Theory of lies

      — Как продвигается расследование? — спросил Глава Совета, медленно прохаживаясь по кабинету с маленькой чашкой чая в руках.       Хосок слушал, как позвякивает ложка о фарфоровые стенки, и думал, как бы избежать допроса. Мин всё ещё не ответил ни на один его вопрос, хотя Чон узнал некоторые детали сам. Ян Джехван стал Главой Лисов, объединившись с Горностаями, главой которых был отец Юнги. Оба клана испытывали трудности, и Мин Минхон решил, что объединение вытянет их на поверхность. Он не ошибся, но загубил жизнь сыну, которого выдал за Джехвана почти сразу после совершеннолетия.       Узнал, что Юнги познакомился со своим другом, когда попал в больницу после переутомления. И на этом всё. Больше ничего, что могло бы вывести его на прямой след. Минджун, сын Джехвана, был в коме. А новый Глава Лисов просто был тёмной лошадкой. Хосок далеко не идиот и знал, что Мин не беззащитный овдовевший омега, хотя он таким и казался. Старался таким казаться.       — Медленно, но всё же не стоит на месте. Не всех моих возможностей хватает для того, чтобы узнать информацию, — уклончиво ответил Хосок, переводя взгляд на его спину. — Вам не стоит бояться, я в любом случае узнаю, что произошло в тот вечер.       — Я не сомневаюсь. Волки всегда умели добиться своего. Иначе ты не Волк, — хмыкнул Чхве Сонхён, поставив чашку на стол и сцепив руки в замок на пояснице. — Можешь идти. Если что-то понадобится, ты знаешь мой номер.       Хосок ненавидел такие разговоры. Каждый раз он всей душой надеялся, что они разойдутся как можно скорее. Он ненавидел отчитываться, особенно если результат был не таким уж и хорошим. А его нынешним результатом явно нельзя было хвалиться. Он впервые не знал, за что взяться: дела Яна — как легальные, так и незаконные — были для него закрыты без разрешения его супруга. Всех врагов Джехвана не пересчитать, и тем более Чон не знал, будет ли убийце интересен Юнги, или он просто побочная жертва, исход которой не влиял на истинную цель. Может, он просто роет не в том направлении?       Мужчина нахмурился и раздражённо сжал пальцами руль, собираясь вернуться домой и настоять на разговоре. Этой Лисичке пора было заговорить, но Чон, даже являясь альфой, не мог надавить на него. Мин смотрел всегда так пронзительно, что Хосок сам не замечал, как уступал ему ещё некоторое время.       Открыв входную дверь, альфа осмотрелся: дома было подозрительно тихо. И только он хотел окликнуть своего гостя, как омега сам появился на лестнице. С лёгким макияжем и не в домашней одежде, он явно куда-то собрался. Хосок, сложив руки на груди, недовольно вздёрнул бровь, наблюдая за происходящим.       — Куда-то собираешься? — спросил он и подошёл чуть ближе, чтобы обратить на себя внимание.       Ушедший в свои мысли, Юнги вздрогнул и поднял голову, перестав поправлять манжету закатанного рукава.       — Мне нужно домой. Забрать некоторые вещи и документы. Я не могу вечно сидеть здесь.       — Мы вроде договаривались, что ты не должен покидать территорию, — хмуро напомнил Хосок и остановился у лестницы, преграждая ему путь. — Ты не пойдёшь.       — Я не спрашиваю у тебя разрешения, — хмыкнул Юнги, складывая руки на груди. Чон сжал зубы от раздражения, но промолчал, ожидая. Возможно, Мин снова сдастся под его тяжёлой аурой.       — Я поеду за своими вещами и документами, даже если ты будешь угрожать мне. — Омега выглядел всё так же уверенно, словно бы не он до этого тушевался. — Я хочу носить свою одежду. Хочу видеть перед глазами бумаги, по которым работаю, а не сканы от моих поверенных. Так что я еду туда сейчас. Ты можешь выделить мне водителя или просто отойти.       Хосок, прищурившись, смотрел на него ещё с полминуты. Знал: они оба будут стоять на своём. В этот раз он обязан уступить, чтобы добиться результата. Чон был Главой Волков, имел крепкие нервы, стальную хватку в делах и всегда уверенно шёл к своей цели. И признавал, что Мин Юнги мог бы сравниться с ним в этом.       — Я сам отвезу тебя, но ты ответишь, наконец, на мои вопросы.       — Хорошо, отвечу, как вернёмся, — просто согласился омега и кивнул на дверь. Альфа ещё некоторое время смотрел на него, прищурившись, но всё же пропустил его к выходу.       Мин прошёл мимо, чуть покусывая губы от волнения. Он не планировал раскрывать свои карты так быстро. Две недели не давали ему нужной форы. Хосок учтиво открыл перед ним дверцу своей иномарки, предложил выбрать музыку на свой вкус и действительно ничего не спрашивал. Омега чувствовал себя почти в безопасности.       Подъезжая к собственному дому, Юнги нервно сжимал пальцами рукава пальто. Он знал, что там ничего не тронуто с того вечера, когда произошла авария. Людей покойного мужа там тоже нет. Мин попросил Хосока подождать в машине и оставил свои вещи, чтобы тот был уверен, что он не собирался сбегать.       С лёгкой дрожью в пальцах он вставил ключ в замочную скважину. Столько воспоминаний было связано с этим местом… Его первая ночь здесь, последняя, его беременность… Всё это заставляло омегу мелко трястись, словно от холода.       Зайдя в холодную гостиную, погруженную в серый вязкий мрак, Юнги остановился. Ему нужна была передышка в жизни хотя бы на пару минут: подумать, прислушаться к своим мыслям, найти верный путь отхода. Вздохнув глубоко, он направился к лестнице, проведя пальцами по спинке кожаного дивана. Тот всегда так отвратительно скрипел, что Джехван разрешил бросить сверху неяркий мягкий плед и пару подушек, чтобы омега не корчился каждый раз. Взглянув на покрывшийся лёгким слоем пыли журнальный столик, Мин заметил открытую книгу: он читал её перед тем, как поехать на тот приём. Вздрогнув, Юнги ускорил шаг и поднялся на второй этаж.       Остановившись у двери своей спальни, он нерешительно положил руку на металлическую ручку. Из воспоминаний были лишь боль и злость.       В комнате было всё так же тихо и пусто. Раньше Юнги пытался заполнить пространство всякими безделушками, мягкой мебелью и другими предметами декора, но со временем всё это ушло. Он стал мужем Главы и должен был соответствовать во всём. Вытащив из шкафа чемодан, омега небрежно начал скидывать туда нужные вещи. Пока он лежал в больнице, Джин одолжил ему свои, которые Юнги и носил дома у Чона. Собственная одежда под категорию удобной не подходила: в гардеробе были лишь джинсы, брюки и блузки, одобренные Джехваном. На второй день Хосок принёс ему несколько разных новых пижам, чтобы Мин мог выбрать, несколько пар брюк и блузок, немного футболок и кофт. Всё, в чём было бы удобно ходить дома и встречать гостей, если таковые появятся. Среди собственных вещей не было выбора, как казалось раньше. Пижамные комплекты практически одинаковые — как с обложек, потому что «ты должен выглядеть роскошно даже дома»; повседневная одежда — лишь из строгих рубашек и шёлковых блузок, чтобы «не дай бог не показаться кому-то человеком более низкого класса». Юнги понял, что его аргумент в пользу «своих вещей» был лишь предлогом. Он не хотел носить это и возвращаться в свои воспоминания о жизни до аварии тоже не хотел.       Неожиданно по спине пробежал холодок. Омега поднял глаза, посмотрев на приоткрытую дверь. Казалось, словно… он здесь не один. Но никаких звуков не было. Вздрогнув, Юнги застегнул крышку чемодана, вышел из комнаты и направился в кабинет, пару раз обернувшись через плечо.       В кабинете было жутко. Гораздо темнее, чем в остальных комнатах, сыро из-за приоткрытого окна и ужасно холодно. Оставив чемодан у двери, Юнги прошёл к столу и выдвинул ящик, чтобы собрать бумаги. Он не знал точно, пригодятся ли ему все, но предпочёл разобраться с этим не здесь, а дома у Чона. Там хотя бы не было такой пугающей атмосферы.       Сложив документы в стопку на столе, он обернулся к сейфу. Прищурившись, набрал комбинацию, но не успел широко открыть дверцу, как сзади его крепко обхватили чужие руки. Мин вскрикнул от испуга и попытался вырваться, но мужчина крепко держал его за плечи.       — Прекрати дёргаться! — рыкнул он и обхватил омегу поперёк груди, чтобы удержать на месте.       Юнги закричал громче, пытаясь оторвать его руки от себя. Незнакомец потерял равновесие и неловко покачнулся, приложив его бедром о массивный стол. Мин зажмурился и взвыл от боли. Его сильнее сжали в руках, отчего затрещали рёбра.       — Отпусти меня! — пискнул он негромко.       Неожиданно мужчину резко отдёрнули от него, и стальная хватка пропала.       Юнги схватился за стол, чтобы не упасть, и, обернувшись, увидел, как Хосок опрокинул неизвестного на пол. Прижав его ногой, альфа тяжело выдохнул.       — Сам скажешь, на кого работаешь, или будешь петь про верность?       — Пошёл ты, — выдавил из себя наёмник.       Чон пожал плечами и, вытащив ловким движением пистолет из-за пояса, спустил курок.       — Ты в норме? — убрав оружие, Хосок повернулся к омеге.       — Да… Спасибо, — Мин поправил на себе одежду, пытаясь успокоить дикий ритм сердца. Ему безумно повезло, что альфа услышал его крики из приоткрытого окна.       — Знаешь его?       Юнги обошёл стол и посмотрел на лицо незнакомца. Прогнал в памяти всех известных ему наёмников и, отрицательно покачав головой, в итоге отошёл на несколько шагов.       — Он будет…       — Мои люди разберутся. Собирай бумаги и пойдём. — Чон подошёл поближе, разглядывая Мина. У него сложилось впечатление, что омега не особо переживал об этом нападении, словно тот полностью сосредоточен на чём-то другом. Взглянув на документы в его руках, Чон хмыкнул. Юнги действительно был полностью погружен в свои мысли, потому что даже не пытался прятать отчёты от чужих глаз.       — Заедем по пути в больницу? — неожиданно спросил омега, заставив Хосока оторвать взгляд от бумаг. — Я… Мне нужно увидеть Минджуна.       Альфа недовольно поджал губы, обдумывая. Появляться в больнице было опасно, да и Ян Минджун в коме. Зачем Мину проситься к нему? С другой стороны, возможно, он смог бы лучше понять взаимоотношения внутри семьи Юнги.       — Хорошо, но я пойду с тобой. Подожду в коридоре у палаты.       Омега кивнул, вытащил папки из сейфа и захлопнул дверцу, поморщившись. Эти документы приносили столько проблем… Мин знал, что именно все ищут, но заветной бумаги здесь нет. Джехван не был идиотом: хоть Юнги и считал его сварливым стариком, тот знал, что и где нужно прятать.       Хосок пропустил омегу вперёд и, забрав его чемодан, пошёл следом, рассматривая чужие узкие плечи. Казалось бы, как такое хрупкое создание могло тащить на себе всё то, что на него свалилось? Но Мин продолжал делать это не жалуясь. Это восхищало. Не удивительно, что многие, по слухам, заглядывались на омегу. Его можно было описать просто и понятно: выше уровнем. Другой взгляд, твёрдая походка, прямая осанка, изящные жесты. От него сквозило идеалом. И всё же Чон знал, что идеальных людей не бывает. У Юнги были изъяны, но он их умело прятал.       — Как думаешь, чей человек? — спросил альфа в машине, глядя на дорогу.       Мин сидел рядом молча, а поэтому от вопроса вздрогнул. Слишком глубоко ушёл в свои мысли.       — Думаю, что Главы Скорпионов. Он больше всех интересовался инвестициями Джехвана. Не зря на последнем собрании он был так возмущён тем, что я стал временным Главой Лисов, — Юнги повернул голову в сторону Хосока, поджав губы.       Он никогда не задумывался о том, что Чон самый молодой Глава среди всех. Тот не выглядел как мальчишка, вовсе нет. Мин мог честно сказать, что альфа был очень красивым мужчиной. И не менее умным, раз занимал своё место в этой иерархии. Отвернувшись, омега нервно сжал пальцами край своего пальто: в его ситуации показывать на лице хоть одну эмоцию было бы глупо.       Больница, где лежал Минджун, была отлично знакома Юнги. Здесь работал Джин, разве что в другом отделении, здесь он сам лежал. Вежливо поздоровавшись с омегой за стойкой регистрации, Юнги направился вперёд по коридору. Паренёк лишь проводил их с Чоном чуть заинтересованным взглядом, не успев толком рассмотреть грозную фигуру за плечом Мина.       — Я скоро вернусь, — сказал Юнги, остановившись у палаты. Телохранители вежливо поздоровались, уступая ему проход.       Хосок кивнул, а потом заметил, что омега не до конца закрыл дверь. Что ж, это было отличной возможностью узнать хоть что-то. Прислонившись спиной к косяку, он вслушался в звуки, доносящиеся из палаты.       Юнги неторопливо подошёл к кровати, окинув взглядом медицинское оборудование. Альфа перед ним даже в таком виде казался сильнее и больше него самого. Присев на стул рядом, Мин сжал колени пальцами.       — Привет, Минджун. Вижу, тебе всё ещё не стало лучше, — он протянул руку к покрывалу и поправил складочку у края. — Уже три недели прошло, и я… — Омега на пару секунд замолчал, а потом опустил голову.       Хосок не услышал окончание фразы. Он видел, как Мин с грустным взглядом что-то бормочет себе под нос, водя пальцами по покрывалу альфы. Это было похоже на жесты человека, которому небезразлично. Прикусив нижнюю губу в раздумьях, Чон хмыкнул. Он уже думал об этом исходе событий: младший Ян мог быть любовником Юнги. Джехван в два раза старше их обоих, это было отличной возможностью закрутить интрижку под носом старика.       Отойдя от двери, Хосок прислонился к противоположной стене. Через пару минут из палаты вышел омега. Кинув взгляд на альфу, он ничего не сказал и сразу направился вперёд по коридору к выходу. Чон молчаливой тенью последовал за ним, кивнув телохранителям Минджуна.       Вся дорога прошла в напряжённом молчании. Юнги смотрел в окно, перебирая в пальцах пуговицу на пальто, а Хосок пытался подмечать его настроение. Мин не размяк после нападения, но выглядел выжатым после посещения Яна.       — Я переоденусь, и мы сможем поговорить, — сказал омега, как только переступил порог дома.       Хосок лишь глухо угукнул в ответ, провожая взглядом узкую спину и цепляясь за то, как Мин на втором этаже вытащил из кармана телефон. Тихо поднявшись по лестнице, альфа остановился у его спальни. Казалось, омега действительно о чём-то сильно переживал, потому что всегда плотно закрытая дверь оказалась приоткрытой.       Мин, прижав телефон к уху, сидел на кровати спиной к нему. Хосок не успел перебрать варианты тех, кому тот мог бы звонить, когда Юнги обозначил это сам:       — Джин-а, я не отвлекаю? — Голос звучал тихо и подавленно. — Я просто… я сегодня был у Миндужна, и… Боже, Джин, я так боюсь того, что он очнётся. Мне страшно думать об этом… Да, конечно. Обязательно увидимся на днях. Спасибо, хён.       В какой-то момент Хосоку показалось, что он услышал всхлип. Он отошёл от двери и задумчиво прокручивал в голове обрывки фраз. Боится, что Минджун очнётся? Кажется, со взаимоотношениями этих двоих всё не так просто, как он думал. Качнув головой, альфа направился к себе в спальню, желая, наконец, снять с себя костюм и принять горячий душ.       Юнги холодным взглядом смотрел на тёмный экран выключенного уже пару часов телефона. Медленно втянув воздух носом, он усмехнулся уголком губ, зная, что альфа уже ушёл к себе. Встав с кровати, он медленно подошёл к окну и упёрся руками в подоконник, рассматривая яркий осенний пейзаж во дворе. Чон Хосок не был плохим, но всё ещё был охотником, а Мин не собирался быть жертвой. Не в этот раз.

***

      — Я сделал тебе чай, — сказал Хосок негромко, поставив перед Юнги чашку с ароматным напитком, тот благодарно кивнул, посильнее натянув на плечи плед. Альфа уже давно подметил, что омега часто мёрзнет, поэтому предусмотрительно принёс несколько штук перед их разговором. И не прогадал. Мин выглядел мягче и беззащитнее, кутаясь в мягкие ткани и наслаждаясь теплом.       — Итак, о чём ты хочешь знать? Учти, я не буду отвечать на вопросы, которые могут навредить бизнесу.       — Разумеется, — Чон, кивнув, сел напротив. Он давно обдумывал вопросы, которые собирался задать омеге. И всё равно сейчас чувствовал себя как на викторине с тремя попытками на ошибку. — Расскажи мне, как так получилось, что вы с Главой Яном поженились.       — Что ж, — Юнги вздохнул и поставил чашку на стол. — Изначально я не принадлежал к Лисам. Мой отец был Главой Горностаев, но в тот момент у всех были проблемы. Власть менялась, территории делились по-новому, пока не пришёл Глава Чхве и не поставил твёрдую точку. В общем, мой отец и Джехван решили, что нам легче будет объединиться, но единственным возможным способом стала наша женитьба. Мне было пятнадцать, когда я узнал об этом. Около года я пытался сопротивляться, устраивал истерики, даже сбегал, пока не понял, что это — неизбежность. Принял как данность, и буквально через месяц после моего совершеннолетия мы заключили брак. Всё было честно, меня ни к чему не принуждали, я закончил обучение, втянулся в дела клана. — Омега чуть повёл плечами и поднял на него взгляд. — Это вся история.       — Хорошо. А как Ян Минджун на это отреагировал? — Хосок пытался уловить хоть что-то на чужом лице после упоминания об альфе.       — На то, что мы с его отцом поженимся? — Мин лишь приподнял бровь в уточнении, а Чон всё больше восхищался его самообладанием. — Нормально. Он стоял перед фактом, так же, как и я. Мы познакомились за год до этого и почти не общались.       — Как думаешь, у кого за последнее время был достаточно веский мотив для убийства Джехвана?       — Достаточно веский? — Юнги задумался, прикусив губу. — Что ж, у него были конфликты с Главами некоторых кланов, в том числе и с тобой. Также недавно он сильно поругался с заказчиком, который регулярно, раз в полгода, брал у него крупную партию наркотиков. Но мне казалось, эти разногласия между ними решены. Джехван запрещал мне заниматься делами, связанными с торговлей наркотиками, да и я сам не лез, поэтому мало что могу сказать на этот счёт. Я слышал, многие хотели себе Кванъян, это почти шелковый путь, да? — омега прищурился, глядя на Хосока, но тот лишь хмыкнул.       Юнги заметил, что альфа чуть напрягся, но они оба всё ещё были достаточно расслаблены. Он не планировал поднимать эту тему, само вспомнилось, как супруг за пару недель до аварии поругался с Чоном. Джехван называл Главу Волков неспособным и зарвавшимся щенком, который пытается ухватить себе кусок пирога не по размеру. Мин об этом не думал, но теперь казалось, что Хосок вполне осознавал свои запросы и был способен задавить бывшего Главу Лисов со временем.       — Этот порт действительно важен для многих. При всём моём уважении к тебе, он всё равно скоро станет моей территорией. Поставки оружия растут, в отличие от внутренней торговли наркотой.       — Что ж, мне плевать. Разбираться с этим в итоге будет Минджун. Джехван, скорее всего, оставил всё ему по завещанию. Я получу только возможность пользоваться деньгами и легальный бизнес, который ему не особо интересен. — Юнги потянулся к своей чашке с чаем и нервно прикусил зубами краешек. Альфа пока не трогал те темы, которые могли бы быть для омеги невыгодны, но он загривком чувствовал этот тонкий лёд, когда ещё немного — и вниз, в толщу ледяной воды.       — Завещание огласят сразу, как только Минджун сможет присутствовать на советах. Что будет после?       — Он станет Главой, как и планировал, а я займусь своими делами. Главы кланов опять начнут грызться, надеясь урвать часть территории Лисов. Возможно, Минджун сможет сохранить всё в таком виде, но его положение не такое крепкое, как у отца.       — Мне нужно изучить документы Джехвана, чтобы понять, кому выгоднее всего была его смерть и какие мотивы были в целом, — Хосок посмотрел омеге в глаза, ловко избежав темы их взаимоотношений с Минджуном.       Это был тот вопрос, на который альфа предпочёл бы найти ответ сам. Хоть и очень хотелось спросить, что Юнги планирует делать со своим положением мужа Главы. Выйдет ли за Минджуна, чтобы всё оставить в своём привычном русле? В любом случае именно сейчас это был ненужный вопрос, на который Чон, вероятно, не хотел знать ответ.       — Я подумаю, что можно отдать тебе, — хмыкнул Юнги и перевёл взгляд на открывшуюся дверь.       В проходе показалась тёмная макушка, а после и сам гость. Гук изогнул бровь, глядя на них с немым вопросом, а потом улыбнулся омеге, поправив свою кожаную куртку, словно прихорашиваясь перед старшим.       — Господин Мин, как всегда, прекрасно выглядите. Ссадин почти не видно, отличный результат, — он поднял большие пальцы вверх.       Омега тихо усмехнулся, кивнув в благодарность на комплимент от младшего. За то время, что он видел Чонгука, тот успел засесть у него в голове на позиции дурашливого тонсэна, который иногда заскакивал на чай к хёну. Однако при всём своём лёгком поведении с омегой, Гук не казался ему глупым или бездельником — он уже успел понять, что парень работает не меньше своего босса. И за поясом у него далеко не букет ромашек.       — Вообще, я к тебе, есть минутка? — Чонгук обратился к Хосоку.       Глава Волков перевёл взгляд на Юнги, словно спрашивая у него разрешения отойти ненадолго. Гук смотрел на эту сцену и ловил себя на мысли, что ему непривычно видеть Хосока, ожидающего чужого разрешения. Действительно ли альфа истинный хозяин в доме?       — Идите, потом поговорим, если у тебя ещё остались вопросы, — Мин коротко кивнул, и, чуть улыбнувшись уголками губ, вновь принялся пить чай.       Хосок поднялся со своего места и направился в кабинет. Чонгук пошёл за ним, и только дверь за их спинами закрылась, поменялся в лице. Улыбка пропала с его губ. Он прислонился спиной к холодному дереву, все лишние мысли отошли на второй план — сейчас только работа.       — Нарыл что-то? — старший сел в кресло, сканируя его взглядом.       Пусть Гук и был молод, но ищейкой он был просто отличной. С момента его появления в качестве помощника в клане Волков дела пошли куда резвее. Многие сомневались в Чонгуке, когда он только пришёл и заявил, что хочет стать правой рукой Главы. Но Хосок вспомнил себя, когда только занял своё место, и дал пареньку шанс. Не прогадал. Сейчас он бы вряд ли мог представить свою обычную и размеренную жизнь, состоящую почти целиком из работы, без младшего.       — Просидел в архивах всю ночь, пофлиртовал с парочкой медбратьев, послушал больничные сплетни и узнал кое-что интересное, — хмыкнул Гук с лёгкой усмешкой на губах. — Говорят, что в день аварии в больницу привезли омегу, всего израненного, сразу видно, что сидел на переднем сиденье — всё лицо было исцарапано осколками. Так вот, его в приёмном покое сразу перехватил доктор Ким Сокджин и определил в отдельную палату. Потом была какая-то путаница с документами, но в карточке пациента в итоге была сделана пометка о потере ребёнка. Как думаешь, много омег после аварии в тот вечер числились у нашего знакомого доктора?       — Ты хочешь сказать, что Юнги был беременный на момент аварии? — негромко переспросил Хосок, удивлённо глядя на своего помощника.       Чонгук кивнул, будучи уверенным в своей правоте. Он тоже был удивлён, когда услышал об этом, поэтому всецело понимал задумчивое молчание босса.       Хосок напряжённо думал. Ниточка в голове запуталась ещё сильнее. Юнги не вёл себя как скучающий омега, он явно не хотел пробуждения Минджуна. Но от кого тогда ребёнок? Точно не от Джехвана. Знал ли об этом покойный муж омеги, и догадывается ли об этом Минджун? Если ребёнок не от него, значит, у Мина есть любовник, который всё ещё не объявился. Возможно, Чон перехватил омегу быстрее, поэтому тот даже не знал, где Юнги сейчас. Однако и Мин не пытался связаться с кем-то. Стоило прошерстить всё окружение омеги и разузнать об их отношениях с Минджуном.       — Никому пока не говори, сделаем вид, что не знаем. Это может сыграть нам на руку в будущем, — наконец отозвался старший, поджав губы, и встал из-за стола. — Он наверняка в ближайшие дни соберётся куда-нибудь, походишь с ним, как телохранитель, заодно присмотришь, может, заметишь что-нибудь необычное или интересное. Юнги прав, нельзя держать его здесь вечно.       — Хорошо. Вижу, вы начали разговаривать?       — Да, сегодня были у него дома. Мне нужно, чтобы ты разузнал про одного человека. И немного прибрался там, — Хосок дёрнул плечами, словно бы ему было прохладно, и посмотрел на Чонгука хмурым взглядом, намекая на грязную работу.       — Я отправлю людей. А ты будь с господином Мином помягче. — Старший вопросительно поднял бровь на его слова, на что Гук лишь устало выдохнул. Поправив волосы, младший засунул руки в карман куртки: — Он потерял ребёнка, любой омега это тяжело переносит, даже если не показывает. Не будь скотиной.       — И это говоришь мне ты, у которого хобби разбивать бедным омежкам сердца? — старший усмехнулся, но кивнул, дав понять, что услышал его.       Чонгук хмыкнул, пожав плечами. Он мог быть сволочью в мимолётных отношениях, но он никогда и ничего не обещал этим омегам. Они сами строили себе воздушные замки, откуда было очень больно падать на твёрдую, как асфальт, реальность.       Хосок отвернулся к окну. Что ж, теперь и правда понятна закрытость Юнги в себе. Он горевал не о муже, которого не любил. Но вполне мог горевать о ребёнке, особенно если он был от любимого человека. Теперь понятны его слёзы. Мужчина задумался, пытаясь представить рядом с Мином подходящего альфу, с которым бы у того возникли взаимные чувства. На ум ничего не приходило. Рядом с Юнги вырисовывались лишь тёмная, загадочная фигура и руки, которые ласково приобнимали его за талию.       — Можешь идти, я скину тебе всю информацию.       Чонгук угукнул и вышел из кабинета, быстро спустившись по лестнице. Вежливо попрощался с Юнги, тот всё ещё сидел на диване. Было непривычно видеть омегу в доме у Хосока. Тот заводил интрижки, но никогда к себе никого не водил: его дом был его крепостью, куда могли приехать лишь работники и редкие друзья. И вот Мин Юнги, сидящий на диване и закутанный в плед. Чужой омега, по сути своей — соперник, далеко не коллега, даже не друг.       Гук не мог сказать наверняка, почему Хосок взялся за это дело. Оно его совсем никак не касалось, тем более он на дух не переносил Главу Яна. Заботиться о его омеге, пытаться что-то выяснить, есть ли на то личные причины? Этим он с Чонгуком не делился и, видимо, не планировал в ближайшее время.       Сев за руль, альфа ещё раз задумчиво взглянул на дом друга через зеркало заднего вида. Гук ничего не знал о том, что творится у Мина внутри, да и пытаться разгадать, что таится за тяжёлым взглядом, не было смысла. Но был уверен, что омега действовал исключительно в своих интересах и по своим принципам. Чонгук знал, что омеги — создания непростые. Кто бы что ни говорил, но альфы всегда были головой, а омеги — шеей. Голова управляет, но шея вертит ей, как хочет. Поэтому что он, что Хосок остерегались долгих отношений. Как бы и в этой ситуации их неожиданно не развернули куда-нибудь в другую сторону от правды.       Плавно выехав за ворота, Гук зевнул. Он не спал со вчерашнего дня, потому что действительно провёл всю ночь в медицинских архивах, но его дела ещё не были закончены. Да, Хосок не сказал ему выяснить всё сейчас, но это не значит, что он не подразумевал этого. Поэтому Чонгук был на своём месте. Телефон ожил, показывая входящее сообщение от босса, тот скинул ему новый список задач.       Решив для начала взять кофе, альфа притормозил у первой же попавшейся кофейни. Народу в ней не было, до закрытия оставалось всего десять минут.       — Простите, я ещё успею сделать заказ? — он заглянул внутрь, видя за стойкой хорошенького омегу, тот кивнул, слегка улыбнувшись. — Обычный раф, без сиропа, пожалуйста.       — Пару минут, — парень улыбнулся шире, кинув на него быстрый взгляд, и отвернулся, принимаясь за заказ.       Чонгук рассматривал его со спины. Кажется, он был старшеклассником или же студентом первого курса, но точно не старше. Светлые волосы лежали мягкими волнами, чёлку придерживала причудливая заколочка, под фартуком была большая рубашка, открывавшая через вырез тонкие ключицы.       — Ваш кофе.       — Спасибо, одуванчик, ты спас мне жизнь, — Гук подмигнул ему, и, видя, как омежка покраснел, вышел из кофейни. У него была пара свободных минут, поэтому он присел на капот своего авто: выпьет кофе, а после снова окунёт руки по локоть в кровь.       Потягивая горячий напиток, альфа смотрел на тёмное небо. Под вечер совсем не хотелось заниматься делами, только вернуться в пустую квартиру и уснуть часов на десять. Хосок бы не дал ему такой роскоши — точно бы выдернул по делам ранним утром.       Выбросив пустой стаканчик, он уже собирался идти обратно к машине, но услышал возню за углом. Гук порой сетовал на своё любопытство, но и с его работой бояться переулков было бы глупо. Выглянув из-за поворота, он увидел очертания крупного мужчины, сжимающего в руках омегу из кофейни. Чон хотел уйти, но заметил, как сильно паренёк упирался мужчине в плечи, пытаясь отпихнуть, а следом — его зажатый рот. Что ж, приятным знакомством это не пахло.       — Эй, тебе не говорили, что это не лучший способ познакомиться? — окликнул амбала Чонгук, засунув руки в карманы штанов. И вроде должно быть всё равно, но паренёк бы точно сам не справился. Он дрожал как осиновый лист, а Гук насилие над омегами не приемлет.       — Вали отсюда, мажор, не порти маникюр, — грубым прокуренным голосом отозвался мужчина.       Чонгук усмехнулся: этот обожаемый им запах конфликта бодрил лучше кофе.       — Я так хорошо выгляжу? Надо же, мне приятно, — Чон слегка потёр шею и немного прокрутил кисть руки, разминаясь. — Давай я посчитаю до двух, и ты свалишь. Если нет — лишишься пары зубов.       Омега смотрел на своего спасителя ясным взглядом карамельных глаз, которые сейчас наполнились слезами. Паренёк тихо всхлипнул, когда нападавший резко отпустил его и с рыком развернулся к альфе.       Гук чувствовал себе так же, как обычно чувствует на собраниях с Хосоком, когда на тебя смотрят диким взглядом за любую неугодную фразу. Впрочем, драться в школе он обожал.       — Я сделаю из тебя отбивную, красавчик!       — Потрясающе, — Чонгук ухмыльнулся и одним рывком оказался рядом, ударяя его под дых. Перехватив амбала за шею, резко ударил коленом в лицо и отпустил. Тот с воем упал назад, схватившись за окровавленный нос. Гук надавил подошвой своего тяжёлого ботинка на чужой пах, глядя сверху: — В следующий раз думай головой, а не головкой, мудила. Давай, одуванчик, идём, — перевёл он взгляд на едва живого от страха паренька.       Омега шустрым зайцем выскочил с крыльца чёрного входа в кофейню и выбежал из переулка вперёд своего спасителя. Чонгук, не спеша, пошёл следом, снова рассматривая чужую спину.       — Спасибо вам большое! Я бы ни за что сам с ним не справился! — наконец остановившись и приведя дыхание в норму, протараторил омега. — Вы мой спаситель. — Из-под пушистых ресниц всё тот же ясный взгляд.       Чонгука это почти тронуло. Тронуло бы, не будь он настолько бесчувственным.       — Как зовут?       — Тэхён. Ким Тэхён, — представился парнишка.       — Не ходи по тёмным подворотням в такой одежде, Ким Тэхён, — альфа вздохнул. — В следующий раз может не повезти. Садись, я тебя подкину, — он кивнул на машину.       — Это ваша? — омега восхищённо смотрел на транспорт. — Вау, такая классная! Я такие только в сериалах видел.       Чонгук тихо усмехнулся и утвердительно качнул головой, открыв перед ним дверцу. Тэхён аккуратно уселся в салон, прижав к себе сумку.       — Можно на «ты». Говори адрес.       Тэхён назвал небольшой спальный район, неловко накручивая ручку своего шопера на пальцы и обратно. Видно, что нервничал, на что Гук тактично не обращал внимания: не хватало ещё смущать паренька.       — А как вас… тебя зовут?       — Чонгук. Пристегнись.       Омега оказался довольно разговорчивым. Так альфа узнал, что тот в выпускном классе старшей школы, что собирается поступать на арт-дизайн, что любит кремовые оттенки и у него аллергия на чернику. Гук всё время молчал, с лёгкой улыбкой слушая мальчишку. Казалось бы, ещё полчаса назад тот плакал от страха перед незнакомцем, а теперь без остановки болтал о своей жизни.       — Это мой подъезд. Спасибо ещё раз за то, что спас меня. Я могу как-нибудь тебя отблагодарить? — негромко спросил Тэхён, опустив глаза в смущении, когда они остановились по указанному адресу.       — В следующий раз приготовишь мне кофе послаще. Например, с вишнёвым сиропом, — альфа еле заметно усмехнулся.       Омега кивнул, покраснев до кончиков ушей, и выскочил из машины, убегая в подъезд. Чонгук перестал улыбаться и вывернул руль: он не ожидал, что потратит больше пяти минут на передышку. Теперь стоило заняться работой.       Добравшись до дома Мина, он зябко поёжился: снова начинался дождь. Должно быть, Хосоку и Юнги сейчас хорошо — оба сидят дома под тёплыми одеялами. Фыркнув, альфа зашёл в особняк, осматривая интерьер. Тут было… старомодно. Книги на полках, дорогой алкоголь в стеклянном баре, фотография семейства на стене. В центре сидел Глава Ян, своим тяжёлым взором прожигая каждого, рядом, по правое плечо, стоял Ян Минджун, смотрел в камеру с угрозой. А по левое плечо — Юнги, его потухший, лишённый жизни взгляд, был направлен куда-то вдаль.       — Тебе тут было не место, да? — спросил Гук у портрета, рассматривая омегу несколько секунд. Сам бы он точно захотел сбежать из такого места.       Поднявшись на второй этаж, Чонгук обыскал комнату хозяина дома, но не нашёл там ничего полезного. Дальше была спальня Юнги. Вещей там оказалось немного. Альфа заглянул в шкаф, тактично не роясь в белье, потом открыл ящики комода, изучая содержимое. Какие-то чеки, записная книжка со встречами, датированная прошлым годом, открытки. Личный дневник. Подхватив книжку пальцами, Чонгук покрутил её в руках пару секунд, а потом, не открывая, забрал с собой, чтобы позже отдать Хосоку. В комнате Минджуна было также пусто. В комоде валялась лишь открытая пачка презервативов и шариковая ручка.       Труп обнаружить оказалось несложно. Он лежал посреди кабинета в центре засохшей лужи крови. Дав сигнал своим людям, Гук уселся на стол и достал телефон из кармана. Кто бы что ни говорил, а слухи могли сделать большую часть его работы.       Несколько тайных чатов, пара сайтов, личный диалог с человеком из чужой охраны — и ты уже знаешь почти все переплетения заговоров в этой системе. И судя по информации, что Чонгук раздобыл за те два часа, что его люди разбирались с наёмником, главной целью многих сейчас было завещание Ян Джехвана. Казалось, всех интересовал новый Глава и возможность разделения территории бывшего наркобарона. Следовательно, если Юнги по каким-либо причинам останется Главой Лисов, у многих появится цель в его лице.       — Интересно, однако, — хмыкнул альфа, глядя в экран телефона.       — Господин Чон, мы закончили, — окликнул его один из подчинённых, отвлекая, Чонгук поднял голову. — У него действительно есть татуировка скорпиона, но она совсем свежая. Может, новичок. Это всё.       — Тогда можете быть свободны, а у меня ещё дела, — Гук кивнул ему, прокручивая телефон в пальцах. Свежая татуировка, значит? Это усложняло работу, потому что вряд ли лицо безымянного наёмника кто-то знал.       Бета ему поклонился и, развернувшись на пятках, ушёл. Чонгук проводил его задумчивым взглядом и посмотрел в окно, размышляя, почему в доме нет никого из охраны. Тому парню просто не повезло прийти сюда вместе с Юнги и Хосоком. Такие совпадения бывают редко, но ведь бывают…       — Или всё же это не совпадение, — пробормотал себе под нос Гук, глядя на фотографию Джехвана и Юнги на столе рядом с собой. Впервые альфа не знал, чего ожидать. Мин Юнги не был обычным омегой, он мог поставить любого из них на колени, и Чонгук был уверен в этом. Осталось решить заранее, чем это грозит и стоит ли сопротивляться.