Свет последней звезды

«В 12 полнолуние в году, суждено ему сгореть в злости и обиде людской!» Хенджин остался совсем один. В мире не осталось тех, кто хотел бы быть рядом, стать частью его мира. Нет, это вовсе не грустные нотки в пьесе про радугу после дождя и появление новых жизней в виде цветочного поля. Хенджин был рал одиночеству. После смерти матери, чужеземной красавицы, которую в солнечный день, в который юноша по своей воле отправился за травами на ближайшую гору, сожгли. Мать Хвана была красивой. О, о прекрасной затворнице, леди Эскель, слагали волшебные легенды и плели грязные слухи. Слепая женщина, что излечит любой недуг лишь взглянув на душу через прикосновение к груди. Она читала людей. Знала, что им нужно. Врачевание она изучала в стране, в которой жила будучи ребенком и совсем юной, полной амбиций девушкой. За чудеса знания трав и душ она и была сожжена. А что Хенджин? Он пришел домой и понял все без чужих подсказок. Тогда их дом умер. Перестали распускаться цветы в саду, больше не пели птицы на одной из веток большого старого дерева у окна гостиной. Она забрала с собой свет. — Одиночество сделает меня сильнее, — повторял самому себе мальчишка, стоя перед зеркалом. Сегодня он собирался отправиться в город за продуктами. Несмотря на одиночество и всепоглощающую пустоту внутри, есть ему все же было просто необходимо. Денег у их семьи было предостаточно. Слепую деву в жены взял довольно известный музыкант, а именно — скрипач. Он увидел в ней то, что не разглядел никто другой. Это и позволило им зачать чудесного сына необычайной красоты. Да только скрипач ушел из жизни в одной из глупых людских войн. Его дело держать смычок, а не саблю. Его дело дарить свет и надежду, а не смерть. Он принял погибель как дар божий. Не все могли понять их. Взяв пару тройку серебряных монет, он отправился в город, на рынок. В любое время года здесь кипела жизнь. Каждый пытался урвать тот или иной продукт как можно дешевле и свежее. Людской труд обесценился. Признавали ли мальчика горожане? Сложно сказать. Они не выказывали лютой ненависти, но и помочь не хотели. Дети сторонились, а взрослые перешептывались. Входит в небольшую лавку бакалейщика. Именно в ней он всегда покупал крупы и сахар. Приветливый мужчина лет 45 со своей стандартной, выученной улыбкой глядит на юного частого посетителя. — О, Хенджин, снова ты? Ты стал выходить чаще. Ты так бледен. Родственники твоей матушки так и не объявились? — К счастью или к сожалению, господин Эраф, никто так и не ответил на мои запросы. Прошло уже больше года. Я не думаю, что кто-то объявится. — С неким разочарованием, которое он отчаянно пытался перекрыть равнодушием, ответил мальчик, кладя необходимые товары на своеобразный деревянный стол для расчета. — Надо же…ох, мальчик, прошел уже год. Я помню как ты приходил сюда с матушкой. Помню ее улыбку. Она спасла жизнь моей дочери. Пусть и не принято так говорить, но мне жаль. Очень жаль…- повторив последнюю фразу про себя, мужчина быстро сложил продукты в плетеную корзину. Рассчитавшись, он выходит из лавки и еле сдерживает слезы. «Где…где была ваша благодарность, когда они убивали ее?», — проносится в голове Хвана, когда он быстро направляется в сторону мясной лавки. Этот мир полон несправедливости и Хенджину пришлось осознать это слишком рано и быстро. От запаха мяса воротит. Повсюду кровяные куски, от вида которых точно будут сниться кошмары. Выглядит совсем не аппетитно. Фрукты и овощи взять просто необходимо. Их наличие на столе сгладит всю неполноту картины в тарелке с основным блюдом. Одной гречкой с молоком или сахаром не наешься, а вот гречкой и тушеными овощами — вполне. Проходя мимо кондитерской, мальчик смотрит голодными глазами внутрь. И вовсе не на различные изделия — цветные и белоснежные, с кремом или просто выложенные фруктами. Он глядит на счастливые семьи. Все дни похожи друг на друга, но скоро это закончится. Обязательно закончится. Он достоин счастья. Дома его ждет чудесный котенок дымчатого цвета с длинной шерстью и лохматыми, волнистыми усами. Его ждут — именно это заставляет вставать с кровати, поддерживать в мертвом доме жизнь. Он одинок пока сам считает так, пока не видит никого вокруг себя и живет прошлым, то и дело выуживая из него счастливые моменты, вновь которые уже никогда не произойдут. Он не может осознать, что сев на в ту телегу, он с легкостью приедет туда, где нужен здесь и сейчас. А пока очередной день заканчивается ненавистью ко всему, что окружает его, у мальчика его же возраста, но с противоположной историей день начнется с любви к тому, что ожидает его в темном переулке на улице скорби.