между двумя подростками не было недопониманий. Кто же мог подумать, что он встретит в жизни клона Намджуна, не знай бы он, подумал, что тут его кровинка замешана. Он слышал всё с того момента, когда Чимин уже был над братом на кровати и домогался парня без сознания. Он не слышал ни о чём, другом кроме комплиментов Чонгуку и мольбы Чимина о самообладании. Промедлил бы он ещё немного и мог бы не успеть предостеречь всех от катастрофы. Хосок захлопнул ноутбук и бросив его там же где и сидел поспешно поторопился в ложе. Осторожно дёрнув ручку, он понял, что просто так не войдёт. - Сука, заперто! Продолжая усердные тренировки Хосок в своём возрасте, стал ещё сильнее, но ему пришлось вложить все силы в удар ноги левее от дверной ручки, чтобы выломить её. Ключа у Чимина не было, поэтому тот мог лишь закрыть самок встроенный в дверь, а механизм там не сложный. Застигнутый врасплох Чимин смотрел на него так, будто ему ничего не стоит убить его голыми руками, но и Хосок не из трусливых. Дуэль взглядов была как у боксеров перед поединком, с весьма предсказуемым итогом. Хосок быстро подошёл к нему, схватил за воротник и уволок, приказав своим людям привести врача и осмотреть парня, при необходимости оказать помощь, но держать всё в строжайшем секрете, чтобы не просочилось. - Господин Чон отпустите, я могу сам идти. Один взгляд Хосока, как кобры на тушканчика и Чимин застыл на месте. Он понимал, что это конец, всё, дальше только смерть пока родители не узнали, и собственно говоря, сам Чонгук. Хосок выглядел устрашающе и Чимин даже не пытался сопротивляться, особенно учитывая, что Хосок его почти нёс за воротник одной рукой. Зашвырнув парня в машину, он заблокировал дверь и сев за руль помчался прочь из города. Пейзаж сменился и вот уже ночное небо стало аж до самого горизонта. Чимин мысленно прощался с семьёй, он искренне верил, что его везут на казнь, и правильно, нечего такому отбросу жить. Всю дорогу парень молчал и был слишком равнодушным, даже не интересовался маршрутом, Хосока это начало выводить. - Хули молчишь? Пизди что-то. - Так тут и не спиздишь толком. - Мне что из тебя силой выбивать слова? - А что тут скажешь, Господин Чон. Вы же сами всё видели наверняка, иначе бы не ворвались так внезапно и не увидели, что вот такое я говно. - И не поспоришь. Ты хоть понимаешь, что натворил? - Целиком и полностью. Ровным тоном ответил парень и это отчаянное чувство внутри Хосока вырвалось неистовым ором, тот свернул на обочину чтобы не попасть в аварию и стал бить по рулю. - Сука! Сука! Сука блядь! Идиот! Дебил! За что?! За что сука, за что? Глубоко вдохнув и медленно выдохнув Хосок двумя руками протёр лицо и поправил волосы одним движением. Голос Хосока звучал тихо, но был как металлический скрежет, Чимину было не по себе от такого переменчивого настроения. - И так, как ты успел заметить, у меня и самого фляга не на месте, но я готов выслушать тебя, перед тем как прибить. - А что Вам интересно, как я докатился до такого или как можно брата любить? - Не испытывай мои нервы, рассказывай, что произошло в клубе? - О это план С, к сожалению, план А и В провалились, но до плана Е я не хотел доходить. - Что это за план? Чимин посмотрел в глаза Хосока, уголок его рта поднялся и исказил лицо парня хищным оскал чудовища. Хосоку не дали ответ, но он и сам не был уверен хочет ли его услышать. - Омерзительно! Ты хоть знаешь, как делаешь мне больно? Я разочарован. - Не больше моего. Мне никогда не добиться взаимности. - О боже, да как так можно? Ты хоть понимаешь, что я всё слышу. - А что, господин Чон, я ничего не теряю, у меня больше ничего нет. Чимин заплакал и опустил лицо, с одной стороны Хосоку было его жаль, с другой он тоже понимал, что Чимину, по сути, пизда. - Ну не ной, придумаем что-то, не всё ещё потерянно. - Вы можете влюбить его в меня? - Нет, но могу найти тебе лучшего психотерапевта. Пролечишься, со временем отпустит. Чимин взвыл и закрыл ладошками лицо. Его неистовое рыдание начинало щемить сердце. Хосок не мог больше смотреть как тот убивается, и он положил на его плечи руку, что и хотел Чимин. Он видел и знал, что у Хосока за спиной есть пистолет, который он всегда носит с собой. Когда Хосок открылся, Чимин схватил пистолет и сняв с предохранителя приложил пистолет к виску.