Месть

      Эберт Нери тяжело смотрел на Ивера, сидевшего напротив него в карете. После церемонии, связавшей их узами брака, они сразу направились в поместье Эберта. Николас не понимал, зачем Эберт все так усложнял, старый друг считал, что достаточно было убить мерзавца, а перед смертью попытать.       Но у Эберта был долгоиграющий план в отношении Ивера Лаурсена, он до сих пор помнил те страшные минуты, когда он нашел младшего брата. Ивер будет платить за то, что перенес Сигберт тогда, за каждую ночь, когда он просыпался в кошмаре, за каждый день, что тот провел в своей комнате, боясь каждого шороха, за каждый год его сломленной жизни. Эберт превратит жизнь Ивера в ад.       Он видел, что тому было неприятно от его пристального внимания. Да, Ивер был приятен взгляду. Красивое лицо, аристократический нос, глаза голубые как небо, четко очерченные, чуть пухлые губы, белая кожа. Высокий рост, лишь немного ниже его самого, крепкое телосложение, тонкая талия. Эберт криво улыбнулся, представив, как он располнеет, когда тот будет носить его ребенка. Да, только внешняя красота скрывала внутренне уродство, и он, Эберт, прекрасно об этом знал и не позволял ни на минуту себе обмануться.       — Далеко ехать до Вашего поместья? — видимо, не выдержав гнетущей тишины, спросил его новоиспеченный муж.       — Как раз к вечеру прибудем. Слуги уже предупреждены, нас ждет небольшой ужин.       — Ясно. Может, Вы хотя бы сейчас объясните мне, почему пришли мне на помощь? Помогли мне в суде, оплатили долг и даже помогли моей семье.       — Я думаю, так как мы уже супруги, будет уместней перейти на «ты». И я уже отвечал. Мне нужен супруг, который будет беспрекословно слушаться меня. Ты солдат побежденной страны, а значит, не будешь лишний раз поднимать свой голос. Ты вор…       — Я не вор!       — Которому грозил серьезный срок, если бы не я. Я могу в любой момент отказаться от тебя и потребовать деньги с твоей семьи. Учитывая их нынешнее состояние, они, скорее всего, попадут в тюрьму как должники. Кроме этого, ты приятен глазу и физически силен, а значит, сможешь родить мне не одного ребенка. Идеальная кандидатура. А теперь я не желаю слушать никаких вопросов.       Ивер бросил на него недоверчивый взгляд и промолчал. Эберт закрыл глаза, решив подремать перед прибытием. Когда карета остановилась, в окно заглянул Николас, предпочитающий по возможности преодолевать все пути на коне.       — Эберт, мы прибыли.       Эберт потянулся, взглянул на Ивера, мотнул головой и легко вышел из кареты. Они въехали во двор. Главные слуги дома выстроились перед лестницей в ожидании. Эберт подал руку Иверу, тот недоверчиво взглянул на него, но все же подал свою. После Эберт, держа его за руку, провел его до своих слуг.       — Представляю своего мужа Ивера Нери, ранее носящего фамилию Лаурсен. Сегодня была проведена церемония в храме Туисто. Что, Матис, теперь не будешь допекать меня отсутствием мужа и наследников? — старый дворецкий низко поклонился.       — Вы знаете, я очень рад этому. Желаю Вам счастья, надеюсь, с приходом господина Ивера Вы обретете спокойствие и радость.       — Не сомневайся в этом, Матис, не сомневайся. Я решил, что этому дому не хватает детских голосов, так что, мой дорогой, я надеюсь, ты подаришь мне не одного ребенка, — уже обратился он к Иверу, поцеловав его руку. — Матис, принесите нам ужин в спальню, мы оба устали с дороги, а также приготовьте ванную. И позаботься о Николасе. Прости, друг, не смогу уделить тебе свое внимание. Как ты понимаешь, мой супруг не может ждать.       — Да, сэр, — произнес дворецкий, снова поклонившись. Николас лишь хлопнул его по плечу, бросив ненавидящий взгляд на Ивера. Эберт потянул своего супруга в дом. Он шел быстро, таща своего мужа за руку. Они поднялись по лестнице и прошли в спальню Эберта.       Его спальня когда-то принадлежала их с Сигбертом родителям. Большая комната, вмещавшая огромную кровать, два комода по сторонам от кровати для каждого из супругов, гардеробная тоже была разделена на две части. Также здесь стоял стол с двумя стульями. Комната была в зеленых тонах, так любимых тому, кто дал ему жизнь. Отец после смерти своего супруга не менял ничего здесь, а Эберт тем более не стал. Пока он снимал камзол, Ивер стоял, не зная, что делать.       — Я сплю по правую сторону, ты - по левую, соответственно, твой комод слева. Видишь двери? Гардеробная тоже разделена, думаю, сообразишь, какая твоя сторона. Дверь справа - это ванная, слева - детская. Мы с братом жили там до нашего трехлетия, потом нас переселили в свои комнаты. Ничего здесь не менять, понятно?       В дверь постучали, после разрешения войти, в комнату вошли слуги с подносами в руках. Разложив ужин на столе, они, бросая любопытные взгляды на Ивера, вышли. Ужинали они в полном молчании, Эберту не хотелось разговаривать, тем более это был хороший ход, чтобы заставить нервничать своего врага. Закончив с едой, Эберт прошел в ванную, бросив фразу:       — Купаемся по очереди, после ванны, я хочу, чтоб ты одел то, что тебе дали в храме Туисто.       Эберт искупался быстро, ему не терпелось. Сегодня ночью начнется первый акт его мести. Ивер надолго запомнит свою первую, да и последующие, брачные ночи.