Theory of lies

      Вокруг была темнота. Затягивающая, вязкая, холодная, как дыхание самой смерти. Юнги утопал в ней и не понимал, сможет ли выбраться на поверхность. Собственное тело ощущалось почти чужим — он не мог даже пошевелить пальцем. Стояла звенящая тишина, словно он уже лежал в могиле, засыпанной свежей сырой землёй. Стоило ли пытаться открыть крышку?       Омега открыл глаза. Он сидел на мягком стуле напротив Главы Совета за длинным деревянным столом овальной формы. Зал совещаний был полон — все десять Глав Совета присутствовали здесь на экстренном собрании. Все десять, кроме его мужа. Теперь здесь был сам Юнги. Старик Чхве Сонхён смотрел на него холодно, но всё же не враждебно, будто сканируя израненное лицо, переклеенное пластырями. В этом взгляде не читалось ничего, что могло бы подсказать о его настроении, но и Мин не особо интересовался этим сейчас. Сейчас он ощущал себя как грешник в адовом котле среди всех этих альф. Каждый из них занимал свою должность не просто так, и мог с лёгкостью раздавить Юнги, словно букашку, если бы захотел.       Глава Чхве тихо прочистил горло, привлекая внимание остальных. Мин напрягся, незаметно сжимая пальцами ткань брюк на острых коленках.       — Как вы все знаете, мы собрались здесь из-за трагического известия. Неделю назад после тяжёлой аварии скончался Глава Ян. Но, к счастью, его супруг выжил, — мужчина перевёл взгляд на бледного омегу, который смотрел в стол.       Юнги знал, даже если поднимет голову, то не увидит в чужих глазах сочувствия. Ни в одних. Они все будут смотреть плотоядно, заинтересованно. Сейчас он был не временным Главой Лисов вместо мужа, а центром целой территории, которую захотят подмять под себя. Ключом ко многим выгодным сделкам и паролем для сейфа с ценными бумагами. Лишь средством для достижения чьей-то цели.       — Через некоторое время адвокат Главы Яна огласит нам завещание.       — Как скоро? — спросил тихо Глава Медведей.       Юнги взглянул на него исподлобья. Попытался понять, с какой целью задан вопрос: ради выгоды или из обычного интереса? Ким Намджуна он хоть и побаивался, но совершенно не подозревал в будущих проблемах. Раньше они уже пересекались несколько раз, альфа был другом главврача центральной больницы Сеула. В этой же больнице работал лучший друг Мина. Глава Медведей занимался поставкой медицинского оборудования, в тени легального бизнеса развивая чёрную транспортировку органов. Промышленная отрасль его совершенно не интересовала, так же как вся нелегальная деятельность Джехвана, да и сам Юнги тоже.       — Как только его сын очнётся. Минджун сейчас в коме после аварии, — ответил Сонхён, обводя присутствующих тяжёлым взором.       — Все мы знаем, что это было покушение. Как скоро виновника накажут? — подал голос Глава Скорпионов, кидая неоднозначные взгляды в сторону омеги. — При всём уважении господин Мин не справится с кланом в одиночку. Если его постараются убрать снова, что станет с Лисами?       — Вы выдвигаете свою кандидатуру на роль временного Главы клана? — прошипел Юнги, уловив в чужом голосе пренебрежение. — Смею напомнить, что я в полном здравии и могу вести дела своего покойного мужа, — он держался равнодушно, изредка смотря лишь на Главу Совета, хотя внутри омегу трясло и рвало на мелкие кусочки.       Скорпион хмыкнул, отвернувшись. Но другие альфы смотрели с холодным фальшивым сочувствием. Мин повёл плечами, словно озябнув: его снова попытаются убрать. Он не умер один раз, когда должен был, поэтому вполне вероятно, что убийца постарается закончить начатое. Юнги лишь слабый омега: действительно, что он может сделать для клана, в жизни которого почти не участвовал? Смотрел сквозь пальцы на нелегальные занятия супруга, знал лишь о его законном бизнесе, потому что не хотел сидеть без дела…       — Пока будет проводиться внутреннее расследование, чтобы обезопасить господина Мина, я обсудил кое с кем его защиту. — Юнги удивлённо повёл бровью, впервые слыша об этом. Никто не сообщал ему, что за ним будут присматривать и уж тем более о том, что будет расследование Совета параллельно с полицейским. — Я хочу поговорить с господином Мином, вы все можете идти, собрание окончено, — отчеканил Чхве, а омега вздрогнул, наблюдая, как остальные молча поднимаются из-за стола.       Глава Скорпионов раздражённо сжимал зубы, Глава Медведей с равнодушием мазнул по нему взглядом, Глава Барсуков хищно усмехнулся. Эти альфы… Каждый из которых мог убить его ради территории, добить Минджуна в больнице, а потом замять всё это под весом своего влияния. Мин прикрыл глаза, дожидаясь, пока зал опустеет.       — Как ты себя чувствуешь, Юнги? — старик устало потёр переносицу.       — Я… в порядке, Глава Чхве, не стоит переживать, — омега поджал губы, отводя взгляд в окно. На улице было пасмурно и веяло холодом. Начавшаяся осень уже не раздражала дождями и промозглым ветром, хотя погода была такой же мерзкой, как и душевное состояние самого Юнги.       — Ты потерял ребёнка, — холодно напомнил Сонхён, заставляя омегу зажмуриться и инстинктивно прижать ладонь к животу. — Об этом пока никто не знает? — мужчина с прищуром смотрел на молодого вдовца, пытаясь понять, что творится у того в голове. Мин кивнул. В мыслях было пусто, он не мог думать ни о чём сейчас, раны всё ещё кровоточили и заживать не собирались долгое время.       — Есть предположения, кто это сделал? — Очередной пытливый вопрос.       Омега в отрицании покачал головой, не желая признаваться в своих подозрениях. Он не мог так просто, без доказательств, повесить обвинение на человека.       — Твой муж владел одной из трёх самых больших территорий. Тот, кому он помешал, уже решился на убийство и сейчас не остановится на достигнутом, — старик задумчиво почёсывал большим пальцем подбородок, откинувшись на спинку кресла. — У Минджуна в больнице будет круглосуточная охрана, а тебя возьмёт под защиту один из Глав, в ком я уверен больше всего.       — Что?! Но Глава Чхве… Вы не говорили, что это будет кто-то из Совета! А если он тоже замешан? — Мин вскочил на ноги со своего кресла, но был остановлен холодным, твёрдым взглядом, отчего стушевался и сел обратно, нервно закусывая губу. — Кто это?       — Ты скоро сам увидишь. Никто не знает, кого я выбрал, поэтому мой помощник во избежание слежки выведет тебя через чёрный ход и отвезёт лично. Если в расследовании что-то сдвинется, я сообщу тебе. — Альфа махнул рукой, давая понять, что разговор окончен.       Когда Юнги вышел из зала, у двери его уже ждали. Бросив на бету растерянный мимолётный взор, омега поплёлся за ним. Тот вывел его через другой выход и усадил в машину, тактично придержав за локоть. Посоветовав сесть в середину салона, он плавно вырулил на дорогу, вклиниваясь в основной поток машин.       Путь оказался долгим и занял около полутора часов. Мин понял почти сразу, что едут они не в квартиру в центре, поэтому даже не старался запомнить дорогу. Его собственный дом был в другой стороне. Он не скучал по нему, хотя и казалось, что там будет безопаснее. Когда они, наконец, приехали, помощник лишь оставил его за воротами, поклонился и сел обратно в машину.       Юнги чувствовал себя потерянным, брошенным на произвол судьбы. Он был один в совершенно незнакомом месте, да ещё и не знал, кого увидит. Может быть, это будет Ким Намджун — спокойный и рассудительный Глава Медведей? Омега бы мог немного успокоиться, будь этот мужчина в доверии у Главы Чхве…       Мин смотрел на незнакомый ему коттедж посреди заповедника и не знал, что делать. Подойдя к дому, он нерешительно поставил ногу на первую ступень высокого крыльца. Было не по себе… Поёжившись от холодного ветра, залетевшего под куртку, он, наконец, шагнул дальше, замечая вышедшую из-за поворота охрану, которая направилась за его вещами, оставленными у ворот. Нажав на дверной замок, Юнги сжался в ожидании своего приговора. Он не общался ни с кем из Глав, лишь сопровождал мужа на светские мероприятия и видел их лица. Знал по именам и принадлежности к клану, по минимуму о семье, но не больше.       — Вы долго решались войти. — Дверь распахнулась, и омега увидел перед собой того, о ком и подумать не мог — Главу Волков Чон Хосока.       Юнги и не предполагал, что альфа имеет настолько высокое положение у Главы Чхве. Хосок был младше самого Мина на год, но занимал свой пост уже почти три года, подняв клан Волков практически с колен. Омега опасался его, не знал о нём совершенно ничего, к тому же от мужчины разило холодной и рассудительной угрозой. Этот человек вполне мог быть убийцей — он был дерзким и вгрызался в возможности, как волк в свою добычу. Тот факт, что Глава Чхве ему доверял, совсем не значит, что сам Юнги тоже. Он был прекрасно осведомлён о конфликтах мужа и с Чоном, и с другими Главами.       — Я просто немного… растерян, — ответил Мин негромко, заходя внутрь, чтобы спастись от пронизывающего ветра.       — Понимаю, смерть супруга сильно сказалась на вас, — Хосок учтиво помог ему снять куртку. — Моя главная задача — защитить вас от убийцы, пока я не узнаю, кто это, — альфа проводил его в гостиную, жестом предложил сесть на мягкий диван, а сам опустился в кресло напротив. Рядом на столике уже стояла чашка с ароматным зелёным чаем и вазочка с печеньем, но Юнги не обратил на неё внимания, хоть и любил сладкое.       — Вы будете заниматься расследованием сами? — удивлённо спросил омега, присаживаясь на самый край.       Чон лишь кивнул, улыбаясь уголками губ.       — Почему вы? Я думал, что этим займётся Глава Чхве и его поверенные.       — Вы не доверяете мне…       — Разумеется, нет! Я никому не доверяю. Моего супруга убили, его сын в коме, а я чудом остался жив! С чего бы я должен полагаться хоть на кого-то из этого круга? — Мин поджал губы, напряжённо стиснув ручку чашки ледяными пальцами.       — И правда, — легко усмехнулся Хосок, отчего по позвоночнику омеги прокатилась волна мурашек: он не чувствовал запахов, но несмотря на это, мог с уверенностью сказать, что от альфы пахло опасностью. — И всё же вам придётся довериться мне, господин Мин. Старик Чхве просил не давать вам телефон или любое другое средство для связи с внешним миром какое-то время…       Юнги на это возмущённо цокнул и закатил глаза. Какое право они имели ограждать его от всего? Он им абсолютно чужой человек! Конечно, информация о сделках и складах погибшего мужа нужна была многим, но, как он помнил, Волки не занимались перепродажей или чем-то подобным. А омеге, вообще-то, нужно работать! Да хотя бы друга предупредить, что он в порядке!       — Но пока вы в моём доме, он об этом не узнает. — Чон достал из кармана брюк новый гаджет и протянул Юнги, который смотрел на него с недоумением. — Вы можете проверить, он абсолютно чистый, его даже не включали ни разу. Я не собираюсь вас прослушивать и всё такое в этом духе. Поэтому для начала я доверюсь вам. Мне действительно жаль вас, и я вызвался помочь без всякого умысла, если вы переживаете об этом, господин Мин.       — Не нужно меня жалеть. Я в порядке, — огрызнулся омега, забирая из тёплых рук телефон и очень надеясь, что за своей дерзостью у него получится спрятать страх перед этим альфой и неизвестностью, которая ждёт его в чужом доме.       — Вам виднее, — миролюбиво согласился Хосок. — Но я всё же буду вынужден спросить у вас о том, что поможет мне найти убийцу.       — Вы собираетесь допрашивать меня сейчас? — раздражённо фыркнул Юнги, поставив чашку на блюдце с громким звоном. — Я потерял мужа, этот дом не знаком мне, Совет вывалил на меня новость о внутреннем расследовании пару часов назад, не спрашивая моего мнения, а ещё я стал Главой клана, никогда не занимавшись этим ранее. Имею я право не отвечать сейчас на ваши вопросы, господин Чон?       — Вы правы, это было ужасно бестактно с моей стороны, — Хосок чуть наклонил голову, извиняясь. — Я покажу вам вашу комнату. — Встал со своего места и направился к выходу из гостиной.       Омега облегчённо выдохнул, поднимаясь на ноги. Он почувствовал, что эмоции немного остыли, альфа не давил на него, да и извинялся, казалось, искренне. Теперь у Мина было некоторое время подумать о том, что делать дальше. Но было ясно одно: оставаться здесь надолго он точно не планировал, ведь совершенно не знал этого человека.       Они поднялись на второй этаж, и альфа указал ему на дверь. За ней оказалась обычная спальня — просторная и светлая. В воздухе витал запах дождя, проникающий из приоткрытого окна, постель была аккуратно застелена. Юнги неожиданно почувствовал дикую усталость.       — Я оставлю вас, господин Мин. Если вам что-то понадобится — только скажите. И пожалуйста, соблюдайте правила. Пока вам нельзя покидать территорию, а также вам придётся проходить медицинские обследования здесь. Надеюсь, это не вызовет проблем?       — Получив в ответ слабый кивок, Хосок тактично прикрыл за собой дверь, оставляя гостя в одиночестве.       Омега подошёл к кровати, лёг на самый край и, обняв живот руками, тихо заплакал. Морально он был совершенно уничтожен.

***

      Юнги смотрел на себя со стороны. На машину, перевёрнутую несколько раз, в салоне которой были он, Джехван и Минджун. Его супруг уже не дышал, истекая кровью, и омега видел, как тяжело ему самому будет выбраться из покорёженного металла. Отстегнув ремень безопасности, он с болезненным вскриком упал на помятый кузов автомобиля. Со слезами на глазах выбрался через разбитое окно, то и дело всхлипывая, натыкаясь на острые осколки стекла. А потом услышал выстрел. Дальше — лишь завывания скорой и писк кардиомонитора.       Открыв глаза, он увидел перед собой потолок. Он был жив, и это главное. Сев на кровати, он пустым взглядом посмотрел в окно, чуть прикрытое шторами. Раннее утро тихо закрадывалось в дом, чужой и немного пугающий. Мин не был готов к такому повороту событий, но сделать ничего не мог. У него был единственный друг, но Сокджин работал врачом, и виделись они редко. Помочь он не смог бы, но его хотелось увидеть хотя бы сейчас, когда Юнги был особенно потерян в себе. А ещё постоянно хотелось плакать.       Поднявшись с кровати, омега подошёл к своему чемодану и положил его на пол, чтобы открыть. Вытащив оттуда спортивные штаны и футболку, он заглянул в ванную комнату, быстро осмотревшись. На полках стояли баночки с шампунями и гелями, их было слишком много — возможно, Хосок пытался угодить своему гостю с ароматами. Юнги с любопытством рассмотрел наклейки и, выбрав яблочный шампунь, более-менее приближённый к своему естественному запаху, потерянному из-за стресса, залез под горячий душ. Первые десять минут так и простоял, бездумно глядя в стену. Обняв себя руками и прикрыв глаза, он собрался с мыслями. Ему нельзя сейчас расклеиваться, что бы ни происходило с его жизнью.       Выйдя из душа, Юнги никак не ожидал увидеть Чона, стоящего у двери с подносом в руках. Перестав промакивать волосы полотенцем, он вопросительно посмотрел на альфу.       — Доброе утро, — Хосок взглядом прошёлся по стройному телу омеги с ног до головы, словно проверяя на наличие повреждений, а потом неловко склонил голову в извинениях. — Я спрашивал, можно ли войти, но вы не ответили, господин Мин. Не знал, проснулись вы уже или нет, но всё равно решил принести завтрак, — он чуть приподнял поднос в своих руках. — У меня нет прислуги, поэтому так скромно, я не особо хорош в готовке, — слегка смущённо улыбнулся уголками губ.       Омега уставился на принесённые кушанья: там и правда были чуть подгоревшие тосты и вполне ароматный кофе. Подойдя ближе, чтобы забрать свой завтрак, Юнги изучал уже самого альфу.       Тот уже был одет с иголочки, а его волосы были аккуратно уложены. Видимо, встал гораздо раньше Мина. Юнги заметил на чужой венистой руке татуировку, убегающую по коже за край поддёрнутого рукава чёрной водолазки, и отвёл взгляд.       — Спасибо, вам не обязательно было, — пробормотал он и, сев на край кровати, поставил поднос рядом на столик. — Вы куда-то уезжаете?       — Да, у меня есть дела. После я хотел бы поговорить с вами о покушении, — Хосок кивнул, сосредоточенно глядя тёмными глазами на своего гостя.       Альфа разговаривал с главврачом клиники, где после аварии наблюдался Мин, и тот нехотя поделился тем, что омега сейчас в очень шатком состоянии. В подробности не вдавался, но Чон и не спрашивал. И так было ясно, что пережить подобное трудно. Травмировать его эмоционально не стоило, но и ждать долго было нельзя — любая минута могла отдалять их от убийцы.       — Что вы ожидаете от меня услышать, господин Чон? — спросил Юнги, складывая руки на груди. — Я не знаю, кто это был, было темно, и я дремал, когда неожиданно наша машина перевернулась и слетела в кювет. А потом… моего мужа… просто хладнокровно застрелили рядом со мной, — омега начал мелко подрагивать, а непрошеные слёзы обожгли щёки.       — Пожалуйста, не плачьте, Юнги, — альфа неожиданно присел перед ним на корточки, перехватывая его руку своими тёплыми. Мин замер. — Я не хочу заставлять вас вспоминать об этом, правда. Но если мы не найдём убийцу, то он может снова попытаться добраться до вас. Никто не знает, что вы здесь, поэтому пока у нас есть время, но его мало, понимаете, о чём я?       — Я не могу сидеть здесь долго. Легальный бизнес моего мужа не может простаивать. — Омега был настолько озадачен жестом альфы, что даже не возмутился на то, что тот назвал его по имени. Это было не так страшно, но всё же. Мин аккуратно вытянул свою руку из чужих ладоней и взялся за чашку кофе. — Я подумаю о том, что могу рассказать вам, господин Чон. А сейчас вам пора на работу, я прав?       — В этой ситуации ваше недоверие может сыграть против вас же. Да и к тому же: неужели ваши поверенные не смогут справиться без вас некоторое время? Вы сейчас — мишень, и лучше в данный момент побеспокоиться о своей жизни, а не о финансовых отчётах, — встав, холодно проговорил Хосок.       — Не забывайте, с кем вы говорите, господин Чон! — вспылил Юнги и, поставив чашку обратно, резко поднялся с кровати. — Я не только жертва, но и выживший совладелец бизнеса, который не может трусливо прятаться за незнакомым альфой, — нахмурив брови, он ткнул пальцем в крепкую грудь. — Вы можете оказаться таким же убийцей, как любой другой из Совета, поэтому я сам буду решать, что мне говорить вам, а что нет! Пока вы не заслуживаете знать и крупицу информации! — омега слабо толкнул мужчину к двери и сам отошёл к окну, ощущая мелкую дрожь по всему телу. Он не знал, сработает ли тактика нападения, но очень надеялся, что да, потому что показать свою слабость перед зверем — стать добычей.       — Я вернусь вечером. Если вам что-то понадобится, то напишите мне, — произнёс Чон негромко и до леденящего спокойно, выходя в коридор и закрывая дверь.       Вздохнув, альфа вытащил из кармана брюк телефон и набрал номер лучшего друга. Намджун ответил не сразу, да и голос его не казался довольным.       — Я помешал?       — Вовсе нет. Что-то хотел? — уточнил старший, хлопая дверями своего кабинета и опускаясь на стул. Чуть ослабив галстук, он подвинул к себе стакан с водой, раздражённо закидывая в него таблетку от головной боли — те всегда хранились в первом же ящике рабочего стола.       — Достанешь мне досье на семью Яна?       — Ты и сам можешь это сделать, — хмыкнул Намджун, открывая ноутбук.       Хосок понимал, что друг уже выполнял его просьбу, и ему не обязательно объяснять, почему он сам этого не делал, но всё же ответил:       — Могу, но знаю, что ты справишься с этим быстрее, чем я за рулём, — Чон повернул ключ зажигания, ожидая, пока ворота откроются. Отчего-то казалось, что кто-то прожигает его затылок взглядом, хотя в машине он был один…       Юнги отошёл от окна, когда автомобиль альфы выехал со двора, и взялся за телефон. Он не решился им пользоваться прошлым вечером, не зная, правду ли сказал Хосок о том, что устройство абсолютно чистое. Но выбора у него не было. Включив гаджет, омега обнаружил в нём только заводские настройки и абсолютно пустую память. Неожиданно на экране появилось сообщение от неизвестного номера: «Это Чон Хосок. Глава Мин, сохраните мой номер на экстренный случай». Пробежавшись взглядом по сухому тексту, омега хмыкнул: этот альфа всё-таки не соврал. И немного расслабившись, набрал номер Сокджина, выученный наизусть. Несколько долгих гудков, наконец, сменились приятным голосом:       — Да?       — Привет, хён.       — Юнги?! Боже, почему ты не отвечал на мои звонки? Я пытался дозвониться тебе раз сорок! — голос Джина звучал взволнованно. — Чей это номер? Где ты? — Юнги услышал на заднем фоне, как открылся ящик стола — видимо, друг по привычке убирал туда медицинские карты пациентов.       — Прости, я… я сейчас не дома. Запиши этот номер, только не под моим именем, — неожиданно стало так зябко, что собственный голос задрожал. — Извини, не могу собраться с мыслями… Мне просто хотелось услышать тебя… — он стянул покрывало с кровати и, осев на кресло, закутался в мягкую ткань по самую макушку.       — Ты в порядке? Конечно же, нет… что за глупый вопрос, — сам же ответил Сокджин. — Хочешь, поболтаем, пока у тебя язык не устанет? — предложил Ким, и младший слабо улыбнулся.       Внезапно по бледной щеке скатилась тяжёлая слеза. А затем ещё одна и ещё. Юнги всхлипнул, не пытаясь закрывать рот ладонью, как делал до этого. Старший понимающе молчал, позволяя другу тихо выплакаться в трубку ещё сорок с лишним минут.       Сокджин бы никому не пожелал пережить то, что пережил младший омега. Сочувствовал ему больше, чем кому-либо из своих пациентов, и был поистине восхищен тем, как тот держится. Тем не менее Ким никогда бы не поверил в то, что к такому можно быть готовым морально. Ему казалось, что если бы он потерял ребёнка, то не смог бы оправиться очень долгое время, а Юнги уже вернулся в свою жизнь.       Джин совсем поверхностно знал о бандитской верхушке, где крутился Мин. Знал лишь из рассказов друга, хотя и был знаком с ещё одним мафиози из его круга общения. Ким Намджун был другом их главврача, а также спонсором их больницы, поэтому они часто пересекались по работе. Но почти никогда не разговаривали, лишь изредка здоровались.       Услышав, что всхлипывания в трубке прекратились, а на смену им пришло лишь тихое беспокойное сопение, старший омега сбросил вызов, ещё некоторое время глядя на потухший экран телефона. Юнги был противопоказан стресс, но Джин даже не знал, где он, чтобы приехать и крепко обнять друга.       Кажется, очередное испытание младшему придётся пройти одному.