Submit to the Beast

То был обычный день после многочисленных воркшопов, интервью и встреч с фанатами. Скоро намечались съёмки, а значит стоило быть заранее готовым морально к сценам разной пикантности. Пока остальной актёрский состав атаковал небольшой столик с закусками, Байбл мирно сидел на раскладном стульчике, снова и снова прочитывая свои реплики и действия, стараясь войти в роль, чтоб по итогу натурально сыграть пышущего агрессией и жаждой подчинять персонажа. Несмотря на то, что персонаж, доставшийся Витпату, был не так ему близок в моральном плане, актёр прекрасно понимал его мотивы, о чем он уже успел заикнуться на одной из трансляций. Погружённый в свои мысли, Суметикул перелистывал лист за листом, нервно покусывая губы, волнуясь за свою игру на камеру. Будет ли всё идеально? Как стоит обыграть эту сцену? А ту? Как стоит улыбаться? Смотреть? — Эй, ты разве не проголодался, м? — Внезапный резвый голос отвлекает парня от сценария. — Всё читаешь? Тебя что-то смущает, м? — Не совсем, пытаюсь понять, как стоит сыграть некоторые моменты. — Слабо улыбнувшись, Байбл голову поднимает. Над ним стоял широко улыбающийся Билд, что своей ладонью едва держался за чужое плечо. — А что именно тебя загоняет в тупик? — Он слишком развязный и… я бы даже сказал вульгарный. — Хмыкнув, актёр отложил скрепленные листы сценария в сторону, ладонь прикладывая ко лбу. Устал. — Я даже не представляю, как мне это играть. — Ну, дороги назад уже нет, приятель. — Рассмеявшись, Путта наглым образом сел на одну из ног младшего, не переставая на того смотреть. — Я б на твоём месте не стеснялся. В отыгрыше таких персонажей ведь нет ничего странного. Это же не ты, а персонаж. — Ты слишком спокоен. — Конечно, — Билд кивает собеседнику. — Ведь я горел желанием сыграть твоего персонажа. Но я ничуть не против того, что играю Пита. Думаю, мне эта роль даже больше подходит. Согласен же? — Ну… наверное? — Байбл не знал, что ответить, потому просто отвёл взгляд, тяжко вздыхая. — В смысле «наверное»? — Рассмеявшись, Чакрапан голову чуть наклонил. После небольшой паузы старший продолжил подбадривать своего напарника по съёмке, пока не услышал команду от стаффа.

***

Комната, погружённая во мрак, освещенная зелёно-синими лампами, пропитанная опасностью ночи, каким-то животным желанием — локация, в которой предстояло сегодня сниматься Байблу и Билду. И, пока один воодушевленно скакал на месте, стараясь вогнать себя в образ телохранителя-сыщика, второй задумчиво стоял за камерой, смотря в никуда, думая, как бы сделать всё правильно. — Билд, сейчас мы будем снимать сцену, что по сюжету дальше. Тебе нужно будет снять с себя пиджак с рубашкой. — Стафф с лёгкими смешками давал указания. — А ты, Байбл… — Байбл!!! — До парня удалось достучаться только громким криком. — Ты чего как неживой? Не выспался? Плохо чувствуешь себя? — Стафф, ясное дело, был обеспокоен состоянием актёра, но тот лишь отмахнулся, слабо улыбаясь, идя непосредственно на площадку, которая была под прицелом нескольких камер. — Сейчас будет сцена, где ты, Байбл, должен будешь хлестать Билда ремнём. Чакрапан уже был в полной готовности — стоял на коленях и терпеливо ждал, когда стафф ему свяжет руки. Правдоподобность. По команде режиссёра включили камеры и необходимый свет. Началось представление. Агрессивный с лёгким рычанием голос разрезал тишину съёмочной площадки. Билд, вошедший в роль, покорно внимал заученным репликам своего партнёра с лёгкой, наигранной злобой глядя в чужие глаза. Холодная гладь кожаного ремня прошлась по чужой щеке, сопровождаемая будоражащим шёпотом. Настолько хорошо это было отыграно, что по ту сторону камер часть стаффа тихо охала да ахала, руки ко рту прижимая. Всё шло гладко, пока не дошла очередь до истязания этим же ремнём. Раздался слабый удар. — Стоп! — Съёмку приостановили, к актёрам двинулись стафф и режиссёр. — Байбл, звука ремня почти не было слышно. Мы, конечно, можем подставить звук на постпродакшене, но… Ты точно уверен, что не сможешь ударить сильнее? Я думаю, Билд не будет против. Ты же не в полную силу будешь его бить. Лишь чуточку сильнее. Хорошо? — Похлопав по плечу, не дождавшись ответа актёра, режиссёр двинулся обратно — за камеру и дал команду продолжать. Но вот опять… Слишком слабый удар. И режиссёр не то чтобы недоволен, он прекрасно понимает, что Витпат не хочет причинять боли своему партнёру по съёмке, но ведь эту сцену нужно снять правдоподобнее, и чтобы звук был настоящим! — Может, если вас временно поменять местами, Байбл сможет понять, насколько сильно стоит ударить, чтобы и больно не было и звук был подходящий? — В смысле? — Суметкул двумя руками сжал кожаный ремень, озадаченно глядя на режиссёра. — Попробуйте на пару минут поменяться, мы всё равно пока никуда не торопимся. Мне кажется, такая практика может помочь. Как думаешь, Билд? Чакрапан же просто молча встал, стёгнутыми руками едва двигая, давая понять, что он пока ничего не сможет сделать. Его надо освободить. И вот… Уже не Билд стоит коленями на полу, а Байбл. Один удар, второй. Они будто бы накаляли атмосферу вокруг, разрезая тишину характерным громким звуком, высвобождая из груди Витпата тяжкие вздохи. Да, удары не были болезненными, но странным теплом по всему телу распространялись ощущения после, они будто обжигали, обволакивали тело, заставляя мелко трястись. Суметкул плотно сжал губы, думая, что старший нанесет еще один удар. — Ну, Байбл, примерно понял? — Тихо смеясь, Путта садится на корточки, напротив своего партнёра, поправляя тому волосы. — Сможешь повторить? — Мне кажется, что не смогу. — Байбл голову в сторону режиссёра поворачивает, медленно поднимаясь на ноги. — Даже не знаю, что тебе посоветовать.

***

Сошедшись на том, что сию злосчастную сцену можно будет отснять в один из резервных и менее нагруженных дней, Стафф разбрелся по домам, оставляя актеров наедине с собой и с листами сценария.  — Ну, не унывай так. С каждым бывает. Можем с тобой прорепетировать ещё, чтоб раскрепостить тебя.  — А когда ты планируешь этим заниматься? — Да хоть сегодня. Заедем только для начала в кафе, я хочу бабл-ти с пончиками. — Мм, ладно. — Кивнув Билду, младший проверил время на телефоне, в карман брюк его убирая, поправляя волосы указательным пальцем. Легкий запах бензина в машине заставлял голову чуть кружиться, а тело таять. Боясь, что его укачает, Байбл открыл окно чужого автомобиля, глубоко вдыхая свежий воздух.  — С тобой все в порядке? — Сидящий за баранкой руля Чакрапан был несколько обеспокоен состоянием своего партнёра по съемкам. Мало ли, ему будет слишком плохо и он завтра никуда не поедет. Накладно выйдет. — Все хорошо. Мне кажется, что это связано с нервным состоянием.  — После съёмок? Витпат молча кивнул и продолжил жадно глотать воздух, опечалено глядя куда-то вдаль. Машина припарковалась у дома Билда. Владелец автомобиля вышел первым, отворяя дверь своему приятелю, осторожно хватая того под руку, боясь, что тот упадёт от головокружения. Просторный уютный дом встречал Байбла приятными ароматами, что вскоре уняли тревожность, а вместе с ней и головокружение. Парень уселся за стол в гостиной, по привычке ногу на ногу закидывая, осматриваясь. — Чай, кофе будешь? За этим делом репетиция быстро пройдёт. — Чуть хохотнув, Билд задорно согнутой рукой двинул, тут же скрываясь на кухне. Суметкул даже ничего ответить не успел, но перечить не стал. Минут через пять старший принёс в гостиную небольшой поднос со сладостями и чаем. Байбл на это лишь усмехнулся: — Если б я с тобой не был знаком, подумал бы, что ты мне что-то подмешал в чай. — Брось. Мы ж не внутри вселенной нашего сериала. Я б так не поступил. — Чакрапан усаживается рядом с партнером по съемкам, продолжая мягко улыбаться. — А как поступил бы? — Ну… Странный вопрос, не находишь? — Старший на Суметкула посмотрел, сжимая губы в тонкую полоску. Затянулась пауза. Они ещё минуты три сидели молча, попивая чай, закусывая тот отвратительно приторными конфетами. — Ну так, будем ли мы репетировать? Мы ж не чаёвничать пришли. Пора бы и делом заняться. — Байбл на Билда смотрит, полупустую чашку чая ставя на кофейный столик. — Ну, я тогда сейчас вернусь. Подожди только, хорошо? И Путта скрылся с чужого поля зрения. Вот его нет минуту-две, Витпат даже как-то растерялся — начал головой крутить, нервно стучал пальцами по подлокотникам широкого дивана. Но больше его напугала внезапно наставшая темень. Глаза открыты, но ничего не видно. Мгла. — Не паникуй, это я. — Сзади раздался голос Билда. Такой по-странному игривый. Это заставляло кожу младшего покрываться мурашками, а сердце учащенно биться. — Как же тут не паниковать-то? Как-то внезапно ты мне глаза закрыть решил. — Не переживай, это лишь во благо. — Надеюсь на то. А зачем? — Чтоб ты, — Старший склонился к уху Суметкула, обжигая то своим шепотом. — Мог лучше понять Пита и в последствии хорошо отыграл свою роль. Билд обошёл Байбла, становясь спереди, после чего взял того за руку и потянул к центру комнаты. — Теперь тебе стоит встать. На колени. — Жаль, что Витпат сейчас не видел лица своего партнёра. Он был бы очень удивлён чужой улыбке, что становилась только шире от беспрекословного выполнения приказов. — А я не упаду? — Я поддержу, не переживай. Картина маслом. Билд Чакрапан Путта, играющий покорного телохранителя-мазохиста, доминирует над тем, кто должен был играть конченного отморозка. Забавно, не так ли? Он тоже так считал. — Молодец. Похвалу прервал своеобразный щелчок. — Что это было? — Байбл наклонился вперёд, руками опираясь о пол, начиная головой крутить из стороны в сторону. — Ничего необычного. Просто игрушка. — И-… — Стек. — Старший слабо рассмеялся, холодной кожаной поверхностью стека проходясь по слегка потной шее младшего. — Одна из моих любимых игрушек. — Биу-… — Пи’Биу. — Голос его стал каким-то грозным, будто бы даже ниже на тон. — Будь послушным. — Да, Пи… — Байбл нервно сглатывает, голову поднимая к потолку от холодных ощущений стека на коже. Кожаный кусочек медленно переполз с шеи на уже горящие щеки. Было то смущение или жар волнения — ясно не было. Аккуратными поглаживаниями щёк Билд дразнил младшего, что-то тихонько бормоча себе под нос. — Я тебя не сл-… — Суметкул даже договорить не успел — удар стека с громким шлепком настиг его щеку. — Как я сказал ко мне обращаться? — Пи’… — Хороший мальчик. — Тихо рассмеявшись, Путта обошёл Байбла, стеком едва касаясь его тела, закрытого одеждой: плечи, спина, часто вздымающаяся грудь. Все было облюбовано этим прутом с кожаной вставкой на конце. — Пи’, что ты дальше собрался делать? — Ох, не переживай, скоро узнаешь. — Билд что-то откинул в сторону. Это было ясно по глухому стуку. «Стек», — предположил Суметкул. Скоро странная прохлада охватила и кисти рук Байбла. Но она была ему знакома. Такую же он чувствовал, когда ремень неоднократно соприкасался с его телом во время съёмок. — Что ты соб—… — Витпату в очередной раз не дали договорить, поскольку его вновь ударили по щеке. Но в этот раз не стеком. Ладонью. — Пи… — Суметкул уже с легкой досадой в голосе вопрошал. — Для чего Вам ремень? — Я свяжу тебе руки. Байбл ничего не стал говорить старшему, лишь тяжко вздохнул. Холодная кожа толстого ремня приятно перекрывала чужие кисти рук, плотно те прижимая одну к другой. Потянув за часть ремня сильнее, Биу тихо хохотнул, поскольку услышал недовольное шипение младшего. — Fuck-… — Боже, а можешь ещё? — Вожделенно глядя на Витпата, Билд закусил нижнюю губу, ещё туже затягивая ремень. — Пи’, я… — На английском. — Please be gentle… — Голову в сторону отводя, Суметкул вновь тяжко вздохнул, руками дергая. На это Чакрапан недовольно цокнул, ладонью хватая связанного за щеки, обратно поворачивая лицо. — Байбл, — голос вновь звучал как-то глубоко, доминирующе. — Ты разве не послушный мальчик? — Я-… — Тогда мне стоит наказать тебя? Байбл смолчал, нервно глотая слюну. Было то всё ещё репетицией или Билд получал реальное удовольствие от происходящего? Суметкул мог лишь догадываться. Глухой топот чужих ног — Чакрапан вновь отошёл от связанного младшего. Это заставило затаить дыхание. Витпат не знал, с какой стороны теперь подступит его партнёр по съемкам, что сделает теперь? — Есть у меня еще одна интересная вещица. Интересно знать, какая? Мм.? Байбл? — Биу тихо засмеялся, чем-то щёлкая в стороне. Но ответа от Витпата даже не последовало. Вновь раздался топот. Приближающийся. Сердце Суметкула от этого пропустило удар. От волнения даже пот проступил на висках. — Не смей молчать. Слышишь? Мне такое не нравится. — Чакрапан был уже напротив своей «жертвы» и легонько шлёпал по щекам, призывая к диалогу. — Ты же не хочешь быть наказанным, м? — Я—… я не знаю. — Ох, значит ты хочешь ощутить своим телом жар после ударов и покалывающую приятную боль? — Усмехнувшись, старший хватает рукой Байбла за подбородок. — Хочешь же? — Полагаю, это необходимо. — Витпат тяжко вздохнул, губу прикусив. — Ты же понимаешь, что сейчас у тебя есть выбор? — Правда? — Иначе бы я не спрашивал. — Чакрапан едва ладонью ведет по чужим волосам, после цепляясь за края повязки. — Одно твоё слово — мы прервемся. Потому что мне теперь кажется, что тебе дискомфортно. — Я просто—… — Очередной тяжкий вздох, который являлся явным намёком на что-то. Только вот на что? — Не стесняйся, боже мой. Скажи, что не так? — Мне не дискомфортно, просто—. — Витпат не успел договорить, как повязку с его глаз тут же сняли. — Ха…?! — Смущение сменилось озадаченностью. — Что не так? — Зачем тебе ошейник в руках?! — Младший чуть двинулся назад. Билд вновь поднялся на ноги, едва цепь ошейника в руке крутя, смотря на Суметкула сверху вниз. — Хотел на тебя надеть. Но, думаю, дальше мы не двинемся. — Почему? Странный вопрос, который воссоздал долгую тишину. — А ты хочешь, Байбл? — Рассмеявшись, Чакрапан продолжил крутить цепь. Ответом послужил короткий кивок. — Неужели понравилось? — Я просто. хочу прочувствовать до конца. — А не боишься, что… мы зайдём слишком далеко? — Насколько далеко…? Но ответа не последовало. Билд молча надел на младшего ошейник, натягивая звенящую цепь, заставляя тем самым Байбла поднять голову. — Мне так нравится этот твой взгляд. Полный… возбуждения? — Облизав пересохшие губы, парень выставил одну ногу вперед. — Я же прав, мм? — Носком своей ноги Чакрапан наступает на пах младшего, давя всё сильнее. — Аах.! — Витпат чуть жмурится, дёргая головой. Раздался лязг цепи. — От моего взгляда ничего не укроется. Твой стояк был настолько очевиден. Слабак. — Лицо старшего теперь украшала широкая ухмылка, что едва обнажала белоснежные зубы. — Кто ж знал, что тебе такое понравится? Стопой парень продолжил наминать чужой член, внимая довольно громким и неконтролируемым стонам со стороны. Они распаляли старшего, хотя, казалось, куда сильнее? Он и так уже отклонился от первоначального плана — просто вогнать Байбла в состояние Пита. Сейчас хотелось большего. — Эй, смотри на меня. — Чакрапан вновь тянет на себя цепь, заставляя младшего задрать голову еще сильнее. Тёмные глаза Витпата затуманены животным желанием. — Нравится, так ведь? — Д-даа. — Тяжко протягивая на выдохе, Байбл вываливает едва свой язык. — Нравится. — Замечательно. — Хохотнув, Билд в своей руке складывает часть цепи вдвое, едва холодным металлом проводя по горящим щекам партнёра. Суметкул ластился, прикрывая глаза. Холод цепи будто отрезвлял ненадолго, остужал тело, разгорающееся от похоти, берущей верх. — Биу, — Да? — Чакрапан остановился, ослабляя хватку, убирая ногу с чужой промежности. — Перестать? — Нет, просто… мм. — Просто что? — Поведя бровью, парень вновь присаживается, уставившись в чужие глаза. — Kiss me… — Настолько простая просьба, но настолько горячая, срывающая голову. Сбивчивое горячее дыхание, дрожащее тело, млеющий от каждого касания Байбл… Ну как тут устоять? Чакрапан накрывает своими губами чужие, сначала нежно те сминая, поочередно оттягивая. Парень ждал ответной реакции со стороны младшего, действуя с каждой минутой всё активнее, грубее. Покусывая, посасывая губы Витпата, Билд прижимал к себе разгорячённое тело, чувствуя, что вот-вот достигнет точки невозврата. Похоть заполонила эту комнату.

***

Довольно просторная спальня, ничем не освещённая. Именно в неё Чакрапан будто бы силком затаскивает младшего, держа на металлической цепи. Повалив на мягкие простыни, Биу нависает сверху, тихо рыча, словно готовясь съесть Байбла целиком и полностью. Вгрызаясь в солоноватую от пота шею, парень тихо постанывал. Он старался сдерживаться, ведь если оставит алые узоры — на съёмках заметят и явно сделают выговор. Даже хорошая косметика не способна перекрыть засосы. Биу об этом знал. — Биу, — молебный голос откуда-то снизу, такой возбуждающий, протяжный. — Что? — Развяжи мне руки. — Ты должен об этом хорошо попросить. — Усмехнувшись, старший ладонью ведет по чужой щеке. В ответ Суметкул лишь что-то постанывал на английском языке, извиваясь от каждого нового поцелуя в шею и ключицы. Это лишь раззадоривало, распаляло Билда, ему хотелось ещё и ещё. Всей поверхностью языка проходясь от ключиц до мочки уха, Чакрапан вызывает табун мурашек у младшего, заставляя того чуть прогнуться в спине и согнуть руки в локте. — Ты такой вкусный. — Я тоже хочу… — Витпат едва успевает своими связанными руками обхватить чужую шею, силком прижимая лицо Билда к своему. — Попробовать тебя, Пи. Едва языком смочив чужие губы, Байбл завлекает старшего в полный страсти поцелуй, кончики пальцев вплетая в короткие тёмные волосы. Причмокивания, смешивающиеся с тихими стонами и тяжким дыханием, наполнили комнату, растворяя любой намёк на здравость. Её нет. Лишь похоть. Скомканная одежда, что была скинута на пол за ненадобностью, скинутые туфли, которые находились в разных сторонах комнаты… Вот оно нетерпение. Ясное дело, что для освобождения от оков столь ненужной одежды Байблу следовало бы развязать руки, но такая перспектива Чакрапану не нравилась, ему хотелось и дальше доминировать. Посему, стянув с чужих кистей ремень, парень заменил тот на стянутую футболку, не забыв ту протянуть через изголовья кровати. Мокрые поцелуи, слабые укусы. Билд хотел испробовать тело Байбла целиком. Будто тот был главным блюдом на грандиозном ужине. Тяжко и часто вздымающаяся грудь была удостоена особого внимания. Чакрапан полизывал и чуть покусывал бусинки сосков, изредка касаясь их пальцами, пока языком блуждал ниже. Какое же наслаждение пожирать это тело не только взглядом на съёмочной площадке. Укусив младшего за бок, Билд поднял взгляд. Встревоженный, возбуждённый до предела Витпат едва дёргал связанными руками, широко разводил свои ноги, будто бы приглашал отведать не только свою верхнюю часть. — Байбл, ты ведь был хорошим мальчиком, так? — Отстранившись от столь сладкого тела, Чакрапан вновь хватается рукой за холодную металлическую цепь ошейника, чуть ту натягивая. — Да. — А хороший мальчик заслужил награду, как думаешь? Ммм? — Свободной рукой старший вёл вдоль своего обнажённого тела, дабы простимулировать изнывающую возбуждённую плоть. — За—… заслужил. — Давясь слюной и вздохами, Витпат кивал, жадно кусая собственные губы. Полностью обнажённый Билд, что вот так развязно, грязно общается с ним, вытворяет подобные вещи — Байбл никогда не смел себе такого представить. — Тогда… для начала обрадуем твой рот, ммм? — Отвязав чужие руки, Чакрапан тянет младшего на себя за металлическую цепь. Раздался лязг. Лицо Байбла сейчас прямо напротив возбуждённой, налитой кровью плоти, что буквально изнывала от недостатка внимания. Влажные губы младшего сначала короткими поцелуями проходятся вдоль ствола, Витпат однозначно хотел подразнить старшего. Не одному ж ему развлекаться, верно? Вот только эта шалость длилась недолго. Билд, сгорая от нетерпения, хватается ладонью за мягкие уже растрёпанные волосы Суметкула, силой отстраняя от своей плоти. В глазах старшего читалось недовольство. Стянув волосы ладонью сильнее, Чакрапан притянул Байбла к своему члену вновь, заставляя вобрать тот наполовину. Послышалось тихое мычание с едва различаемым кашлем. — Не стоит дразнить меня. — Погладив младшего по голове, Билд толкнулся в чужой рот, шумно выдыхая. Приятный жар от изнывающей плоти распространился по всему телу, едва покалывая в висках. Пока Витпат увлечённо ублажал член старшего, заглатывая тот до основания, иногда высвобождая тот, играясь языком с головкой, Билд ногой водил вдоль чужого члена, чувствуя как тот намокает от предсемяной жидкости. Чакрапан наблюдал за тем, как Байбл с плотно закрытыми глазами делал ему минет. И… Ему будто чего-то не хватало. — Посмотри на меня. — Вновь проведя ладонью по чужим волосам, чёлку убирая назад, старший вновь тяжко выдохнул. — Давай. И Суметкул послушал. Поднимая глаза на своего партнёра, парень стал лишь быстрее двигать своей головой, активнее играясь языком с горячей и пульсирующей плотью, обводя каждую венку. Казалось, вот-вот и Билд кончит ему в рот. Но, вряд ли, оба желали столь скорой разрядки. Отстранившись от члена, Витпат начал восстанавливать сбившееся дыхание. — Почему остановился? — Думаю, ты сам не хочешь кончать так быстро. Хах. И Чакрапан согласился с этим, пусть и молча. Резво повалив младшего на кровать, сжимая чужие ладони над головой своими, он хищно смотрел на лицо напротив. Этот хитрый прищур, влажные приоткрытые губы… Как же сексуально. — Я бы взял тебя прямо сейчас, но ты вряд ли подготовлен. — Вновь вгрызаясь в чужую шею, Чакрапан шептал, опаляя своим дыханием чувствительную кожу. Свободная ладонь легко скользила по чужим бёдрам, пальцы медленно блуждали по мягкой смуглой коже, очерчивая каждую татуировку. Раздался шлепок. Билд ударил по одному из бёдер, оставляя на том алеющий след. — Я… — Байбл останавливается на полуслове, оглушая партнёра несдержанным стоном. — Я готов. — Значит… — Fuck me please… И после столь горячей и искренней просьбы Билд отстранился от того. Стоило найти смазку и необходимые для дальнейшего развлечения игрушки. — Будь хорошим мальчиком и никуда не уходи. Я скоро вернусь. — Приставив указательный палец к своим губам, Чакрапан скрылся из спальни. Вскоре парень вернулся, но не совсем с тем, что ожидал бы увидеть Байбл. Плётки, кляп, наручники, различные вибраторы, бечевка — это ладно, но-… Что это за странное сооружение? — Это… тренога. — Путта словно прочитал чужие мысли, ставя штатив со стороны одной из прикроватных тумб. — Но зачем она здесь? — Не догадываешься? — Билд усмехнулся, водружая на верхушку треноги свой смартфон. — Стоит посмотреть за этим со стороны, ведь собственных ощущений для игры в сериале будет недостаточно. Ты согласен? Раздался слабый звук в телефоне — Чакрапан включил запись видео. Веселье началось. Закрепив красного цвета бечевкой чужие руки у изголовья кровати, парень слабо улыбнулся, тут же хватаясь за плеть. Первый удар был слабым — разогревающим. Но даже от него тело Витпата содрогнулось, а с губ сорвался тихий стон. — Хочешь ещё? Мм? — Не дожидаясь ответа, старший замахнулся сильнее, наслаждаясь громкими шлепками лоскутов о разгорячённую и едва пропотевшую кожу. Плетью, как и стеком до этого, Билд решает провести по чужим щекам. Прохладные лоскуты кожи медленно проходились по чужим впалым скулам, спускаясь к шее, ключицам. — Ах… Щ-щекотно. — Поморщившись, Байбл руками едва дёрнул. — Не нравится? Но Суметкул промолчал, продолжив наслаждаться довольно странной и нежной «пыткой». Очередной резкий удар, нанесённый в область груди, вновь выбивает сдавленной стон с уст Витпата. — Так лучше? — Хмыкнув, Чакрапан в руку берет один из вибраторов, начиная тот в руках вертеть. — Какой же тебе выбрать, мм? — Я—… — Я не у тебя спрашивал. — Вновь бросив какой-то хищный и излишне серьёзный взгляд на младшего, Путта принялся обильно «смачивать» смазкой выбранный вибратор фаллической формы. — Надеюсь, ты примешь его без особых проблем, а то будет обидно. Витпат от созерцания развратного и довольного парня сам невольно ухмыляется, лишь шире раздвигая ноги. Внутри него все будто бы горело, он не мог больше думать ни о чем, все мысли были заполнены похотью. И Чакрапаном.  — Я готов… Вставь его~ Дело за малым. Билд приставляет вибратор к сжимающемуся отверстию, резко вводя тот. Раздался рваный стон. Байбл зажмурился. Несколько непривычные ощущения заполняли его, выбивая тяжкие вздохи из груди. Наблюдать за таким старшему было в сладость. Постепенно темп движений увеличился — резкие, в каком-то смысле даже хаотичные. И стоило Чакрапану только на миг задеть вибратором заветный комочек нервов внутри — раздался пронзительный крик наслаждения, сопровождаемый телесными судорогами. — Нравится? — Да… Витпат сжимал руки в кулаки, то и дело откидывая голову назад от приятных ощущений внутри, чудом не ударяясь затылком о изголовье кровати. — Тогда полежи вот так немного. — Усмехнувшись в который раз, Путта оставил вибратор внутри партнёра, попутно включая средний режим. Пока связанное тело дрожало и извивалось, Чакрапан перебирал в руках тугую бечевку, облизывая пересохшие губы в предвкушении. Плотная и толстая веревка постепенно, при помощи рук Биу, обвивала тело младшего, туго стягивая бёдра. После этого там явно останутся синяки. — Аах, Б-биу, мне-… — Чшш. Я не позволял говорить. Пока что. — Закончив со связыванием возбуждённого тела, парень схватился за плеть. Кожаные лоскуты вновь дразняще проходятся по чужому телу, вызывая дрожь. Удар. — Б-биу, — Что? — Путта на мгновение замер, наблюдая за Витпатом и за тем, как с его несмыкающегося рта текла слюна. — Ты такой развратный, ты знал об этом? — Я-… У Байбла не хватало сил на то, чтоб продолжить фразу, потому он продолжил тяжело дышать и дёргать руками, что, казалось, уже онемели от столь долгого пребывания в одном положении. — Мне уже охота посмотреть на твоё развратное личико, когда я войду. — Чакрапан склоняется к чужому лицу, свободной ладонью проводя по чужой щеке, большим пальцем стирая влажную дорожку слюны. Далее раздался ещё один шлепок. Пощёчина. Резким движением вынув из Байбла без конца вибрирующий агрегат, Путта навис сверху, пожирая взглядом дрожащее пропотевшее тело, что явно жаждало большего чем просто вибратор. Сжав руку в кулак Чакрапан пару раз ударяет в чужую напряженную грудь, вызволяя несколько тяжких вздохов, чередующихся с его именем. Удары были не такими уж сильными, потому синяков остаться не должно. Влажными губами старший вновь припадает к чужой шее, слабо ту кусая, спускаясь ниже — к груди. Солёная, горячая, такая манящая. Тут Путта уже не боялся пускать в ход зубы. Алые отметины покрыли хаотичным узором всю грудную клетку Витпата. Особого внимания удостоились даже соски. Билд сначала дразняще игрался с ними языком, после чего покусывал, вызывая очередные судороги тела. — Ты такой чувствительный… Тут тоже? — Парень ладонью ведет от напряженного торса к твёрдому и разгорячённому члену, тут же резко по нему ударяя. Раз, другой, от жгучих и внезапных ударов тело Витпата вновь прогибается, а рот раскрывается, выпуская очередные стоны. Тонкие пальцы Билда медленно, дразняще ведут от исходящей влагой головки до основания и обратно. И вновь удар. Чакрапану определенно нравилось наблюдать за тем, что происходит с его партнёром. Эти стоны, вздохи, метания по простыням. Завораживающее зрелище. — I can't take it anymore… — Байбл повёл бёдрами, желая коснуться изнывающей плотью чужой ладонью, но старший вовремя её убрал. — Ещё рано. — Хохотнув, Чакрапан невесомо касается губами переносицы младшего. Влажная от предэякулята ладонь скользила по чужой искусанной груди вниз, едва давя на пресс, выбивая тем самым новые стоны. Давя теперь уже на широко расставленные и связанные ноги, Билд смотрел в чужие глаза. Его член тёрся о сжимающийся анус. Резкий рывок и… Билд уже внутри Витпата. Так горячо, приятно. Ребристые стенки приятно обволакивали возбуждённую плоть, отчего Чакрапану тут же хотелось кончить, но. Он ведь только вошёл — ещё рано. Байбл от очередного «внедрения» дёрнул связанными руками, подогнул пальцы на ногах. Настоящий, горячий и едва пульсирующий член Биу совсем отличался от игрушки, что была до. Ждать Чакрапан не стал — Витпат и без того прилично был растянут и подготовлен. Рваные, резкие толчки шлепками кожи о кожу звенели в ушах, заставляя двоих сходить с ума сильнее обычного. Оба были на пределе и понимали, что длительного полового акта не будет, но оно им и не нужно, ведь до этого они успели насладиться жаром тел друг друга. Очередной громкий стон Суметкула призывает Чакрапана на мгновение замереть. Нахмурившись, старший мотнул головой, сжимая ладонью чужой пульсирующий член. — Я не разрешал. Продолжив вколачиваться в податливое тело, что в забвении вторило лишь одно имя, Билд руку с изнывающей разгоряченной плоти переместил на чужую шею. Он прекрасно понимал, что оба были близки к разрядке, потому… почему бы не попробовать сухой оргазм? Билд слышал, что ощущения после него просто крышесносные. Сжав чужую шею, наблюдая за сменой эмоций на лице Суметкула, Путта продолжил двигаться, что-то невнятно рыча. От нехватки воздуха Байбл закусил губу, глаза закатывая. Лёгкое головокружение в купе с наслаждением распространялось по телу теплом и слабой болью в висках. — Let me cum, please. — Едва слышно шепча, Витпат бёдрами движет вверх, желая внимания к болящему члену. — Ты должен хорошенько меня попросить. Ты ведь послушный мальчик, верно? — Хохотнув, Путта, убрав руку с чужой шеи, вновь нанёс удар по возбуждённой плоти. Парня очень, аж до шума в ушах, возбуждало то, как младший говорил на английском. Это ведь лишний повод насладиться этим, разве нет? — Let me… cum… Чакрапан сжалился над Байблом, начиная ласкать член в такт своим толчкам, вскоре чувствуя приятную негу, растекающуюся по телу. Он скоро кончит. И вот уже оба обессиленных обнажённых парня лежат на смятых белых простынях кровати. — Биу, у меня руки затекли. — Ой, прости. — Привычный звонкий смех заполнил комнату. Чакрапан шустро распутывает чужие руки и тело. — Надеюсь, тебе не было дискомфортно. — Билд наклоняется к чужому лицу и вновь нежно целует, но на этот раз уже в лоб. — М… Всё было хорошо, не переживай. — В таком случае я рад.

***

После возвращение Витпата домой, Билд сидел у себя в гостиной и смотрел в телефон. — Отправить… — С непривычной ему ухмылкой Чакрапан отослал младшему видео, что они засняли в процессе «репетиции».

«Я смог подчинить себе этого зверя»

Эта мысль еще долго не покинет голову Билда. Сомнений нет.